Глава 35

Я проснулась раньше Макса. Солнечный свет скользил по полу, по краю одеяла, по его спине. Мне не хотелось двигаться, не хотелось дышать слишком громко, чтобы не разрушить этот хрупкий момент, который мы выстроили за одну ночь.

Медленно, почти бесшумно выбралась из-под одеяла, натянула на себя его футболку, нелепо огромную, но невероятно уютную, и вышла в гостиную.

На столике лежал мой телефон. Несколько пропущенных звонков от мамы, уведомлений из пабликов в телеграмме, пара рабочих писем.

И сообщение от Веры:

«Ты вообще там живая? Или по дороге в домик тебя съел медведь?»

Я усмехнулась. И позвонила подруге.

— О, живая! — Вера ответила сразу. На фоне шум воды, потом шорох и мяуканье Персика.

— Ты у меня?

— Да, как видишь. Ну, вернее, как слышишь. Персик! Это мой бутерброд!

Я рассмеялась.

— Ну? — спросила она. — Колись, на каком этапе вы там остановились?

— Вер…

— Что? Не тяни. Ты же не просто так звонишь.

Вздохнула.

— Мы…

— Ох, вот оно! Наконец-то, — Вера, кажется, плеснула себе кофе. — Вы снова вернулись к «мы». На сколько далеко все продвинулось?

— Довольно далеко, — сказала я. — Мы… переспали.

На том конце телефон повисла пауза. А потом:

— Ты хочешь сказать, что он наконец-то перестал бояться собственной тени, а ты перестала быть гордой и независимой?

— Примерно так.

— Слава богу, я даже не состарилась, пока вы к этому шли! Кстати, о переспали, мне готовиться стать тетей или вы заботитесь об этом вопросе?

Я закатила глаза.

— Вера! Ты прям как моя мама, когда мне исполнилось 16 лет! Откуда берутся дети, мне известно. Я пью таблетки, так что все под контролем.

— Это просто легкое беспокойство. И оно обоснованно, учитывая, как странно вы начали свои отношения. Ань, ты счастлива?

На заднем фоне Персик снова замяукал.

— Я спокойна. А это редкость в последнее время. Передай рыжему бандиту, что я люблю его и скоро буду дома.

— Кажется, он сказал тебе: “Мне все равно,кожаная” своим мяу, — Вера усмехнулась. — Я за тебя очень рада. Даже если вы снова всё поломаете, я всё равно буду на твоей стороне.

— Ты самый странный голос разума.

— А ты самая глупая романтическая героиня в истории. Зато мы отличная пара.

Я засмеялась.

—Я тоже тебя люблю, Вер. Спасибо, что пришла к Персику.

— И я тебя. Ну а куда же мне деться. Мы с ним теперь соседи по несчастной личной жизни. С Игорем все кончено, оказалось, что он маменькин сыночка-корзиночка, а не нормальный мужик. А воспитывать великовозрастного ребенка я не нанималась.

— А я тебе сразу про это говорила…

— Ой все, обсудим мои промахи позже, иди давай, — перебила меня подруга. — Хватит болтать по телефону, иди и займись горячим сексом. Но помни, если он снова облажается, то я приеду в этот дом с топором.

— Принято, — просмеявшись, ответила ей .

Мы попрощались. Положив телефон на столик, вернулась в спальню. Максим всё ещё спал. Я аккуратно залезла обратно в кровать, обняла его со спины, легонько поцеловав в плечо. Он пробормотал что-то, но продолжил спать…

****

Когда я в следующий раз проснулась, Максим лежал на спине и задумчиво смотрел в потолок.

— Доброе утро, — прошептала, осторожно проводя пальцами по его груди.

— Доброе утро, — он повернул ко мне голову и улыбнулся. — Просыпаться вот так… очень приятно, кажется, я начинаю любить утро.

Я кивнула. Но внутри активно билась мысль. Слишком личная, слишком хрупкая. Взвесила все за и против и решилась поделиться.

— Хочу тебе кое-что рассказать.

Он приподнялся на локте, внимательно посмотрел на меня:

— Что?

Глубоко вдохнула.

— Помнишь… ту самую рукопись. Которую ты читал?

Макс кивнул.

— Я… отправила ее в издательство. В несколько, если быть точнее. Анонимно, конечно же. Не хотела сразу указывать свое имя.

Он на секунду замер. А потом… улыбнулся.

— Ты правда это сделала?

— Да. И…получила один отклик. Пока, конечно, предварительный. Но они хотят встретиться и поговорить о книге.

— Аня… — он взял мою руку и поцеловал пальцы. — Ты даже не представляешь, как я горжусь тобой сейчас.

Я неожиданно покраснела. Как ребёнок, которого впервые похвалили не за хорошее поведение, а за просто так.

— Не знаю, что из этого выйдет. Но, кажется, давно пора было это сделать.

Максим ничего не ответил. Просто притянул меня ближе, накрыл ладонью затылок и поцеловал. Спокойно, без спешки. В этом поцелуе не было страсти, только нежность и поддержка.

****

— Ты всегда так серьёзен по утрам? — пробормотала я, зевая и кутаясь в кардиган.

— Нет, только когда нужно говорить о неприятном, — он налил мне кофе и сел рядом.

— Я уезжаю через две недели. Командировка в Ригу. Ненадолго, но…

— Но тебе нужно уехать, — закончила за него.

Макс кивнул.

— Слушай, если ты сейчас скажешь, что “нам нужна пауза на это время”, я точно плесну этот кофе тебе в лицо.

— Даже и не думал. Я просто не хочу, чтобы ты чувствовала себя брошенной сразу после того, как мы, — он помолчал. — возобновили отношения. Мы же их возобновили?

— Да, однозначно. Не почувствую. Просто потом мне захочется тебя ещё больше.

Он усмехнулся и потянулся, чтобы легко поцеловать меня в уголок губ.

****

Вечером в воскресенье мы вернулись в город. И прежде, чем разойтись по домам, долго целовались в машине.

Войдя в квартиру, я составила себе план. Первым делом закинуть стирку и разобрать сумку, принять душ и вдоволь наобниматься с Персиком. Вторым — подготовиться к работе.

Утром, когда я зашла в издательство со стаканом кофе и флешкой с отредактированным романом, у ресепшена меня ждала… Наталья Борисовна. С ее прямой спиной, фирменной черной сумкой и выражением лица, от которого страшно, даже если ты ничего не сделал.

— Доброе утро, Анна, — сказала она спокойно, как будто мы виделись вчера, а не три месяца назад.

— Наталья Борисовна? Что вы здесь…

— Я приехала поговорить. Для начала — с тобой. А потом уже с Воронцовым. Он, к слову, не отвечает на мои звонки, но, полагаю, ты можешь передать ему, что пришла пора возвращаться.

— Простите… куда?

Она прищурилась:

— Домой, Анна. В издательство. Там, где вам и место. Нам нужно перезапускать серию книг. И у меня нет на это лучших редакторов, чем вы двое.

Я сглотнула. Это было неожиданно. Очень.

— Не думаю, что мы оба готовы вернуться. Мы…Мы по-прежнему вместе, и это противоречит…

Она фыркнула и махнула рукой, не дав мне закончить фразу.

— Аня, мы все взрослые люди, которые понимают, что такое работа и личная жизнь. Уверена, вы с Максимом не создадите проблем.

Я едва сдержала раздражение.

— В прошлый раз вы не были так в этом уверены, мне напомнить, что именно вы выставили те условия?

Наталья Борисовна слегка закатила глаза и поджала губы.

— Я была, — она глубоко вздохнула, будто готовилась к прыжку в воду. — не права. Поддалась правилам компании и даже не попыталась отстоять вас перед советом директоров. Это была моя ошибка. И я… признаю ее. Сожалею, что испортила ваши отношения, и прошу вас вернуться назад.

Тот факт, что она осознала свою ошибку и принесла извинения, пусть и корявые, заставил меня задуматься над ее просьбой.

— Наталья Борисовна, я поговорю с Максимом, и мы дадим вам ответ позже. Сейчас я не готова вам ничего сказать. Спасибо за предложение, но мне пора работать.

— Конечно, конечно,Анечка. Я с нетерпением буду ждать вашего решения. Но раз уж вы снова сошлись, как я понимаю, то можно считать, что никакой проблемы больше нет.

Ну конечно, ничего удивительного. Стерва она и в Африке стерва.

Спустя час после начала рабочего дня я написала Максу смс, сообщив о визите Наталья Борисовны. Немного попереписываясь, мы пришли к выводу, что готовы рассмотреть возможность вернуться назад. Но только на своих условиях. Играть по чьим-то правилам ни у кого из нас больше не было желания. А вот проводить вместе больше времени — да.