Опасные игры

Не дождавшись ответа от Мартина, Коул в конец обнаглел и сжал мое оголенное бедро своими грязными ручищами.

— Ну же детка, давай.

Я вскрикнула и наотмашь хлестанула его по руке.

Я вскочила с дивана, как ошпаренный запуганный котенок.

— Отвали, придурок!

Бросив взгляд на расслабленного Мартина, я поняла, что помощи и поддержки в его лице я не найду. И судя по его развязной физиономии, эта ситуация его лишь забавляла.

— Горяча, чертовка. — услышала я вслед замечание Коула.

Я пошла подальше от этого места разврата и похоти, одновременно выискивая в толпе блестящее платье с пайетками, в которое была сегодня одета подруга.

Вибрирование телефона в руке заставило не на шутку запаниковать. На заставке высветилась фотка мамы. Вот черт, который час? Мама всегда обычно звонит перед сном.

Я не готова рассказать ей о том, где я. Потому что моя мама просто к этому не готова.

Закрывшись в какой-то маленькой темной комнате, типа подсобки, я свайпнула по экрану вверх.

— Привет, мам!

— Привет. Увидела тебя в сети и решила позвонить, чем занимаются мои студентки?

— Ничем особенным. Спать собираемся.

В дверь требовательно постучали и что-то невнятное протороторили. Это не пролетело мимо маминых ушей.

— Кто это там стучит?

— Это Эйми. Очень нетерпеливо ждет своей очереди в душ. — как можно непринужденнее соврала я.

— Ты что заперла двери, Оливия? — прозвучал встревоженный голос матери.

Я сильно закусила губу. Как можно было так проколоться!

— Конечно, нет. Это Эйми сигналит мне, чтобы я поторапливалась.

Я посмеялась в трубку настольно правдоподобно, насколько позволила мой артистизм и моя совесть. Из телефона послышался шумный вздох.

— Ладно. Если все хорошо, то желаю спокойной ночи и жду вас завтра.

— Да, мам, до завтра. Люблю тебя.

Я причмокнула телефон и отключилась.

В дверь опять требовательно постучали.

Кто же там так ломится. Открыв дверь, я наткнулась на полные укора и недовольства глаза пьяненького студента.

— Тоже мне нашла райское местечко!

Попавший свет помог разглядеть небольшое пространство, и главное, что там находилось и волновало этого бойкого парнишу.

Ящики с алкоголем. Да тут целая армия бутылок, на любой вкус и цвет. Действительно, райское местечко для большинства из здесь присутствующих. Но не для меня.

Я побрела дальше. Увидев в коридоре небольшую очередь девушек в коридоре, я предположила, что возможно, Эйми может быть в дамской комнате.

Под возмущения ожидающих своей очереди красоток, я прохожу в уборную. Эйми здесь нет. Зато здесь есть ее ненавистная подружка Дженнис. Она открыла рот перед зеркалом и смащно намазывала помадой свои пухлые губы.

Заметив меня в отражении, глаза Дженнис округлились в удивлении.

— Ты?? — она оглядела меня с головы до ног. — Не ожидала тебя здесь увидеть!

— И тебе привет, Дженнис. Меня зовут, Оливия если ты забыла.

Я непринужденно улыбнулась и собиралась уже выйти.

Я не воюю с Дженнис. У меня нет на то причин. Она относится ко мне также как и другим «особям» моего типа — безразлично. И меня это вполне устраивает. Я не трогает меня. Я не трогаю ее.

Единственный факт, который ее мог бы раздражать — это то, что я дружу с Эйми. Но пока, что на мне это никак не отразилось.

— Ты пришла одна? — вышла вслед за мной Дженнис, на ходу пряча помаду в пурпурную сумочку.

Черт, моя сумка! Я оставила ее на том диване!

— Нет, с подругой. Только вот мы с ней разминулись, и теперь я не могу найти ее в трех соснах.

Представляя, что мне придется вновь увидеть лица этих самодовольных придурков, я морщусь. Но все же направлюсь в сторону затемненного уголка.

— Вот сучка! — слышу я в ответ от Дженнис и не сразу понимаю, кому предназначалось такое нелестное выражение.

Дженнис перегоняет меня и, отчаянно стуча каблуками, идет в сторону дивана.

— Пошла нахер отсюда! — стаскивает она с Мартина длинноногую красотку и бросает ей на прощанье короткое определение. — Шлюха.

Забравшись на Мартина, она впивается в его губы и зарывается руками в его густые волосы. Теперь понятно, отчего он такой взлохмаченный.

Этому Мартину, на мой взгляд, все-равно какое тело держать в руках. То, что было минуту назад или то, которое он обнимет сейчас.

Мысленно поплевавшись на всю картину, я поставила штамп на этом юноше. Наглый. Самовлюбленный. Бабник.

Одно облегчение — развратного Коула на диване уже нет. Вероятно, облюбовывает новое местечко. Вместо него на диване разместились пара других ребят с девчонками. Среди них я знаю только Джейкоба, любимчика Сабрины.

Мне нужна моя сумка. Я продвигаюсь ближе к злачному месту. Замечаю, что стол уставлен многочисленными красными стаканчиками и разноцветными карточками.

Стараясь не слишком отвлекать веселившуюся кампашку, я быстро оглядела возможные места расположения моей сумки. Не найдя ее, я обратилась к ребятам, занявшим когда-то мое место.

— Вы тут сумку не видели? Я оставила ее здесь.

Но мой вопрос прозвучал в пустоту и мимо ушей этих пьяных студентов. Они заржали, как кони, отчего очень сильно захотелось каждому надавать по морде.

— Ты что-то ищешь? — пронзил мои уши толи вопрос, то ли утверждение.

Я развернулась и встретилась с глазами Мартина. В них играл озорной огонек. Это был не вопрос. Он знает, где моя сумка.

Сделав шаг вперед, я сложила руки на груди и старалась держаться твердо и настойчиво.

— Сумку. Ты видел ее?

Изучив мой силует, Мартин зафиксировал взгляд лице и его брови взлетели наверх.

— Скорее да, чем нет. Она так сильно тебе нужна? Уже собралась домой?

Я сделала вид, что не услышала его дерзости. Детский сад. Еще время тратить на его колкости.

— Она в целости и сохранности. — усмехнулся Мартин. — Хочешь получить ее обратно, сыграй с нами. Или мы тебе настолько неприятны?

Да. Но чувствую я, что сумку этот парень мне просто так не отдаст. Надеюсь, ему хватило ума не заглядывать в мою сумочку. Хотя судя по его манерам, я не могу этого исключать.

Замечаю на его шее татуировку, а в ухе — поблескивающую серьгу. Я догадываюсь, зачем девчонки виснут на нем, как на последнем парне на свете. Его внешность привлекательна и притягательна. Но ей нельзя доверять. Я чувствую опасность, когда смотрю в глаза этому парню.

— Во что вы играете?

— Фанты.

Я знаю эту игру. Любимая в детстве игра, после крокодила. Слишком просто для такой компании, скорее всего игра опошлена каверзными вопросами или заданиями.

— На каждой карточке есть задание и есть наказание, если ты отказываешься выполнять…

— Да я знаю. — перебила я Мартина. — Я сыграю разок, для интереса.

Мартин довольно оскалился.

— Джейкоб, твой фант.

Джейкоб берет карточку и орет истошно:

— Музыку в студию! Сейчас я вам покажу, кто здесь самый умелый стриптизер! Девочки готовьте свои деньги!

Хихикая над этим пьяным малым, я вынуждена смотреть, как Джейкоба больше кривляется, изображая стриптизера. Вот полетела футболка — и его темный торс стал достоянием всех присутствующих. Визги девчонок подогревали остановку подтолкнули Джейкоба на дальнейшее раздевание. Он стягивет с себя джинсы и размахивает ими у себя над головой, оставшись в одних трусах. Нашлось пара дурочек, которые засунули ему купюры в трусы.

Мои глаза больше не могут на это смотреть. Кажется, что этот кошмар длится вечность. Но к счастью, Джейкоб не стал раздеваться дальше и оставил в секрете свое достоинство под трусами.

— Твой фант, новенькая. — стрельнула глазками на меня деваха, по всей видимости, подружка Джейкоба.

Я тянусь к карточкам, мысленно молясь, что мне попалось что — то совсем безобидное.

— Читай вслух.

— Поцелуй взасос человека напротив тебя. — читаю я и понимаю неизбежное.

Напротив меня сидит, не кто иной, как Мартин.

Ребята заликовали.

— Она не будет сосаться с Мартином! — взвизгнула Дженнис и приобняла Мартина.

Словно, я горю желанием. Я не буду целоваться с ним и ни с кем другим тоже. Интересно, а какое наказание?

Действия Мартина обескураживают меня своей самоуверенностью. Он отцепляет от себя Дженнис, готовя свои объятия для меня. И ждет.

— Какое наказание? — спрашиваю я.

— Выпить два стаканчика.

Я в тупике. Два стаканчика — это слишком много. Я в жизни не пила алкоголь — мне просто запрещено это делать. Я вновь взглянула на Мартина и заметила, что этот бабник увлажнил свои губы. Во всей боеготовности.

Нет. Поцелую не бывать.

Я выпиваю один стаканчик за другим. Глотаю залпом, чтобы не чувствовать вкус противной жидкости.

Все недовольно загудели.

В голову мгновенно ударил алкоголь. Затуманенное чувство окутало мое сознание. Слишком много ошибок на сегодня.

— Моя сумка. — потребовала я от Мартина.

Он сидел чернее тучи. Довольная ухмылка сменилась сжатой челюстью и нахмуренным взглядом. Надеюсь, я не слишком ранила сердце этого бессердечного сердцееда.

Теперь ухмыльнулась я. Возможно, алкоголь придал мне смелости.

Мартин завел руку за спину и достал слегка помятую сумку. Все он это делал, не отрываясь от моих глаз, в которых проглядывалось удовлетворенность тем фактом, что я отшила этого зазнайку.

Каждой клеточкой своего тела я чувствовала наше противостояние. Еле уловимое для других и такое яркое для нас двоих. Даже когда, я развернулась к нему спиной, я ощущала жжение. Потому что он, наверняка, сверлит меня взглядом, наполненным злобой, неудовлетворенностью и желанием мести.