66

Когда поднимаюсь с постели, мне приходится выпустить Юлю из своих рук. Тишину тут же прорезает протестующий возглас. Поворачиваюсь, ловлю ее затуманенный взгляд. Больше ни звука. Она ничего не говорит. Но здесь и взгляда достаточно. Жена смотрит на меня очень выразительно. Все эмоции напоказ.

Охренительно вкусно.

— Я сейчас, — говорю.

Сам поплывший. Тяжело собраться. И выпускать ее из объятий нет никакого желания. Наоборот, тянет сжать, сдавить, притиснуть к себе вплотную.

Но моя затея того стоит.

Подготовка много времени не займет. А я уже не могу отделаться от шальной идеи, которая промелькнула в моей голове. Хочу довести до конца.

Иду в коридор. Возвращаюсь в спальню с коробкой, которую ей подарил.

— Что ты… — бормочет она, взгляд непонимающий. — Зачем?

— Давай это примерим, — отвечаю, уже присаживаясь на кровать рядом с ней, и от слов скорее перехожу к делу, открывая коробку.

— Нет, — отрицательно мотает головой. — Не надо. Я же тебе сказала…

Надо же какая упертая. До последнего стоит на своем. Но хорошо, что после оргазма она разморенная, еще не успевает толком очнуться.

Этим и пользуюсь.

Мне совсем не надо, чтобы она сейчас выплывала и оказывала хоть какое-то сопротивление моим планам.

Беру ожерелье. Застегиваю на ее шее, хотя Юля слабо ведет плечами, будто все равно безотчетно пытается меня остановить. Она слегка вздрагивает, когда прохладный металл соприкасается с ее кожей. Видно, холодит. Но я это быстро исправляю. Покрываю ее грудь поцелуями, слегка сдвигая ожерелье в сторону. Прижимаюсь губами снова и снова. Пока у нее вдруг не вырывается тихий стон. До одури порочный. Хрипловатый, надсадный.

— Ренат…

Закрываю ей рот поцелуем. Затягиваю обратно. Глубже. А отрываюсь, когда она снова немного уплывает. Берусь за серьги. Снимаю с нее золотые гвоздики с бриллиантами. Изысканные. Хорошо подобранные. Отмечаю чистоту и огранку на автомате. У Юли есть вкус. Стоящие вещи она выбирать умеет. Но конечно, с ее новыми изумрудами это не сравнится.

Она у меня очень красивая. Охуенная. Будет сиять. Еще ярче.

Хотя никакие камни с ее глазами не сравнятся. Круче звезд горят. Круче самых чистых бриллиантов. Любые драгоценности на фоне ее искристого ясного взгляда тупо стекляшки.

Надевая на нее серьги, не удерживаюсь от того, чтобы проложить влажный путь из поцелуев. От виска по скуле. И дальше, в сторону. Надеваю вторую серьгу. Прижимаюсь губами к одержимо пульсирующей жилке на ее шее. Повторяю губами. Веду до ключиц. Снова отрываюсь от нее с трудом. Всю свою волю прикладываю, только бы паузу взять.

Надо оторваться. Пока — надо. А скоро иначе оторвемся. Вместе. На полную мощность.

— Зачем ты это делаешь? — спрашивает она чуть слышно.

— Хочу увидеть тебя в них.

Голая. В одних только камнях. В моем подарке. Зрелище тянет на абсолютный отвал башки. Слюна во рту собирается при одном только взгляде.

В приглушенном свете камни призывно мерцают.

И пожалуй, такая одежда на Юле мне даже нравится. Мешать нам не будет. Потому продолжаю.

Застегиваю браслет на тонком запястье. Под нее специально делали. Она хрупкая у меня. Стандарт бы не подошел. По памяти все заказывал. Помню же, как ее запястье в моей ладони смотрелось, как ощущалось. Так мерки выбирал. Из головы все.

Теперь кольцо.

Обручального на ней пока нет. Но мы это исправим.

Переплетаю наши пальцы. Смотрю на нее. Как серьги в ушах поблескивают, как она задумчиво прищуривается, изучая меня, будто подозревает в недобром плане. Залипаю на ожерелье. Обалденно выглядит на ее груди.

Ладно, хватит.

Теперь она сама должна собой полюбоваться.

— Идем, посмотришь, как все выглядит, — говорю.

Поднимаюсь и ее на руки подхватываю. Несу к тому комоду, который стоит возле противоположной стены. Массивный, широкий. Считай, стол. А под самой стенкой — зеркало. То, что надо. Прямо идеально.

Беру свою рубашку, бросаю под ноги. Чтобы Юля босиком на полу не стояла. и Только потом ее опускаю. Останавливаюсь сзади.

Она видит свое отражение в зеркале. Тут же смущается, ведь щеки моментально розовеют.

А в нависаю позади, накрываю ее плечи ладонями. Медленно веду вниз, до локтей. Склоняюсь над ней. Зарываюсь лицом в ее волосы. Жадно втягиваю аромат.

Сейчас она еще вкуснее пахнет. После секса. Опять заведенная. Вся поплывшая. Чувствуется, что с трудом держится на ногах.

Обхватываю ее грудь ладонями. Медленно поглаживаю соски большими пальцами.

Отклоняется назад. Прогибается.

Отрываюсь от ее ароматной макушки, чтобы поймать вид ее отражения в зеркале.

Она отлетает. Глаза прикрыты. Голова запрокинута назад. Волосы разметались по голым плечам.

Не так должно быть.

— Смотри, — произношу тихо.

Мой возбужденный член упирается в нее сзади. Она ощутимо подрагивает.

— Юля…

Прикусываю мочку ее уха. Сильнее сдавливаю грудь. А потом отпускаю грудь, чтобы взяться за бедра. Прогибаю податливое тело. Проникаю в нее. Толкаю затвердевший член в разгоряченную влажную плоть.

— Смотри, — повторяю. — Или хочешь, чтобы я остановился?

В момент прерываю размеренные движения, так и не набрав нужный оборот.

Она всхлипывает. Все же приоткрывает глаза.

Наши взгляды встречаются. Это будто электрический разряд. Коротит.