72

Никогда нельзя недооценивать своего врага. Даже самого слабого, казалось бы, незначительного. Даже гребаную пешку в большой игре.

Энцо Морро должен был тупо попасть под раздачу от Роберта Пирсона. В том, за что бы он поплатился, не виноват. Ну так и многие, кого он отправил в мир иной, были не виновны.

Только сам Энцо преподнес мне урок.

— Ваша жена, — говорит охранник. — Ее похитили. Мы уже выяснили, кто это сделал.

— Кто?

— Морро, — выдает глухо. — Энцо Морро.

Первая мысль — он знает. Каким-то образом пронюхал про мой план. Понял, как я хотел подставить его перед Пирсоном. Решил действовать на опережение. Хотя с учетом того, что процесс уже запущен, это вряд ли ему сильно поможет.

Это проносится в голове как на автомате.

Потом врубается мозг.

Нет. Нихера бы он не понял. Не смог бы понять.

Тут другое…

Но мысли у меня совсем не складываются. Мешает страх. Нет, даже паника. Острая. Пробирающая до хребта.

По ходу я такого даже близко никогда не испытывал. Даже когда был уверен, что Юля погибла. Бояться не было смысла. Другое меня накрывало. Не те эмоции.

А теперь — так.

Липкая паника. Парализующая. Током врезает. Не отпускает. Мешает, сука, соображать.

Просто очень четко осознаю, что крупно проебался. Могу ее потерять. И да, если хоть волос с ее головы упадет, Морро сдохнет самой мучительной смертью. Да он и так сдохнет. Пирсон, блядь, до этой гниды попросту не успеет добраться. Разорву тварь. Голыми руками. Зубами. Пиздец ему.

Но что это поменяет? Если Юля пострадает. А она уже под угрозой. Напугана. Встревожена.

Не должен был этого допускать.

Теперь поздно. С тем, какого хрена люди Морро забрали мою жену, как они вообще умудрились это провернуть, я разберусь позже. А пока другая задача стоит. Забрать ее.

Еду на склад, где Юлю держат. Один. Сейчас не вариант разборки устраивать, штурмовать блядский ангар.

Мне нужно забрать ее. Спокойно. Нет времени разрабатывать план, готовить атаку. Действую иначе. По обстоятельствам.

Все резко перестает иметь хоть какое-то значение.

Мои разборки с Пирсоном. Планы того, как бы всех наебать. Долбанные бриллианты. Контрабанда. На все похуй.

Еду в логово врага.

За женой.

Там меня встречает Морро.

— Быстро вы, господин Ахмедов, — усмехается тот, но я считываю в нем напряжение. — И без охраны. Странно. Я ждал другого.

Чего он, уебок, ждал? Что я здесь кровавую баню устрою? Да, не отказался бы. Это и правда было бы неплохо. Но сейчас ставки слишком высокие, чтобы так тупо рисковать самым важным, что у меня есть.

Молча смотрю на него.

— Думал, вы план продумаете, — замечает Морро с прищуром.

Гребаная крыса.

Будет тебе план. Охренеть какой. И да, блядь, наметки у меня есть. Главное только Юлю отсюда вывезти. Счет идет.

— Отпусти мою женщину, — говорю.

— Любовница Чезаре, — хмыкает. — Твоя женщина? Не знал.

— Она моя жена.

Все он знал. На эмоции вывести хочет. Но пока Юля здесь, в этой блядской ловушке, никаких эмоций он не получит.

— Я и не собирался ее задерживать, — замечает Морро. — Отпустил бы. Это вообще, не в моих правилах — обижать невинных девушек. Но разумеется, у всего есть своя цена. У моей доброты — тоже. Согласны, господин Ахмедов? Доброта должна особенно хорошо оплачиваться. В мире иногда требуется восстанавливать справедливость.

Я ему оплачу. По полной оплачу. С походом, блядь.

— Следуйте за мной, — говорит он. — Хочу, чтобы вы сразу убедились, я человек чести. Скрывать мне нечего. Ваша девушка в полном порядке.

Под прицелом охраны Морро прохожу следом за ним. И как бы ни было сильно желание сдавить его глотку, подавляю этот порыв. Нельзя. Не сейчас. Еще будет момент, когда мы останемся наедине. Но сперва он должен выпустить отсюда Юлю.

Ангар разделен на несколько блоков.

Энцо заводит меня в один из них. Небольшая комната. Плохо освещенная. Но как только мы проходим, меня будто ослепляет.

Глаза сразу выхватывают ее. Мою Юлю. Ее встревоженный взгляд. Ужас. Напряжение. Чую каждую эмоцию.

Она приглушенно всхлипывает.

Ее рот заклеен широкой серебристой клейкой лентой.

— Видите? — спрашивает Энцо. — Все хорошо.

Нихуя не хорошо.

Она напугана.

Впиваюсь в нее взглядом. Повреждений не замечаю. Но мне хватает выражения в ее глазах. Того приглушенного всхлипа.

— Вы приехали на чужую территорию, господин Ахмедов, — говорит Морро. — Начали устанавливать свои порядки. Но здесь такое не любят. Здесь такое не принято. Слишком сильно вы обороты набираете. Слишком быстро. И Гравано потеснить пытаетесь, и меня. Даже до Пирсона добрались. Хваткий человек. Не спорю. В определенной степени это даже хорошо. И софт вы для моей команды разработали отличный. Специалисты у вас серьезные. Драгоценными камнями занялись. Лабораторию запустили. Везде успеваете. Однако пора бы вам все эти обороты сбавить.

Смотрю на него.

— Сколько? — спрашиваю.

Мне уже понятно, что вопрос здесь в деньгах. Ну и еще в том, что через это сам Морро хочет самоутвердиться. Каким бы хватким и ловким я по его словам не был, а именно он держит дуло пистолета у моего затылка.

— Мне много не надо, — прочищает горло Энцо. — Вы просто отдадите мне все, что у вас на счетах есть. Это справедливо. Вы человек молодой. Еще успеете заработать. А я старик. Сколько мне осталось?

— Отпусти ее — тогда получишь деньги.

— Ну нет, господин Ахмедов, за кого вы меня держите? Возраст, разумеется, сказывается на уме. Но не до такой же степени.

То, что Энцо меня живым выпускать не собирается, это понятно. Знает, что тогда ему пиздец.

Но Юля… она должна уйти. До того как он хоть одну копейку от меня получит. Потому что его замысел читается без слов.

— Договоримся по-хорошему, — предлагает Энцо, подтверждая догадку. — Вы переведете мне, допустим, четверть вашего капитала. Тогда я отпущу вашу девушку. И дальше мы продолжим, пока не доведем до конца остальные переводы.

Нормальный ход.

Ему и четверти хватит. Остальное он просто не станет брать. Грохнет нас, и дело с концом.

Мне такой вариант не подходит.

— Нет, — говорю ровно и смотрю ему в глаза. — Ты ничего не получишь от меня, пока ее не отпустишь. Мне терять нечего. Пока она здесь. Тебя не верю. Поэтому либо ты ее прямо сейчас выпускаешь отсюда, либо… не будет у нас никакой сделки.

Морро мрачнеет. Молчит. Пожалуй, прикидывает, что можно попробовать иначе. Жестче. Можно пытать меня. Или… ну я понимаю, куда ведет его логика. Просто отбрасываю это.

В моем взгляде он читает четкость намерения.

Пытки здесь тоже ничего не дадут. Я понимаю, кто он. Что за урод. И он это знает. Силой сейчас не выйдет.

Тут стоит согласиться на эту четверть, как нас убьют. Мне нет никакого резона ему уступать.

— Ладно, — наконец произносит Энцо. — Мои люди сейчас отвезут ее домой. Тогда продолжим.

Морро не был бы собой, если бы не пытался меня наебать снова. Напоследок. Но этот трюк не пройдет.

— Пусть за ней приедет ее брат, — говорю. — Пусть он ее заберет.

Энцо медлит. Но все же принимает это условие. Хоть и с неохотой.

А дальше опять перехватываю взгляд Юли. Она смотрит на меня так, что видно, все понимает.

Я покойник. Сам остаюсь в заложниках у Морро.

Моя жена в курсе тех порядков, которые царят в криминальных кругах. Понимает, что меня ждет.

Сейчас в ее взгляде столько эмоций, что…

Мне бы ее поцеловать. Содрать гребаную ленту с ее лица, с трудом сдерживая себя, чтобы сделать это осторожно. И впиться в ее губы. Жадно. Со вкусом.

Но при Морро так поступать не стану.

Уебок не получит такое зрелище.

Все, что я себе позволяю, это провести ладонью по ее волосам, когда за ней приходят охранники, чтобы отвести на улицу. Провести до машины Стаса.

Накрываю ее макушку ладонью. Склоняюсь. Зарываюсь лицом в спутанные пряди волос. Жадно втягиваю воздух.

Ну вот. Пора.

— Все будет хорошо, — выдыхаю ей на ухо. — Ничего не бойся. И береги себя. Иначе все, что я делал в этой жизни, не будет иметь никакого значения.

Отпускаю.

Морро наблюдает за нами.

— Надо идти, — подталкиваю ее.

Она нервно мотает головой.

Охрана Морро подступает. Под моим взглядом никто из них не решается тронуть Юлю.

Она медлит. Но я смотрю на нее так, чтобы все же пошла.

Юля скрывается за дверью. За ней охрана. Хотя несколько человек задерживается рядом с Морро.

Логично. Он не станет оставаться со мной наедине.

Вскоре звонит Стас.

— Юля здесь, — говорит он. — В моей машине.

— Ренат… — слышится ее голос.

— Уезжайте, — произношу, прежде чем отключиться.

Убираю телефон от уха. Смотрю на экран.

Ну что же. Теперь можно действовать.

***

— Сделай что-нибудь, — обращаюсь к брату. — Пожалуйста.

Он будто каменный.

— Стас! — истерически.

— Тихо, — бросает он. — Нам надо ехать.

— Нет, нет, — бормочу нервно. — Мы же не можем так просто уехать. Мы не можем оставить Рената вот так. Они же его…

Осекаюсь. Остаток фразы забивается в горле. Потому что мне страшно даже просто это произнести вслух.

Пока слово «убьют» остается только в голове, это все будто не по-настоящему. Не до конца реально. А значит…

— Стас, прошу тебя, — повторяю сдавленно.

— Ты сама слышала, что он сказал, — выдает отрывисто. — Уезжайте.

Машина отъезжает от склада. Дальше и дальше. А мой взгляд так и прикован к тому темному зданию.

— Вызови своих людей, — хватаю его за руку. — Хоть кого-нибудь. Надо кого-то позвать. Или… Гравано. Ты можешь ему позвонить? Я попрошу его.

Мысли одна безумнее другой мелькают в моей голове.

С чего бы Чезаре стал помогать Ренату? Он сам предлагал мне… «решить» проблему моего замужества. И если честно, после тех его слов до сих пор не могу отойти. Не могу общаться с ним как прежде.

Мы со Стасом спорим. Ожесточенно. С трудом отдаю себе отчет в том, что сама говорю. В том, что мне отвечает он.

Брат притормаживает. Но заметно, что он делает это лишь бы я немного успокоилась. Помогать Ренату не собирается.

Задыхаюсь от волнения. Больше не получается слова подобрать.

А потом вдруг раздается чудовищный грохот. Вспышка ослепляет. Ощущение, будто воздух разрывается от сотен фейерверков.

Здание склада объято огнем.

Ренат…

Мое сердце пропускает удар.