38

Впервые вижу, как Ахмедов застывает.

Его взгляд словно стекленеет. И в то же время — плавится. Выражение лица будто окаменевшее. Сам он не двигается. Только рвано и тяжело дышит. Это чувствую четко, ведь моя ладонь так и остается на его теле. Можно ощутить сталь его мышц под пальцами. Одежда не скрывает ни мощь тренированных мускулов, ни жар кожи.

Секунда. Еще одна.

Ни единого жеста.

Пауза становится все более напряженной. И если в первый момент внутри меня загорается нечто вроде мстительного удовольствия, в духе «ну наконец-то я поставила его в тупик», то вскоре становится понятно, самое время отсюда убраться. Пока Ахмедов не очнулся от того, что его так накрыло.

Нервно втягиваю воздух и отдергиваю от него руку. Резко разворачиваюсь. Ухожу. А дальше только что не бегу.

Пульс стучит по вискам. Позади доносятся тяжелые шаги.

Ренат все же порывается меня догнать. Эффект спадает. Однако преимущество остается на моей стороне. Успеваю вернуться в зал. К гостям.

Присутствующие уже начинают занимать свои места за большим длинным столом.

Иду к родителям. Присаживаюсь там, где мне положено.

Ахмедов держит дистанцию. Но даже не глядя на него, чувствую на себя тяжелый прожигающий взгляд.

Ренат усаживается напротив. При моих родителях он ничего не может мне сделать. Да и вообще — здесь, на людях, когда вокруг столько свидетелей. Даже отбитый отморозок понимает что к чему.

Его момент упущен. Хотя бы сегодня. И это уже позволяет мне выдохнуть.

— А где Стас? — вдруг спрашивает Каменский-старший, мой дед со стороны матери.

— Занят, — холодно бросает отец, выдавая это одно короткое слово таким тоном, чтобы желания задавать новые вопросы не возникало.

Он умеет поставить на место.

Но только не главу клана Каменских.

— Чем это он таким важным занят? Сегодня помолвка. Знаменательное событие. Два клана объединяются воедино. Как будущий глава Стас должен здесь присутствовать.

Возможно, если не знать всей истории, это может показаться обычным набором ничего не значащих фраз. Однако на деле тут удар за ударом. По всем.

Дед умудряется подать союз Ахмедовых и Князевых как «слияние», что не нравится ни одному из кланов. И по моему брату бьет, будто тот не осознает ответственность, которая на нем есть. И по отцу, который не способен навести порядок в собственном доме. И по остальным претендентам на роль будущего главы, ведь родственников у нас много. Вопрос наследования не решен. Далеко не всегда главой становится старший сын. Это заведено в клане Ахмедовых. Но не будет правилом для остальных.

— Есть вопросы, которые нужно решать сразу, — чеканит отец. — Не важно, помолвка сегодня или нет.

— Да? — протягивает Каменский. — Ну тогда похвально.

По его тону понятно, что никакой похвалы и близко нет. А взгляд и выражение лица добавляет эмоций.

Вот так мы все друг друга «любим».

Иногда удивляюсь, как дед мог согласиться на брак своей дочери с кем-то из Князевых. Вероятно, тут сыграло лишь то, что Ахмедовых он и вовсе на дух не переносит.

Впрочем, ко мне и к Стасу дед относится не намного лучше.

«Дурная кровь».

Я слышала, как он выразился про нас так. При моей покойной бабушке, которая тогда залепила ему пощечину. Мне тогда было лет десять. Но в память это врезалось хорошо.

До того момента я не понимала, почему в гости к нам бабушка всегда приезжает одна.

Наверное, она единственная, кто и правда любил меня, моего брата. Родители моего отца погибли еще до того, как он женился. Жертвы войны кланов.

Дальше без выпадов тоже не обходится. И если обычно мне на такое плевать. Эти общие мероприятия у нас проходят редко, всего несколько раз за год. То сегодня стараюсь отмечать.

Артура нет. Просто фиксирую как факт. Его отсутствие не вызывает ни у кого вопросов. Возможно, потому что мой бывший всегда старался держаться в стороне от дел своего отца.

Тихоновы контролируют развлекательный бизнес. Ночные клубы, казино, бои без правил. Сфера у них широкая. От борделей до подкупа политиков.

Артур отзывался о том, что делает его отец, с брезгливостью. Однако сам оказался не так уж чист.

Мой отец постарался максимально все легализовать. Вероятно, если сравнить с остальными кланами наш выглядит самым спокойным и «честным». Но это если не знать подноготную. Как отец выжигает конкурентов и давит любого, кто рискнет показаться на его пути.

Финансовые махинации. Экономическая преступность. Манипуляции на фондовом рынке.

Это все Князевы.

А еще — монополия, запугивание, шантаж. И пролить кровь — тоже не вопрос, если того требует выгоды.

Хотя никто здесь не проливал больше крови, чем Ахмедовы.

Я наслышана, что за ними черный рынок, контроль над бандами и тюрьмами, контрабанда. И это контрабанда не только оружия, но и машин, антиквариата, драгоценностей. Золото, нефть. Их люди практически везде.

Здесь могут соперничать разве что Каменские. Несмотря на преклонный возраст мой дед не сдает позиции. Хватка у него железная.

Сбор компромата, шпионаж, наемные убийцы.

Все это под его контролем. Если оценивать сферы, может показаться, будто у Каменский не так уж много влияния, Князевы и Ахмедовы на виду, их дела гремят. Даже Тихоновым заметно больше. Однако именно клан Каменский пропустил свою паутину везде. Современные технологии тоже их профиль.

Сейчас мне начинает казаться, дед поинтересовался насчет Стаса не без причины. Брат говорил про кого-то нового.

Новый игрок.

Если Стас выяснил нечто важное, то вряд ли это бы укрылось от деда. Каменский же повсюду. И ничего не делает просто так.

Решил бы он злить моего отца без причины?

От всех этих мыслей лишь сильнее запутываюсь. А еще меня сбивает буравящий взгляд Ахмедова.

Вечер дается тяжело. Приходится всю волю приложить, только бы спокойно досидеть до конца. Особенно когда нас начинают поздравлять.

Милые слова пронизаны лицемерием. И я заставляю себя учтиво кивать, улыбаться, делая вид, что и правда довольна происходящим.

Да я готова обнять Ахмедова, лишь бы никто не видел того, как мне все это дается на самом деле. Только позлорадствуют.

К счастью, обниматься нам не требуется. Мы даже рядом не должны стоять, чему я и правда радуюсь.

Домой возвращаюсь настолько уставшая, что едва приняв душ и добравшись до постели, отключаюсь.

Утром меня будит звонок.

Номер не определяется.

Морщусь, глянув на время.

Кто может звонить так рано?

А что если это брат?..

Мигом отвечаю.

— Да?

— Юля, нам срочно нужно встретиться, — слышится из динамика напряженный голос Артура. — Сегодня днем.

Даже отвечать ему не хочу.

Просто отключаюсь и уже начинаю заносить номер в черный список, когда на экране всплывает сообщение.

«Это важно».

Кривлюсь. Вспыхнувшее уведомление мешает нажать на новую кнопку, а следом вдруг мигает еще одно.

«Про твою семью».

Это все же заставляет меня помедлить с отправкой очередного номера Артура в черный список. Основной я давно заблокировала. Как и несколько тех, с которых он потом мне писал.

Экран гаснет, а после вспыхивает опять. Новое сообщение не видно до конца, потому жму, чтобы открыть.

«Ты должна это знать. Юля, пожалуйста. Всего несколько минут. Это касается твоих родителей и брата. Сегодня днем. Я скину адрес».