Глава 27. На дне

— Проститутка.

— Продалась.

— Видели фото?

— Вот же поколение…

— Бесстыдница!

Эти слова тяжёлыми маленькими молоточками опускались на дно моей души.

Я опустила голову, стараясь просто дышать. Просто вдыхать чёртов воздух.

Видела свои руки, пальцы дрожали. Слёзы собирались где-то внутри. Скоро они прольются.

Чувствовала ладонь Никиты у себя на талии. И была ему благодарна за это. Наверное…

Не за то, что он меня обнимал. Нет.

За то, что просто оказался со мной, а не против меня. Что пытался защитить.

Поздно правда, ведь удар достиг адресата. Стрелой с отравленным наконечником в самое сердце.

От руки Никиты исходило тепло.

До того момента, как Стас взял моего друга за грудки и резко оторвал от меня.

Я вскинула взгляд и увидела, как кулак Стаса с бешенной скоростью и разрушительной силой влетел Никите в скулу.

Моё воображение дорисовало звук этого удара, и он перекрыл гул моего пульса в ушах.

Дыхание моё прервалось.

Как в замедленной съёмке я видела, как Никиту откинуло назад, и он врезался в парня-официанта с подносом.

Бокалы полетели на пол, разбиваясь каскадом хрустального дождя.

Кто-то вскрикнул.

А я нервно хохотнула, думая, что сердце моё тоже не устояло на этом подносе — слетело с постамента вниз и разбилось на тысячи неровных частичек.

Это был недобрый смех. И не издевающийся, как подумали некоторые. Это был крик о помощи от тонущей в отчаянии меня. Истеричный и неконтролируемый.

Я резко вернулась в реальность, когда тётя Марго схватила меня за руку и потянула к выходу. Вырвала запястье из её хватки.

Звуки тут же проникли в мою голову.

Кто-то звал охрану, кто-то кричал про скорую.

Я обернулась.

Стас и Никита дрались. Точнее сказать, Стас активно убивал Никиту.

Я тут же рванула к нему, наносящему удар за ударом.

— Прекрати!.. — крикнула отчаянно.

Но Стаса это не остановило.

Я мельком увидела его выражение лица и поняла, что его сейчас ничего не остановило бы.

Лезть к дерущимся парням, один из которых боец, что потерял контроль — не самая моя блестящая идея.

Но других идей у меня не было.

Я хотела вцепиться в его руку, хотя слышала, что кто-то сзади настойчиво рекомендовал мне этого не делать. Тётя наверное…

Да уж… она изначально была против моего общения с ним.

Может, в конечном итоге мне и стоило её послушать. И тогда, и сейчас.

Случайный удар пришёлся по правой стороне моего лица.

Я никогда такой боли не чувствовала.

Сначала, мне показалось, что кто-то встряхнул мой мозг прямо в черепной коробке. Потом я ещё и рухнула на пол. Как-то не очень удачно рухнула, потому что бедро и руку тут же обожгло болью. Особенно руку…

— Маша!.. — услышала я встревоженный голос Стаса.

И его глаза. Чёрные. Встревоженные. И кровь на щеке.

Верх.

Вот такой он и есть на самом деле.

Перед тем, как всё потонуло во тьме, я подумала, что не могло быть у нас с Вершининым никакого хэппи энда.

Ни любви не могло быть.

Ни будущего.

Ни надежды.

Ни-че-го…