Глава 29.
Дана Сапиева
Я провожаю Демьяна до двери. Он смотрит на меня так, будто готов снова напроситься на ночь. Глаза тёмные, губы чуть припухшие после наших долгих поцелуев. И меня к нему так тянет… Я еле держусь. Между нами витает напряжение, такое густое, что его почти можно потрогать. Не знаю, что не так с этим парнем, но меня от него за версту ведёт.
– Завтра я заеду за тобой, – говорит он хрипловато. – Твоя машина ведь осталась у работы…
Боже, как заботливо и внимательно с его стороны. Даже я уже забыла…
– Да, – киваю я, стараясь не улыбаться слишком широко. – Хорошо.
Соглашаюсь, кажется, впервые настолько быстро и спокойно.
Он наклоняется и дарит мне ещё один короткий, обжигающий поцелуй в уголок губ…
– Спи сладко. И ни о чём не думай, колючка.
– Постараюсь, – шепчу в ответ. Не знаю даже, почему позволяю ему себя так называть. Чувство, словно уже привыкла.
Дверь закрывается. Я остаюсь одна. Прислоняюсь к стене, прижимаю пальцы к губам – они всё ещё горят. Внутри столько всего. В первую очередь, ощущение, что рядом был мужик всё это время. Настоящий, дерзкий, знающий цену женщине мужик. А это не может не привлекать. В сравнении с прошлым моим опытом – небо и земля, конечно. Да я даже вспоминать не хочу…
Я наконец иду помыться и переодеться в домашнее…
Чувствую, как тело приятно расслабляется под струями воды… Было бы лучше, если бы он остался? Стараюсь об этом не думать. Давать всё и сразу – глупо. Он и так уже много от меня получил… Пусть теперь проявит терпение. Да и я должна…
В спальне включаю ночник, беру телефон. Мы ещё немного переписываемся с Демьяном – ничего серьёзного, но так по‑домашнему, так… нежно. Он присылает смайлик с подмигиванием, я отвечаю гифкой с котиком, который падает с дивана. Мы оба смеёмся в переписке. И я чувствую, как меня к нему тянет. Сильно. Так, что даже страшно. Ведь я привыкла с ним собачиться, а тут… Ну прям, идиллия какая-то.
Ложусь в постель, укрываюсь. Мысли замедляются, веки тяжелеют… И вдруг снова вибрация телефона. Сначала я думаю, что он ещё что-нибудь отправил… Но потом вижу сообщение от бывшего.
Сердце пропускает удар. Потом начинает колотиться так, будто хочет вырваться из груди.
«Давай встретимся, немного поболтаем. Была слишком странная атмосфера, и я не успел позвать».
Ненавижу. Всё во мне сжимается от этой ненависти. Пальцы сами печатают:
«Не пиши мне больше».
Ответ приходит мгновенно.
«Давай хотя бы передам тебе деньги за кредит».
Хмурюсь. Неужели вспомнил, как бросил меня с этой кабалой на шее?!
«Переведи просто и всё, я номер не меняла».
Но он не унимается:
«Лучше лично. Завтра в шесть? В том кафе, где мы всегда…»
Стискиваю зубы. Нет. Ни за что!
«Нет. Переведи деньги. Точка».
Откладываю телефон экраном вниз. Глубоко дышу. Пытаюсь успокоиться. Но тревога уже вцепилась в меня – цепкая, липкая. Даже милые сообщения от Демьяна не могут её полностью заглушить.
И засыпаю с тяжёлым сердцем…
***
Утро встречает меня солнечным светом и настойчивой трелью будильника. Быстро собираюсь, сегодня душа не лежит к долгим ритуалам красоты, но всё же наношу лёгкий макияж, расчёсываю волосы, заплетая шишку. В голове сумбур: Демьян, бывший, командировка, неопределённости… Мужики, блин…
Ровно в девять слышу гудок машины из окна. Демьян. Думала, он поднимется, но он решил подождать внизу, как джентльмен.
Выхожу, сажусь рядом. Он улыбается, когда видит меня.
– Доброе утро. Ты прекрасно выглядишь…
– Спасибо, – улыбаюсь в ответ, но улыбка выходит натянутой.
И самое прикольное, что он сразу же замечает, словно чувствует меня. Детектор, блин…
– Что‑то не так?
– Почему ты так решил?
– Ну что я, не знаю свою женщину…
«Свою женщину»… Хочется плакать… Обнять и плакать, чёрт возьми…
И я вдруг решаю рассказать. Кратко, без лишних эмоций: про кредит, который я брала для него, про то, как он исчез с деньгами, оставив меня разбираться с долгами в одиночку. И что он вчера снова мне написал…
Демьян слушает внимательно, не перебивает. Лицо при этом пропитано яростью, в глазах – что‑то тёмное, почти опасное. Потом он просто берёт меня за руку и тихо говорит:
– Не переживай. Всё будет хорошо. Если ещё раз напишет – дай мне знать просто. И всё. Договорились?
Его уверенность действует на меня успокаивающе. Киваю, благодарно сжимаю его руку.
Мы подъезжаем к офису. Я быстро прощаюсь и убегаю на своё рабочее место – нужно успеть выкатить отчёт до начала планерки. Но не успеваю даже сесть за стол: Аня хватает меня за руку и тянет в сторону уборной. С таким видом, словно сковырнула гнойник…
– Так‑так‑так, – шипит она заговорщически. – Ты приехала с ним. С самим Разумовским! Признавайся, что между вами?!
Стою перед зеркалом, поправляю блузку. Молчу секунду. Потом глубоко вздыхаю и впервые вслух произношу то, что давно вертится в голове…
– Да-да! Он мне нравится, Аня, ясно?!
Подруга замирает, потом расплывается в широченной улыбке:
– Ну наконец‑то! Я же говорила – между вами искры летали ещё с первого дня! Нифига себе!
Я вздыхаю и с ухмылкой мотаю головой, глядя в отражение… Впервые за долгое время чувствую, что, может быть, всё действительно наладится. Но тень бывшего всё ещё где‑то рядом, и мне очень неприятно из-за этого…