Эпизод 47. Элиас

Брат открывает мне дверь, и я быстро сканирую его взглядом, отметив, что он не выглядит, как человек, у которого случилось что-то плохое. Поэтому причины его звонка для меня по-прежнему остаются тайной, покрыто мраком. 

Он — не Ксюша, которая может и в пять утра тебя разбудить. Эрик слишком вежливый и тактичный. 

— Заходи, — произносит он, и я прохожу в большую прихожую, разуваясь. В углу замечаю огромную коробку с картинкой какой-то дорогущей на вид коляски, и киваю на неё, спросив:

— Готовитесь уже? 

Эрик с шумом вздыхает. 

— Ага. Я купил. Только Лена сказала, что это плохая примета — покупать заранее вещи ребёнку, поэтому завтра придётся возвращать коляску.

— Серьёзно? — хмыкаю я, — а потом как? В день рождения носиться по магазинам? 

Брат закатывает глаза. 

— И я про то же. Сейчас её отпустит немного и возьмёмся за покупки. Я хотел провести первые дни с сыном, а не катаясь по ТЦ. 

Сын, значит. Эрик проговорился случайно. До этого они делали таинственные лица на вопросы «и кто?». 

— Что у тебя произошло-то, что ты мне ночью звонишь? - — решаю я перевести тему, пока брат не понял, что спалился. 

Он смотрит на меня, чуть приподняв брови. 

— Не у меня. У тебя, Элиас. 

Сюрприз, ешкин кот. 

— В каком смысле? 

— Пойдём, — он кивает на гостевую комнату, где у него бар. Мы заходим, я сажусь на диван, и когда Эрик тянется к бутылке с виски, жестом останавливаю его. 

— Вообще я за рулём. 

— А, — отвисает Эрик, — Точно. Ладно, кофе будешь? Или минералку налить? 

— Плевать что. Ты решил меня помариновать, чтобы я себе весь мозг поимел, пока гадаю, что там произошло? Выкладывай давай. 

Эрик хмыкает, берет два стакана и наливает в него прозрачную шипящую воду из бутылки. Мелкие пузырьки подпрыгивают весело на поверхность воды, лопаясь. 

— Ты разошёлся с Дашей? – интересуется он. 

— К чему вопрос? Да. 

— К тому, что твоя теперь уже бывшая та ещё хитрая тварь, Элиас. Мне тут одна птичка напела, что её вчера видели в одной машине с Ярышевым. 

У меня приподнимается удивлённо бровь. 

— Олег вроде не увлекался настолько молодыми и прожженными бабами. 

— Ага. Она ему нахрен не сдалась. Там более интересные причины для встречи. Я говорил тебе, Элиас, держать баб подальше от своего бизнеса. Не должны они знать ровным счётом нихрена о том, с кем ты встретился и что ты делал. И уж тем более о твоих проблемах, — Эрик болтает задумчиво воду в стакане, — теперь Ярышев в курсе, из-за кого он недавно едва не обанкротился. 

— Откуда? — медленно произношу я, — Дарья не знает ровным счётом ничего об этом. 

— Да ты что? 

— Я ещё не выжил из ума и ничего ей об этом не рассказывал. 

— Зато ты таскал её везде с собой. У вас много общих знакомых, Эли. Кто-то слил ей эту информацию, — спокойно отвечает Эрик, — а она решила тебе отомстить и найти нового содержателя. Я не стал бы тебе врать. То, что именно она слила эту тему Ярышеву — это сто процентов. 

— С… — я едва сдерживаюсь, чтобы не выругаться и со стоном тру лицо ладонями, —  тварь. Честно говоря, мне сложно поверить, что эта женщина, с мозгами, как у рыбки, повернула что-то подобное. 

— Наивный ты, Элиас. 

— Возможно. Окей, я её недооценил. Но подозревать своих партнёров по бизнесу, что они просто так ляпнули какой-то бабе такое… 

— Откуда-то она ж это узнала? — пожимает плечами брат, — Славик вот любит прибухнуть. Может, под градусом что-то и ляпнул. Я не знаю, Элиас. Ищи, у кого из твоих знакомых язык без костей. И я б на твоём месте ненадолго валил бы куда-нибудь. Ярышев сейчас рвёт и мечет и грозится вам всем ноги из жопы выдрать. 

— Я не стану бегать, Эрик. 

— Тогда найми охрану. Или ты считаешь, что человек, который поднялся в девяностые, станет мирно решать такие вопросы? Не высовывайся, Элиас. Я улажу все через некотороевремя., или он прессанет кого-то типа твоего Славика и успокоится.  Дай просто ему остыть. Я пять лет назад тоже нарвался, и три месяца не просто так в Европе отсиживался. Бывает всякое. 

— Спасибо, Эрик, но я сам решу свои проблемы, — я поднимаюсь с дивана, пока брат иронично смотрит на меня. 

— Мне вот в твоё время никто помочь не мог, Элиас. Зря отказываешься. 

— Просто не впутывайся, — резко отвечаю я, — у тебя жена беременная, а ты скоро станешь папашей и не до этого тебе будет. 

Я собираюсь было уйти, но кое-какая мысль вспыхивает ясно в голове и я замираю. Брат что-то говорит мне вслед, только я его не слышу, потому что думаю об одном: Настя. Блин. У меня сейчас дома Настя, и лучше бы её отправить на ту самую съёмную квартиру от греха подальше — вряд ли, конечно, Ярышев будет что-то делать с посторонним человеком, тем более, женщиной, но перестраховаться надо. 

Почему как только все вроде начинает налаживаться, откуда-то подкрадывается внезапно огромная задница? 

Я не знал. Также, как и не знал, что сказать Анастасии. Но я явно не мог сказать правду — ей не восемнадцать лет, чтобы с восторгом смотреть на человека, которому могут отбить печень и голову, потому что иногда приходится делать такие вещи, которые не всем могут понравиться. Ей нужна стабильность. 

Похоже, матерное слово из пяти букв ещё долго будет крутиться в моей голове, пока я еду домой.