Глава 35

Кажется, мне снился сон. Обстановка, по крайней мере, была более чем знакомой. Темное помещение, цепи, и я в тонкой кружевной сорочке. Любимая фантазия Кайдеона. Наверное, мне стоило задуматься о его предпочтениях и сделать соответствующие выводы, но я была слепа в своих чувствах и не видела очевидного. Либо мне просто показывали то, что я сама создавала из собственных страхов и тайных опасений. Кай, все такой же прекрасный, одетый в одни лишь кожаные штаны, стоял в шаге от меня, сложив руки на широкой, едва тронутой загаром груди. – Где мы? – спросила я. – Там, откуда тебе пора выбираться, – хищно усмехнулся дракон. – Иначе мне придется найти способ изгнать тебя отсюда. – Почему ты снова в моем сне? Как ты проник сюда? – Долго объяснять, – Кай шагнул ко мне, заставив невольно отступить. – А времени у нас совсем мало. – Почему мало? – не в силах отвести от него взгляд, спросила я. – Потому что ты должна проснуться. И как можно скорее. Тон его был серьезным настолько, что я действительно испугалась. – Что будет, если я не проснусь? – спросила я внезапно осипшим голосом. Глаза Райдера опасно сузились. – Не смей даже думать об этом, – произнес он, нависая надо мной. – Я заставлю тебя сбежать из этой реальности. Но сначала… Я не успела никак отреагировать. Обхватив пальцами мой подбородок, обсидиановый дракон меня поцеловал. Устояла я лишь благодаря тому, что свободной рукой Кай с силой прижал меня к своему твердому, горячему телу, а в следующее мгновение меня швырнуло во тьму. Очнулась я в лазарете академии. Рядом со мной сидел немного бледный, но вполне живой Райдер, его грудь равномерно вздымалась, а между бровей залегла хмурая складочка. Неужели я вычерпала свой резерв до донышка и заставила его поволноваться? – Кай, – сипло позвала я, и ультрамариновые глаза мгновенно распахнулись. По красивым губам скользнула улыбка, после чего дракон пересел ко мне на кровать. – С возвращением, – сказал он, и, склонившись к самому моему лицу, целомудренно поцеловал пересохшие губы. У меня было множество вопросов, но, похоже, времени теперь тоже было достаточно, и начать я решила с самого основного. – Как ты? – Хорошо, благодаря тебе. Ректор рассказал, что ты отдала мне свою магию. Но перед этим Кай спас меня от удара кинжалом. – Моя магия, – говорить лежа было не очень удобно, да и чувствовала я себя так, будто действительно всего лишь спала. – Она не навредила тебе? – Почему она должна была мне навредить? – нахмурился Кай. – Потому что она темная, – призналась я. – Черная, как сердце ночи. Я почувствовала это, когда произошла моя инициация. – В тебе нет ни капли тьмы, – с улыбкой покачал головой обсидиановый дракон. – Ты самая настоящая золотая девочка. – Но мой дракон был черным, – окончательно запуталась я и все же села. – Это из-за метки истинности. Из-за того, что я с нами сделал, отверг самую священную в мире связь. Кай помрачнел, но не отвел взгляд, продолжая смотреть на меня так, будто чего-то ждал. Но я не понимала, что он хотел от меня услышать. Обвинения? Я давно уже высказала все, что хотела по этому поводу. От внезапной неловкости нас спас господин ректор, который без стука распахнул дверь и, с порога окинув нас изучающим взглядом, хмуро усмехнулся. – Рад, что у тебя получилось, – сказал он, обращаясь к Каю, после чего посмотрел на меня. – К вам посетитель, госпожа Джай. – Кто? – спросила я. В голову пришла только Марика. Но как она так быстро узнала обо всем, что произошло? Неужели ее шустрая сестра уже успела выпытать все у господина Андара? Нет, вряд ли бы ректор побежал к любовнице после всего, что случилось в подземелье. У него, скорее всего, и других дел было по горло. – Ваш отец, – сухо отозвался огненный дракон, после чего посторонился, пропуская в палату герцога Мару. Это сколько времени, я, получается, провела в целебном сне, если о произошедшем успели сообщить моему родителю? И с чего он вообще явился? Я же для него уже три года как мертва. Однако, как только в палату лазарета вошел отец, я старательно натянула на лицо маску холодного равнодушия. Кайдеон рядом со мной ощутимо напрягся и сжал мою ладошку. Герцог Мару всегда умел подавлять своей властной аурой. Вот и сейчас он остановился посреди палаты и окинул нас высокомерным взглядом, в котором не было ни капли тепла. – Оставьте нас, – сказал он, и я поймала себя на желании немедленно исполнить приказ. Пришлось напомнить себе, что этот дракон мне посторонний, и подчиняться ему, как и испытывать какие-либо теплые чувства, я не обязана. Кайдеон не сдвинулся с места. Он будто закаменел, сидя рядом со мной, и молча изучал мужчину, стоявшего перед нами. Недовольно хмыкнув, отец огляделся в поисках стула и, на его счастье, обнаружил еще один у стены. Мне с трудом удавалось сдержать ехидную усмешку, пока я наблюдала, как герцог двигал мебель, чтобы удобно расположиться. И почему он не взял с собой кого-то из слуг? Или хотя бы личного секретаря? – Итак, дочь, – герцог, наконец, уселся и одарил меня снисходительной усмешкой. – Что с тобой произошло? Мы с Каем переглянулись. – Дочь? – черные брови обсидианового дракона изумленно приподнялись. – Ты говорила, у тебя нет отца. – У меня нет отца, – подтвердила я, и мой бывший родитель недовольно нахмурился. – Оставь эти игры, Элли, – сказал он. – Не веди себя так, будто я действительно бросил тебя в трудную минуту. – А разве это не так? – обиженно поинтересовалась я. – Разве не ты пожертвовал мной, чтобы спасти свою репутацию? – Ты преувеличиваешь, – покачал головой он. – Разве тебе плохо жилось в пансионе все это время? Я исправно переводил матери-настоятельнице оговоренные средства. – Какие средства? – не поняла я. Достаточно было вспомнить, в каких обносках мне приходилось там ходить. – Которые она должна была передавать тебе, чтобы ты ни в чем не нуждалась. Серьезно? Я рассмеялась и практически сразу закашлялась, потому что в горле сильно пересохло. Кай тут же налил в стакан воды из кувшина, что стоял на прикроватной тумбочке, и протянул мне. – Что смешного я сказал? – отец подался ко мне, не переставая хмуриться. – Настоятельница передала тебе не все средства? – Она мне вообще ничего не передала, – смочив горло, ответила я. – Видимо, решила, что мне не помешает усмирить свою плоть. – Я разберусь с этим, – герцог вздохнул. – Но в том, что я помог тебе поступить в академию, у тебя сомнений нет? – Я сама подала документы, – медленно произнесла я. – При чем тут ты? – При том, что у безродной Элии Ривер с непробужденным даром не было ни единого шанса оказаться в императорской академии, – невозмутимо ответил родитель. – И если бы не мое письмо, господин Андар даже не рассмотрел бы твою заявку. К тому же, я полностью оплатил твое обучение и проживание в элитных апартаментах. Что ж, это многое объясняло. Я посмотрела на дверь, но ректора и след простыл. Он единственный исполнил повеление отца и оставил нас. – Комната была оплачена за Элию Джай, – добавил Кайдеон. – А ты пришла в академию, как Элия Ривер. Поэтому у коменданта поначалу возникли затруднения. Я помог ему разобраться. Получается, и лорд-ректор, и комендант с самого начала знали, кто я. – Но почему? – спросила я приглушенно. – Почему ты помог мне? – Не думала же ты в самом деле, что я брошу своего ребенка? – искренне изумился отец. Обычная выдержка отказала ему, и я увидела его истинные эмоции. – Скандал вокруг твоей помолвки давно улегся, пришло время вернуть тебя из небытия. И, как я понимаю, нового жениха искать не придется. – Не придется, – твердо глядя на отца, заявил Кайдеон. – Я признаю, что совершил немыслимую глупость, но готов поклясться, что ничего подобного больше не повториться. – Конечно, – усмехнулась я. – Невозможно дважды разорвать узы истинности. Обсидиановый дракон помрачнел. – Кстати, об этом, – сказал он и погладил пальцами мое запястье. – Что ты чувствуешь? Я посмотрела на браслет проклятия, что тонкой вязью покрывал мою кожу. Ни боли, ни неприятных ощущений больше не было. – Проклятие снято? – спросила я. – Проклятие? – отец поднялся и шагнул ко мне. – Виктор не говорил ни о каком проклятии. – Не снято, – покачал головой Кай. – Оно, как бы это сказать… нейтрализовано. То, что я защитил тебя в момент опасности, немного укрепило разорванную связь. – Все равно не понимаю, – моргнула я. – Как можно укрепить то, что разорвано? Райдер вздохнул. Отец, хмуро глядя то на меня, то на обсидианового дракона, снова опустился на свое место. – У меня не получилось до конца разорвать узы истинности, – признался Кай. – В последний момент рука дрогнула, и осталась одна ниточка, по которой я поначалу мог проникать в твои сны. Ах вот оно что. И, защитив меня от ножа, мой жених укрепил нашу связь. И все же этого было недостаточно для того, чтобы полностью избавить нас от проклятия Оков Вечности. Я посмотрела на отца. Он терпеливо молчал, ожидая объяснений. – То, что ты отдала мне свою магию, полностью восстановило узы, – продолжил Кай и погладил мою расслабленную ладошку. – Хочешь ты того или нет, но мы снова истинная пара. – Это не обязывает тебя выходить за него замуж, – добавил отец, строго глядя на Кайдеона. – Значит, моя драконица снова станет золотой? – спросила я с надеждой. – Скорее всего, – кивнул Райдер. Мне еще очень многое хотелось у них спросить. Сколько времени я провела без сознания? Что стало с господином Раймондом? Нашли ли похищенную ранее девушку? И с какой целью он ее похитил, если принцесса Каролина приказала ему избавиться от меня? Накажут ли принцессу Каролину? И еще многие другие? – Значит, – я неуверенно посмотрела на отца. – Ты снова признаешь меня, и я стану Элией Джай? – Да, – кивнул родитель. – Прости, что не сделал этого раньше. – Даже если ты станешь Элией Джай, – добавил Кай, и в его глазах полыхало уже знакомое мне пламя. – Я сделаю все, чтобы в ближайшее время ты стала Элией Райдер.