Глава 2

Через трое суток, тянувшихся медленно и томительно, я вынуждена была признать, что не сплю и не брежу. Головная боль, благодаря травяным настоям, которыми меня усиленно пичкали, практически исчезла, но в остальном, увы, ничего не изменилось.

Каждый раз, засыпая, я мечтала открыть глаза в своей квартире или хотя бы в привычной обстановке российской больницы! Увидеть знакомые лица друзей и коллег!

Но когда просыпалась, рядом снова торчала брюнетка, либо молчаливая полная пожилая женщина из прислуги, приносившая мне еду и лекарства, а иногда хорошенькая юная блондинка Люсиль, называвшая брюнетку мамой, а меня, соответственно, сестрой.

Пришлось принять как данность, что я застряла в этом странном месте на неопределённое время и теперь являюсь не гражданкой Российской Федерации Алевтиной Зайцевой, а жительницей некоего королевства Ланзория Альбионой Лири — дочерью почти разорившегося аристократа Нильса Лири и его бывшей экономки — Кайлы Риверс.

Их брак считался мезальянсом не столько из-за происхождения Кайлы, сколько из-за отсутствия у неё магического дара. Потому и мы с Люсиль, имеющие лишь жалкие крохи этого дара, считались в местном сообществе, мягко говоря, невыгодными партиями.

И, разумеется, высокородный Кристиан Эшворд — один из самых завидных холостяков и сильнейших магов королевства, никогда бы не посмотрел в сторону Альбионы, если бы с Нильсом Лири его однажды не связал долг жизни.

В уплату тот мог попросить что угодно, но потребовал, чтобы Эшворд женился на одной из его дочерей, а поскольку Альбиона была старшей, именно с ней высокородному аристократу пришлось заключить помолвку.

Естественно, Эшворда такое положение вещей совершенно не устраивало, и он усиленно искал способ обойти договор, скреплённый магией, до того, как придётся заключить унизительный для его рода и положения брак.

Нет, мне никто об этом не рассказывал. Информация обрушилась изнутри лавиной чужих путаных воспоминаний, из которых не сразу удалось вычленить главное. Всё это напрягало и откровенно пугало, но изменить я ничего не могла.

Пыталась, разумеется, объяснить Кайле, что не являюсь её дочерью, но в ответ получила приступ истерики и категоричное заявление, что если я буду повторять подобное, Эшворду не составит труда официально признать меня сумасшедшей, упечь в местную вариацию психушки и разорвать помолвку на этом основании.

Похоже, для брюнетки, называющей себя моей матерью, желание породниться с лордом Эшвордом было гораздо важнее всего остального. Мне же совсем не хотелось оказаться в лечебнице для душевнобольных, поэтому разговоры о переселении душ я больше не заводила.

Решила играть роль Альбионы и действовать по обстоятельствам, пока не пойму, что делать дальше.

Во всей этой странной ситуации был только один плюс — новая внешность. Моей самой большой проблемой и причиной многих комплексов всегда был низкий рост. Про таких обычно говорят — метр с кепкой.

Смотреть на всех снизу вверх мне не нравилось. Я практически никогда не чувствовала себя комфортно. Приходилось всё время ходить на высоких каблуках. Наверное, поэтому и поскользнулась на ступеньках.

Альбиона Лири была миловидной голубоглазой брюнеткой среднего роста. И когда мне разрешили встать, я, наконец, ощутила то чувство комфорта и гармонии с телом, которого мне обычно так не хватало.

Четвёртый день моего пребывания в образе Альбионы начался с непривычной суеты. Кайла затолкала меня в туалетную комнату, где стояла наполненная горячей водой большая, широкая круглая деревянная ёмкость, служащая ванной. Велела мне хорошенько вымыться и переодеться в чистое бельё.

Уговаривать не пришлось. Я с удовольствием погрузилась в горячую воду и вымыла голову каким-то мыльно-травяным раствором, а когда вернулась, меня принялись старательно причёсывать и наряжать, предлагая старинные кринолины.

— Зачем это? Мы ждём гостей или куда-то едем? — спросила я, желая понять, к чему готовиться.

Резкой смены декораций не хотелось. Я ещё к этим-то толком не привыкла.

— Лорд Эшворд прислал сообщение, что заедет сегодня к нам с новостями. И ты должна выглядеть как можно привлекательнее! — ответила Кайла, продолжая колдовать над моими волосами.

Значит, «Снежный король», которого я пока видела лишь однажды, сегодня снова почтит нас своим присутствием. Вспомнив, с какой неприязнью красавец-блондин смотрел на меня, то есть на бедняжку Альбиону, я никакой радости по поводу его предстоящего визита не испытала.

Да, у него была причина не желать этой помолвки и свадьбы, но ведь и Альбиона стала всего лишь заложницей обстоятельств. Пусть вон лучше главе семьи претензии предъявляет. Правда, Нильс Лири сейчас дома почему-то отсутствовал.

— Зря стараешься, роковой красавицей она всё равно не станет, — недовольным тоном проворчала появившаяся в дверях Люсиль. — Слишком простая внешность. Как у служанки. Никакой утончённости и аристократизма!

Насколько я поняла из недолгого общения с этой девушкой, она отчаянно завидовала сестре и мечтала оказаться на её месте. Правда, только в качестве невесты Эшворда, но явно не в качестве жертвы нападения. А ведь на Альбиону, получается, уже дважды покушались.

К сожалению, именно этих моментов в доставшихся мне воспоминаниях не было, и я даже предположить не могла, кто и зачем это делал. Зато вспомнились недавние слова жениха Альбионы.

— Кстати, где мой защитный амулет? Вдруг лорд Эшворд снова про него спросит?

Люсиль сердито поджала губы и упрямо вцепилась в изящную золотую цепочку с небольшим кулоном в виде переливающейся голубой капли, висящую на шее. Интересные дела. У сестрицы-то он как оказался?

— Дорогая, отдай амулет Альбионе. Лорд Эшворд действительно был недоволен его отсутствием, — после затянувшейся паузы мягко поддержала меня Кайла.

— Сама же поносить дала, — обиженно проворчала Люсиль и неохотно отдала украшение, которое я поспешила надеть. В такой непонятной ситуации защита точно не помешает.

Местная мода мне не нравилась, но поскольку альтернативы не имелось, пришлось согласиться на симпатичное кремовое платье, к счастью, не такое пышное, как у Кайлы, и радоваться тому, что хоть корсетами здесь женщин не мучили.

Однако нижнее бельё всё же оставляло желать лучшего. Особенно меня шокировали длинные мешковатые панталоны из неприятной на ощупь ткани с нелепыми кружевами внизу. Пообещала себе перешить их во что-нибудь более короткое и женственное, как только появится возможность, а пока приходилось просто терпеть.

Едва мы покончили с приготовлениями, как служанка сообщила о прибытии лорда Эшворда, а через несколько минут он вошёл в гостиную, где мы собрались, всё такой же идеальный и ледяной.

Обвёл нас уже знакомым неприязненным взглядом, остановил его на мне и, не тратя время на приветствие, заявил:

— Я выяснил, что нападения на вашу дочь действительно не были подстроены. Правда, на след преступников дознаватели пока не вышли и вряд ли выйдут без нашей помощи. Вы ведь не откажетесь помочь в их поимке, моя дорогая невеста?

Слово «дорогая» он произнёс с такой явной издёвкой, что меня покоробило.

— Каким же образом я могу в этом помочь, мой дорогой жених? — с невинным видом уточнила я, старательно скопировав его интонации.

Просто не удержалась от крохотной подколки, чем заслужила испуганно-возмущённый взгляд Кайлы, всё утро убеждавшей меня не говорить ничего неосмотрительного. А ледяное величество скривился так, будто сразу половинку лимона в рот засунул, и сухо объяснил:

— Ничего особенного от вас не потребуется. Покушения совершались, когда вы занимались обычными делами, согласно ежедневному распорядку. Продолжайте это делать только теперь под скрытым наблюдением. Тогда при следующем покушении преступников точно схватят.

При следующем покушении? Это что он мне сейчас предлагает стать приманкой для убийц⁈