Эпилог

Год спустя

Было странно и непривычно наблюдать за собой прежней со стороны, словно видеозапись смотришь. Только в Ланзории такой техники, конечно, не имелось.

Зато духи рода могли такое, что ни с какой техникой просто не сравнится. В прошлый раз они фактически спасли мне жизнь, а сегодня выполнили одно из самых заветных желаний.

Через год, в ночь поминовения предков, мы с отцом, как и планировали, провели ритуал благодарения на родовом алтаре семьи Лири, и я обратилась к духам рода с просьбой показать, что случилось с моей предшественницей. То есть настоящей Алевтиной.

Мысли о ней не позволяли наслаждаться моей новой жизнью в полной мере. Давили чувством вины и неопределённости, ведь я даже не знала, жива ли она!

И вот, наконец, спустя год я получила ответ на этот вопрос. Жива. И, похоже, вполне счастлива.

Я испытывала лёгкость и радость, наблюдая за тем, как Алевтина прогуливается по парку под руку с Вадимом — сыном тёти Марины и беззаботно смеётся в ответ на его шутки.

Судя по тому, как они оба сияли и с каким трепетом смотрели друг на друга, у этой парочки всё было хорошо. Вот они прямо посреди разговора замолчали и замерли, глядя друг на друга, а потом… слились в недолгом, нежном поцелуе.

Широко улыбаясь, я невольно вспомнила, что когда-то Вадим пытался безрезультатно ухаживать за мной, но, получается, сам того не зная, ждал её — настоящую Алевтину Зайцеву.

Картинка, показанная духами, была настолько яркой и живой, что я почти ощущала холод морозного воздуха, слышала, как снег скрипит под ногами и видела, как тает пар от их дыхания.

Девушка выглядела по-настоящему счастливой и во время прогулки, и позже, когда они уже втроём, с тётей Мариной, сидели в кафе и обсуждали детали предстоящей свадьбы.

Я смотрела на эту картину, и на душе становилось легко и светло от осознания, что я не украла чужую жизнь и чужое счастье. Мы просто поменялись местами — каждая из нас оказалась именно там, где ей суждено быть.

Открыла глаза, очнувшись от транса, и увидела отца, стоявшего по другую сторону алтаря. Он, видимо, тоже только что завершил общение с духами и умиротворённо улыбался, глядя на меня.

— Ты выглядишь довольной, — констатировал Нильс. — Увидела, что хотела?

— Да. У Алевтины всё хорошо, отец. Есть близкие люди. Она счастлива.

— Значит, мы можем быть спокойны, — улыбнулся он ещё шире и буквально повторил мои недавние мысли: — Она там, где должна быть. Как и ты.

— Видимо, так и есть. А ты о чём спрашивал и что увидел? Выглядишь не менее довольным, — заинтересовалась я. — Про Люсиль хотел узнать?

Сестра только недавно пришла в сознание и чувствовала себя вполне сносно, вот только события последних двух лет практически полностью стёрлись из её памяти. Мы сейчас, можно сказать, заново налаживали отношения и, кстати, вполне успешно.

— Не только. Я за вас обеих переживаю.

— За меня не надо. У меня завтра свадьба, — напомнила с невольной улыбкой.

Кристиан действительно сдержал слово. Он ухаживал за мной красиво и упорно, не оставляя ни малейшего шанса усомниться в его чувствах и присмотреться к другим кандидатам в мужья.

Когда слух о расторжении нашей помолвки всё же как-то дошёл до общественности, некоторые мужчины, например, Михаль Милтор, пытались добиться моего расположения. Но безуспешно. Моё сердце уже было занято.

За этот год мы с Кристианом лучше узнали друг друга, а примерно три месяца назад я приняла его предложение руки и сердца. На этот раз у нас всё было исключительно добровольно, взаимно и без всякой магии.

— Вот именно. Я всё ещё помню, как Эшворд поначалу к тебе относился. Поэтому немного переживал, — признался отец. — Вот и спросил у духов рода о вашем будущем. Им ведомо всё. Правда, на такие запросы редко ответы даются.

Что ж, пусть сейчас у меня не было никаких сомнений относительно чувств Кристиана, о будущем я тоже не могла не задумываться. Переживала, хватит ли моего уровня магии для того, чтобы мы стали родителями.

Хоть Кристиан и уверял, что это не имеет значения, я так не считала.

— И что? Ты получил ответ? — спросила нетерпеливо. Судя по тому, как отец улыбался, плохих новостей можно не опасаться.

— Получил, — с загадочным видом ответил Нильс и с лукавой усмешкой добавил: — Мне показали совсем немного, но достаточно, чтобы все опасения развеялись. А ещё я выяснил, что нужно подготовить две детские гостевые для мальчика и девочки. Вы ведь будете привозить моих внуков в гости, надеюсь?

— Две детские? — переспросила дрогнувшим голосом и крепко его обняла. — Спасибо, папа! Это лучший подарок, который я могла получить на свадьбу!

— Идём. Тебе нужно отдохнуть перед завтрашней церемонией. Сегодня был непростой день.

Это точно. Учитывая, что после свадебного торжества мы с Кристианом собирались уехать в небольшое путешествие, мне сегодня срочно пришлось доделывать все текущие проекты.

Мы с Налермой утвердили новые комплекты белья, которые с каждым днём пользовались в Ланзории всё большей популярностью, и очередные модели оригинальных платьев, что тоже постепенно входили в моду. Обсудили новую линейку лёгких и в то же время очень красивых, нарядных дождевиков, которую вскоре планировали запустить.

Помимо этого буквально несколько часов назад мы с отцом закончили мастерить последнюю бродилку.

На дне рождения Георга состоялась своего рода презентация этой игры. Детям она очень понравилась, а через несколько дней Кристиан принёс свидетельство на моё имя — что-то вроде патента на изобретения в этом мире и сразу несколько заказов на изготовление таких игр.

Теперь все права на бродилки принадлежали мне. Пока заказов было не так много, мы с отцом справлялись своими силами, но уже подумывали о налаживании массового производства.

Когда Эшворд узнал о моём участии в изготовлении нижнего белья, поступил примерно также: задокументировал мою долю в нашем партнёрстве с Налермой и мои авторские права на некоторые комплекты исподнего официально.

Причём оформил всё так, чтобы на средства от продажи всего этого никто, кроме меня, претендовать не мог. Даже будущий муж. Признаюсь, этот жест был убедительнее любых подарков и самых изысканных комплиментов.

Когда мы подошли к дому, я сразу увидела Кристиана. Он стоял на пороге, прислонившись плечом к колонне, и смотрел в нашу сторону. В свете магических фонарей его лицо казалось бледным, а в глазах — я заметила это даже на расстоянии — читалась тревога.

Сердце испуганно сжалось. Что ещё могло случиться?

— Лорд Эшворд, вы к нам каждый день как на работу являетесь, — проворчал отец. — Сегодня могли бы и потерпеть. Ведь уже завтра мою дочь отсюда заберёте.

— Я ненадолго. Просто знал о ваших планах и решил убедиться, что всё прошло хорошо, — ответил Кристиан, подходя ближе и вглядываясь в моё лицо всё с той же тревогой.

— Альбионе нужно отдохнуть. Не задерживайте её надолго и вообще идите в дом, — с притворной строгостью заявил отец и первым скрылся в помещении.

— Что случилось? — спросила я. — Почему ты так странно на меня смотришь, словно привидение увидел?

— Я очень боялся его увидеть, но, к счастью, ты — это всё ещё ты! — с облегчением выдохнул Кристиан нечто загадочное и порывисто обнял.

— Конечно, это я. Кто же ещё?

— Просто в прошлый раз, когда вы с прежней Альбионой поменялись местами, ритуал на алтаре сыграл в этом не последнюю роль, — неохотно признался он, уткнувшись в мои волосы.

Я невольно ахнула, осознав смысл его слов. Кристиан опасался, что духи рода могли вернуть меня в мой мир, а Алевтину — сюда. Боялся меня потерять. Это растрогало.

— Мы с Алевтиной уже и так на своих местах. Кстати, она сейчас тоже готовится к свадьбе и о тебе, боюсь, уже не вспоминает, — улыбнулась я, слегка отстраняясь и заглядывая ему в глаза. — Так что если рассчитывал получить обратно кроткую и тихую невесту — не получится. Придётся довольствоваться мной, — скрыла смущение за шуткой.

Кристиан на мгновение замер, а затем его лицо озарила тёплая улыбка, к которой я уже привыкла. Он мягко коснулся моего лица, нежно проведя пальцами по щеке, и сказал тихо, но с такой искренностью, что у меня перехватило дыхание:

— Аля, мне не нужна кроткая, тихая невеста. Я хочу только тебя. Именно такую, какая ты есть. Ту, которая не побоялась поджечь опасного преступника, чтобы спасти отца, и помогла мне понять, что любовь — это не слабость, а сила и счастье.

Я не успела выразить нахлынувшие эмоции: его губы накрыли мои, и мир вокруг перестал существовать.

Это был не тот нежный, сладкий поцелуй, которыми мы обменивались прежде. В нём не было осторожности — только жар, только голод и давно сдерживаемая страсть, которая наконец вырвалась наружу.

Его руки скользнули с моих плеч на талию, притягивая ближе, так что я почувствовала каждый изгиб его тела даже через плотную ткань зимней одежды.

Я забыла, что на улице зима и не чувствовала холода. Было только тепло его рук, его губ, его тела, прижатого к моему, и огонь страсти, разгорающийся в крови всё сильнее.

— Идите в дом! — раздался голос отца, сопровождаемый многозначительным покашливанием.

Мы неохотно отстранились друг от друга. Мои губы и щёки пылали, дыхание сбивалось, сердце готово было выпрыгнуть из груди, а в синих глазах Кристиана, в которых я давно уже не видела прежнего льда, больше не было тревоги. Там горели только любовь и желание.

— Кажется, это намёк, что мне пора исчезнуть, — хмыкнул он, прижавшись лбом к моему лбу.

— Продолжим завтра, — мой голос плохо слушался и звучал глухо.

— Обязательно. И завтра, и послезавтра. И будем продолжать бесконечно. У нас ведь вся жизнь впереди! — горячо заверил жених. В его голосе послышались бархатные нотки, приправленные хрипотцой, от которых подкашивались колени. — Готовься, завтра я не отпущу тебя так легко!

— А я и не собираюсь убегать, — ответила многообещающе, но всё же обстановка к страстному флирту не располагала, а приходить ночью в мою комнату Кристиан бы не стал, он сам решил строго придерживаться правил, так что тему я решила сменить: — Почему ты сегодня так задержался? Я ждала тебя раньше.

— У нас комиссия была с проверкой. По всей академии ходили. Везде носы совали. Были очень впечатлены, — сказал Кристиан со странной усмешкой.

— Чем? — насторожилась я.

— Почти во всём общежитии и даже в нескольких комнатах преподавателей на лампах висели… красные панталоны… — выдал он, с трудом сдерживая смех. — Все причастные говорили о каком-то народном ритуале, открывающем финансовые потоки, но никто точно не знает, откуда эта информация пошла.

— Упс! — выдохнула я, нервно хихикнув. Сбылись мои опасения. Кажется, симорон в этом мире всё же прижился. — Между прочим, девочки из общежития уверяют, что это действительно работает.

— Я не сомневаюсь, Аля. Всё что ты делаешь, всегда работает, но давай вот это твоё чудо-средство мы патентовать не будем, — уже в голос расхохотался Кристиан.

Мой растаявший Снеговик теперь смеялся довольно часто, и это ему очень шло. Я с притворной обидой ткнула жениха в бок, но вскоре мы уже смеялись вместе. Легко, беззаботно, радостно и были просто счастливы.

Это чувство не покинуло нас и спустя долгие годы, когда выросли дети и дом наполнился голосами внуков, как и уверенность в том, что я нахожусь на своём месте — там, где должна быть, там, где нужна и любима.