Глава 28

Дома все спали. Как я и думала, Марта с Йозефом даже не услышали, как мы с Кейном выпархивали через окно. Вот только восток уже начал бледнеть – скоро рассвет. А старики, в свойственной им манере, просыпаются рано. Нужно поторапливаться. Пробравшись на кухню, я мельком взглянула на себя в зеркало. Выглядела я, мягко скажем, жутко. Пальцы покрыты зеленоватой кашицей из растёртого подорожника, въевшейся под ногти. Шея и лицо забрызганы красными пятнами – кровь Рока, уже засохшая. Платье – словно жертва безумного художника, нанёсшего на ткань хаотичные мазки зелени и кармина. А волосы… Боги, мои волосы превратились в дикое гнездо, спутанное настолько, что казалось, будто меня пережевал и выплюнул какой-то лесной зверь! Горло сдавило от подступившего отчаяния, но я позволила себе лишь тихий, почти неслышный вздох. После чего поставила старый медный чайник на печь. Когда вода потеплела, налила её в щербатую глиняную миску. Пальцы впивались в кожу, скребли её с отчаянным остервенением, почти до саднящей боли, чтобы смыть кровь, пот и грязь. Вода на глазах превратилась в мутное болото, в котором тонкими розовыми лентами вились кровавые разводы. Кое-как ополоснувшись, я почти взлетела по скрипучей лестнице. Щелчок замка в моей комнате прозвучал спасительным аккордом. Я быстро сорвала с себя одежду, морщась от запахов, которыми оно пропиталось. А ведь всего неделю назад это было моё любимое платье – тёмно-синее, с россыпью васильков по подолу. Теперь же… Я повертела его в руках, рассматривая повреждения. Подол превратился в бахрому, на груди расплылись бурые пятна, впитавшиеся в волокна ткани. Можно, конечно, попытаться отстирать, но… Нет! К чёрту! Скомкав платье в бесформенный узел, я отшвырнула его в самый тёмный угол. Прощай! Треснувшее зеркало, безжалостно выплеснуло на меня отражение голой незнакомки. Я, конечно, знала, что похудела, но не представляла насколько. Рёбра проступали сквозь кожу с пугающей отчётливостью. Руки напоминали хрупкие веточки – тонкие, почти прозрачные, с выступающими венами. А ключицы выпирали так, точно хотели прорвать кожу. Эта встреча с собой оказалась невыносимой и я быстро отвернулась. Шаркающие шаги привели меня к дряхлому шкафчику. Оглядев скудный гардероб, в который раз тихо вздохнула. Нужно срочно раздобыть что-то приличное, чтобы не походить на облезлую курицу. Особенно если… если придётся снова увидеться с Кейном. При одной только мысли о нём по телу разлилось робкое, едва уловимое тепло. Когда прохладная ткань ночной сорочки коснулась кожи, я рухнула в постель. Впереди всего несколько часов беспокойного сна, а за ними – новый день, который нужно прожить. Я обещала Айрону настойку для Рока. И я сдержу слово. Меня разбудил настойчивый стук. Он пробился сквозь ватную толщу сна, а следом за ним донёсся обеспокоенный голос Марты: – Этери, ты в порядке? М-м-м… Я в порядке. Просто… очень крепко спала. Кости заныли от долгой неподвижности. Я с хрустом выгнула спину, чтобы разогнать застоявшуюся кровь. Открыла глаза и… рывком села в постели. Голова отозвалась тупым гулом, комнату качнуло. Бледное, предрассветное марево сочилось сквозь оконное стекло. Сколько же я проспала? Несколько минут или… – Этери! – голос Марты зазвучал тревожней. – Как ты? Дверная ручка дёрнулась с сухим щелчком, но замок не поддался. Я сама заперла его. Вчера каежется? Вскочив с кровати на ставшие ватными ноги, подлетела к двери. На пороге, всплеснув руками, и правда стояла Марта. Лицо её, измятое тревогой, вмиг просветлело. – Ох, Этери! Ну и напугала же ты меня! Я когда говорила тебе отдохнуть, то не думала, что ты решишь проспать… – Сколько? – перебила я её. – Так день и целую ночь. Вот! – Марта по-старушечьи погрозила мне пальцем. – На этой твоей работе и впрямь душу богам отдать недолго! Нельзя так себя изводить. – Ты права, – тихо кивнула я, не находя сил спорить. Да и зачем? – Переодевайся и пойдём завтракать, – Марта покачала головой, заметив мой отсутствующий взгляд. – Смотри, как исхудала вся. Ну, ничего, я тебя откормлю! Марта вышла, оставив меня наедине с тяжелыми мыслями и скудным гардеробом. Любимое платье так и валялсь в углу. В моём распоряжении оставалось ещё два.  После мучительных колебаний я выбрала льняное платье цвета увядающей лаванды. Когда последняя перламутровая пуговица покорно скользнула в петлю, мой взгляд снова прикипел к скомканной ткани, притаившейся в углу комнаты. Багровые пятна крови на ткани выглядели почти черными в полумраке. Подойдя ближе, я запинала его под кровать. Сожгу, когда дома никого не будет. Выйдя из комнаты, спустилась вниз и… замерла. В холле, где раньше были лишь голые крюки, теперь возвышалась массивная резная вешалка из мореного дуба. В гостиной у камина появился уютный диван, на котором, сосредоточенно склонившись, сидел Йозеф и штопал… ковёр? Да, на его коленях лежал ковёр. – Всего одна дырочка, – перехватив мой изумлённый взгляд, усмехнулась Марта, выглянув из кухни. – А продали за пару серебряных монет, представляешь! – Вы так потратите все свои деньги! – Сегодня ещё буфет должны привезти, – мечтательно проговорила Марта, пропустив моё восклицание мимо ушей. – И новые стулья на кухню. А на следующей неделе придут рабочие оранжерею чинить. Йозеф уже обо всём договорился. – И чтобы я без вас делала… – сдалась я. – Ах да! Приходил этот… Как его… Гектор, кажется. Вчера вечером. Принёс травы, которых не хватало. Мы их у входа в твою лабораторию сложили. Побоялись заходить, – виновато добавила Марта. – Там же знак на двери. – Хорошо, после завтрака займусь. Больше никого не было? – Ну как же! – Марта выразительно дёрнула подбородком. – Черноволосый. Глаза – два угля, а от самого будто жар исходит, и это несмотря на… – щёки старушки вдруг тронул лёгкий девичий румянец. – Тьфу ты! Разве можно в таком виде по городу разгуливать? Я сразу поняла, о ком она. Айрон… И тут меня словно холодной водой окатили. Спазм сжал желудок, дыхание перехватило. Рок! Его рана… Настойка! Я же обещала! Я метнулась к кухне, пробежала мимо Марты, но она успела схватить меня за руку. – Куда ты, горемычная?! – Мне нужно… Работа! Срочно! – Да угомонись же! Марта сердито топнула ногой, и я перестала биться в её хватке, как перепуганный зверёк. – Этот твой сказал, – продолжила она, – что всё в порядке. Он сам нашёл, что было нужно. Я медленно выдохнула, проведя ладонью по пылающему лицу. Облегчение было таким сильным, что тело у меня непроизвольно дёрнулось. Марта снова покачала головой. – Всё! – старушка крепче сжала мою руку. – Пока как следует не позавтракаешь, я тебя никуда не отпущу. – Я не ребёнок, – беззлобно фыркнула я. – Хуже, чем ребёнок!