Глава 44

— Иди к себе, — ставит меня перед фактом и ждет, пока я повинуюсь. — И не выходи, пока я не прикажу.

— Нет. Я дождусь ответа короля здесь. — легко отозвалась, стоя на своем. Руки сложены.

Слышится плач, шепот матери вампиршы. Ее остервенелое желание разжать пальцы Эленеры, которыми она впивается как пиявка в тело своего мужа. Ее бормотание создает белый шум, слов не разобрать. Чаще всего, она повторяет “прости” и “это ошибка”. Я не слушаю ее. Никто не слушает.

— Не уйдешь сама, выведут силой. — дракона злит, что я не подчиняюсь. Но чего ты ожидал, змей? Приказывай своей жене, а не мне.

— Не надейся на это. Я уйду, когда сама этого пожелаю и уж поверь, больше не вернусь.

Дракон замер, не в силах оторвать от меня взгляд. Что-то странное творилось с ним с той минуты, как он услышал о разводе. Он боролся с желанием запереть меня в комнате, сделать вид, что ничего не случилось и сделать со мной все то, чего ждал так долго, до моего совершеннолетия. Но так и не дождался.

Стражники не рисковали приближаться. За мной был король, что придавало мне уверенности и позволяло смело дергать дракона за усы.

Как я поняла, Обсидиан не хотел выяснять отношения с королем при свидетелях. Сперва меня это забавляло. Я знала, что они с монархом друзья. Мориус часто обращался к Гектору за помощью, не только на поле боя, но и за простым советом. Их панибратские отношения могли сыграть злую шутку, поэтому я молча проследила как стража схватила сопротивляющуюся Эленеру и рывком, подняла ее на ноги. Ее мать сыпала проклятиями и все они как стрелы летели только в один адрес. Мой.

Сама же я смотрела волком на них. Только пусть посмеют подойти. Уйдут с парой-тройкой нет, не синяков, царапин. Легко я не дамся.

— Мы тебе твою ложь с рук не спустим! Мы найдем тебя, тварь. Найдем и выжжем на твоем теле каждое поганое слово, что ты произнесла тут. Уяснила? — леди Буно с силой тащили к выходу. Огромная разъяренная женщина брыкалась, упиралась ногами в пол и мешала стражникам выполнять свою работу.

Зато ее дочь молча подчинилась, сверкая гневным взглядом из под опущенных ресниц.

Но я не обнадеживалась. Она выпутается. Утопит всех, до кого сможет дотянуться, а после, наступит им на головы, чтобы оказаться выше и укрепиться.

Но пока, она не рисковала. Слишком хорошо знала Обсидиана, чтобы действовать сейчас, когда он в таком состоянии. На грани.

Мы остались втроем.

Король ухмыльнулся. Краем глаза заметила, что его настроение приподнялось, с момента нашей первой встречи.

Он уставился на дракона. Выжидательно. С остервенением ожидая дальнейших действий.

Мы были его главным развлечением.

Молчание.

Мориус ждет наших перепалок. Но я не оказываю ему такого удовольствия. Мне нужен вердикт.

Тишина…

Король выгибает бровь. Точнее поднимает обе и выразительно ждет. Ждет когда Обсидиан переступит через свою гордость.

Минуты тянутся, и король не выдерживает:

— Ну и? Девчонка тебя переиграла. Я не могу ей отказать…

— Дай нам время. На примирение. — зло шипит дракон.

— Могу, — не стал сопротивляться очевидному. — Но буду ли?

— Чего ты добиваешься? — голос Обсидиана обдавал холодом. Замораживал.

— Я? Ничего. Ты мой друг. Почти как брат. Я уважаю тебя и твое право на эту… девушку. Она чиста, не тронута, будь я на твоем месте, сам бы соблазнился такой красотой, — обманчиво ласково сказал он. — Но к сожалению, слишком много людей слышало ее признание. Да и твой алтарь разорвал ваш союз. В глазах бога Неба, ты более не ее супруг, — он печально вздохнул.

Король позволял себе иронизировать. Пренебрегать драконом, картинно вздыхать, видя как Обсидиан начинает закипать по новой, а его внутренний зверь метаться, от потери своей пары.

Мое тело против воли напряглось. Полунамеки Короля Мориуса открыто вели к какой-то нечестной игре. Он провоцировал Гектора. В открытую сводя все пути к одной дороге и вынуждал принять его какое-то решение, о котором знали лишь они.

— Оставь это между мной и Амандой. Не вмешивайся, Ваше Высочество, — обращение он выплюнул как что-то мерзкое.

— Кажется, я уже сказал, что не могу. Но… так и быть, в эту ночь, я закрою глаза на ее выходку. — он медлил, сделал вид, что задумался и закатил глаза, ища ответ свыше. А следом, широко распахнул, хвастаясь гениальной идеей, на его взгляд. — Купи ее. Ты возьмешь ее этой ночью и сделаешь своей. Но не как жену. Как наложницу.

В моменте, я пожалела, что решила остаться и дождаться решение монарха. Оно мне было ни к чему. Свободную женщину нельзя принудить. А выслушивать, бредни богатого ублюдка, я не желала.

Я чувствовала, что готова вцепиться ему в лицо. Разорвать его рытловатое лицо, оставив следы от своих ногтей. И пусть это грозило мне новой темницей, я едва себя сдерживала, чтобы не стереть гадкую ухмылку короля.

Но стоило мне двинуться на него, как меня опережает дракон. Он хватает монарха за расшитый золотом камзол и приподнимает на уровень своих глаз, а после, сшибает его с ног. Одного удара его огромной ручищи хватило, чтобы король дезориентированно начал озираться по сторонам в поисках поддержки.

— Нет. — правой рукой, дракон тянется к левому бедру, но парадный костюм не подразумевает ножен.

— Да, согласен, твой сын будет бастардом. Но он у тебя будет! Это уже много значит, — оправдывается Мориус, сплевывая густую жидкость. Голос охрип и каждое слово дается ему с болью.

Звучит жалко, но его с чем пришел, то и получил.

Я встала над королем. Не хотела отсиживаться за спиной. Я имею право голоса. И “купить” себя не позволю. Я не вещь. И раз он не понимает очевидного, объясню по слогам.

— Думаете, я соглашусь на это?

— Тебе хорошо заплатят, девочка. Хочешь дворец? Он у тебя будет. Собственных слуг? И они тоже. Все что тебе нужно сделать, перетерпеть одну ночь, а после, отдать ребенка. Соглашайся, это выгодное предложение.

— Нет! — мы с драконом сказали одновременно.

Обсидиан схватил меня за руку и потянул на себя так, что я оказалась прижата к его телу. Его руки крепко прижимали к себе, и я смогла ощутить, насколько сильно выпирали вены на его шее. Жар его кожи обжигал и граничил с лихорадкой, и все это жутко контрастировало с ледяным голосом.

— Аманда — моя жена. В мой дом она войдет не иначе, как супруга. Не любовницей и не наложницей, — он крепко сжал челюсти, отчего на скулах заходили желваки. Он поднял руку, указывая на короля. — Я сражался защищая твои интересы на границе. Твои земли оберегал, пока в моей семье творился бардак и хаос. И что я получил? Я потерял обеих жен. А теперь теряю друга. Хочешь, чтобы мой сын по жизни носил звание бастарда? Чтобы каждый мог ткнуть в него пальцем и напомнить, о его низком статусе?

— Гектор, не усложняй. Развод уже состоялся. При свидетелях. А кроме этой девки, никто не родит…

Не успев договорить, он уже видел, что Обсидиан занес руку. Гнев, дракон вымещал с особой жестокостью.

Я не считала себя мягкотелой, но от вида того, что вытворял дракон, желудок скрутило. В нос ударил металлических запах крови.

Все, что я поняла, развод состоялся. Я ожидала, что король окажется благородным, но власть испортила этого человека. Я почувствовала укол боли за Обсидиана.

Его преданность была безоговорочной. Он рисковал жизнью каждый день, сражаясь с обезумевшими оборотнями. Мне лишь единожды довелось столкнуться с сумасшедшей Эленерой и она стала огромной проблемой для меня. Для той девушки, в чьем теле я жила, а Обсидиан, сражался с тысячами таких. Он хотел покоя хотя бы в своем собственном доме. Да, он был слеп, но разве я не была такой же? Сколько грязи делал за моей спиной Марк, пока я с утра до ночи работала, не видя сна и отдыха? Эленера предала его, но он не знал и половины из того, что она совершила.

Узнает ли? Возможно, но сколько пройдет времени?

И король.

Я не хотела оборачиваться. Не хотела видеть, во что тот его превращает. К чести Мориуса, тот не сопротивлялся. Он принимал все удары молча, лишь изредка обхватив голову руками и сворачивался в колач, чтобы удары не пришлись по жизненно-важным органам.

Я плохо разбиралась в законах империи Горга.. Но даже в моем мире, бастард переводится как ублюдок.

Волосы встают дыбом, от осознания, что король, видя боль и переживания друга, о себе я не говорю, здесь похоже, меня никто за человека не воспринимал, но он, Гектор был его товарищем, опорой. Все, к чему стремился дракон, это к созданию семьи. Трепетно, с особой значимостью, он подходил к выбору той самой. Сколько ресурсов было затрачено, чтобы найти нужного жреца, что дал верное пророчество. И сколько потом ушло времени, чтобы он вышел на меня?

Обсидиан ждал свою жену, не трогал, не прикасался, боясь спугнуть. По большому счету — игнорировал, давая все самое важное.

И после всего этого, король без сожаления, не раздумывая ни секунды, говорит о том, что желает видеть его наследника бесправным бастардом.

Да, возможно его можно признать, он станет официальным, но что-то мне подсказывало, что король и этого бы не позволил.

Сознание царапала одна догадка.

Зависть.

Дракон не просто изъял пол империи под свое крыло. Он заставил себя уважать от генералов, до простых офицеров. Он был неплохим полководцем. Не рисковал почем зря своими людьми, прислушивался к людям и всегда побеждал на поле боя. В отличии от короля, что сидел в замке и еженедельно устраивал балы и турниры, тратя на это баснословные деньги.

Я брела к выходу, стараясь глубоко дышать, и не думать о том, что делал с лицом короля, дракон.

Он заслужил.

Держась за живот, я не помнила, как добралась до двери, а распахнув ее, упала в теплые объятия, успевшего подхватить, генерала