Глава 66

— Вы обещали отдать Эленеру своему брату?

Уже начав опускать взгляд, я резко подняла его на Обсидиана.

— А ты хотела дожить с ней до старости?

Я всплеснула руками и обогнала его на два шага, преграждая дорогу.

— Не делайте вид, будто не вы ее притащили в наш дом.

— М, наш дом — звучит… весьма интересно. — Мои ладони дрожали и мне не хотелось думать о том, что Гектор просто издевался, говоря то, что хочет услышать обиженная женщина, которой пренебрегали долгие годы.

— Не пытайтесь юлить!

— Призываешь к ответу? Как смело, с твоей стороны.

Стоило Обсидиану посмотреть на меня, как я запнулась, но с его пути не сошла.. При этом, я не сказала бы, что взгляд у Гектора был каким-то жутким.

Прямолинейным, строгим и в этом ощущалось переплетение его человеческой и драконьей сути. В том, что он не переносил тех, кто ему перечит. А после, жестоко с ними расправлялся.

— Лорд Эдингер был в сговоре с вашей женой! — ну вот, я это сказала, а этот гад даже не выглядит удивленным.

— Не был.

— Это вы так думаете. Снова ваша самоуверенность застилает глаза. Ранее не видели, как надо мной издевались, теперь , что брат предатель. Вы не меняетесь…

Посмотрела на противоположную сторона, на Джузи, пухляшку владеющую лавкой угощений, которая вдохновила меня на свое дело. Мне не нравилось, что мы с драконом выясняли отношения прилюдно, но она будто не замечала мое раскрасневшееся лицо и сжатые кулаки, ее внимание было полностью на Обсидиане.

Губы поджаты, глаза прищурены; она шепчет подруге на ухо, но делает это так громко, что, не имея драконьего чуткого слуха, я различаю:

“Её покровитель”

“Был бы у меня дракон за пазухой, я бы тоже обрела успех”

“А ты говорила, у неё булки хороши. Хороши! Да явно не те, о которых принято думать.”

Вижу, как глаза Обсидиана наливаются сталью. Мне становится трудно дышать, словно весь воздух откачали; что говорить об ощущениях Джузи? Думаю, ей в несколько тысяч раз хуже.

Она держится за подругу, но ноги беспощадно клонят её вниз.

Взгляд Обсидиана направлен на неё. Она не дергается, словно он пригвоздил её к земле.

Губы шевелятся, но не слышно слов.

Я беру его лицо в свои руки и поворачиваю к себе.

Ну же, посмотри на меня чертов дракон, ты же ее убьешь.

— Гектор, — прикрикнула на него. Опустила его лицо до своего уровня, но взгляд он все равно с нее не сводит. — Гектор. Я сама с ней разберусь. Для меня злые языки ничего не значат. Прошу, мы не договорили.

Опускаю ладони вниз и толкаю его в грудь.

— Услышь меня. Не ищи повод уйти от ответа. Что с Эдингером? Когда ты договорился с ним? — говорю угрожающе, но не громко. Не хочу чтобы нас услышали, хоть и понимаю, что в том состоянии, в котором сейчас Джози, она не сможет разобрать ни слова. Я боюсь за нее, но еще больше я не хочу, чтобы он понял, что я робею.

Он должен послушать меня.

Наконец он переводит взгляд и девушка выдыхает. Я замечаю, как ее грудь слабеет, словно еще недавно она была подвешена и удерживалась неведомой силой.

— Я прослежу, чтобы ты это сделала. — он опускает голову, — Или я займусь ею сам.

Мы идем дальше. Я игнорирую порыв развернуться и предложить помощь.

Она унизила меня и бог знает скольким людям твердила то же, что и сейчас своей подруге.

Утешала себя, забыв о черствости своих пирожных, греша на мою кондитерскую и придумав ей ложную славу.

Мы идем в тишине. Ветер утих, но мне становится зябко.

— Я как попугай. Повторяю одно и то же. Тебе нравится меня игнорировать, или это твоя природная черта — ни во что меня не ставить?

— Что тебе ответить? — он взял меня за локоток и поменял маршрут движения в сторону ресторации. Усадил за столик под навесом. Территория была зачарована, потому что, будучи на открытом воздухе и вдыхая морозный воздух, я начала согреваться.

Он раскрыл увесистую книгу и в таком виде протянул мне.

Молчу. Принципиально.

Он буравит взглядом. Так пристально, словно испытывает: сдамся или выдержу.

Он откидывается на стуле, одна рука на подлокотнике, другая на столе. Так не по-аристократичному. Но ему подходит.

— Эдингер хотел забрать у меня жену.

Сказал так, как будто это все обьясняет.

Смотрю исподлобья, намекая, что такой отпиской он не отделается.

— Узнал, что жрец предсказал мне тебя и был одержим идеей тебя забрать.

— Я так и поняла. — вкрадчиво говорю, а для убедительности киваю головой. Ага, конечно.

Вспомнилось наше первое знакомство с оборотнем и его заигрывания:

“— Эта чертова девка перешла все границы своими капризами. Если она не собралась после первого предупреждения и до сих пор валяется в постели, я устрою ей такое “доброе” утро. Пойдет на завтрак в чем есть. Пусть братец наконец увидит ее такой, какой мы вынуждены ее лицезреть ежедневно. Убогой, жалкой, неопрятной пигалицей!”

— Ты не застала то время, когда он окучивал тебя. — как мне повезло. — Не терял надежды, что не унаследует зверя матери и в глубине его существа, спит другая ипостась. Дракон. Думал, ты поможешь ему пробудь его, как истинная.

— Что же его разубедило в этом?

— Страх быть освежеванным и привязанным к столбу.

Прищурилась, показывая пальцем на блюдо, которое хотела бы съесть. Девушка записала, повернулась к дракону, но почти сразу услышала:

“Мне все тоже самое”

— Не думаю, что мысль свергнуть вас, не пересилила страх перед смертью.

— Да. Главной причиной продолжительной войны,является то, что оборотни не имеют привязанностей к семье. Только к своей паре, но даже ей могут навредить, не умерив свой пыл.

Я напряглсь, слышала во что вылилась подобная связь для маркизы. Ее слезы и боль даже пронесенные через года, не утихли…

Он продолжил.

— Таким образом отец может видеть в сыне более сильного альфу, тогда родственные связи уйдут на второй план, на первый выйдут амбиции. Бывали случаи, что доходило до смертоносных последствий. Не должно быть двух сильных особей рядом. Пока мой брат верил в пробуждение своего дракона, он пытался показать зубы. Грыз руку, что его кормила, и только годы спустя, он успокоился. Но навсегда запомнил, что ты ему отказала.

Возможно поэтому он не считал нужным позвать лекаря или помочь самому, после моего пробуждения.

— А Эленера?

— Когда я получил второе предсказание от шамана. Твое имя, я стал легче переносить Аманду. Знал, что этот день скоро настанет и не хотел ее травмировать. А для ее безопасности, как нельзя лучше подошла Эленера.

— Вот только спать с ней, было не обязательно.

Нам помимо закусок, принесли и вино, которая я не заказывала. Он разлил по бокалам.

— Я не святой.

— Правда? Тогда это вас оправдывает. Всем изменяющим мужчинам нужно выучить эту фразу.

Я осушила бокал.

— Изменяют тем, с кем делят постель. А ты, — он взял мою руку, и зафиксировал под льющееся вино. — Была для меня недоступна.

— А потерпеть пару лет?

И снова этот нечитаемый взгляд.

— Узнав настоящее имя истинной, мы с братом пришли к соглашению, что он перетянет внимание Эленеры с меня на себя. Найдет способы занять ее. Вскоре он стал с ней любезен и через время, та начала бегать к нему по каждой просьбе.

— Конечно, ведь вы были в постоянных разъездах. К кому ей было еще обращаться?

— Я был на войне. — Резче чем мог бы, отозвался дракон. — Ты все думаешь, что развлекался. Но нет. Границы, скопление жестокого зверья, потерявших связь с реальностью, а так же со своей человеческой ипостасью. Они опасны, охотятся стаей и подбираются ближе к деревням и селам. То, что они делают с местными жителями, я и рассказывать не буду. Пусть в твоем сознании останется хоть немного хороших впечатлений от этого мира. — развалившись в кресле, он смотрел как я ковыряю вилкой в стейке. Поднимать глаза я больше не отважилась.

— Эленера спала с Эдингером дважды, только для того, чтобы меня воскресить и ты не гневался.

— Плевать какую причину себе придумала шлюха, чтобы изменить.

— По-вашему, лучше бы я умерла?

— По-моему, лучше бы она утихомирила свой пыл и смирилась с ролью второсортной игрушки.

— Значит вместе с ребенком, вы передадите ее Эдиргеру? Он вырастит вашего….

— Своего. Если ты о сыне. От меня у нее детей быть не может.

— Вы не думаете, что Эдингер продолжит устраивать козни и рано или поздно, подстроит вашу смерть? Оборотни не ценят кровные узы…

— Но они ценят право сильнейшего. Он вступил со мной в схватку и проиграл. Этого достаточно, чтобы он опустил руки и смирился, что власти ему не увидать.

— Почему вы так … отзываетесь о вампирше. Было время, когда вы души в ней не чаяли.

— Тогда я не знал, кто передо мной. Я привык к капризам Аманды. Но разглядеть в ней тебя, мне оказалось непросто. Сперва неуловимо поменялся запах. Потом твой нрав. Помню, как воинственно ты стояла в моем кабинете, требуя развода. Я гнал тебя прочь,при этом ощущая, как не могу на тебя насмотреться. Ты будто светилась изнутри.

Я молчу.

— Лиза, я до последнего не верил, что ты придешь ко мне так скоро. Думал, после твоего совершеннолетия, пройдут годы, прежде чем все изменится. Я представлял, тебя другой, не в теле Аманды, а именно новую, особенную для меня девушку, из другого мира. А Аманда как проводник, свяжет меня с тобой. Увидеть тебя в теле свой плаксивой жены, я и не мыслил.