Глава 9

Я ни мгновения не сожалела о том, что решила пойти пешком. Так я смогла лучше рассмотреть окрестности. Прочувствовать атмосферу, рассмотреть одежду местных жителей и даже расслышать обрывки их разговоров.

Когда я только вышла из особняка, в первую очередь поняла, что его окружала огромная территория сада. Вернее, изначально я решила, что это место просто что-то сродни парка, ведь, бесконечно долго идя по территории, навряд ли можно посчитать, что она принадлежит одному человеку. Но когда мы прошли через ворота и вышли на дорогу из брусчатки, горничная произнесла:

— Мы покинули владения вашего мужа, но идти до города еще около часа. Надеюсь, вы не против, что я выбрала этот путь. Знаю, что вы раньше тут не были, но именно этот путь самый короткий.

Нет, я не против. Наоборот, я была рада тому, что могла не делать вид того, что знаю дорогу. Поэтому я просто шла за горничной. Впереди имелся еще участок леса с деревьями высотой в двадцатиэтажные здания, но по все той же дороге из брусчатки мы прошли через него и наконец-то добрались до города.

Его окраины были более простыми и менее людными, но чистыми. Невысокие домики с оранжевыми крышами. Почти везде навесы. Улицы узкие, а дорога покрыта серым камнем. Еще тут пахло цветением фруктовых деревьев, но остановившись рядом с одним из них, я так и не смогла понять, что это за дерево. На нем было два вида листьев — одни широкие, а вторые острые, как колючки, но на ощупь мягки. Цветы же на нем виднелись ярко алые.

Окраины города были домашними и уютными. Там многие семьи сидели за столиками во дворах и завтракали. Дети бегали по траве и коты лениво спали на солнце.

А вот центр города был шумным и многолюдным. Сплошные таверны и магазины. Несколько площадей с фонтанами. Здания более необычные, но не высокие. Максимум пять этажей.

Я рассматривала все так, словно попала в другую реальность. Вернее, так и было, но я не могла поспорить с тем, что тут красиво. Хоть и для меня очень непривычно. В первую очередь я старалась вести себя осторожно и просто изучать.

В центре города люди были одеты более богато и в основном они разговаривали про покупки, или сплетничали. На окраинах города я уловила несколько фраз и поняла, что те люди больше обсуждали предстоящий урожай.

Я долго ходила рядом с магазинами и в некоторые даже заходила. Там продавалась косметика, парфюмерия, одежда. Причем, в основном были отдельные магазины для шляп, накидок и даже галстуков.

Я долго гуляла по улицам. Рассматривала все и думала. Остановившись рядом с магазином около которого собралась очередь, посмотрела на витрину, пытаясь понять, что все эти люди хотели купить.

Увидела там торты и пирожные. Но все такие… никакие. Даже по виду они выглядели, как нечто мало аппетитное.

— Это магазин сладостей? — спросила у горничной.

— Миледи, вы что? Это самая знаменитая кондитерская. Ее владельцем является узнаваемая и уважаемая графиня. Люди часами в очередях стоят, чтобы купить хоть что-то, но на всех не хватает.

Я прочитала в книге, что открывать свои лавки имеют право только знатные люди. Да и только у них есть на это деньги. Это ясно. Я не понимала другое. Как такие неприглядные торты могут быть такими популярными?

Моя мама при жизни владела кондитерским магазином, в который лично все выпекала. Благодаря ей моим первым образованием было повар и кондитер. Позже я поступила в университет и выучилась на дизайнера. Со временем прошла еще несколько курсов на иные профессии. Я постоянно училась и работала.

Но факт состоял в том, что я смотрела на эти торты и понимала, что мама, если бы у нее получилось нечто подобное, просто выбросила такие творения в мусорный бак. Для ее кондитерской они были бы, как оскорбление.

А тут они стояли на витрине.

— У нас есть деньги, чтобы купить хотя бы одно пирожное? — спросила у горничной.

— Они дорогие, миледи. Но я сейчас посчитаю, — девушка достала кошелек и пересчитала деньги в нем. — Даже на два хватит.

— Пожалуйста, купи одно.

Пока горничная стояла в очереди, я еще походила по городу. Возвращаясь, понимала, что ждать еще долго, так как желающих зайти в магазин слишком много.

Но когда девушка наконец-то вынесла пирожное, сказав, что нам еще повезло, так как еще не успели все раскупить, я его попробовала и не поняла, чего я вообще ждала. Оно было… таким же как и на вид. Конечно, вкус и сладость имелась, но я, однозначно, привыкла к другим сладостям.

Я задумывалась, вспоминая о том, какую еду мне приносила горничная. На ужин и на завтрак. Вкусно, но в моем мире лучше.

Оглянувшись по сторонам и окинув великолепные здания этого города взглядом, я не могла понять, как настолько развитые люди, могут так плохо готовить.

Или же я что-то не так поняла. Это не первоочередная задача, но я решила, что уделю внимание изучению местной еды. Это будет полезно даже в том плане, что я смогу получше изучить и понять этот мир.

Вплоть до вечера я находилась в центре города. Подробно изучала местную жизнь и интересовалась абсолютно всем, что могло мне помочь. Именно тут я завела пусть и кратковременное, но полезное знакомство.

Около одной из таверен я увидела женщину лет сорока. Она была потрепанной и грязной. Спотыкнувшись, она упала на тротуар и некоторое время не двигалась, что серьезно меня обеспокоило.

А учитывая то, что к ней никто не подходил, я рискнула перейти дорогу, по которой постоянно проезжали повозки. Чуть не попала под одну из них, но все-таки сумела оказаться рядом с незнакомкой.

— Простите, с вами все хорошо? — я осторожно поддела ее шлапку, после чего приподняла и ладонью прикоснулась к щеке женщины. Она вяло открыла глаза и попросила воды. Умоляла так, словно умирала от жажды.

Я помогла ей подняться и отвела к скамейке. Потом быстро сходила к питьевым фонтанам и принесла воды.

— Вы мне не ответили. С вами все хорошо?

— Да, — женщина оторвала от губ уже опустевший стакан. — Спасибо за воду. Ты меня спасла, добрая, милосердная девушка.

— Когда с человеком все в порядке, он не падает на улице.

— Я недавно перенесла хворь и, наверное, не до конца оправилась.

Я насторожено посмотрела на нее. Что за болезнь? Я не сожалела о том, что подошла к этой женщине, но заболеть не хотелось.

— Вам лучше вернуться домой и отдохнуть, — я сказала, оборачиваясь в поисках горничной. Она примерно полчаса назад ушла по моему поручению, но до сих пор не вернулась. — Вы сможете дойти? Или, может есть тот, кто вам поможет?

— Я немного отдохну и пойду.

Я решила пока что побыть рядом с ней и мы разговорились. Я не знала, кем являлась эта женщина, но она точно местная. Я же притворилась иностранкой и невзначай получила от нее много интересной информации.

Изначально она рассказывала про владельцев ближайших лавок. В основном то, что все они начинают тщательную подготовку к предстоящему городскому празднику и мне обязательно следует на него прийти. Я немного выждала и невзначай поинтересовалась:

— На празднике будут присутствовать знатные роды?

— Конечно. Тут будет отдельная ярмарка для аристократии, а вечером бал во дворце. Зрелищное мероприятие.

— Вы случайно ничего не слышали про Гектора Обсидиана? — я понадеялась, что правильно произнесла имя своего мужа. Кажется, горничная именно так его называла. — Он тоже будет на балу?

— Милосердная девушка, ты не местная?

— Почему вы спрашиваете об этом?

— Гектор Обсидиан хозяин восточной части королевства. О нем слышали все.

— Хозяин? Восточной части? — уголки моих губ дернулись вниз от слишком внезапной информации, которую мозг напрочь отказывался воспринимать. К тому же эта новость казалась нелепой. В моем понимании власть должна быть только у короля. Может, эта женщина что-то путает? Или я неправильно ее поняла.

— Ты этому так удивляешься, — женщина улыбнулась мне.

— Я прибыла сюда из другого королевства и не совсем понимаю местный устрой и традиции.

— Правда? Мне казалось, что про Обсидиана слышали везде.

— Почему он считается хозяином части королевства? Разве вся власть не должна принадлежать исключительно королю?

— Гектор Обсидиан потомок драконов, а восток это место обитания гомункулов, оборотней и вампиров. Власть человека они не примут. Там царит правило сильнейшего. Только его будут слушать. Думаю, ты, милосердная девушка, уже поняла, что сильнейшим там является Обсидиан.

Я чуть воздухом не поперхнулась. Что она сказала?

Оборотни? Вампиры? Гомункулы?

И… потомок драконов? Что это за существо, на котором я к тому же замужем?

Мне понадобилось время, чтобы принять эту информацию. Вернее, хотя бы вдавить ее в свою голову. Но мне мгновенно стало как-то неуютно. Существование подобных существ взбудоражило.

— Этот город… Он же столица? — спросила, пытаясь вернуть себе дар речи. — Я слышала, что Обсидиан живет тут. Почему в столице, а не на востоке?

— Он половину года живет там, а половину тут, — женщина подняла ослабшую ладонь и кончиками пальцев провела по бледному лицу. — Такова договоренность. Но насколько я знаю, он часто уезжает по делам. Тут у Обсидиана поместье размером с дворец короля и в столице на постоянной основе живет часть его рода. У них свои особняки, но в поместье Обсидиана они частые гости.

Эту информацию я впитывала словно губка.

— Я слышала, что он женат.

— Милосердная девушка, ты интересуешься Обсидианом так, словно он украл твое сердце. Поверь, не стоит, — женщина доброжелательно улыбнулась.

— Почему?

— Это страшный дракон. Темное существо.

— Когда вы говорите о нем, по вам не видно, чтобы вы его боялись.

— Я пережила столько, что мне уже нечего бояться. Даже самого дьявола.

— Он меня не интересует, как мужчина. Просто хотелось узнать о нем чуточку больше. Все-таки, как оказывается, он необычная личность.

— Это точно.

— Вы не ответили. Он действительно женат? Я слышала, что у него две жены.

— Да, но об этом я много не знаю. Его жен ни разу не видела. Даже издалека. Но я слышала, что, когда Обсидиан приезжает в столицу, жены сопровождают его.

— Что вам известно о них?

— Изначально он женился на Аманде Редоро. Молодая девушка, но говорят, что затворница. На балах не появляется и из дома практически не выходит. Все так и говорят, что она есть, но в тот же момент ее будто бы нет. Про нее практически не вспоминают.

— Почему он женился на ней? — я спросила, интуитивно понимая, что навряд ли это был брак по любви.

— От потомка драконов не каждая может понести. Для этого нужна девушка с определенной энергией и придворные маги годами искали ее по всему королевству. Уже отчаялись, но наконец-то обнаружили одну. Ею как раз и оказалась Аманда Редоро. Тогда поднялся такой шум. Маги же в первую очередь проверяли не людей. Например, девушек из кланов вампиров, считая, что только у них может быть настолько сильная энергия. Все так удивились, что подходящей девушкой оказалась человек. Многие главы родов подняли шум, умоляя проверить их дочерей. Насколько я знаю, до сих пор проверяют.

— То есть, на Аманде не остановились? Ищут других, которые смогут родить?

— Да. Потомки драконов очень важны. Если род прервется, восток потеряет своего короля.

— Сколько Обсидиан женат на Аманде Редоро?

— Два года.

— И детей у них до сих пор нет. Может, правильно делают, что до сих пор ищут.

— Нет. У потомков драконов девушки считаются зрелыми только при наступлении двадцати лет, а не восемнадцати, как у нас. Поэтому я не удивлена, что он ее до сих пор не тронул. Но, если не ошибаюсь, Аманде Редоро уже через месяц двадцать. Тогда они и будут пытаться зачать ребенка.

Я вздрогнула и ненадолго закрыла глаза. Новости меня все меньше и меньше радовали.

— Второй женой Обсидиана стала Эленера Буно. Она как раз из клана вампиров, но лишь полукровка. Ее мать человек. Ходят слухи, что гены вампира в ней абсолютно никак не проявились, но представляет она себя именно вампиром. В столице это редкость и подобным Эленера Буно привлекает внимание. Говорят, что это очень эффектная девушка. Красивая, высокая и стройная. Всегда в роскошных платьях и выглядящая так ярко, что от нее невозможно оторвать взгляд.

— Насколько я знаю, Обсидиан сделал ее первой женой.

— Да, это правда. Прискорбно, но не удивительно. Я лично не видела Аманду Редоро, но о ней действительно говорят, как о тихой затворнице. Про ее существование забывают и нужна она только для попыток продолжения рода. Поэтому ее отодвинули на второй план. Первый заняла Элеонора Буно. Вы знаете, что в нашем королевстве означает статус первой жены?

— Не совсем.

— Первая жена является хозяйкой в доме. Все решения касательно хозяйства принимает она, а еще именно первая жена занимается воспитанием детей.

— Даже если ребенка родит вторая жена?

— Да. Ребенок будет считаться дитем первой жены.

Я опустила веки, борясь с желанием зажмуриться. От того, что я услышала, у меня возникло ощущение того, что я лишь вещь, которой собирались воспользоваться.

— Я не знаю почему, но в разговоре с вами у меня возникло ощущение того, что вам не нравится Элеонора Буно, — сказала, поправляя подол своего платья.

— Я не знаю ее лично, чтобы сказать нравится она мне или нет, но я не люблю в людях излишнее хвастовство. Буно не пробудилась, как вампир и уже слишком поздно для того, чтобы это произошло. Во всяком случае, в полной мере, но ее желание преподносить себя исключительно вампиром, лишь бы привлечь внимание, отталкивает. Во всяком случае меня. Слышала, что в высшем обществе Буно пользуется популярностью.

— Миледи, — я услышала голос горничной и, обернувшись, увидела ее. Девушка буквально бежала в мою сторону, а, оказавшись рядом, взяла меня за руку, после чего настырно потянула в сторону. — Миледи, что вы делаете? Разве вы не знаете, кто эта женщина? — спросила она шепотом.

— Нет.

— Это маркиза Дибе. Говорят, что она проклята. К ней приближаться нельзя.

Я удивлено раскрыла глаза. Маркиза? В этой растрепанной и грязной женщине я бы в жизни не признала аристократку, но теперь ясно, почему она так много знает о том, что происходит в мире знати.

— Проклята? Чем?

— Не знаю. Просто говорят, что она приносит несчастье. Поэтому ее все избегают. Вам тоже не следовало приближаться к ней.

— То есть, просто говорят? Без каких-либо подтверждений? Разве это не просто суеверия?

— Миледи, пожалуйста, давайте просто уйдем.

— Ей плохо. Мы не можем так просто оставить ее.

Горничная была против и попыталась меня отговорить, но я перед уходом решила подойти к маркизе. Она выглядела плохо и я понимала, что не прощу себе, если оставлю человека в таком состоянии.

— Мне нужно уходить. Как вы себя чувствуете? Сами сможете добраться до своего дома?

— Спасибо за то, что переживаешь, милосердная девушка. Я еще немного отдохну и пойду.

Я некоторое время сомневалась, но все-таки предложила:

— Давайте я вас сопровожу.

Маркиза удивлено приподняла брови, а потом улыбнулась.

— Спасибо. Давно ко мне никто не был настолько добр, но не стоит. Я не хочу вас обременять, — маркиза обернулась и посмотрела на горничную, которая стояла в стороне. — Ваша горничная смотрит на меня так, что у меня нет сомнений в том, что она знает, кто я. Думаю, она вам только что рассказала про проклятье. Не нужно заставлять себя быть доброй ко мне. Вы и так сделали для меня больше чем кто-либо другой за последние несколько лет. Я несказанно благодарна вам за помощь, воду и разговор.

— Вы действительно прокляты?

— Не знаю, — женщина грустно улыбнулась. — Я всегда считала, что проклятий не существует, но в последнее время мне кажется, что моя жизнь именно им и является.

— В таком случае будем считать, что все это суеверие. Я провожу вас.

— А если я действительно проклята? Ты этим на себя навлечешь беду.

Однажды мне стало плохо. Мало сна, много работы и внезапно нахлынувший вирус, сильно поднявший температуру. Возвращаясь с работы, я упала и ударилась головой об бетон. Долго не могла подняться, но ко мне никто не подходил. Меня считали просто пьяной. Так подумал и Марк, когда я пошатываясь грязная пришла домой. Он знал, что я не пью. Просто не переношу алкоголь, но это первое, что пришло ему в голову. Марк даже не стал слушать, что мне плохо. Накричал и сказал, что, раз я так хорошо провела время, он тоже пойдет выпьет с друзьями. И ушел. Потом вернулся только утром, когда я уже вызывала себе скорую, так как мне уже было нестерпимо плохо. Но он об этом не знал. Будучи полностью пьяным, упал на диван и заснул. Лишь после того, как проспался и понял, что я в больнице, побежал ко мне с едой, которую я ранее сама приготовила.

Но сейчас речь не о Марке, а о том, как я лежала на асфальте и мысленно умоляла о помощи, но люди просто проходили мимо. Как я после такого могла оставить эту женщину?

— Я не верю в проклятия, — сказала, улыбнувшись маркизе. — Уверена, что его нет. А если и есть, я не боюсь.