Глава 28

Темный делает шаг ко мне, а я хватаю первое, что попадается под руку — скалку и выставляю перед собой.

— Никуда я с вами не пойду, — говорю я. — Человек не может быть собственностью!

Моя реакция, кажется, озадачивает мага. Он небрежным движением пальцев заставляет закрыться дверь за собой, показывая, что нам не нужны свидетели.

— Вы сами хотели, чтобы меня обеспечили жильем и работой, — припоминаю я ему то, что он мне сказал в нашу первую встречу. — А еще хотели, чтобы вы больше обо мне не слышали. Так в чем проблема? Жилье у меня есть, работа есть. Уезжайте отсюда! Я тоже рада больше о вас не слышать!

Судя по тому, как сжимаются кулаки мага, ему не по душе, что я это припомнила. Он переводит взгляд с моего лица на мое “оружие”, потом обратно, хмурится.

— Хочешь защититься от меня моей же магией? — уголок рта ора Файра ползет вверх. — Ты зеркало. У тебя ничего в этом мире нет своего.

Только сейчас чувствую, что покалывает не просто пальцы, как это было, когда я уронила горшок на голову сборщика налогов. У меня просто огнем горят обе кисти, и я не могу с этим ничего сделать — не контролирую.

— У меня есть жизнь, — шиплю я, потому что у меня начинает темнеть в глазах от боли.

Страх проникает в каждую клеточку, каждую мысль, каждый вдох. Жар, много огня. Усилие, с которым я проталкиваю ребенка через спасительный прогал в стене. Треск, еще больше жара, а потом этот голос, врывающийся сквозь ватную темноту. Зовущий. Такой, в котором есть властность и обещание защиты. Мне кажется, что я его знаю, знала уже давно. А потом яркий свет…

— И я хочу, чтобы ты ее сохранила, — этот же голос возвращает меня в сознание.

Быстрое движение Темного вперед, его ледяная ладонь поверх моих рук, и скалка с грохотом падает на пол, а потом откатывается куда-то, кажется, под скамью. Ладони окутывает приятная прохлада, а в груди клубится ощущение защищенности.

— Дыши, — приказ, которого я не могу ослушаться.

Воздух врывается в мои легкие, а изображение перед глазами сразу же становится четче.

— Отлично, а теперь не будем тратить времени. Я прикажу заложить экипаж прямо сейчас, — Темный берет меня за предплечье и тянет к выходу.

Я хоть и медленно соображаю, но пытаюсь сопротивляться. Никуда я с ним не пойду!

— Это все прекрасно, ор Файр, — скрипучий голос Эйну напоминает, что она оказалась невольной свидетельницей всего произошедшего. — Но Аля никуда с вами не пойдет.

Маг словно впервые замечает старушку, останавливается, но не выпускает мою руку.

— Ори Гирмур? — он насмешливо выгибает бровь. — И что же мне помешает?

Ори? Я напрягаю память. Насколько я поняла, “ора” — это обращение к женщине, означающее что-то типа “госпожи”. Но “ори”... Тут память подкидывает момент, когда ко мне так обратился тот, в белом камзоле. То есть “ори” — это обращение к зеркалу? Эйну — тоже зеркало?!

— Закон, ор Файр, — Эйну подходит к одному из ящиков и достает какие-то бумаги. — Аля имеет законное право остаться здесь, даже оставаясь вашим зеркалом. Кстати, хочу заметить, что зеркало — это не собственность и вещь. Это дар, если вы забыли.

Это заставляет мышцы Темного напрячься. Я вижу, что ему неприятно это слышать.

— И что же дает право моей ори не последовать за мной по моему требованию? — спрашивает он чуть насмешливо.

— То, что с сегодняшнего дня она является хозяйкой половины этой лавки, ор Файр, — она протягивает желтоватые листы бумаги магу. — А вы знаете, что те, кто владеет в Маргорде собственностью, становятся его полноправными резидентами. И не подчиняются короне, в том числе и вам.

Я ошалело смотрю на Эйну, на бумаги, которые ор Файр берет в руки, наконец, отпуская меня. Старушка ловит мой взгляд и подмигивает. Несмотря на все то неодобрение, что она выказала мне, она все еще хочет мне помочь? Да еще как!

На скулах ора Файра играют желваки, я буквально чувствую его раздражение.

— Ори Гирмур, вы же понимаете, что она остается связана со мной, — медленно, тихо, но оттого еще более страшно, произносит он. — От этой связи ей точно никуда не деться. А ее нахождение здесь без защиты ставит под угрозу жизнь… Али и мою силу.

— Так обеспечьте ей защиту, ор Файр, — пожимает плечами Эйну.

— Обеспечу, — отвечает он, — когда она будет рядом со мной.

— Увы, — Эйну кидает взгляд за окно. — Придется об этом позаботиться тут или там, где захочет Аля. Или… за вас это сделает кто-то другой.

Другой? Я ловлю взгляд пронзительно-зеленых глаз ора Файра, мгновение мне кажется, что в них мелькает какая-то буря, а потом снова все покрывается коркой безразличия.

— И кто же это может сделать?

Эйну не отвечает, лишь поднимает брови и улыбается. В ее взгляде смешинка, которая скидывает ей лет пятнадцать точно. Раздается стук в дверь, а затем она приоткрывается. В лавку входит консул.

— Ора Альвия, кажется, вы ушли, но так и не получили то, что я для вас приготовил, — он подает папку с сургучной печатью на ней. — И у меня для вас есть отличное предложение, которое я захотел сделать лично.