Глава 12

Я подхожу к кровати, снимаю верхний слой пыльной ткани и замечаю под ним ещё больше кошачьей шерсти.

— Похоже, это их любимое место для сна, — разочарованно замечаю я.

Мысль о том, чтобы спать на кровати, где до этого обитали неизвестное количество кошек, меня совсем не радует. Тем не менее альтернатив не так много — пол ещё грязнее, а других спальных мест в комнате просто нет.

Чем больше я думаю о предстоящей ночи, тем сильнее нарастает тревога. То, что кошки выглядят как милые пушистики, не избавляет от факта, что это хищники. Один взмах когтем и я останусь без глаз. А точного укуса будет достаточно, чтобы вскрыть какую-нибудь важную артерию на моей шее, и тогда я точно умру здесь, и Кайндар даже не узнает.

Хотя какая мне разница на то, что там подумает бывший муж?

Я оглядываю комнату — старые стены, потрескавшийся потолок, дверь, которая закрывается, но не запирается… И внезапно меня охватывает настоящий страх.

— Господи, на что я согласилась? — шепчу я, обнимая себя руками. — Я женщина, совсем одна в полуразрушенном доме посреди нигде. Здесь нет нормальных замков, нет соседей, никого, кто мог бы прийти на помощь, если…

Я не договариваю, но в голове возникают ужасные картины. Грабители, насильники, убийцы… Кто угодно мог заметить одинокую женщину, въезжающую в заброшенный особняк. Лёгкая добыча, беззащитная жертва.

— Пусть мне и далеко не двадцать, но я всё ещё выгляжу достаточно молодо, — бормочу я, нервно расхаживая по комнате. — Любой бандит сочтёт меня подходящей целью.

Тень трётся о мои ноги, пытаясь успокоить.

— Ты преувеличиваешь опасность. Это место заброшено уже давно, жители явно обходят его стороной. Никто не рискнёт сюда забраться, тем более ночью.

Я не чувствую облегчения от этих слов.

За окном уже почти стемнело. Глубокие синие сумерки окутывают сад, превращая деревья в зловещие силуэты. Я вспоминаю как мы проезжали мимо небольшого посёлка — не более десяти домов, сгрудившихся вокруг маленькой площади. Кажется, он находился всего в паре километров отсюда.

— Может быть, стоит вернуться в тот посёлок? — озвучиваю я свои мысли. — Переночевать там, в какой-нибудь гостинице или постоялом дворе… Всё лучше, чем здесь.

Я подхожу к окну и всматриваюсь в сгущающуюся темноту. От одной мысли о том, чтобы выйти сейчас и идти по тёмной дороге, меня пробирает озноб. Да, дом кажется опасным, но снаружи… кто знает, что может скрываться в этих лесах?

— Боюсь, сейчас уже слишком поздно для таких путешествий, — сомневается Тень, словно читая мои мысли. — Дорога неосвещённая, лес густой. Мы можем заблудиться или встретить действительно опасных существ.

Я сглатываю комок в горле. Тень права, конечно. Выбираться сейчас — ещё опаснее, чем оставаться.

— Значит, мы в ловушке, — констатирую я, опускаясь на край кровати. — Либо оставаться здесь и бояться каждого шороха, либо выйти наружу и рисковать ещё больше.

Меня начинает бить мелкая дрожь — отчасти от усталости, отчасти от страха. Я чувствую себя такой беспомощной и уязвимой. В прежней жизни я никогда не задумывалась о подобных вещах. У меня всегда были слуги, охрана, толстые стены родового поместья… А сейчас я одна, в разрушающемся доме, окруженная неизвестностью.

— Я боюсь, Тень, — признаюсь я, не в силах больше сдерживать эмоции. — Что, если я сделала ужасную ошибку, согласившись на всё это? Вдруг я просто не выживу здесь?

Произнеся вслух, я будто сбрасываю с плеч тяжёлую цепь. Не знаю, как это работает, но, выпустив мысль из головы и услышав её, я будто осознала её абсурдность.

Не смогу? С чего бы? Кто мне так сказал?

Да, положение у меня печальное, руку помощи вряд ли кто-то протянет, но просто лечь и умирать я всегда успею. Куда интереснее будет попытаться исправить это. Я плыла по течению, позволяя другим решать мою судьбу.

Но не сегодня. Сегодня я буду бороться.

— Мы не останемся здесь, — заявляю я, подходя к одному из сундуков. — Переночуем в посёлке, а завтра вернёмся с новыми силами и, возможно, с помощниками.

Открываю сундук и начинаю рыться в нём, вытаскивая шкатулку с драгоценностями.

— Ты уверены? — Тень прыгает ко мне. — Дорога может быть опасной в темноте.

— Не меньший риск, чем остаться здесь. Нужно хотя бы попытаться найти безопасное место для ночлега.

Тень не выглядит убеждённой, но я уже приняла решение. Беру шкатулку, накидываю на плечи дорожный плащ и направляюсь к двери.

— Ты идёшь со мной или остаёшься? — спрашиваю я, оборачиваясь.

— Конечно иду, — фыркает Тень, словно оскорблённая предположением, что может оставить меня. — Кто-то же должен защищать тебя от неприятностей.

Я не могу сдержать улыбки, несмотря на напряжение момента. Маленькая кошка, которая уверена, что сможет защитить меня от всех опасностей мира… в ней больше храбрости, чем во мне.

Мы спускаемся по лестнице, проходим через холл, мимо любопытных кошачьих глаз, мерцающих в темноте, и выходим через главную дверь в сумерки. На мгновение останавливаюсь, чтобы вдохнуть свежий воздух. Пахнет влажной землёй, хвоей и ещё чем-то неуловимым — запахом свободы и самостоятельного решения.

Я киваю сама себе и выхожу на дорогу, крепко сжимая в руке шкатулку с драгоценностями. С каждым шагом я чувствую, как растёт во мне странное ощущение — смесь страха и возбуждения. Я действительно делаю это. Принимаю собственное решение, беру судьбу в свои руки.

Мы проходим примерно километр, как мне кажется, когда я останавливаюсь из-за внезапной мысли, пришедшей мне в голову.

— Что такое? — непонимающе смотрит на меня Тень.

— Мне кажется, неразумным идти в посёлок с полной шкатулкой драгоценностей. Если кто-то узнает, что у меня она есть…

— Хм, и правда. Это может привлечь нежелательное внимание.

— Пойдём, — говорю я, сворачивая с дороги на лесную подстилку.

В темноте ветви деревьев кажутся жуткими руками, тянущимися ко мне. Каждый шорох заставляет вздрагивать, но я продолжаю идти, крепко сжимая шкатулку.

— Достаточно, — решаю я, когда дорога уже не была видна, но недостаточно далеко, чтобы заблудиться. — Здесь.

Тень оглядывается вокруг, прислушиваясь.

— Никого нет поблизости, — сообщает она после минуты внимательного изучения окружающего пространства. — Но лучше поспешить.

Я падаю на колени и начинаю рыхлить землю руками возле корней дерева. Почва мягкая, податливая, так что вскоре мне удаётся вырыть небольшую ямку. Я открываю шкатулку в последний раз, любуясь в лунном свете сиянием драгоценностей, которые были со мной так долго.

Выбираю самые простые серебряные серьги — достаточно ценные, чтобы заплатить за ночлег и еду, но не настолько дорогие, чтобы вызвать подозрения. Остальное должно остаться здесь, в тайнике, пока я не обустроюсь и не пойму, кому можно доверять в этих краях.

— Ты хорошо придумала, — тихо говорит Тень, наблюдая за моими действиями. — В маленьких поселениях люди бывают… любопытны. Лучше не привлекать внимание богатством.

Я закрываю шкатулку и опускаю в ямку. Затем засыпаю её землёй, тщательно утрамбовывая поверхность и маскируя тайник опавшими листьями и веточками.

— Запомни это место, Тень, — прошу я, поднимаясь и отряхивая грязь с рук и платья. — Я боюсь, что одна могу не найти его снова.

— Не беспокойся, — отвечает она, внимательно осматривая окрестности. — Я запомнила каждую деталь. Большой дуб с раздвоенным стволом, три шага от упавшего бревна, возле куста дикой малины… Смогу привести вас сюда даже в полной темноте.

Я вздыхаю и вставляю в уши серебряные серьги — единственное богатство, которое решила оставить при себе.

— Хорошо. Теперь возвращаемся на дорогу и продолжаем путь в посёлок.