Глава 6

Я бегу через галереи, едва касаясь ногами пола. Сердце колотится где-то в горле, а в груди разливается тепло надежды. Лейтор здесь. Мой сын. Моя кровь.

Воздух вокруг ещё хранит запах дракона — терпкий аромат грозы, раскалённого металла и древней магии. Этот запах всегда дарил мне чувство защищённости. Но сегодня к нему примешивается тревога, которую я отчаянно пытаюсь скрыть.

Лейтор только-только принимает человеческий облик, когда я выбегаю на открытое пространство. Наблюдаю, исчезает драконий огонь в глазах, уступая место знакомой тёплой тьме.

— Мама? — он замечает меня и слегка приподнимает бровь.

— Лейтор! — я бросаюсь к нему, обвиваю руками его шею, вдыхаю такой родной запах. — Милый мой, как я рада тебя видеть!

Он позволяет мне это объятие, даже слегка обнимает в ответ, но я чувствую, как напряжены его плечи. Мой сын слишком сдержан для подобных нежностей даже со мной.

— Как ты? — спрашиваю я, отстраняясь и жадно вглядываясь в его лицо.

Передо мной стоит точная копия молодого Кайндара — те же пронзительные синие глаза, те же высокие скулы, тот же гордый разворот плеч. Сколько раз я замечала, как юные придворные дамы провожают его взглядами, шепчутся и краснеют, когда он проходит мимо. Но Лейтор, кажется, не замечает этого внимания. Или искусно делает вид.

— Всё хорошо, — отвечает он спокойно, поправляя манжету военного мундира. — Я ненадолго. Мне пришлось отпрашиваться у командира.

По моей спине пробегает холодок.

— Отпрашиваться? Зачем? Что-то случилось?

В его взгляде на мгновение мелькает нечто похожее на жалость, и это пугает меня больше всего на свете.

— Пойдём внутрь, — он делает шаг в сторону входа, но я инстинктивно хватаю его за руку.

— Нет! — слишком быстро и испуганно. — Я… я хочу прогуляться по саду. День такой чудесный.

Я вымученно улыбаюсь. День действительно прекрасный: яркое солнце, лёгкий ветерок, пение птиц. Но внутри меня бушует буря. Я не могу позволить ему войти в замок. Не могу допустить, чтобы он увидел те бумаги. Мне нужна его поддержка, прежде чем…

— Расскажи, как твоя служба? — хватаюсь я за возможность отсрочить неизбежное. — У тебя такой усталый вид. Тебя не слишком загружают?

Лейтор позволяет мне увести его по тропинке в сад. Его шаги размеренные, спокойные, в то время как я рядом с ним чувствую себя суетливой птицей.

— Служба идёт своим чередом, — отвечает он. — Тёмные активнее, чем раньше, со слов моих товарищей, но пока ничего серьёзного.

Так же кратко рассказывает о своих обязанностях, о новых назначениях в гвардии, о том, как командир доверил ему обучение другого молодого дракона, не столь высокого происхождения. Его голос ровный, спокойный, но достаточно подробный, чтобы не казаться холодным. Я цепляюсь за каждое слово, как утопающий за спасительную верёвку.

— А что у тебя с личной жизнью? — спрашиваю я с нарочитой лёгкостью. — Какая-нибудь особенная девушка появилась?

Лейтор слегка дёргает уголком губ — это его версия улыбки.

— Мама, ты же знаешь, служба занимает всё моё время.

— Но ты такой красивый, — я с нежностью касаюсь его щеки. — Девушки наверняка проходу не дают.

— Они быстро понимают, что со мной не стоит тратить время, — он пожимает плечами. Потом останавливается и поворачивается ко мне. — Мама, я знаю о разводе.

Земля уходит из-под ног. Вот так просто. Без подготовки. Без предупреждения. Я чувствую, как кровь отливает от лица, а в ушах начинает звенеть.

— Что… что ты сказал?

— Отец сообщил мне неделю назад, — продолжает Лейтор, глядя мне прямо в глаза. — Я прилетел помочь тебе с вещами. Давай вернёмся в замок, у меня не так много времени. Нужно всё успеть.

Его голос звучит так, будто мы обсуждаем погоду или меню на ужин, а не крушение моей жизни, не предательство, не…

— Ты знал? — я отшатываюсь от него, и что-то внутри меня разбивается вдребезги. — Знал и не сказал мне? Не предупредил?

Я смотрю на него и вижу уже не сына, а копию Кайндара — такой же холодный, расчётливый, безжалостный. Враг, а не союзник. Сообщник, а не защитник.

— Отец просил не вмешиваться, — отвечает он, и в его голосе нет ни капли сожаления. — Он сказал, что сам всё объяснит.

— Он ничего не объяснил! — я почти кричу, чувствуя, как горячие слёзы, наконец, прорываются сквозь плотину самообладания. — Просто передал мне бумаги! Бумаги, Лейтор! Ни слова, не объяснения — холодные документы!

Мой сын выпрямляется ещё сильнее, если это вообще возможно. В эту секунду он как никогда похож на своего отца.

— Отец делает всё по закону. Это справедливо.

— Справедливо? — я задыхаюсь от возмущения. — Ты находишь справедливым выкинуть свою мать из дома после семидесяти лет брака? Отправить меня неизвестно куда?

— Не неизвестно куда, — поправляет он меня, и от его тона у меня по спине пробегает холодок. — В поместье Серайз. Твоё наследство.

Я замираю. Значит, он знает и об этом. Знает о полуразрушенном поместье, о невыполнимых условиях, о ловушке, в которую меня загоняют.

— Ты действительно готов просто привезти свою мать… туда? — мой голос дрожит, но я не могу сдержаться. — В руины, окружённые землями твоего отца? В полную зависимость от его милости?

Лейтор слегка хмурится, и я замечаю, как между его бровями появляется знакомая морщинка — точь-в-точь как у Кайндара, когда тот недоволен.

— Поместье требует реставрации, но это достойное место. Отец уже договорился с лучшими архитекторами королевства. Они начнут работу, как только ты вступишь в права наследования.

Меня пронзает ледяное осознание. Вот оно. Доказательство. Не совпадение, не случайность. Тщательно спланированный заговор.

— Он всё это подстроил, — шепчу я, отступая ещё на шаг. — А ты… знал. Всё это время ты знал и был на его стороне.

— Здесь нет сторон, мама, — так же спокойно и холодно заявляет Лейтор. — Есть только забота о твоём будущем.

— Моё будущее? — горький смех вырывается из моей груди. — Моё будущее было здесь, с ним! Семьдесят лет я верила, что наша связь истинной пары нерушима. Это ничего не значит для него? Для тебя? Вы оба просто… отбрасываете меня, как ненужную вещь?

В глазах Лейтора на мгновение мелькает что-то похожее на сомнение, но оно тут же исчезает.

— Всё не так, мама. Есть причины…

— Какие причины могут оправдать такое предательство? — я чувствую, как внутри меня разгорается ярость. — Какие причины стоят семидесяти лет любви и верности?

Лейтор молчит, и в этом молчании я вижу окончательный приговор.

Он никогда не был на моей стороне. Он — плоть от плоти своего отца, и его преданность всегда будет принадлежать ему.

Я оглядываюсь вокруг, на сад, который выращивала собственными руками, на замок, который считала своим, на сына, которого растила с любовью. Всё это теперь чужое. Враждебное. Я здесь больше не принадлежу.

И внезапно, среди всего этого отчаяния, я чувствую, как во мне поднимается что-то новое. Что-то, чего я не испытывала уже очень давно. Решимость.

— Хорошо, — говорю я, выпрямляясь и глядя сыну прямо в глаза. — Я принимаю это наследство. Я уеду в поместье Серайз, но ваши архитекторы к нему и на выстрел стрелы не подойдут.

В глазах Лейтора мелькает удивление. Он ожидал слёз, мольбы, возможно, истерики. Но не этого холодного спокойствия.

— Мама…

— Нет, — я поднимаю руку, останавливая его. — Ты сделал свой выбор. Теперь я делаю свой. А теперь идём. У меня мало времени на сборы.

Я разворачиваюсь и направляюсь к замку, оставляя сына стоять в одиночестве посреди сада. Каждый шаг даётся мне с трудом, но я не позволю себе споткнуться. Не сейчас.

Внутри меня разгорается пламя, которое я давно считала потухшим. Пламя гнева, решимости и, странно сказать, надежды. Потому что теперь я точно знаю — Кайндар всё спланировал. И если он потратил столько сил на этот план, значит, за ним стоит что-то большее, чем простое желание избавиться от «надоевшей» жёны.

И я достаточно зла, чтобы не выяснять, что именно.