Глава 54

Из-за деревьев появляется ещё один мужчина, с короткими тёмными волосами, которые тут же зачёсывает пальцами.

— Это тоже не сработало, Ваше Величество. О, наш великомученик пожаловал? Ты же в курсе, что тебе нельзя было отходить от камня?

Дракон фыркнул и красноречиво приподнял губу, показывая зубы, но это впечатлило только меня. Впрочем, я тоже не подала виду, ведь передо мной…

А ведь точно. Теперь я вспомнила.

— Ваше Величество, — мигом складываюсь я в поклоне. — Прошу прощения…

Боги, как неловко. Я понимаю, что король, хоть и обладает безграничной властью, остаётся очень простым в общении, будто «своим», хотя, разумеется, никто не смеет пересекать черту.

— Встаньте, Мариан, — взмахивает рукой правитель, которого сейчас легко принять за обычного не слишком обеспеченного горожанина.

Кайндар издаёт низкий рык. Я чувствую, что он всё ещё борется с тьмой внутри себя, его огромное тело подрагивает от усилий.

Лианор подходит ближе, и я замечаю удивительную вещь: чем ближе он к Кайндару, тем спокойнее становится мой бывший муж. Чёрная дымка, окутывающая его чешую, рассеивается, словно отступая перед чистым светом, исходящим от короля драконов.

Не знаю, что за силой обладает король Штормлара, но теперь я понимаю, почему он практически не покидает свой замок и не принимает никого лично, решая вопросы через помощников.

С одной стороны, он олицетворение всего хорошего и доброго, а с другой… наверно мне просто слишком много лет, но крайне сложно поверить в то, что в нашем мире может быть что-то настолько светлое и безупречное. Он… будто не из этого мира. Хотя мне ли говорить об этом.

— Тьмы стало слишком много, — произносит Лианор голосом, глубоким и звучным, как горный поток. — Я надеялся, что мы успеем решить проблему до того, как оно полностью пробудится.

— Вы знали? — я не могу сдержать возмущения. — Знали, что происходит с Кайндаром, и ничего не делали?

— Мы делали, леди Мариан, — мягко отвечает Лианор. — Но некоторые вещи требуют времени и правильного момента. Мы не могли вмешаться раньше, чем сам кристалл проявит свою силу в полной мере.

— Что за чушь, — цежу сквозь сомкнутые зубы. Хоть меня и тоже топит в его навязчивом умиротворении, я всё ещё осознаю, что король мог помочь моему мужу и раньше, но намеренно довёл его до этого состояния.

— Объясните мне.

— Некоторое время назад, — начинает Тарос, выходя вперёд и принимая на себя тяжесть бремени вестника плохих новостей, — мы получили наводку на то, что в столице вновь собираются тёмные силы, но не знали, как выманить их.

— И вы… убедил Кайна подставиться? — в шоке заканчиваю я.

Или он сам вызвался? Боги, я уже ничего не понимаю. И мне страшно. Очень страшно оттого, что меня переполняет навязанное чувство счастья. Я будто пьяна, хотя вообще не пью.

Я смотрю на Кайндара, который в присутствии Лианора выглядит заметно лучше — его глаза прояснились, в них вернулся привычный оттенок, хотя он всё ещё не может вернуть человеческий облик.

— Тебе приказали меня бросить? — спрашиваю холодно.

Дракон качает головой. Даже не знаю, что хуже.

— Он вызвался сам, — качает головой Лианор. — Не буду скрывать, из всех моих подданных он подходил лучше всего.

У меня много мыслей на тему гениальности этой идеи, но я оставляю их при себе.

— Так вы разрушили нашу семью, чтобы найти кристалл? Что это на самом деле?

— Осколок древней тьмы, — отвечает Лианор, и его лицо становится печальным.

— Простите за дерзость, Ваше Величество, но мне нужны подробности.

— У нас их пока нет, — снова встревает Тарос. — Но сейчас это не так важно. С камнем нужно что-то делать. Пока его сдерживает твой благоверный продолжая героически жертвовать собой, но, как по мне, пора заканчивать этот балаган. Если ты, конечно, перестала злиться и хочешь ещё немного над ним поиздеваться.

— Камень искажает всё, чего касается, — добавляет король. — Людей, животных, даже землю. Особенно тех, в ком течёт кровь драконов.

Кайндар снова рычит, на этот раз тише, с явным оттенком боли.

— Так почему он до сих пор существует? — спрашиваю я, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Почему его не уничтожили давным-давно?

Лианор и Тарос обмениваются взглядами, в которых читается что-то похожее на неловкость.

— Потому что мы не можем, — наконец отвечает Лианор. — Кристалл защищён древней магией, которая делает его неуязвимым для драконов. Мы думаем, что нашли лазейку.

Моё сердце ускоряет ритм — от надежды и от смутного предчувствия чего-то ужасного одновременно.

Тарос присаживается на упавшее дерево, его лицо необычно серьёзно:

— Если не вдаваться в подробности, то кристалл — почти то же, что и мы, драконы. В теории среагирует он так же, как и мы. Любой дракон скажет, что самое разрушительное для нас — избавление от метки истинности.

— Что? — вырывается у меня. Кайндар рядом угрожающе рычит.

— Ну-ну, не нужно так расстраиваться, — Тарос поднимает руки в примирительном жесте. — Я просто излагаю факты. Никто никого не заставляет. Но если бы вы довели свой развод до конца…

— Тарос, — предупреждающе произносит Лианор, и его советник мгновенно умолкает.

— То есть, если мы с Кайндаром окончательно разведёмся, кристалл разрушится? — говорю я, пытаясь осмыслить их предложение. — В теории.

— Ага, — щёлкает пальцами в мою сторону Тарос.

— Энергия, высвобождаемая при разрыве связи истинной пары, — объясняет Лианор, — одна из самых мощных сил в известной магии. Этой силы должно хватить, чтобы нейтрализовать защиту кристалла и уничтожить его.

Кайндар издаёт низкий, угрожающий рык, пристально глядя на короля драконов. Его послание понятно без слов — он категорически против.

Я чувствую, как внутри нарастает гнев. Теперь его и внушённое благоговение не сдержит.

— Вы понимаете, что просите меня умереть? Если разрушить метку, мой возраст вернётся к настоящему, — делаю глубокий вдох, стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотится как безумное. — Единственное, что поддерживает моё тело молодым — это связь с Кайндаром, с его драконьей сущностью. Если вы разорвёте её… я состарюсь за секунды. Превращусь в пыль.

Тарос кашляет:

— Ну, если смотреть на это с позитивной стороны, вы избавите мир от ужасной угрозы. Героическая смерть, песни, легенды… Нет? — он замолкает под тяжёлым взглядом Лианора.

Кайндар поднимается во весь свой огромный рост, расправляя крылья в защитном жесте надо мной. Его рычание перерастает в оглушительный рёв, несущий недвусмысленное послание — он скорее умрёт сам, чем позволит мне пожертвовать собой.

Я прикасаюсь к его чешуйчатой лапе, чувствуя, как под твёрдой поверхностью пульсирует тепло. Несмотря на чудовищную форму, это всё ещё мой Кайндар — гордый, упрямый, готовый защищать тех, кого любит, до последнего вздоха.

— Должен быть другой способ, — говорю я, глядя прямо в глаза королю.