Глава 28

— Ты можешь мне объяснить, Мария. Я что-то сделал не так? — спрашивает Изин, но я слышу его как сквозь толщу воды. Драконица внутри беснуется, меня начинает трясти от желания немедленно отправиться в столицу самой.

Вот только будет ли это к добру?

Если Айрона заманили в ловушку, не сделает ли моё появление только хуже его положение.

Как же я хочу, чтобы нас просто оставили в покое.

Чтобы я могла спокойно принять предложение Хантера и развивать здесь своё дело, лечить людей, создавать лекарства, а Айрон успокоился и принял наш разрыв.

Чтобы и сам снова стал обучать солдат и помогать Хантеру охранять границы. Возможно, через какое-то время стал генералом Равенхейма и уехал в столицу.

Сжимаю кулаки, чтобы унять дрожь, и поднимаю глаза к лицу Изина, он выглядит растерянным. В самом деле не понимает, что происходит, и я чувствую укол боли в груди оттого, что на мгновение позволила себе сомневаться в нём.

— Я поспешил и подставил Айрона?

— Ортедес использовал тебя — выдыхаю я и стараюсь звучать не так резко, как хотелось бы. Изин ещё очень молод и, возможно, не всё понимает, но только боги знают, как я сейчас зла на него.

На Ортедеса.

И на короля драконов.

Почему просто не оставить Айрона в покое? Они и так лишили его всего и прогнали в королевство людей. Точнее, позволили уйти.

Сначала явился Конор, после Геральт, а теперь ещё и это?

Сердце разгоняется и уже скоро больно колотится в районе горла.

— Я знал, что у Омара разногласия с Айроном, но когда мы виделись в последний раз, он был откровенным со мной. Омар признался, что всё это время завидовал Айрону, особенно в том, что боги даровали истинную только ему, а Омар всегда хотел быть значимым для короля драконов. Просто Айрон его недооценивал. А теперь он не испытывает к нему ничего, кроме жалости, потому что боги оказались несправедливы к вам.

— Это не боги, Изин! — кричу я, и он хмурится — О каких богах ты говоришь, когда это с нами сделали недоброжелатели Айрона и я больше чем уверена, что Ордетес имеет к этому самое прямое отношение. Ты ещё так молод и многого не знаешь.

— Мне казалось, что Омар был со мной честным. Никто не стал бы вредить истинной дракона. Истинность — высший дар богов. Единственной целью Омара было встать рядом с королём, занять место генерала, и он этого добился.

— Как получилось, что вы вообще стали говорить?

— Я не думал, что мне следовало от него отстраниться. Айрон почти не посвящал меня в свои дела и тем более во взаимоотношения с другими генералами. Я лишь видел и чувствовал, что между ними есть напряжение. Когда Айрона объявили … — Изин замолкает на какое-то время — Он больше не принадлежит семье Вотерфор, ты же знаешь? Теперь на нём клеймо изгоя и фамилия бастардов королевства Эльмор. Я даже представить не могу, что он чувствует после всего, что сделал за это время для своего королевства. То, что с ним произошло, меня поразило. Я не был рядом, но до меня дошли слухи, что от него сначала отвернулся род, затем не поддержал ни один генерал. Я был поражён. Король обнулил достижения Айрона, но и мне ждать не пришлось. — горько усмехается Изин — Знаешь, что он сотворил со мной? — теперь Изин повышает голос и эмоции, что он испытывает, повисают вокруг нас плотным туманом. От злости по тыльной стороне его ладони ползёт чешуя, когда он сжимает кулаки. — Я хоть и не был так значим для королевства, как Айрон, но и сделал при последнем прорыве немало. Впрочем, какая уже разница. Король меня прогнал. Я больше ни солдат и не могу защищать своё королевство. Но главное все мои заслуги больше ничего не значат ни для короля, ни для его совета. Меня прогнали и сослали на границу с орчими землями. Орки лишились своего правителя и всё их королевство сейчас охвачено борьбой. Я прибыл, чтобы стать тем, кто будет сдерживать их ярость в случае, когда они соберутся прорваться к нам. Ты понимаешь? — кривится он — На смерть меня сослали, но я бы и добровольно туда отправился. Добровольно! — рычит он и ударяет себя в грудь — Я ведь всегда служил своему королю, но только он предпочёл меня унизить, закрыть глаза на все мои достижения и как побитого пса сослать насмерть. Омар появился через два дня после того, как мы поговорили с ним и он поведал о том, что король нацелился на тебя и других иномирянок. Я написал письмо и собирался его отправить, но пришлось трижды переписывать, потому что меня трясло от несправедливости. Омар приехал с проверкой, как первый генерал Его Величества. Пробыл в лагере два дня и когда мы случайно пересеклись перед его уходом, предложил уйти, потому что король предвзят ко мне из-за Айрона. Я был уверен, что Омар просто воспользовался положением Айрона и, наконец, добился того, чего так долго ждал. Я совершил ошибку?

— Я не знаю. Поговори с Айроном, когда он вернётся, и расскажи ему всё — отзываюсь и развернувшись, ухожу за прилавок. Упираюсь руками в столешницу и закрываю глаза. Не хочу поддаваться паники, но она медленно и верно накрывает меня с головой, словно змея оплетает по рукам и ногам, стягивая горло, что в какой-то момент мне становиться нечем дышать. Я больше не одна, внутри меня драконица, что с Айроном тесно связана и когда я перестаю контролировать накрывающий меня словно колючий плед страх, то понимаю. С моим драконом определённо случилась беда.

Следующие два дня тянутся так, что хочется зарычать, затем зарыдать от беспомощности. Потому что единственно верное решение — ждать. Лиам появляется в магазине во второй день к самому закрытию и приводит с собой несколько девушек, чтобы я могла выбрать себе помощницу. Вот только я раздражена, сердита и не собрана, потому ни одна из них кажется мне совершенно неподходящей.

Терпение покидает меня вечером третьего дня. И когда я стою посередине своего магазина, чтобы морально подготовить себя к обороту и отправлению в столицу, в магазине появляется Айрон.

Меня окатывает его ароматом и волной тёплого облегчение, что мелкими покалываниями растекается по телу. Я глубоко вдыхаю и шумно выдыхаю своё облегчение. Однако насладится долго этим мне не удаётся. Стоит Айрону сделать ко мне несколько шагов, как в нос ударяет запах его крови, зверь внутри поднимает голову, и неприятная тяжесть сдавливает грудь.

— Изин ещё здесь? У меня к нему появились вопросы. Пожалуйста, Ри-ри только не говори мне, что он вернулся в Эльмор. — просит Айрон, и я качаю головой.

Выглядит мой истинный бледным, уставшим и злым. Ярость, которую ему так и не удалось обуздать, измотала его. — Рад, что застал тебя здесь. Мне есть что тебе рассказать, а ещё мне очень нужна твоя помощь — выдыхает он, и я бросаюсь к нему.

Не помня себя под властью охваченных эмоций, принимаюсь стягивать с него пиджак, расстёгивать куртку и прихожу в себя, лишь когда накрываю аккуратно перевязанную рану на животе двумя руками. Драконица внутри меня ревёт, беснуется так, как никогда прежде и я нахожусь в замешательстве, потому что рана Айрона выглядит обработанной и, похоже, уже начала затягиваться, потому что не кровит.

— Нет, я не об этом — хрипло произносит Айрон и накрывает мои руки своими — Я говорю о совершенно другой помощи.

Состояние Айрона и его настрой отзывается в груди нудной болью. Волнение смешивается со страхом, словно наждачкой царапает спину. Чтобы Айрон не решил, и о какой помощи меня не попросил, в его горящих яростью глазах я твёрдо вижу, что Эльмор ждёт война и большие перемены.

— Ты говорил с королём драконов обо мне? Это он тебя ранил?

— Я говорил с Ортедесом. И он поведал мне о том, что Талор поделился с ним магией —произносит он и подаётся вперёд, наклоняется к моему лицу от его состояния у меня по телу пробегают колючие мурашки — Той самой, которая тебя погубила.

— Мне пытался вредить Талор? — спрашиваю я и Айрон какое-то время не реагирует. Молча осматривает меня, словно пытается запомнить каждую черту моего лица.

— Знаешь, Ри-ри, перед тем, как мне стали зашивать рану, я выпил какое-то обезболивающее зелье, и меня стали посещать страшные мысли. Сначала я пытался от них отмахнуться, а затем я решил, что больше не буду об этом думать, а просто спрошу у своего короля напрямую.

— Что ты собираешься у него спросить?

— Виновен ли он в том, что с тобой случилось. Он или его грёбаный совет. Я слишком долго командовал солдатами и знаешь, ничего что они творили, не проходило мимо меня. Все действия тех, кто мне подчинялся, одобрялись мной или не одобрялись в зависимости от целей, которые я преследовал…

Айрон больше ничего не говорит, и я не спрашиваю. Нет никакого смысла в моих вопросах, хотя признаюсь, что до того как Айрон произнёс это вслух, запрещала себе даже думать об этом.

Я пришла сюда из другого мира. И этот мир с самой первой минуты был ко мне жесток. Я часто чувствовала себя здесь бесполезной, меня пытались унижать и сломать, но я видела, как драконы чтят традиции, отстаивают свои ценности и действительно верят в то, что истинность — дар богов.

Или всё это больше не работает?

— Этому миру нужны перемены. — вырывает меня из потока мыслей Айрон — потому я хочу попросить тебя о помощи.

Киваю ему и указываю на стул. Тело бьёт дрожь от эмоций моего истинного, его энергии и поведения моей драконицы.

— Я хочу сначала осмотреть тебя, чтобы быть уверенной, что всё в порядке —хрипло произношу, и мой бывший муж подчиняется. Без возражений проходит мимо и устраивается на стуле. Медленно подхожу к нему, ноги словно налились свинцом, а щёки горят от внутренней борьбы.

Часть меня здраво оценивает его состояние и понимает: причин для паники и подобного беспокойства, которое меня сейчас едва не разрывает, просто нет. А другая часть меня рвёт на части, не находя покоя несмотря на то, что Айрон здесь.

Передо мной. Живой. Пусть и не совсем здоровый.

В конце концов, я здесь врач и если он ранен, то смогу его вылечить. Я могу сделать для него лекарство, и он уже скоро будет здоров.

Но даже эта уверенность не возвращает мне внутренней гармонии, а моей драконицы — покой.

— Меня осмотрели лекари Хантера. Рана уже начала затягиваться — вырывает меня из моих размышлений Айрон, и я подхожу к нему. Какое-то время мы молча смотрит друг на друга. В его глазах плещется огонь, жар от которого, кажется, обжигает и меня. Если Айрон отпустит себя, то старый Эльмор обратится в пепел. Может, я потому и оказалась здесь, что этому миру с его заносчивыми драконами пришло время меняться?

— Я чувствую себя нормально. Меня осмотрели — повторяет Айрон. Судя по всему, видя по мне, что я потонула в мыслях и, возможно, прослушала его.

— Я всё равно хочу увидеть твою рану. И хочу послушать, что произошло. Изин заманил тебя в ловушку? Ортедес использовал его, верно? — спрашиваю и сжимаю кулаки так, что ногти больно впиваются в ладони. Снова прохладной волной по рукам и лицу пробегает чешуя, и если я не возьму себя в руки, то рискую совершить свой второй оборот прямо сейчас.

— Подойти сюда. То, что я тебе сейчас расскажу будет для меня непросто.

Несмотря на то что Айрон уверяет меня, что он в порядке, замечаю, как дёргаются уголки его губ и как он прищуривает левый глаз.

Прежде он никогда не говорил мне, какую боль причиняют ему ранения. Иногда мне приходилось зашивать его повреждения, когда под рукой не было ничего, чтобы могло облегчить его страдания. Со временем я стала замечать, что в самые тяжёлые моменты он поджимает губы и прищуривается.

Айрон вообще не был склонен к откровенности, а большую часть нашей совместной жизни он свои эмоции сдерживал. Очень редко говорил о любви и поначалу очень странно реагировал на мои спонтанные объятия и поцелуи. А если я делала что-то подобное вне дома он и вовсе терялся.

Потому иногда мне казалось, что он попросту не умеет проявлять свои эмоции. Вероятно, никто драконов подобному не учит. Единственное, что сдерживать моему бывшему мужу никогда не удавалось — это ярость.

— У меня всё внутри горит, Мария — произносит Айрон и перехватывает мои руки, когда я тянусь к его ране — Я совершил ошибку. С тех пор как тебе стало плохо, я только и делаю, что совершаю ошибки одну за другой. А мои враги этим умело пользуются. — добавляет он и прикладывает мои руки к своей руки. Моё тело немеет. Застываю оттого, что мне хочется вырваться и отойти от него и в то же время остаться на месте и позволить ему высказаться. Тяжёлый взгляд Айрона обжигает, его плечи быстро вздымаются и опадает.

— Мне с большим трудом далось признаться тебе в том, что я поглощён своей болью. Думал, что я всё контролирую. Но я больше не справляюсь. Мне действительно нужна твоя помощь, Ри-ри, потому что я больше не в состоянии контролировать свою ярость и внутреннего зверя. Дракон в раздрае, и чем дальше я пытаюсь держать себя, чем хуже всё становится. Для дракона его род подобно фундаменту, знаешь? Крепкому, на котором я по кирпичу становлюсь твердой стеной. Род дракона всегда его поддерживал и со мной было подобное в период моего взросления и становления. Я стал собой благодаря этой поддержки. Моя сила, моя магия досталась мне от рода Вотерфор, от сильнейшего дракона и досталась бы моим детям. Впрочем, я по-прежнему Вотерфор, чтобы они не решили. Они меня предали, Мария. Фундамент, что поддерживал и был моей опорой, обратился в пепел. Я ничего не знал об истинности долгое время. Мне было плевать. О её ценности для моего народа я услышал впервые от отца. А ему об этом когда-то поведал его отец. Знаю, что мой мир очень сильно отличается от твоего, и потому мы учились находить общий язык, подстраиваться и да, в большей степени уступать приходилось тебе, но я старался компенсировать это своими поступками и совершенно неприсущим моему миру отношением к своей паре. Я делал это, потому что хотел. Потому что люблю тебя, и я был уверен, что моя семья, как бы ты ни была им неприятна, не представляют для тебя опасности. Они учили меня быть справедливым, смелым, чтить богов, их дары и биться до последнего за то, во что веришь, а затем предали.

— Айрон…

— Я не закончил — перебивает он — Мне нужна холодная голова. Ведомый только яростью я продолжу совершать ошибки. Я прошу тебя стать моей поддержкой. Помоги мне, Мария. Чтобы ты не решила, в конце концов, насчёт нас, я клянусь тебе, что если ты захочешь уйти, я тебя отпущу .Просто не отвергай меня сейчас, не гони, не бросай мне в лицо, что я больше тебе не нужен, потому что обретённый тобой зверь силён и зов твоей драконицы разбивает моё равновесие с внутренним зверем. Я не в состояние сдерживать своего дракона и одновременно принимать твои отказы. Давай станем командой. Вместе встряхнём Эльмор. Прости меня за всё, что между нами произошло. За ту, боль. Я буду биться и хочу, чтобы ты, как прежде, стояла рядом и латала мои раны. Я хочу хоть кому-то доверять сейчас и рядом с тобой я буду спокоен. Пока ты не отталкиваешь меня, а принимаешь, пока поддерживаешь и веришь, я не буду бороться со своим драконом, и мы вместе с ним в зубах притащим тебе новый мир. Тот, в котором иномирянку будут принимать как часть этого мира и общества, тот, в котором женщина может говорить свободно, встанет рядом с мужчиной, займётся своим делом. А главное, новый мир, в котором никто не будет угрожать моей истинной, и ты сможешь спокойно создавать лекарства и лечить людей, драконов, орков... кого пожелаешь. Неважно буду ли я при этом нужен тебе или нет. Помоги мне, Мария, я без тебя не справлюсь.