Глава 39

Айрон Ри-ри ничего мне не говорит. Смотрит на меня стеклянными глазами, а затем кладёт руку поверх моей на свой живот. Не верит. Чувствую, как прислушивается к себе. Не удивительно, что до сих пор ничего не почувствовала и не поняла. Её своенравная, торопливая драконица и смешанные чувства, наше противостояние с королём. Всё это навалилось. К тому же уверен, как и я ничего подобного просто не ожидала. Когда она вошла в палатку, я сначала решил, что это отсутствие сна и у меня галлюцинации. До боли знакомая судорога прошлась по телу, грудь сдавило, и я почувствовал, как натягивается невидимая нить. И только после услышал внутри моей истинной биение сердца. Стук. Сердца. Моего. Ребёнка. Об этом я даже мечтать не мог. Уже в тот момент, когда лекарь озвучил, что моя истинная больше не сможет иметь детей – смирился. Если не с ней, то больше ни с кем. — Айрон... — едва слышно произносит, и её глаза наполняются слезами. — Айрон, ты действительно это чувствуешь? После всего, что пережила я ведь… я ведь смирилась. Айрон! Ты слышишь, как бьётся его сердце? — голос Ри-ри срывается, звучит как больно, что разрывает всего. — Слышу. — отвечаю я и она закрывает глаза. По щекам катятся слёзы, её трясёт, а она смеётся. Теряюсь на время, а потом понимаю: должно быть, шокирована. Открывает глаза и обнимает меня. А меня будто током пробивает. Принимается меня лихорадочно ощупывать, берёт в ладони лицо и покрывает поцелуями. — Я же смирилась. Как мне было больно, а теперь… я стану … я смогу. Смогу его выносить и прижать к себе Айрон. —захлёбывается слезами и эмоциями, а у меня в горле появляется ком. Не вдохнуть, ни слова ей сказать не могу. Только упираюсь лбом в её лоб и запустив руку в её мягкие волосы, сжимаю шею сзади, чтобы не отстранилась. Замираю так вместе с ней, чтобы запомнить этот момент. Чтобы в памяти держать и благодарить её за то, что была и сильной, и смелой. За то, что смогла вместе со мной пройти через недопонимания. За то что не отступилась от меня, за то, что смогла сохранить хорошее. — Я тебя люблю — едва слышно произносит, а на деле будто оглушает. Как давно я хотел это услышать. С тех пор как увидел это чёртово письмо, с тех пор как она в нашем доме заявила, что требует развода. — Так, сильно тебя люблю, — теперь как будто ещё сильнее — всхлипывает и прижимается сильнее. Обнимает за шею и плачет. От счастья. Пока меня рвёт изнутри дракон и сиреной вопят инстинкты. Зверь хочет, чтобы я забрал Ри-ри, чтобы спрятал её там, где не найдёт ни одна живая душа, чтобы моя истинная оставалась там, пока я не приготовлю для них новый мир. — Я боюсь — отстраняется она и ловит мой взгляд. Напрягаюсь и шумно выдыхаю. Натягиваю маску полного спокойствия, хотя чувствую то же самое. Я боюсь. Снова боюсь, как в тот самый день, когда едва не потерял свою истинную. Страх ледяными клешнями стягивает горло. Если я потерю их снова, то ни за что на свете этого не переживу. — Всё будет хорошо — шепчу ей, потому что горло в тисках — Ты главное береги себя. Слушай Хантера, Ри-ри. Делай, что говорю. — Обещаю — кивает она, и я улыбаюсь. — И ты пообещай. Пообещай мне, что вернёшься. Пусть Омара накажут твои солдаты. Пусть с Омаром разберётся Конор, разве он не просил тебя дать ему такую возможность. Я так боюсь, что он принёс с собой очередную подлость. Знаю, что он столько всего уже наговорил тебе и совершил, что ты хочешь его разорвать. Но ты нам нужен, Айрон. Ты нужен нам живым — произносит и прикладывает руку к груди. — Никакая месть за то, что с нами сотворили, не стоит того, чтобы тебя потерять. Тем более теперь. — добавляет и поджимает губы, а глаза снова на мокром месте. — Я больше не буду рисковать — дарю ей полуулыбку и стучу костяшками пальцев по своему боку. Там у меня металлическая защита на случай, если Омар действительно начнёт дурить — Я буду осторожен. — Ты сильнее его. Намного сильнее. Даже без родовой магии и силы был среди них сильнейшим, а теперь… — она замолкает, но смотрит на меня с такой гордостью, восхищением, что в очередной раз убеждаюсь: к чёрту родовую магию, когда вся моя сила сейчас передо мной. В такие моменты я готов к её ногам положить не только весь Эльмор. Если попросит меня, все Семь Королевств для неё подчиню. — Я буду осторожен — наклоняюсь и прижимаюсь к губам. Когда выбираюсь из палатки, глубоко вдыхаю. Останавливаюсь, потому что от волнения в сторону ведёт, и растираю руками лицо. Улыбаюсь, смеяться хочу и кричать на весь мир. Но сейчас не время. Чувствую, как меня потряхивает, но чтобы увидеть Омара, мне следует успокоиться. Хантера не замечаю, просто кожей чувствую его приближение, и когда поворачиваюсь, он осматривает меня, склонив голову набок. — Выяснил что-нибудь? Чего ему надо? — Выяснил-выяснил. Это просто удивительно. — отвечает он и усмехается. — Змеёныш пришёл к тебе с предложением. Мы с Омаром встречаемся недалеко от моего лагеря. В палатке, которую наскоро собирали мои солдаты и затащили туда стол заодно. Потому что у нас, оказывается, намечаются переговоры. Перед тем как отправится на встречу, ещё раз смотрю на Хантера, и он, уловив мою тревогу, кивает. Знаю, что будет защищать мою истинную, но даже после этого оставляю Марию с тяжёлым сердцем. Встреча с Омаром не сулит ничего хорошего и может принести мне неприятности. Например, дисбаланс. Дракон не согласен с моими решениями. Он когтистыми лапами с диким усердием рвёт меня изнутри от желания обернуться и защищать свою пару. Инстинкты стучать в ушах, скручивают судорогами руки и ноги. Мы в разгаре волнений, я всё ещё главный предатель своего королевства и, продолжая держать Ри-ри рядом с собой, я рискую потерять её снова. Она моя слабость, на неё могут напасть. Мысли словно вязкое болото затягивают меня настолько, что одному из моих солдат приходится положил руку мне на плечо, чтобы привлечь внимание. Мы оказываемся на месте и когда останавливаюсь, на мгновение замираю. Омар явился ко мне не один. Со страху, похоже, прихватил с собой около тридцати солдат, отчего те, кто сейчас сопровождают меня, сильно напрягаются. Когда подхожу ближе, половина солдат Омара тут же опускает головы. А у меня грудь болезненно сдавливает. Большинство из них я обучал лично. Половина сражалась со мной в то время, когда Омара ещё не было рядом. Скольжу по остальным быстрым взглядом и захожу в палатку. Солдаты, что сопровождают меня, останавливаются. Столько, как у него не наберётся, взял с собой всего пять и то только для вида, потому что сражаться здесь не собираюсь. Когда двое моих людей намереваются отправиться со мной внутрь, резко вскидываю руку, чтобы остановить. Здесь справлюсь сам. И оказавшись внутри, в этом убеждаюсь. При виде меня омар застывает. В его глазах расцветает растерянность, а руки сжимаются в кулаки. С нашей последней встрече я изменился. А этот ящер, похоже, не ожидал. Взять хотя бы тьму, которой он меня ранил. Ведь вместо того, чтобы медленно меня разрывать изнутри, она, наоборот, меня только питает. Не сразу сообразил, что моя Ри-ри имела в виду, когда просила принять. А когда именно понял, ещё не осознал. Просто в какой-то момент внутри перестало тянут и разрывать. Стало тепло, затем нестерпимо горячо, а сейчас на спине и плечах появились замысловатые узоры чёрного цвета, которые тянутся к метке истинности и сплетаются там с золотыми линиями. На мне их слишком много, оттого выглядит жутко, а вот на руке Ри-ри получился настоящий шедевр. Точно как у меня золотая метка разбавляется чёрными изящными линиями, красивыми, как моя истинная. Я застаю Омара стоящим у стола. И выглядит первый генерал Его бывшего Величества взволнованно. Как бы ни пытался передо мной храбриться чувствую волнение его зверя. Останавливаюсь и позволяю ему почувствовать ещё больше моей тьмы. Нравится мне, какие реакции выдаёт этот дракон. Для пущего эффекта я вообще спускаю с поводка свою тьму и позволяю ей стелиться у моих ног. Намеренно останавливаю на середины пути, где она чуть-чуть не доходит до сапог Омара. — Ты хотел говорить? — спрашиваю я, и он тяжело вздыхает. Прищуривается и кивает. Медленно прячет руки в карманы, передёргивает плечами. Тянет время и при этом хочет казаться расслабленным. — Я пришёл, чтобы договориться. — произносит и вытаскивает одну руку, достаёт откуда-то бумаги — Отдай мне моего короля, Айрон и оступись. Мы подарим помилование тебе и твоей паре. И оставим вас в покое. Всё зашло слишком далеко — добавляет и кладёт на стол свои бумаги. Скольжу быстрым взглядом, выхватывая строчки о помиловании моей Ри-ри. Против воли внутри вспыхивает ярость. Они её помиловать собираются в том, что она ничего из этих чёртовых обвинений не совершала? Что за долбанное благородство в драконьем исполнении. — Освободи его, и я обещаю тебе… — Обещаешь? — перебиваю его, и он стискивает зубы. По спине бежит приятный холодок, потому что мой зверь чувствует страх. Омар меня боится. Всегда боялся, и только тот факт, что я потерял свою родовую магию, позволил ему чувствовать себя рядом более расслаблено — Ты мне хочешь что-то пообещать? — глубоко вдыхаю и расправляю плечи. Делаю шаг вперёд и останавливаюсь. Склоняю голову то в одну, то в другую сторону, разминая шею, при этом держу Омара цепким взглядом. Моя сила заполняет собой пространство вокруг и начинает давить на дракона передо мной. С такой силой, что он, не сдержавшись, трясёт головой. — Ты мне обещаешь мою истинную помиловать? Обвинения с неё снять? Мне твои обещания в бок не упёрлись. — стучу себя костяшками пальцев по броне, не даю возможности ему вставить слова. Потому что мне плевать. Я собираюсь подарить ей весь Эльмор, а вот это вот помилование пусть заберёт и подотрётся — Или ты до сих пор так и не понял, что произошло? — делаю ещё шаг и присаживаюсь на край стола — Теперь, Омар … — специально делаю паузу, потому что от растущего напряжения мой зверь получает удовольствие, а Омара раскатывает — Теперь я твой король. Или до столицы слухи ещё не дошли? Омар молчит. Глубоко и часто дышит, очевидно, обдумывая каждое последующее слово. Видимо, что-то пошло не так. — Скажем, — после длительного молчания, наконец выдаёт Омар. Выглядит так, словно в самом деле не ожидал. Решил, что я короля как заложника стану держать? — ты действительно собираешься возглавить Эльмор. Но для этого тебе нужно войти в столицу. Ты не пробьёшься. Солдаты Его Величества будут сдерживать город, пока у них есть силы. Для большинства драконов ты предатель. Только моё слово будет иметь вес… — Ты сейчас, что резко меняешь планы? Ты за своим королём пришёл, а теперь предлагаешь мне заключить договор и отдать столицу? Ты чёртов первый генерал! — взрываюсь я. Он, возможно, ещё что-то говорит, не слышу. Я вообще плохо улавливаю его идиотские предложения, потому что слышу только его бешено-колотящееся сердце. Он в отчаяние. Утопился в своём страхе. — Я хочу жить. Что тебя так удивляет. Разве ты этого не желаешь? — Желаю. Счастливо жить, рядом с той, которую люблю. Но вы же её собирались отнять! — рявкаю я — Может, мне больше всех это было нужно? — продолжаю орать и указываю в сторону. Омар глубоко вдыхает. — Меня вообще всё устраивало, пока вы не вмешались в нашу жизнь. Ты чем думал, когда ко мне сюда пришёл? Омар ничего не говорит. Очевидно, потому, что понял, как сильно ошибся. Во мне или в себе не понятно только. — Кого ты видишь, когда смотришь на меня, Омар? Своего соперника? Бывшего генерала или своего командира? А, может, идиота? — Я действительно могу помочь тебе взять столицу с меньшими потерями, если ты пообещаешь мне защиту. У тебя нет никаких шансов закончить всё это быстро и без больших потерь. Эльмор тебя не примет. Ты потонешь в войне, и твоя истинная будет оплакивать тебя или сгинет вместе с тобой. — последнее слово тонет в моём рыке, и Омар делает шаг назад. С властью и прочим не получилось, он вспомнил, что у меня есть ещё одно слабое место. То ли я слишком расшатан из-за волнений о Ри-ри, то ли я просто потерял суть и этого разговора и его визита. Вот, значит, какой он, страх потерять всё, в том числе и жизнь. Никогда его не испытывал. Боялся жить и остаться одному, когда Ри-ри стало хуже. Этого я боялся. — Твоё отчаяние приятно щекочет мой нос, Омар. Но ты, похоже, до самого конца не понимаешь, что в самом деле произошло — выдаю на полном спокойствии, потому как он молчал, пока я ковырялся в своих мыслях и попытался немного успокоиться. Напомнил себе и зверю, чем в прошлый раз закончилась наша с этим ящером встреча, когда я себя никак не контролировал. Упираюсь рукой в стол и отпускаю магию, что отобрал у короля Киллиана. Провожу демонстрацию. Боюсь, словами никак не дойдёт. Магия льда тонкими, ледяными линиями тянется по деревянной столешнице, листы Омара покрываются инеем, и он отшатывается. Ужас, что в этот момент застывает на его лице, заставляет меня криво улыбнуться. Похоже, он в самом деле не понимал, что я пребываю в том состоянии, чтобы сразить прошлого короля Эльмор. — Это Конор? Это ведь он предал моего короля? Только потому ты одержал победу? — Зачем ты пришёл? Мне передали, что у тебя для меня сделка? Или ты всё озвучил? — Я дам тебе столицу без боя, за это ты оставишь меня. Солдаты Его Величества будут биться до последнего. Чтобы войти во дворец, тебе придётся биться с теми, кого сам обучал. — Знаю — киваю и поднимаюсь. Прячу руки в карманы и делаю глубокий вдох. Ничего не ощущаю. Только желание раздавить его, а ещё поскорее закончить волнения, чтобы Ри-ри до родов вошла во дворец и стала королевой Эльмор. — Потому что и сам был таким, и скажу тебе, Омар, что это похвально. Они будут стоять там и сражаться со мной, потому что верят в своего короля, а меня считают предатетем. Они это выбрали и за выбор свой с боем погибнут. Жаль только то, что твой король был подобного недостоин. Впрочем, потерял он всё, что имел исключительно из-за этого. Ещё, конечно, из-за того, что доверился тебе. — Если я не вернусь до утра, на вас нападут. Мы договорились о разговоре на нейтральной территории и моей безопасности. Правда? Я, видимо, этот момент упустил. — Если мы не договоримся, я просто уйду. — бросает он. Да я и не сомневался, что хитрый змей подстраховался. — Если ты со мной что-то сделаешь, то Конор никогда не узнает, где её держат. А может, её жизнь зависит от моей? Что тогда будешь делать? Ты же, как и он, готов ради бабы рискнуть всем. — Для того, кто пришёл в логово зверя, ты слишком много болтаешь. Знаешь, Омар. Я, с тех пор как сюда вошёл, всё пытаюсь понять, чем ты руководствуешься и какие у тебя цели? Сначала подумал, что очередная ловушка. Потом убедился, что нет. Хоть убей, не пойму твоих мотивов. — пожимаю плечами и делаю ещё шаг к нему, а вот Омар отступает. — Ты какое-то время назад, мне сказал, что доставал какую-то отраву для моей истинной. Но потом, когда понял, что твой король может проиграть, появился здесь. Ты на что вообще рассчитывал? — спрашиваю я, и в его глазах не нахожу понимания. Зато сам теперь понимаю. Хорошо его читаю, как открытую книгу. — Мне не нужна победа, которую ты пришёл мне ткнуть в нос. Я не за это борюсь. Всё, чего я хотел – жить счастливо с той, кто сделала мой мир прекрасным. У меня нет ни душевных терзаний, ни метаний. Я твёрдо знаю, за что я сейчас воюю, а ты, Омар, очевидно, нет. Потому и притащился сюда с каким-то неинтересными мне предложениями. Если ты решил, что мне нужна победа, то ты ошибся. Твоя сделка для меня точно пыль под сапогами, потому что бьюсь я не за трон, ни за столицу и даже не за власть. Я бьюсь за новый мир, и ни одна твоя чёртова сделка мне новый мир предложить не сможет. А теперь послушай меня внимательно… — но договорить не успеваю. Перебивает меня — Ты напрасно так со мной. Чтобы создать новый мир тебе, нужно подчинить старый. Столица тебе не сдастся. А вот я помог… — не успевает договорить, потому что я резко двигаюсь вперёд и сокращаю между нами расстояние. Надоело. Омар лихорадочно втягивает воздух, а я хватаю его за шею сзади и рывком впечатываю лицом в стол. Прижимаю его сильнее, давлю силой, чтобы руками и ногами не смог пошевелить, змей. Это так он, судя по всему, вот с такой тактикой сначала на стороне Талора был, потому к королю переметнулся. Выясню. Сразу, как только войду в столицу. Наклоняюсь к Омару и цежу сквозь зубы: — А теперь ещё раз. Слушай меня внимательно: теперь я твой король. И я возьму столицу. Если ты, как первый генерал так важен для этого исхода, как говоришь, то мне повезло, что ты сам сюда пришёл. Потому что я отправлюсь на столицу прямо сегодня и потащу тебя за собой, заставлю тебя скулить у моих ног и все твои солдаты, кто сдерживают город от меня в страхе, что первый генерал пал — сдадутся. Ну или погибнут.