Глава 15

Жаль, на двух гостях мой день не завершился. Не прошло и получаса, как на телефоне высветился незнакомый номер.

— Господи, ну, пусть хоть что-то хорошее, а? — почти взмолилась небесам, принимая входящий вызов. — Прохорова, — представилась.

— Арина? Здравствуй. Меня зовут Егорова Светлана Александровна. Я владелица модельного агентства "Престиж".

— Ммм… Здравствуйте, — поздоровалась озадаченно.

Только матери Стаса мне и не хватало до кучи. Особенно, после вчерашней выходки парня.

— Я не люблю ходить вокруг да около, поэтому сразу скажу, зачем звоню. Ты не хотела бы сняться у нас в одном рекламном ролике? Я вчера тебя видела в ресторане, и ты именно то, что мне нужно.

Час от часу не легче.

— Ммм… Простите, Светлана Александровна, но я откажусь. Во-первых, я ни разу не модель, а во-вторых, мне это не интересно, — ответила без раздумий.

— Арин, я заплачу, сколько скажешь. Но мне очень нужно, чтобы это была ты.

Какая я всем нужная-то…

— И почему же? — заинтересовалась против воли.

— У тебя достаточно яркая внешность для съёмок в стиле нуар, — принялась объяснять собеседница. — Да и… понимаешь, все наши модели… как бы тебе сказать, они уже привыкли создавать искусственные эмоции. А мне нужны настоящие. Я давно подбирала модель со стороны, но попадались всё не те. А вчера увидела тебя, и ты именно то, что нужно, — повторила свой ранний довод. — И я не говорю, что мы прям сегодня будем снимать ролик. Нет. Сперва мы с тобой пообщаемся, возможно, сделаем немного фотографий. Хочу посмотреть, в каком направлении предстоит с тобой работать.

— Может, ещё и не подойду, — закончила я за неё.

Женщина рассмеялась.

— Да. Но я уверена, что всё получится. Так что?

Уж не знаю, какая мать Стаса на самом деле, но по телефону она мне понравилась. И чуть подумав, я решила согласиться.

— Только учтите, если окажется, что это всё простая попытка узнать у меня о вчерашнем или вообще что-то о Стасе, то я сразу уйду, — решила предупредить заранее.

И снова собеседница рассмеялась.

— Не переживай, Арина, я не для этого тебя зову. В конце концов, я не слепая и умею делать выводы без всяких допросов.

— Ну, ладно. Когда нужно прийти?

— А когда ты свободна? Сегодня вечером, например, если?

— Вечером не могу. Могу через полчаса.

— О, это будет замечательно! Значит, я тебя жду?

— Да. Через полчаса.

Тем более, мне за радость самой сбежать из этого ада. Пусть и ненадолго. Поэтому, обозначенное время спустя, я входила в широкий холл, где меня уже ждала Светлана Александровна, попросившая обращаться к ней просто Светлана и никак иначе.

Такая же, какой я её запомнила. Кажется, ни на сколечко не постарела за прошедшие годы. Наоборот, выглядела намного моложе своих сорока пяти. Стянутые в низкий хвост длинные рыжие волосы слегка вились на кончиках, глаза цвета морской волны смотрели с мягкой доброжелательностью, а на ненакрашеных губах играла улыбка. Чуть выше меня, подтянутая и стройная, на зависть всем двадцатилеткам.

— А вот и ты, — обрадовалась она мне, как родной.

Я и ответить не успела ничего, как меня перехватили за руку и куда-то повели.

— Сейчас мы с тобой посмотрим, как проходит фотосессия, чтобы ты имела представление, что тебя ждёт, немного поболтаем, а там уже решим, что и как, ладно?

Я только и успела, что кивнуть согласно. А ещё она мне своим поведением напомнила Стаса. Тот так же, как танк, прёт, если что-то желает получить.

Шли мы недолго. Нужное помещение находилось на первом этаже. На белом фоне стояли в разных позах сразу несколько девушек и парней. После каждой вспышки они менялись местами.

Я смотрела на них с равнодушием. Честно говоря, никогда не понимала, что может быть интересного в работе модели.

— Тебе не интересно, — легко раскусила меня хозяйка "Престижа".

— Да, — не стала скрывать своего отношения.

— Тогда, как насчет тематической фотосессии? — предложила Светлана Александровна следом, попутно что-то изучая в планшете. — Что-то дерзкое, на грани? Думаю, хорошо получится.

Хм…

— А на грани — это как?

— Это примерно вот так, — развернула она ко мне планшет, позволяя увидеть…

— Эээ, нет! — отказалась сразу же, узрев на картинке обнажённое тело девушки.

Нет, там не было видно прям всё. Лишь очертания. Самое откровенное скрывали тени. Но! Я точно не готова раздеваться на камеру. Тем более что фотографы — мужики. И по виду, ни разу не по мальчикам.

— Но почему? — кажется, искренне удивилась и расстроилась мама Стаса.

— Это слишком откровенно.

— Ну, я не предлагаю тебе прям голой сниматься. Можно взять ту же простыню.

— Не буду, — упрямо повторила я, поднимаясь на ноги, косясь на фотографов.

Егорова проследила за моим взглядом и нахмурилась.

— Тебя так Андрей с Женей смущают?

Нет, блин, меня так лампы смущают!

Но то я, конечно, оставила при себе.

— А если тебя буду фотографировать я? — с энтузиазмом предложила женщина. — Больше никто ничего не увидит. И сама подсматривать не буду.

— Фотографировать тоже с закрытыми глазами будете? — не удержалась от ехидства.

— Ну, если ты так меня стесняешься и других, можем попросить Стаса нам с этим помочь!

— Стаса? — переспросила недоверчиво.

— Ага, — радостно закивала женщина.

Я же едва вслух не застонала от безысходности. Чёртово воображение уже в красках нарисовало, как бы это происходило.

Вот же блин!

— Не надо Стаса! — открестилась тут же. — Уж лучше вы!

— Вот и договорились! — хлопнула в ладоши Светлана Александровна.

А я застонала уже вслух. Обречённо. Потому что только теперь поняла, что как дурочка повелась на тщательно выверенную игру слов. Вот точно яблоко от яблони…

Опомниться не успела, как меня привели в другое помещение, где не было никого, кроме нас с матерью Стаса.

— Раздевайся! — провозгласила она радостно, настраивая технику и свет.

И нафига я повелась на это всё?

— Вы знаете, я тут подумала… — решила отказаться от такой чести.

— Стаса позову! — пригрозили мне, перебив.

Рот сам по себе открылся в изумлении.

— Ну, знаете!

— Знаю. И ты знаешь, что ничего я не сделаю. Просто мне нужна модель, и ты идеально подходишь. Я тебя полгода искала! Ну, пожалуйста, Аришенька, солнышко, лапочка. Обещаю, ты не пожалеешь, если доверишься мне. Я клянусь, тебя никто на них не узнает. И всё будет прикрыто.

Она даже ладони сложила в умоляющем жесте. И вот как тут отказать?

— Обещайте, что Стас их тоже не увидит, — сдалась я на её уговоры.

— Это ты уже сама потом решишь, кому стоит их показывать, а кому — нет.

Хотелось бы верить…

— Ладно.

Дальнейшие часы я, прикрытая одной зелёной органзой, позировала стоя, лёжа, на стуле… Под конец у меня болело всё тело, так оно затекло. Особенно, шея и поясница. Ей-богу, лучше бы я эти три часа беспрерывно боксёрскую грушу лупила.

В общем, от матери Стаса я уползала, иначе не скажешь.

— Оставь свою почту, пришлю тебе потом лучшие кадры, как они пройдут обработку. Это займёт несколько дней.

Я в ответ только устало кивнула и записала в её блокноте электронный адрес своей почты, после чего поспешила свалить из здания, как можно скорее, пока меня ещё на что-нибудь не развели.

И почему поддалась уговорам?

Наверное, потому что и самой интересно стало, что из этого получится. Глядишь, в следующий раз одну из этих фоток отправлю Егорову. Пусть наслаждается. Сам же просил обнажёнку!

Эта идея укрепилась, когда я по окончанию рабочего дня увидела самодовольную улыбку Стаса.

— Привет, — поздоровался он задолго до того, как я до него дошла, сканируя меня оценивающим взором. — В реальности выглядишь ещё лучше, чем на фото, — сделал в очередной раз сомнительный комплимент.

Пальто я не застегнула, так что парень мог прекрасно меня разглядеть.

— А ты всё ещё не научился говорить девушке приятное, — парировала, усмехнувшись.

Впрочем, не сказать, что я вела себя лучше, беззастенчиво изучая его самого. Стасу всегда шла классика. Но сейчас, без пиджака и галстука, с закатанными до локтей рукавами, открывающими вид на загорелую кожу сильных рук, двумя расстёгнутыми верхними пуговицами на белой рубашке — он выглядел просто потрясающе. И удивительным образом не мёрз на двадцати градусном морозе.

— Что поделать, некому меня воспитывать, — развёл Стас руками. — Только на тебя вся надежда, — добавил с прискорбием, продолжив скользить взглядом по мне.

— Если надежда только на меня, то тебе впору самого себя начинать жалеть, — заметила, остановившись рядом с ним.

— Думаешь?

— Уверена! — заверила я его. — Так что, мы едем, или ты ещё немного поразглядываешь мои ножки? — перевела тему.

И не потому, что она мне не нравилась, но меня смущало столь откровенное изучение моего внешнего вида. Точнее, мне с каждой минутой становилось всё труднее держать свои ручки при себе. Так бы и впилась ногтями в эти широкие плечи и… Снова я не о том думаю!

— Да я бы с удовольствием не только поразглядывал, если честно, — отозвался Стас хриплым голосом.

— Кто бы сомневался, — пробурчала я, показательно возведя очи к небу.

Не говорить же ему, что я тоже не против? Хотя…

— Но если тебе так хочется, можешь потрогать, так и быть, разрешаю! — и ножку вперёд выставила.

Голубой взор тут же прикипел к показавшейся из-под подола платья ажурной полоске.

— Если я начну трогать, принцесса, я уже не остановлюсь, поэтому давай сперва хотя бы скроемся из-под прицела чужих глаз, — посмотрел поверх моей головы.

Обернувшись, заметила показавшегося на выходе Аксёнова. Шикарное настроение, появившееся при виде Стаса, улетучилось, как ни бывало. Да и взгляд мужчины прямо говорил, что он недоволен увиденной сценой. Точнее, мной в обществе Егорова. И не он один. Следом за Ильёй показались и остальные акционеры, которые тоже не преминули скорчить недовольные мины. Пришлось выдавливать из себя улыбочку и махать будущему жениху рукой. Пусть уж думают, что эта встреча происходит с разрешения Аксёнова. И как только все отвлеклись на последнего, я схватила Стаса и потянула к машине.

— Валим!

Стасу не нужно было повторять дважды, и уже через минуту мы оказались подхвачены плотным потоком из других автомобилей. И только тогда Стас, бросив взгляд в зеркало заднего вида, поинтересовался происходящим.

— Да задолбали! — коротко, но ёмко обрисовала я ситуацию.

Об остальном — позже. Не хотелось прямо сейчас всё портить.

— Слушай, ну, продай ты эти акции, раз тебя так всё это бесит, — предложил Стас, перестраиваясь в другой ряд.

И снова я засмотрелась. На мужской решительный профиль и чёткие действия, на то, как одна рука легко переключает скорости, а другая — крутит руль. Было во всём этом что-то по-настоящему гипнотизирующее. Вот на красном светофоре Стас в ожидании опёрся локтем левой руки о дверцу и прижал пальцы к губам, глядя с глубокой задумчивостью перед собой. Вот снова загорается зелёный, и Стас в очередной раз переключает коробку передач. Легко и играючи перестраивается на другую полосу. И больше ни разу не серьёзный, как ещё недавно. Наоборот, на губах играет насмешливая полуулыбка.

— Принцесса, ты на меня уже больше пяти минут неотрывно смотришь, почти не мигая, ты в курсе?

На меня так и не посмотрел, но я была уверена, что он улавливает сейчас самые малейшие изменения в моей мимике. И то, как я покраснела, тоже. Надо же было так… засмотреться.

— Любуюсь, — отшутилась. — Нельзя? — прищурилась.

Стас понимающе улыбнулся.

— Тебе можно всё, забыла? — бросил на меня лукавый взор. — Я же твой дракон. Как я могу отказать своей принцессе в такой малости?

— Вот и не ворчи! — заявила, гордо вскинув голову.

Ответом мне стал смешок.

— Слушай, Ариш, — обратился он ко мне после недолгой паузы. — А давай не пойдём в ресторан?

— И куда тогда пойдём? — уточнила заинтересованно, развернувшись лицом к нему и спиной к дверце.

— Не знаю. Но не хочу в ресторан. Хочется тихонько посидеть там, где мало народа и точно никаких знакомых.

Хм…

— Соколов, — припомнила имя одного из акционеров, — недавно звал меня в какой-то французский ресторан. Говорил, что там тихо, спокойно и очень вкусно кормят.

— Соколов, значит, — протянул недобро Стас.

— Ага, он самый, — радостней прежнего улыбнулась на такое проявление эмоций и потрепала парня по волосам.

Руки так и не убрала, продолжив перебирать пальчиками отдельные пряди. Ещё и придвинулась к нему ближе. Благо, мы снова остановились на красном светофоре и, судя по таймеру, стоять нам здесь аж целых полторы минуты. Да и пробки час-пиковые никто не отменял.

— Обещал, что мне непременно там понравится, и я останусь очень, очень довольной, — проворковала искушающе. — Говорил, что обязательно захочу повторить…

По мере моих слов тело Стаса напрягалось, а дыхание становилось тяжелее. Где-то на задворках сознания мелькала мысль притормозить и не искушать судьбу, тем более что сама негласно поставила точку в наших возможных отношениях, дав согласие на свадьбу с Аксёновым. Но именно поэтому меня и несло. Если это наш со Стасом последний вечер наедине, то я хочу взять от него по максимуму. Пусть на один вечер, но он будет моим. И к чёрту все принципы, обещания и гордость.

— Ну, если захочешь повторить. То непременно нужно туда сходить, — прохрипел Егоров, полуобернувшись ко мне. — Но мы туда не доедем, если ты не прекратишь ко мне прикасаться, — дополнил с многообещающим взглядом. — Хватит меня искушать, принцесса. Я ведь не железный, а у тебя талант пробуждать во мне желание одним только своим видом.

— Да? Правда? — деланно удивилась я, скользнув ладонью с его затылка на шею, принявшись обводить пальцами позвонки. — Даже если вновь стану похожей на забитую ботаничку?

— Ты никогда не была забитой, — нахмурился Стас. — И ботаничкой.

Захотелось его обнять и поцеловать, улыбнуться. Чтобы и он тоже улыбнулся мне в ответ. Не стала сдерживать порыв. Подалась ближе к нему и прикусила кожу на его скуле.

— Ммм… и какой же я была, по-твоему? — шепнула на ухо.

Наградой мне стал очередной шумный выдох и скрип руля, который парень сжал излишне крепко.

— Застенчивой, умной девушкой, способной на всякого рода безрассудства, но скованную строгими рамками воспитания отца, — выдохнул, прикрыв глаза. — Ты всё та же, Ариш. Просто теперь больше нет никаких сдерживающих тебя оков. Хотя даже теперь ты себя во многом ограничиваешь. Сама. И я говорю тебе: не нужно этого делать. Если очень хочется, возьми и сделай.

Показалось, или в голубых глазах сверкнул вызов? То есть он прекрасно понял, что я сейчас всего лишь играюсь, потому что не решаюсь на более серьёзные действия? Ну, ладно. Хочет — получит. И недолго думая, ухватила его за волосы, вынудив полностью повернуть лицо ко мне, и тут же впилась в его рот жадным поцелуем.

И вмиг всё стало неважным. Ненужным. Не интересным. Ничего, кроме сильных рук, обхвативших моё лицо, и мягких губ, не просто целующих, а выпивающих саму душу. А ласковый шёпот пробуждал дополнительную дрожь в теле.

— Сладкая невинная принцесса… с ума меня сводишь…

Одно движение и я оказалась сидящей на нём в бесстыдной позе, а мужские ладони оставили моё лицо, переместившись на спину, скользнули на талию и ниже, на ягодицы, чуть сжали, придвинув к себе вплотную, позволяя ощутить всю силу желания. Платье окончательно задралось до самой талии, а умелые пальцы приласкали между ног. Невольный стон вырвался из пересушенного горла. И ещё один, когда поцелуи переместились на шею, а всё те же пальцы скользнули под кружево нижнего белья, даря куда более откровенную ласку нежели прежде. В тот же миг я окончательно утратила чувство реальности, растворившись в ярчайших ощущениях подступающей разрядки. Такой интенсивной и потрясающей, что на мгновение оглохла и ослепла. Сильный стук в стекло тоже остался где-то там, в другой реальности. Как и последующие крики недовольства. Опомнилась лишь когда Стас обратился ко мне.

— Ариш, ты как?

Я смогла лишь головой покачать. Сил на воспроизведение звуков не было никаких. Меня невесомо погладили по спине и поцеловали в висок.

— Нам ехать нужно. А то ж прибьют скоро точно, — хмыкнул, на деле крепче прижимая меня к себе.

Только теперь услышала, что снаружи беспрерывно сигналят.

— О, боже, светофор, — уткнулась лбом в сильное плечо и рассмеялась нелепости ситуации.

Где-то глубоко во мне зрел стыд, но я его намеренно игнорировала. Дымка от пережитого удовольствия ещё не покинула разум и все доводы о неразумном поведении исчезали в ней, так полностью ни разу не сформировавшись.

— Светофор, — с улыбкой подтвердил Стас. — Да сейчас уже едем, свали, сказал, пока я тебе еб… — бросил на меня короткий взор и поправился: — Да всё, уезжаем мы, уезжаем.

Вот теперь я окончательно пришла в себя. Отстранилась, а после и вовсе вернулась на своё место пассажира, попутно поправляя одежду.

— Да брось, я б с такой девчонкой тоже с удовольствием забыл, где нахожусь, — послышалось через приоткрытое окно от одного из стоявших рядом мужчин, развязно подмигнувшего мне.

— Да мне похер, какая она. Мы из-за них на встречу опаздываем! — не проникся другой.

— Вот-вот, и не они одни, — заметила уже какая-то женщина. — Устроили разврат у всех на глазах.

— Хоть бы детей постеснялись!

— Ничего святого у нынешней молодёжи!

— Ой, да ладно, будто сами молодыми не были, — вмешался ещё один мужик.

— А вам мужикам лишь бы только разврату предаваться. И плевать, где и с кем. Кобели — они и есть кобели.

Спор стремительно перерастал в скандал.

— А вот теперь валим, — весело подмигнул мне Стас, попутно исполняя сказанное, оставляя за нашими спинами возмущённую толпу. — М-да, штраф за секс в машине на светофоре я ещё не получал, — добавил ещё веселее.

Вот теперь стыд догнал и накрыл с головой. Прям ощутила, как краска смущения затапливает не только щёки, но и шею.

— Рада быть хоть в чём-то первой, — произнесла чинно-пристойно, вопреки испытываемым эмоциям.

— Принцесса, у меня с тобой всё, как в первый раз.

— Ой, ты ещё скажи, что к тебе раньше в машине не приставали, — отозвалась насмешливо, копаясь в сумочке в поисках зеркала.

— Так нагло — никогда, — продолжал посмеиваться Стас. — Тем более, девственницы.

— Прям покоя тебе не даёт эта моя особенность, — укорила, покачав головой, рассматривая своё отражение в крышке пудреницы.

— Конечно, не даёт! Скажи любому другому мужику, что ты ещё девочка, и он тоже потеряет покой, отвечаю. Ни есть, ни спать не сможет, будет каждую минуту представлять, как лишает тебя этого недостатка.

— Так лиши меня его уже наконец сам, чтобы другие больше не мечтали о несбыточном, — фыркнула я насмешливо, распуская растрепанные волосы.

И тут же поплатилась за свои слова, едва не вписавшись лбом в бардачок, так как Стас резко надавил на педаль тормоза. Потом, конечно, вернул автомобилю прежнюю скорость, но от его хорошего настроения ни следа не осталось.

Уставилась на него, не скрывая насмешки. Ждала. Вопроса.

— Я?

Улыбка на моём лице стала шире.

— Я как-то не так выразилась? — поинтересовалась, вернувшись к прежнему занятию.

Пальцами прошлась по всклокоченным волосам, приглаживая их, а после взялась за помаду.

— Арина, не беси меня! — почти прорычал, вперив в меня гневный взгляд.

— А я тебя бешу? — удивилась, нанося на губы тёмно-алый цвет. — Чем?

— Ар-рина! Что ты пытаешься мне сказать?

Вот тут я не выдержала.

— А я не пытаюсь, Стас, я прямо говорю: «Будь моим первым!».