Глава 31

— Пока Ру’кай дэактивирован, я не могу с уверенностью это утверждать, — ответил мне мужчина, и я вздрогнула. — Но и отметать эту мысль нельзя. В общем, у нас появилась ещё одна проблема, как я погляжу. Но радует, что артефакт сейчас вернулся к его истинным хозяевам.

— А может мы её уничтожим, пирамидку эту? — задала я, как мне показалось, резонный вопрос. — От неё одна головная боль. А нет тела, ой… нет артефакта — нет проблем.

— То, что создано Высшими, уничтожить невозможно, — обреченно покачав головой, произнес Тирмэй. — Так что Ру’кай придется теперь спрятать так, чтобы его никто и никогда больше не нашел. И чтобы об этом месте, кроме Навэй, никто не знал.

— Мне нужно будет поговорить с Диэраном, — Дэйн спрыгнул со стола и хмуро посмотрел на дракона. — И мы теперь возвращаемся к более насущной проблеме. Ведь поговорить с братом я не могу, пока я нахожусь в теле Софи. Есть ли у тебя, Зрячий, решение этой проблемы? Обрадуй меня, а то новости в последние дни сплошь дурные, приводящие лишь к новым проблемам.

— Может я тогда просто молча развернусь и уйду? — собравшийся присесть на кресло Тирмэй замер и смерил Дэйнмара испытующим, тяжелым взглядом.

— Всё настолько плохо? Мы вообще сможем вернуть свои тела? Или мне стоит свыкаться с мыслью, что у меня теперь есть шикарная грудь и Энери хочет на мне жениться?

— О-о, темный принц? Хорошая партия! — мужчина не смог сдержать подколки. — Я бы всерьез о ней задумался.

— Шутка хорошая, только вот я её не оценила, мне Эллочка не кажется хорошей партией, — поспешно парировала я, пока Дэйн не начал плеваться ядом. Соскочив со стола, я повернулась лицом к дракону. — Так у нас есть хоть какая-то надежда?

Мужчина не сразу ответил на мой вопрос. Он устало потер глаза и медленно опустился в кресло.

— Есть. Но не всё будет так просто, как в прошлый раз. Потому что, я уже об этом говорил, тогда это была судьба, а сейчас — кто-то просто нагло вторгся в ваши жизни. И это не первое вмешательство, как вы знаете. Даже Иэра вплели в странный тугой клубок, — он вздохнул и опять потер глаза. И я только в этот момент обратила внимание на темные круги под глазами. И мне сразу стало жутко стыдно: и за себя, и за Дэйнмара. Судя по всему, Тирмэй вообще не спал. Пока мы нежились в кроватке он пытался решить наши, а не свои, проблемы.

— Может Вы хотите позавтракать? Я прикажу принести, — участливо поинтересовалась я.

— Нет, дитя, спасибо. Еда подождет, — и я от стыда готова была под землю провалиться. Мы час назад как не в себя закидывали всё подряд… А он… Хотя, кто знает, что нас ждет впереди? Может в следующий раз нормально поесть нам удастся только через неделю, а силы, я в этом уверена, нам ещё точно пригодятся. Так что нам не за что себя винить.

— А вот что подождать не может, — продолжил мужчина, — Вам придется прямо сегодня отправиться в усыпальницу Гориэрдрэя и кое-что оттуда принести. Поскольку без помощи нам в этот раз никак не обойтись.

— И что же именно мы должны принести? — как-то излишне холодно спросил Дэйн и смерил мужчину подозрительным взглядом.

— Корону Гориэрдрэя, которая была выкована ещё там… — Тирмэй посмотрел наверх, видимо, намекая на то место, откуда драконы сбежали.

— Откуда ты о ней знаешь? — прорычал Дэйнмар и внезапно бросился на него. Грубо схватив мужчину за лацканы пиджака, он встряхнул его. — Никто, кроме Навэй, то есть меня и брата, не знает, что настоящая хранится там, а мы носим её копию!

— Успокойся, — вспышка гнева дракона на Тирмэя не произвела никакого впечатления. Он выглядел всё таким же спокойным и донельзя уставшим, словно прожил он не пятьсот лет, а все пять тысяч, — я знаю обо всём. Твой отец полностью доверял мне. Он был моим другом, даже когда потерял себя, он всегда ко мне прислушивался и ценил моё мнение…

— Он может и доверял, но…

— Я понимаю твое недоверие. Ру’кай в руках людей, заговоры, вмешательство в твою жизнь и судьбу, — мужчина аккуратно отнял руки Дэйна и усадил его, несопротивляющегося, рядом с собой. После чего ободряюще похлопал по плечу. — Даже тебе сложно всё это осознать и пережить. Ты всегда был сильнее брата, но и у таких как ты есть свой предел. Однако в данный момент тебе нужно собраться. От твоих поступков и решений зависит сейчас слишком много: будущее драконов, твоё и твоей избранной и… судьба этого мира.

Я не смогла сдержать недоуменный восклик и вопросительно уставилась на Тирмэя. Что он под этим имел ввиду: «судьба этого мира»?

— Поясни, — вместо меня успел задать вопрос Дэйн.

— Если драконы проиграют, мир будет обречен. Хоть мы и не столь многочисленны, но без нас другие расы не выстоят перед нашествием орков. Они сметут всех. Убьют мужчин, детей и женщин возьмут в рабство, и постепенно от эльфов, людей… вообще всех рас останется лишь только упоминание на страницах сжигаемых орками книг. Они не знают жалости, им чуждо сострадание — ими движет только жажда битв и крови врагов. Так что мы, драконы, должны стать защитниками этого мира, пусть другие расы и ждут нашего падения. Но, знаешь, сторонники всё равно найдутся — тот же принц темных, он тоже понимает истинное положение вещей, как и Эллиариэль. Хоть они и не правители, но и не последние фигуры в своих королевствах. Они придут нам на помощь.

— Ты говоришь очевидные вещи. Это я знал и без тебя. И, кстати, они придут, только потому что, как ты правильно сказал, они понимают, чем может обернуться для них наше уничтожение. Но лично мне всё равно какие у них мотивы. Главное — результат. Ладно, — Дэйн хлопнул себя по коленкам и поднялся, — давайте опять вернемся к главной проблеме. Так и зачем нам нужна корона Гориэрдрэя?

— В неё вложена сила создавшего её Бога — Эрмайэр’дэра, она понадобится нам, чтобы вернуть вам свои тела. Даже если ты и я объединим наши силы, их все равно не хватит — слишком много потребуется энергии на этот процесс, — Тирмэй поднялся следом. — Так что достаньте её, и встретимся в лесу фей. Там, где и произошла повторная инициация обмена. Вам должно хватить времени до полуночи. На это время и договоримся.

— Прошу прощения, — подала я голос и зачем-то потянула вверх руку, словно в школе, обращясь к учителю, — но как мы успеем за такой короткий срок?

— Ты должна обернуться в нормального дракона, — он особо подчеркнул слово «нормального», и я недовольно поморщилась. — Запомни, дитя, от тебя тоже многое сейчас зависит. Хоть ты и оказалась втянута во всё это против своей воли и судьбы, но теперь деваться уже некуда, да и поздно. Так что постарайся.

— Может мы всё-таки Иэра с собой возьмем, он-то и оборачиваться умеет, и лишним точно не будет. В отличии от меня, он воин и умеет сражаться, — я попыталась выпросить для нас «помощь друга», однако мужчина отрицательно покачал головой.

— Но почему? Ведь в его судьбу тоже вмешались! — сделала последнюю попытку я.

— В гробницу вы должны войти вдвоем, да и Иэр только помешает нам при проведении ритуала. Пускай он лучше останется здесь и…

— И займется моим секретарем, — закончил за Зрячего Дэйнмар. — Нам нужно выяснить что этот гад знает. Диэрана пусть попросит подключить доверенных магов разума.

— Значит опять лес фей, — недовольно пробурчала я. — Ненавижу лес. Ненавижу фей.

— Да, премерзкие были создания, — кивнул Тирмэй и не прощаясь вышел из кабинета, оставив нас с Дэйном одних.

— Интересно, откуда он знает, что они были премерзкими? — задумчиво поинтересовался Дэйн. Однако, думаю, что вопрос был риторическим, ведь у меня на него точно не могло быть ответа. Я, вообще, с другой планеты.

— Возможно, его суждения основаны на том, что они когда-то с вами совершили?

— Возможно. Крови драконам они точно изрядно попортили. Но у меня сложилось впечатление, будто он основывался на каких-то своих личных впечатлениях, — в голосе Дэйнмара я расслышала нотки сомнения.

— Ты просто ему не доверяешь. Ему же чуть больше пятисот лет, а драконы уничтожили фей сколько столетий назад?

— Тысячелетий, — немного поправил меня дракон. — Более трех тысячелетий назад.

Взяв меня, застывшую посреди комнаты под руку, он добавил:

— Наверное, ты права. Я просто сейчас всем не доверяю и везде ищу подвох. Даже там, где его и быть не может… Или может… — скривившись, он потянул меня к двери. — Ладно. Не будем терять время зря. Зайдем на кухню, возьмем немного еды в дорогу, переоденемся, и переместимся к лесу.

И теперь пришла моя очередь скорчить недовольное выражение лица.

— Опять этот лес идиотский. А мы не можем переместиться сразу к горам, где твой предок захоронен?

— Увы. На гробницу наложили много охранных заклятий, да и останки Гориэрдрэя до сих пор излучают сильную магическую энергию. Так что телепортируемся через Иш'тэр на вчерашнюю поляну, там ты обернешься, и через час-полтора, если всё будет в порядке, мы уже будем на месте, — мы с ним вышли в коридор и опять направились в сторону кухни.

— Если, — буркнула я себе под нос.

— Не если, Софи, а всё должно быть в порядке. Зрячий прав, пока ты в моем теле тебе придется постараться. Мне… я бы никогда не просил тебя о подобном при других обстоятельствах, и я бы не стал рисковать твоей жизнью, но сейчас выбора нет. Пожалуйста, постарайся. И как только мы вернем свои тела, ты сразу вернешься домой.

— Но…

— Не спорь! — оборвал он меня и, даже находясь в моем теле, смог произнести это таким тоном, что я благоразумно решила промолчать. Пока промолчать. Он тем временем продолжил говорить: — И, Софи. Я вот что тут подумал и решил: ты была права, когда сказала мне, что ты не сдашься. Сдаваться действительно не стоит. Я ещё поборюсь и за тебя, и за себя. Пусть у меня ничего и не выйдет, но я буду знать, что я пытался. И я буду знать, что я сделал всё, что мог. Я всегда шел до конца, добивался своего любыми способами — сейчас я тоже пойду до конца…

Он внезапно остановился прямо посреди коридора и, взяв меня за плечи, развернул к себе лицом.

— Однако, девочка, я не хочу, чтобы у тебя были ложные надежды. Потеряно много. Я уже не тот, с кем ты познакомилась.

— Мне всё равно, — глядя в его глаза, твердо ответила я. — Никто из нас не идеален. До этого ты был практически идеален, если бы не твои идиотские шутки, а сейчас мы будем друг другу под стать. Два совсем не идеальных создания. Влюбилась я в идеального Дэйнмара, но полюбила тебя. У тебя хватило смелости признаться мне и отпустить меня. Ты думал прежде всего обо мне, когда принял то решение, и это доказывает, что ты тоже любишь меня. Я понимаю, что то решение далось тебе с трудом, и пусть я с ним совсем не согласна, но именно оно дало мне увидеть тебя настоящего, разглядеть твои чувства. Отпустить того, кто тебе дорог, только ради его блага, забыв про свои про свои чаяния, желания и чувства — самое сложное, что может быть для любящего сердца. Я, только полюбив, осознала это. И… спасибо за то, что будешь сражаться за нас до последнего.

— До последнего, — произнес абсолютно серьезно Дэйн, и я поверила. А в моем сердце вспыхнул яркий огонек надежды, что у нас с ним обязательно всё будет хорошо.