Глава 26

Держать её в объятиях, согревать своим теплом, смотреть, как она спит — для меня это было подобно чуду, какой ей кажется магия, а для меня то было обыденностью. Моя Софи, моя маленькая девочка, ал’лая — моё сердце. Так драконы называют своих любимых, своих жен. Пусть она ещё не моя жена, но она вспомнила, что любила меня тогда… И она призналась, что любит меня сейчас. Любит именно Дэйнмаэрана, не Дэйнмара. И то, что вскоре она станет моей женой — неоспоримый факт. Если… если ничего снова не произойдет.

Когда меня забросило в портал, а она осталась там, одна в другом мире, рядом с красноволосым выскочкой, я едва не сошел с ума от горя, злости и отчаяния. Только найти свою любовь, обрести в душе покой и внезапно потерять её — во всем этом была только моя вина!

Как я мог винить её в том, что она не пожелала слушать меня, если для неё все было внове: перемещения в другие миры, драконы, вообще всё, и это свалилось на неё всего за неполные сутки? Я! Только я виноват во всем! Не стоило мне отпускать её руку ни на секунду. А я, поддавшись на краткий миг эмоциям, что вызвал во мне тот нелепый дракон, не позволив себе на нем сорваться и сделать, как я привык — убить это недоразумение, попросту отвлекся… А ещё я расслабился. И это сыграло со мной даже не злую шутку, это едва не стало для меня, для моей Софи, катастрофой. Я ведь мог больше и не попасть на ту проклятую планету, она бы могла более не пустить меня… И чтобы я тогда делал? Я бы обезумел. Это точно. Без своей Ал’майнэ, без ал’лаи я уже не видел своего будущего…

И когда я только вышел на этой планете из портала, сразу, без тени сомнения и сожаления, начал буквально выкачивать из окружающего меня мира по капле ману. Я понимал, что время течет в разных мирах по-разному, и что каждая минута промедления может стоить жизни моей маленькой Софи, и… я лишал всех существ жизни, я вытягивал ману из растений, зверей, из всего. И, приняв свой истинный облик, оставляя после себя через пару часов безжизненный сухой лес радиусом в несколько километров, я сразу сотворил портал обратно. Я вернулся на ту убогую планету, что так заботливо «выбросила» нас в первое наше прибытие на поляну, которая была похожа на ту, что находилась и в моем мире. Хищная планета, которая искала таких вот путников, которые путешествовали между мирами, она притягивала их, опутывала своими сетями и больше не отпускала, чтобы потом пожрать их силу и впитать. Стать более сильной, могущественной. Что вообще руководит такими «существами»? Чего они в итоге добиваются? Ведь они не порождают ничего нового, они лишь довольствуются тем, что есть, а потом поглощают это, когда им самим захочется большего. Какие-то миры создают богов, воплощаются в них, чтобы те уже разносили её «семя» дальше: создавали новые планеты, новых существ…

Когда я вернулся, пусть и затратив бóльше энергии, чем в прошлый раз, чтобы пробиться через «защитный» щит — планета-то не жаждала моего возвращения, я сразу понял, что Софи поблизости нет. Её забрали. Её запах был едва уловимым, слабым. И, скорее всего, забрал её тот самый дракон, которому моя ал’лая очень приглянулась.

Да, девушка она… крайне привлекательная. Яркая. И не только внешне. Её душа тоже сверкала, подобно звезде в мрачную и безлунную ночь. Но найти её быстро по запаху не представлялось возможным, а я не мог спокойно сидеть на месте, мне хотелось все крушить, убивать, чтобы выместить свою злость. Адекватные мысли с трудом прорывались сквозь бурлящую ярость дракона. И в тот момент, когда я превратил ту поляну в ещё один безжизненный оплот, скованный на долгие века льдом, без единой толики маны, я учуял след того дракончика. Да, пусть Софи и не обладала, как я тогда думал, магией, а вот он — да. И я тут же последовал по тому следу.

Первым пунктом стал особняк в небольшом городке, рядом с океаном. Спокойное и мирное местечко… Каких же мне усилий стоило, чтобы сдержаться и не сравнять там всё с землей. Но я даже оставил часть особняка… Правда только потому, что боялся навредить Софи. Но и там её не оказалось, и я отправился дальше.

И чем ближе я подлетал к огромному замку, расположенному уже в большом, хорошо развитом городе, возможно, столице государства, тем я отчетливее ощущал запах Софи. И сила начала вырываться из меня. И никто из драконов, что, вероятнее всего, патрулировали город, не посмел помешать мне. Сокрытая мощь в моем теле, мои размеры ужасали их, заставляли признавать моё неоспоримое могущество, силу и отступать в страхе и с трепетом. Я ощущал их эмоции, ведь они, пусть и посредственно, были моими соплеменниками.

Я с трудом смог сдержать злой рык, рвущийся из груди, разрывающий внутренности, чтобы не испугать мою ал’лаю, и чтобы её похититель раньше времени не сбежал. И дабы я смог выместить на нем всю свою ярость, скопившуюся за пару часов разлуки с Софи.

Без разрушений и тут не обошлось. Вычислив то место, где сейчас находится Софи, её я ощущал уже достаточно явно, я снес часть замка и… обнаружил её в объятиях другого дракона. Черноволосого…

Отчаяние. Неверие. Десятки эмоций я испытал в тот миг, не сразу распознав остаточный след от магии разума, настолько он для меня был в тот миг незначительным. Но, увидев её… взгляд её прекрасных глаз, обращенный на меня, услышав её голос, что произнёс моё имя, я вернул себе ясность рассудка…

А после, когда она призналась в своих чувствах, в том, что любит, я понял, что мне только что даровали прощение. Мне была дарована жизнь, которую я могу начать с чистого листа. С ней. Я ощутил в тот миг себя самым счастливым существом на всех планетах! Радость буквально переполняла меня, но тот дракон, валяющийся на полу, всем своим видом портил этот прекрасный момент. И он заслужил наказание. Он посмел притронуться к Софи, использовать магию, чтобы подчинить её разум…

Но ему несказанно повезло, что Софи вспомнила о его словах, и что он вообще обладает подобными знаниями, о которых на нашей планете никто и никогда не ведал.

Я забрал его с нами на планету-перекресток. И едва опять его не прибил. Он посмел назвать мою Софи «сладкой», при мне! Членистоногое! И на этот раз я сам смог сдержаться, помня о том, какие знания хранятся в той пустой голове…

А вот подумав про пустую голову дракона, я внезапно осознал, что единственный пустоголовый тут только я! Ведь мне даже в голову не пришло сопоставить некоторые факты, сложить их в общую картину! Я был слишком занят поисками Софи, чтобы обращать хоть на что-то другое внимание.

Никто! Никто не помнил ничего о Софи! Ладно бы ещё я, это можно было бы понять. Но ни Иэр, что был другом, соратником и побратимом Дэйнмара, ни Энери, что тоже считался его другом и последние дни провел рядом! Вообще никто! А она сама очутилась в прошлом своего мира. Кто был на такое способен? Кто обладал таким могуществом, чтобы совершить подобное? Только одно существо на нашей планете — мой отец. Тот, кто создал эту самую планету, и только его воле подчинялись все законы мироздания. И если принять во внимание то, что я почувствовал едва заметное, незримое его присутствие на этой планете-перекрестке, то всё складывалось в крайне неприглядную для нас с Софи картину. Отец, по какой-то только ему ведомой причине, не хотел видеть её подле меня. Он лишил всех знаний о ней, он переместил её туда, где я бы мог её и не найти… А сейчас мы очутились тут. Совпадение? Вряд ли. Не верю я в совпадения. И ещё странным кажется то, что он не показался мне на глаза, хотя он, перед самым моим появлением на поле боя, был там. Я точно это знаю. Слишком яркий след он оставляет после себя, это и не удивительно — обладающий таким могуществом не может приходить и уходить бесследно. И получается, что я… тот, кто совершил тысячи грехов и ошибок, могу совершить ещё. Понимаю, что сейчас ей не стоит находиться рядом со мной, но поделать с собой ничего не могу. Ведь я не могу отказаться от неё, от своей Ал’майнэ. Зная, что со мной её жизни угрожает опасность, я держу её за руку и не могу отпустить…

Только так: держать её в своих объятиях, слышать её дыхание… Только так я чувствую себя теперь живым. А это значит, что мне нужно приложить все усилия, сделать больше, чем я способен, но защитить её и сохранить. Уберечь мою Софи от любой опасности, пусть и придется мне совершить ещё тысячу ошибок, пойти даже на то, чтобы убить отца, если он продолжит свои попытки нас разделить. Я думаю, он осознает, чего стоит от меня ждать, каких решений и действий. Ведь я — его создание, которое он вырастил, воспитывал на протяжении ни одного тысячелетия, как своего единственного сына.

Тряхнув головой, избавляясь от этих мыслей, сейчас, хоть на краткий миг, мне захотелось просто насладиться настоящим. Не думать о будущем, о том, что мне ещё придется совершить. Сейчас я хотел быть обычным драконом, который наконец-то обрел своё счастье и сжимает в своих объятиях свою Ал‘майнэ. Слышать её дыхание, чувствовать её тепло. И ощущать, как она обнимает в ответ. Она любит, в этом нет никаких сомнений. И в данный момент меня вовсе не заботило, что подле нас сидит черноволосый червяк и мешает своим присутствием. Главное, что Софи тут, со мной.

Когда же сон девушки стал достаточно глубоким, а на её прекрасном личике расплылась мечтательная, волшебная улыбка, я не смог удержаться. Воспользовавшись теми знаниями, которые поведал тот червяк о Софи, что она обладает зачатками магии, схожей с моей, это, кстати, нужно будет потом более внимательно изучить, я смог проникнуть в её сон…

И то, что я увидел, повергло меня в шок. Драконица с серебристой чешуей и дымчато-серыми глазами, крыльями, похожими на мои, но более темного оттенка, танцевала одной ей ведомый танец в небесах. Она заигрывала с ветром, она парила. Она наслаждалась полетом всей душой, отдаваясь ему полностью, без остатка. И я не сдержался, я тоже захотел станцевать с ней. Пусть и во сне, наш танец.

Ничего более прекрасного и удивительного я не ощущал в своей жизни. Мы были продолжением друг друга. Мы были единым целым. Без слов мы понимали друг друга. И мы исполнили во сне брачный танец, но я не позволил нам его завершить: не так я хотел это сделать. Я мечтал повторить всё это в реальности и закончить его в настоящих небесах. Продемонстрировать Софи все свои чувства, показать свои эмоции — отдать ей всего себя. Но не во сне…

Моё сердце сжалось, когда я услышал её жалобный крик, переходящий в отчаянный рык, там, во сне. Но я знал, что так будет правильно. Она будет удивительной драконицей. Самой красивой. Моей…

— Софи, любимая, моя ал’лая, — успокаивающе произнес я, очнувшись и увидев слезы на её прекрасном лице, что появились из-за моего ухода из её сна. И стер капли с её щек. — Ты будешь летать. Обещаю тебе. И мы обязательно станцуем наш танец…

Это моё тебе обещание, Ал’майнэ, и я его обязательно исполню. Верь мне.