ГЛАВА 1. ФИЛИПП

Сезон на острове выдался солнечным. Мои губы тронула улыбка, когда вспомнил свой самый удачный снимок. Сивучи уходили в море на кормежку, а на их место приплывали котики. Детеныши котиков невероятно занимательные, и мне удалось сделать превосходные кадры забавного черненького малыша. Я сумел договориться с ластоногим, взамен получил великолепные фотографии, набравшие в посте блога больше десяти тысяч просмотров. Многие подписчики просмотром не ограничились, перевели в фонд волонтерской организации посильные суммы. Такие пожертвования позволяют ежегодно собирать экспедицию на Сахалин. В плавный поток мыслей вдруг вклинился сигнал тревоги. Интуиция сработала за секунду до того, как чужой автомобиль справа занесло, завертело и швырнуло в мой ряд. Я успел выкрутить руль, избежав прямого столкновения, но в меня тотчас въехал кроссовер с крайней левой полосы. Мою Тойоту развернуло, в бампер тут же тыкнулась малолитражка. Мощный удар оглушил перепонки, та машина, что потеряла управление, впечаталась в бетонное ограждение, искореженные куски металла полетели в разные стороны. Лобовое стекло Тойоты лопнуло под давлением рухнувшего на него железа. Хаос длился меньше минуты, но движение на оживленной дороге полностью встало. Авария перекрыла даже обочину. *** – Пап, твою машину можно взять? – появился на кухне, когда родители завтракали. Мамин заботливый взгляд прошелся по моему лицу, задержался на шее с залепленным пластырем. В столкновении накануне я отделался лишь порезами от стекла. Можно сказать, повезло. – Филипп, я весь день в разъездах, – поднялся отец из-за стола. – Доберешься в университет на такси или автобусе. Мне пора, – поцеловал он жену в щеку и ушел. – Сынок, я бы тебе дала ключи от Мазды, но в галерее сегодня выставка. – Я помню, мам. Не волнуйся. Вызову такси, – налил себе кофе и сделал бутерброд с сыром. Есть не особо хотелось. – Не болит? – наверное, все еще переживала мама за вчерашний день. После аварии они с отцом приехали в больницу, где мне зашивали бровь и рану на шее. – Терпимо, – погладил круглый лоб Бада, когда пес поставил свои передние лапы на мои колени. В нашей семье принято давать клички животным по именам киношных полицейских или героев компьютерных игр. Серебристый мастиф получил свое имя благодаря Баду Уайту, полицейскому из фильма «Секреты Лос-Анджелеса» в исполнении актера Рассела Кроу. Мама оставила меня одного, ей пора было собираться. Мне же ко второй паре, так что я не особо торопился. А зря. Приложение для вызова такси почему-то не загружалось, пришлось бежать к автобусной остановке. Не помню, когда последний раз пользовался общественным транспортом, меня удивил турникет и валидатор для считывания пластиковых карт. – Наличкой можно расплатиться? – моя банковская карта осталась где-то в изувеченном автомобиле, я собирался после лекций двинуть в страховую компанию, куда на стоянку доставили Тойоту, узнать вердикт и забрать из бардачка личные вещи. – Наличку не принимаем. Только карты. Освободите проход другим пассажирам, – не собирался водитель пропускать меня в салон без платежа. – Я оплачу, – неожиданно спасла ситуацию незнакомая девушка. Приложила свою карту к терминалу и отвернулась, не глядя на меня. На турникете загорелся зеленый кругляшек, разрешая мне присоединиться к обилеченным гражданам. Я приметил, куда села выручившая меня барышня. Место рядом с ней пустовало. – Спасибо, – из-за того, что автобус дернулся, едва не упал на нее. – Сколько стоит проезд? – раскрыл бумажник, все купюры в нем были крупными. Она это заметила. – Оставь. У меня нет сдачи. – Я Филипп, – представился просто из вежливости. – Филипп Якушин. – Ты серьезно? – раздраженно выдохнула спасительница. – Мы учимся в одном универе. Хотя… Прости. Я забыла, богатенькие мажоры не обращают внимания на бюджетников. – Не понимаю, чего ты злишься? – выбесила она своими словами. – Ты явно младше меня, я не могу знать всех студентов. На каком ты курсе? – На третьем. А весной ты ходил на дополнительные занятия по химии. В группе было всего двадцать человек. – Точно, – щелкнул я пальцами. – Ты та самая умная девочка, которая знает химию лучше любого пятикурсника. Маша Каверина, – порылся в памяти и выудил нужное имя. Я понял, почему не узнал ее сразу. Сейчас на ней простенькое осеннее пальто и берет, скрывающий прическу. Весной она выглядела по-весеннему, вот и не признал. . – Зачем ты вообще ходил на те занятия? Химия явно не твое, – продолжала дерзить девчонка. – Да. С химией я не дружу, – не видел ничего постыдного в признании, что эта наука мне не дается. – Декан отправил на те занятия, чтоб я экзамен хотя бы на трояк сдал. – И как? – повернула она голову, встречаясь со мной взглядом. Глаза у нее были большими, красивыми, в них плескалось море, океан, переливалось то голубым, то зеленью, то лазурью. – Сдал на тройку. – Ясно. А ты почему такой побитый? – не могла не заметить она многочисленных царапин на моем лице. – В аварию попал. Потому и без машины. – И какого тебе, трястись в автобусе с простыми смердами? – Маш, хватит дерзить. Лучше бы пожалела. Я в той аварий погибнуть мог, между прочим. – Наша остановка, – поднялась она с кресла, обитого жутким дерматином. Дошел вместе с ней до центрального корпуса. Мы вошли внутрь, и она сняла берет, светло-каштановые волосы рассыпались по плечам. – Филипп! – окружили меня сокурсники, оттесняя от Маши. Пока отвечал на приветствия, потерял ее из виду. На другой день столкнулся с ней в стеклянном переходе между университетскими зданиями. Она меня не заметила, уткнулась в какие-то конспекты. – Маша! – сам окликнул ее. – Чего тебе? – по-прежнему не выказывала девушка симпатии по отношению ко мне. – Ты так увлеченно читаешь. Что это? – Готовлюсь к промежуточному тесту. Полночи учила. – Столько усилий всего лишь для промежуточного теста? – специально дразню ее, но она не понимает шутки. – Мне нельзя терять стипендию, – обдает меня ледяным взглядом и спешит к своим подругам. Во время большого перерыва студенты набиваются в столовую. Отделяюсь от своей компании, когда вижу, что у Маши какие-то проблемы на кассе. Ее карта не срабатывает при оплате. Прикладываю свою. На щеках девушки появляется легкий румянец. – Филипп, спасибо. Но больше не подходи ко мне, – почти требует она, а я злюсь. – Чем я тебе так не нравлюсь? – преграждаю отличнице путь, и ей приходится стоять передо мной с подносом в руках. – Ах да, я богач, а ты стипендиатка. В этом все дело? – Слушай, отстань, – тоже злится она. – Из-за тебя сейчас еще и на пару опоздаю. Я пропускаю ее. Что за гордячка? Напридумывала себе не пойми чего. Что за глупые стереотипы в голове у этой девушки? В следующий раз я увидел ее лишь через неделю, в клубе «Неоновый тренд».