Глава 41
Костин скользнул в постель к жене, прижимаясь к ней, пряча все тревоги. Их ночь прошла спокойно, как и у Дениса, Рона спала и восстанавливалась. Утром вся семья спустилась на завтрак, а Денис чуть замешкался, выдавая проснувшейся в его объятиях Роне джинсы и футболку.
— Идем вниз, — твердо сказал он, и Рона не посмела спорить. В его вещах она спустилась вниз, боясь любого окрика, но там просто была семья. Наташа суетилась у плиты, чтобы накормить всех особенно детей, а Денис крепко держал ее за руку, не давая сбежать.
— Проснулись? — спокойно спросила Наташа, уже получив от мужа отчет.
— Да, — спокойно ответил сын.
— Садитесь завтракать, — просто сказала она. — Спасибо, Рона.
— Зачто? — смутилась девушка, садясь за стол.
— Что сына моего спасла, — просто ответила она. — Где трое детей там и четверо. Главное береги Дениса.
— Буду, — просто пообещала она.
— Вот и хорошо, — улыбнулась Наташа. — Об одном можно не думать.
— Пап! — дернулся Денис.
— Даже не смей, — засмеялся Костин. — У меня по лавкам почти семеро.
— Отделался, — сник Денис, но сразу воспрял духом. — Зато нам с Роной спокойнее.
— Да? — вскинул бровь Костин, изучая обоих.
— Да, — заверил сын. — Дети пока только у вас с мамой.
— И нам придется подумать о безопасном доме для всех нас, — сразу они стали очень серьезными. — Рона, это твой осознанный выбор? Денис?
— Почему ты спрашиваешь, Костя?
— Мы с тобой спецназ, девочка, — спокойно объяснил он под одобрительные кивки Артемьевых. — Ты работала со мной в двойке, как это делала она. Мы призваны спасать жизни, а Денис все же вчерашний школьник. Ты выполняла свою работу или это твой выбор? Вопрос закономерный.
— Сначала он был моей работой, — честно призналась девушка и посмотрела в уверенное лицо парня, маскируя страх за вызовом, но он не рассердился. — Ты был моей работой, Денис. Я хотела через тебя подобраться к твоему отцу.
— Так почему не сделала, Рона?
— Не смогла! Стыдно и тошно стало, а еще узнала про…
— Ясно, — перебил он ее, не желая слышать имя Яны от нее, все же Рона винила себя и за ее гибель. — Ну, так как? Нашла ответ на вопрос?
— Какой? — удивленно моргнула сумарунка.
— Тебе было интересно выяснить, — лениво спросил Денис, — как целуюсь я или…
— Ден! — забота отца опоздала. Рука Роны метнулась над столом и отвесила парню подзатыльник, останавливая на слове «землянин», и он замолчал, настороженно косясь на девчонку. — Добро пожаловать во взрослую жизнь, сынок.
— Я выясню, где у тебя находится выключатель, — мстительно выпалила Рона, — чтобы поменьше болтал.
— Ты лучше учись словами признания говорить, — дал ей ценный совет парень. — А то все видят твои чувства. Я же говорил!
— Варварский и дикий народ!
— Привыкнешь! — успокоил Денис. — Сама сделала выбор, и назад пути нет.
— Знаю, — вздохнула девушка, и Денис обнял ее за плечи.
— Ты увидишь родных, — пообещал он, осознавая причины грусти. — Мы с отцом что-нибудь придумаем.
— Позже, — откликнулся Стево, задумчиво складывая руки на столе. — Сейчас у нас другая проблема.
— Здесь нельзя больше оставаться.
— Именно, Рона.
— Костя, — рассудительно заговорил генерал, — конечно, ты прав, но зима на дворе. Куда ты поедешь?
— У нас есть оружие, — напомнил Артур, пребывая в легком шоке от выздоровления девушки: вчера она умирала и истекала кровью, а утром, как ни в чем не бывало, завтракает вместе со всеми.
— Глупо, Артур, — поморщился Костин и взглянул на него. — Ты сам десант и разведка. В этом квадрате с постоянной закономерностью случаются боевые действия. Я убил солдат на дороге, это их оружие. Затем пропали челноки. Теперь погиб второй отряд. Что сделал бы ты?
— Либо полная зачистка с воздуха, — прикрыл он глаза, — либо батальон, который прочешет каждый куст и уберет угрозу.
— Нам нужно уйти, чтобы не подвергать людей опасности, — проговорил Стево. — Если останемся, опять прольется кровь.
— Понимаю, — вздохнул он. — Друга ж теряю.
— Не теряешь, Джокер, — заверил он. — Живы останемся, свидимся еще.
— Свидимся, — твердо пообещал десантник, собираясь выполнить обещание.
— Ты решил все верно, Костя, — поддержал его генерал. — Спрашивать, куда направишься, не стану. Чего не знаешь, не выдашь.
— Я сам толком не знаю, где спокойнее, дядя Егор, — провел он ладонью по волосам. — Были задумки, но по весне. Незваные гости заставляют менять планы на ходу.
— Обязан справиться.
— Так точно, дядя Егор.
— Когда уходите?
— Через пару дней, — решение не было необдуманным, все же собираться надо было вдумчиво: дорога предстояла долгая и сложная. Быстро уезжать было нельзя.
— Бензин у нас есть, — предложил хозяин. — Нам с Артуром все равно некуда ездить. Заберете все.
— Дядя Егор!
— Не спорь, парень! — устало попросил он. — Я всю жизнь боялся заводить семью со своей работой, чтобы не оказаться в такой ситуации. Это правильно.
— Спасибо, — не стал спорить с ним сумарунец, изучая выросшую семью.
После завтрака Денис с Роной пошли за ее вещами. Сумарунцы в молчании приняли ее решение, а дед парня зло хмурился, наблюдая за сборами. Молчание Дамира подливало масла в огонь, словно не его дочь уходила с парнем из дома.
— Ничего не забыла? — просто спросил Денис.
— Нет, Ден, — даже не оглянулась она на комнату. — У меня и вещей-то почти нет.
— Разберемся, — пообещал он, а дед окончательно вспылил:
— Дамир, я не понимаю, — начал он, повышая тон, — как ты позволяешь дочери уйти с мальчишкой?
— Они приняли решение, Игорь, — холодно ответил сумарунец. — Наши законы не нарушены.
— Не нарушены, — глядя в глаза Богану, ответил юноша. — Мне совесть не позволит унижать женщину из порядочной семьи.
— Совесть?! — вскинулся Панов. — Ты еще пацан, чтобы тащить в дом…
— Рот закрыл, Игорь Николаевич! — закрыл собой девушку Денис, не пряча от деда не по-детски тяжелый взгляд. — Ты не будешь оскорблять ее. Я не мальчишка. Вырос!
— Куда смотрит твоя мать? — накинулся он с другой стороны. — Сама связалась…
— Ты моих отца и мать не трогай, — процедил Денис сквозь зубы. — Жену тем более. Ты мне никто! Твой мнение пустой звук! Я защищаю свою семью. Станешь угрозой, остановлю!
— Тебе семнадцать! — зажмурился Глеб. — Ты не можешь жениться. Рано!
— Я принадлежу семье с другими законами, — отрубил он, — да и война стирает границы. Жизнь действительно слишком коротка.
— Одумаешься, — предрек дед, — развод поможет решить проблему.
— Ты не понял, — покачал он головой, беря рюкзак девушки на плечо. — У южных народов развод сродни позору. А еще их просто не существует.
— Ты просто идиот, Денис!
— Время покажет, Игорь Николаевич, — вместо прощания сказал внук и взглянул на Дамира. — Правда понравится не всем.
— Здесь аномальная зона, — пожал он плечами. — Падма просто пропала вместе с теми…
— Именно, — кивнул Денис: пропажа Падмы и челноков хорошее объяснение, в которое поверят. — Спасибо, Дамир.
— Не благодари, Денис, — покачал он головой и кивнул на девушку: — Сбереги ее. Ее выбор…
— Знаю, Дамир! — не опустил глаз парень и протянул сумарунцу руку, пожимая так, как было принято на его родине.
— Отец правильного мужика из тебя воспитал, Денис Стеблов, — фамилия резанула хозяев по живому. — Ты достоин. Жаль, если забуду.
— Ты будешь помнить все, что нужно, Дамир, — пообещал Денис. — Ты не предал отца. Я ценю это.
— Совершено много ошибок, Денис, — просто сказал Боган. — Идите. Мы покинем поселок следом за вами. О Падме никто никогда ничего не узнает. Слово офицера.
— Мы выживем, Дамир. Еще и детей покажем.
— Хорошие планы. И очень ответственные.
— Я не могу быть другим, у меня отличный пример перед глазами.
— Передавай отцу наше уважение и пожелание доброго пути.
— Он знает, Дамир.
Рона с Денисом пошли домой, чувствуя себя в компании друг друга весьма комфортно, хотя между ними ничего не успело произойти. Денис сам не форсировал события, они оставались пока поверхностно знакомыми, которым еще предстояло пройти долгий путь друг к другу. Роне нравилось, что парень не напирает и не наглеет, давая им обоим время для сближения, времени у них для безоблачной совместной жизни у них хватало. Она замечала его искренний интерес, но и уважение, которое сквозило в каждом слове и движении. Рона успокоилась: Денис больше напоминал сумарунца, чем землянина, впитав с кровью отца их догмы. Они уже были женаты, но осознанно не пересекали пока тонкую границу.
После долгих размышлений семья решилась на последнюю авантюру: вернуться на пару лет в прошлое и заложить строительство дома в Карелии, в самом непроходимом месте, заполнив шкафы и склады всем необходимым на несколько лет вперед. Рона училась жить среди землян, наблюдая за простыми людьми, которые даже не осознавали глубину приближающейся трагедии. Она убедилась, как ошибся Вадом, не разобравшись во всем до конца. Но изменить случившееся они уже не могли. Она не видела здесь врагов, какими предстали земляне перед ее народом после Вторжения.
Костин спланировал строительство так, что к середине лета дом был готов. Он будто возводил замок Ордена, изменив все основные конструкции и придав строению более привычный вид. У местных хватало сплетен на счет новых жильцов, которых никто пока не видел. После вереницы грузовиков в доме сделали уборку и закрыли на ключ, ожидая появления хозяев, которые пока задерживались. Дом-крепость в уединенном районе Карелии среди гор, бурлящих рек и озер с болотами долго не сходила с языков соседей, но скоро их интерес угас, когда там никто так и не появился. Когда началось Вторжение, снаряды не долетели до безопасного места. Здесь не было взрывов и смертей, а добраться сюда никто не мог, просто не зная о таком подарке. После налетов и массированных обстрелов не осталось людей, кто знал о строительстве.
Костин правильно проанализировал ситуацию — отдаленные районы Карелии, пригодные для экстремального туризма и рыбалки, не тронули вообще. Воин не сомневался больше ни минуты. Покинув поселок, он сразу сделал две вещи — стер память об их присутствии у соседей и перенес оба джипа с заснеженной дороги прямо на лужайку перед запертым домом. Чертежи не могли передать размах и внушительность здания. Все комнаты имели звукоизоляцию, в каждой стояли печи-камины, чтобы протопить двухэтажный особняк. Туалеты вывели на улицу, зная, что не смогут наладить систему фильтрации, там же построили баню, сараи и пристройки, заполненные инструментами и инвентарем.