Глава 44

Дом Костина Стево, Карелия, планета Земля, Солнечная система, лето 2039 г.

Со дня нападения прошло одиннадцать лет, и острота стала притупляться, но ни земляне, ни сумарунцы так и не сели за стол переговоров, продолжая изнурительную войну, где уже пришельцы теряли интерес бороться со слабым противником, чьи силы совсем иссякли, ведь местным еще приходилось выживать в суровых условиях едва ли не средневековья.

В Карелии все обстояло немного по-другому: слухи распространялись по широкой территории северных земель о семье, что жила весьма уединенно в глуши, не подпуская к себе никого, оберегая свой покой и границы. Изредка в ближайший городок приходили мужчины, приносили дичь и обменивали на товары. Но интерес к семье отшельников был не только у местных: их упорно искали близкие.

Их поиски были отягощены тем, что они не могли искать в открытую, да и защита Костина была слишком сильная, что даже деду было тяжело. Но он не сдавался. Исчезновение Вилмоса с семьей тоже внушало тревогу, и Эрн с внучкой и ее семьей устроились в Нурдане подальше от Вадома, чтобы меньше привлекать к себе внимания.

За почти четверть с лишним века отсутствия внука Стево заметно постарел, но еще мог развивать бурную деятельность. Энергетический след Костина давно развеялся, но, чем дольше Эрн находился на Земле, тем сильнее начинал осязать внука, восстанавливая утраченную связь. Уже через полгода он достаточно уверенно мог указать направление поисков. Его путь вел в полупустые, едва освоенные территории на северо-западе. Вот Эрн и Нелу Креан, муж его внучки Крины, очень осторожно начали изучать те места, пока женщины с детьми оставались дома.

Костин тоже чувствовал ласковые и аккуратные щупальца поиска и улыбался. Он мог помочь деду, но это было нечестно и унизительно для воина, вот он и не лез, набравшись терпения. Дед не делал поспешных заключений — парень не мог вести жизнь отшельника. Семья должна была появляться в ближайшем населенном пункте, показываясь на глаза местным, чтобы не поднимать волну слухов и домыслов. Благодаря силе они путешествовали между планетами, не разрывая узы с себе подобными. Вот Стево и нужно было почувствовать мощные скачки энергии, которые были самым лучшим маяком.

Вот и сейчас в Карели на берегу озера вырос еще один дом, похожий на первый, как две капли воды. В нем разместились старшие дети с семьями — Денис с Роной и Дима с Андрией. В большом доме остались родители с младшими детьми и родители Костина со своими отпрысками. Через гряду располагался замок, укрытый среди отвесных серо-коричневых камней, и о его существовании никто не догадывался. Там уже жили шестеро воинов, усиленно проходя обучение.

Костин возвращался со старшими сыновьями с тренировки, промакивая пот полотенцем, висящим на шее. Все трое были мускулистыми, крепкими и молодыми. Удобные майки и спортивные штаны с мягкими мокасинами не стесняли движений.

— Уже близко, пап, — со смешком подтвердил Денис общую мысль. — Дед будет в восторге.

— От моей женитьбы или от собственного сына? — тонко усмехнулся он.

— От всего понемножку, — заверил Дима. — Но он крепкий.

— Еще какой, — заверил Костин. — О вас он уже знает. Обойдется.

— Тогда стоит поспешить, чтобы уменьшить количество инфарктов.

Мужчины шагнули из леса прямо на территорию участка. На лужайке перед домом разместился весь многочисленный детский сад. Дима видел только жену с годовалым сынишкой, который был очень похож на него и уже научился ходить. Денис поспешил к Роне с трехлетним Петей рядом. Молодая женщина улыбалась и была счастлива, собираясь через пару месяцев подарить мужу маленькую дочку. Костин же растянулся возле Наташи, воле которой играла трехлетняя Иолина. Старшие дети вместе с Игнатом купались на озере.

Стоило отцу вернуться, Игнат собрал детвору и вернулся домой. Стоило им развесить мокрые вещи, как на дороге из поселка появились четверо взрослых с двумя детьми. Эрн остановился на границе двора, вбирая в себя всю картину. Он видел взрослых и детей, которых оказалось слишком много, но все принадлежали его роду, как это было не удивительно. Костина он узнал сразу. Внук повзрослел, но не постарел. Рядом сидела красивая русоволосая женщина с малышкой на руках — их дочерью.

Возмужавшие Денис и Дима расположились поблизости со своими семьями, а вокруг прыгали еще мальчишки и девчонки. Эрн насчитал девять детей от семнадцати до года. Семья тоже изучала гостей — пожилая пара смогла преодолеть все тяготы пути и даже не устала, рядом находились более молодые и выносливые родители с детьми. Костин узнал Крину, которую никогда не забывал.

— Ты стала совсем взрослой, Крина, — мягко заговорил он, поднимаясь с пледа, и шагнул к ней.

— Костин! — выкрикнула она и бросилась ему на шею, крепко обнимая. — Я просто сходила с ума от беспокойства.

— Не надо было, Крина, — обнял он ее в ответ, снова вдыхая ее до боли родной запах. — Я не просто жив. Я счастлив.

— Я слышала от отца, — кивнула она, вытирая слезы радость. Она отстранилась от старшего брата и попросила: — Познакомь нас, пожалуйста.

— Конечно, — улыбнулся он и с теплом посмотрел на деда и бабушку. Очень осторожно он обнял обоих. — Я рад, что вы дождались встречи со мной.

— Я тебе обещал, парень, — веско ответил старец. — Мы с Катой не могли поступить иначе. Но прости меня за мать, Костя. Не уберег я ее.

— Остановись, дед, — твердо попросил он. — Ты не мог ничего изменить. Это должно было произойти. Я не виню тебя.

— Ты мудрый и справедливый, — с гордостью сказал Эрн. — Ты прошел свой путь достойно. Знакомь меня с правнуками!

— И праправнуками тоже, — с извиняющей интонацией поправил Костин, сверкнув веселым взглядом, и подхватил бабушку под локоток, когда она охнула и чуть не оступилась. — Но начнем осторожно.

— Буду тебе благодарен, Костя! — фыркнул дед, не теряя присутствия духа.

— И я, — поддержала его жена. Всей дружной компанией они подошли ближе к пикнику, и Костин помолился про себя, начал представлять всю свою большую семью.

— Моя жена Наташа, — он помог ей подняться с пледа и сразу подхватил дочку с каштановыми кудряшками и голубыми глазами, полными любопытства, на руки.

— Папа!

— Наша младшая, Иолина, — представил он девочку. — Далее там стоят Катя, Алеша, Ксория, Игнат. Наши мелкие. Дима второй по старшинству, — Эрн увидел высокого под метр девяносто мужчину с темно-русыми волосами и умными зелеными глазами. — Его жена Андрия и сын Джаэлл.

— Отлично! — потер руки старик.

— Ну, и Денис, — хмыкнул Костин и добавил с законной гордостью, — наш первенец с женой Роной и сыном Петькой.

— У тебя просто огромная семья, — обрадовалась бабушка, обнимая мужа. — Какие детки! Эрн, мы самые счастливые на свете.

— Мы старались, — засмеялся Костин, зная, что еще минута и тишина закончится. Детвора побежит знакомиться и обниматься, устраивая легкий хаос. — Крина, знакомь со своими, пока мы не оглохли от радостных воплей.

— Конечно, Костин, — заволновалась молодая женщина не только предупреждению, еще и неодобрению брата ее выбором, ведь свадьба состоялась без него. — Мой муж Нелу Креан и дети: Дирон и Ката.

— Рад знакомству, брат, — проговорил Стево, признавая зятя. — Моя сестра расцвела рядом с тобой.

— Спасибо, — расслабился он, пожимая руку шурина, чувствуя одобрение. — Я нервничал, что ты не примешь.

— Я искренне желаю сестре счастья, Нелу, — заверил он. — И она обрела его с тобой и вашими детьми.

Эрн внимательно приглядывался к еще двоим детям — девочке было лет десять. Она была настоящей сумарункой, стройной, подвижной и смуглой. В ней угадывались знакомые черты — зеленые любопытные глаза, каштановые волосы и немного упрямый подбородок. Рядом стоял мальчик лет шести, цвет волос был, как и у девочки, а вот глаза, Эрн прищурился, серые, напоминали его собственные.

— А вы еще кто? — ласково спросил он, стараясь не напугать.

— Я Ката, — улыбнулась девочка. — Мой младший брат Акос.

— Хорошие имена, — почти догадался Стево.

— Это наши с Пири дети, отец, — услышал он голос вышедшего из дома Вилмоса под руку с женой. Эрн потерял способность удивляться, видя новые знакомые лица — вот его семья, сын, внуки, правнуки и праправнуки.

— Ты услышал зов сына, Вилмос, и пошел на него, — похвалил отец. — Молодец.

— На Ксаду нам с Пири не дали бы жизни, — обнял на миг отца Вилмос и вернулся к жене. — Здесь проще.

— Дедушка, бабушка, — позвала их Наташа, — пойдемте в дом. Мы вас долго ждали. Мы приготовили стол и удобный диван.

— А мы еще погуляем, — подхватил на руки Иолину Игнат, подмигивая сестре. — И за мелкими присмотрим.

— Хорошо, — кивнул их отец. — Слушаться старшего брата.

— Я присмотрю за ними, — пообещал Денис, успокаивая нервных мам.

— Он присмотрит, — поддержал его Костин, пропуская в дом Эрна и Кату, которые с радостными улыбками устроились на диване, а Пири с Наташей сразу принесли холодный чай.

— Спасибо тебе, — поблагодарила старушка, делая освежающий глоток, с интересом глядя по сторонам. — У вас уютно.

— Я должен был создать комфортные условия для любимой женщины, — сказал он. — Моя Татка заслуживает всего самого лучшего. Я просто дал ей необходимое. Ей и нашим детям.

— Ты справился, парень, — с законной гордостью сказал дед. — Я горжусь вами обоими, Вилмос, Костин. Вы оба сделали все, чтобы семья уцелела.

— Так было. Так есть. Так будет, — просто отозвался Костин, давая древнюю клятву.

— А как Эрно? — вскинул голову старец.

— С ним все хорошо, — заверил с улыбкой мужчина. — Скоро вы увидитесь, дед. У него семья, жена и дети. Он обрел себя уже давно. Наследие Гэврэла в надежных руках.

— Наши дети — наша гордость, — проговорил Эрн. — Я рад, что дожил до этого дня.

— Скажи, дед, — с интересом спросил Костин, — ты не чувствуешь, когда конец этой чертовщины?

— Осталось недолго, Костя, — предрек он, — но ни я, ни Ката этого уже не увидим. Мы прожили хорошую жизнь, нам есть, что вспомнить, поэтому ни о чем жалеть не надо. Мы все оставили свой след. Теперь ваша очередь.

— Мы тоже не удержались от соблазна, — хмыкнул Костин, — и наваляли парочке озабоченных козлов.

— Я ощутил скачок силы, — заверил дед. — Я сразу понял, что это ты.

— Теперь сила проявляется в каждом из рожденных детей, — осторожно предупредил Стево, — даже в девочках, вот учить приходится всех и сразу. вот мы и зашиваемся с утра до ночи. Одно радует, что Ден и Дима порадуют только двумя детьми, что значительно упрощает задачу.

— Учитывая, — хохотнул Денис, приглядывая за детьми на расстоянии, — что ты, папа, совсем себя не бережешь: семеро детей!

— Ты не прав, Ден, — широко улыбнулся отец, — и считать разучился.

— Поясни? — ошарашенно моргнул он, чувствуя веселье отца.

— Вообще-то, сынок, детей у меня восемь, — начал смеяться сумарунец.

— Сколько? — пискнул Дима, привстав над креслом, и рухнул назад, таращась на родителей. — Мам? Пап?

— Поздравляю! — завопил Денис, бросаясь на шеи обоим. — Я очень рад еще одному младшему брату или сестренке.

— Я тоже поздравляю, — очнулся Дима и заулыбался. — Ну, вы даете, родители.

— Мы старались, — скромненько ответил Костин, принимая поздравления от всей семьи.

Эрн расслабленно наблюдал за семейными радостями, оставаясь рядом и в стороне. Он дожил до рождения еще одного правнука, увидел Андраса и через две недели тихо умер во сне вместе с Катой. Их похоронили на одном погребальном костре и развеяли прах над озером, чтобы они незримо присутствовали рядом, как было принято в культуре сумарунцев.