Глава 5

– Ух ты! Мам, ты выглядишь потрясающе, – с придыханием произнесла Ари, осматривая мой наряд. – Почему ты не носишь это платье? Оно тебе очень идет.

– А куда мне его носить? – спросила я, разглаживая черное платье с запахом, выгодно подчеркивающее мое декольте.

– На работу, я думаю, можно было бы.

– Слишком откровенное для работы.

Я критически осмотрела себя. Не сильно открытое декольте, чтобы не выглядело пошло. Но достаточно, чтобы мужчина мог пофантазировать, что скрывается ниже.

– И знаешь, – снова вмешалась в мои мысли Пенелопа, – тебе нужно почаще распускать волосы, они шикарные.

– На работе это не очень удобно.

– Можно на работе закалывать, а потом снова распускать, – отозвалась она.

– На всё-то у тебя есть решение, – усмехнулась я.

Обув туфли на каблуках, я повернулась к кровати, на которой лицом вниз лежала дочка.

– Ну как?

Пенелопа подняла голову и широко улыбнулась.

– Ты самая красивая мама на свете! Он просто упадет в обморок, когда тебя увидит.

– Зачем мне мужчина в обмороке? – усмехнулась я, нанося духи. – Я планирую с ним ужинать, а не оказывать первую помощь. Ну все, мне пора.

Я взяла свою сумочку и прошла в гостиную. Я так редко носила туфли на каблуках, что в тот момент они казались мне какими-то колодами, сковавшими мои ноги. Но я знала, что ради того, чтобы поразить Майлза, должна была выглядеть если не на миллион долларов, то хотя бы на половину этой суммы. Я могла себе только представить, какие женщины вились вокруг него.

Чтобы успокоить нервы, я на трясущихся ногах дошла до раковины, налила стакан воды и стала пить его мелкими глотками. Позади послышался взволнованный голос Пенелопы.

– Ух, ты. – Она присвистнула.

– Не свисти в доме, – повторила я заученную мантру.

– Мам, у него крутая тачка.

Я резко поставила стакан на раковину и повернулась.

– Он приехал?

Пенелопа смотрела в окно, даже не пытаясь скрываться от Майлза.

– Пе, отойди от окна, – попросила я.

– Почему? – Дочка обернулась ко мне с улыбкой.

– Потому что невежливо пялиться на людей.

Господи, да я бы с радостью сама заняла ее наблюдательный пункт.

– Пенелопа, отойди от окна, – чуть строже сказала я, и она нехотя проковыляла к дивану.

Я бросила взгляд на часы. До условленного времени оставалось пять минут, и я не видела ничего плохого в том, чтобы появиться на свидании немного раньше. Я подошла к дивану и поцеловала дочку в лоб.

– Запрись за мной.

– Ладно, мам, – протянула она, уже листая телевизионные каналы.

– И переоденься из этой растянутой одежды, —по инерции добавила я.

– Хорошо. Удачно тебе повеселиться, мам, – сказала она и пошла за мной к входной двери.

– Спасибо, милая. Я недолго.

Она махнула рукой.

– Ты заслужила немного развлечений.

Ее слова вызвали нежную улыбку на моих губах.

Как только дверь за мной закрылась, из машины вышел Майлз и пошел мне навстречу. В руках он нес большой букет роз.

– Я задолжал вам цветы, Аризона, – сказал он мягко, скользя взглядом по моему телу. – Прекрасно выглядите.

– Спасибо, – ответила я, принимая цветы. – Позволите отдать их дочери, чтобы она поставила их в вазу?

– Конечно, буду ждать вас у машины.

Я вошла в дом и практически налетела на Пенелопу. Она резко выдохнула, а потом затараторила:

– Мне его, конечно, плохо видно, но на расстоянии он ничего. Такой галантный. О-о, какой букетище. Давай поставлю.

Не дожидаясь моего ответа, Пе схватила букет и пошла в кухню.

– Запри за мной, – напомнила я и вышла на улицу.

Я чувствовала себя словно школьница на первом свидании. Волновалась и слегка дрожала. Как только я подошла к машине, Майлз открыл мне пассажирскую дверь. Я негромко его поблагодарила и присела на кожаное сиденье. Эта машина была меньше той, в которой он подвозил меня с работы, но не менее роскошной. Все в ней так блестело, что даже страшно было чего-то касаться.

Майлз обошел машину и занял место за рулем.

– Сегодня без водителя? – спросила я, глядя, как мужчина пристегивается.

– Не хочу, чтобы кто-то слушал наши разговоры по дороге к ресторану.

– К ресторану? – выдохнула я. Мне становилось страшно, потому что я никогда не была в шикарных ресторанах и почему-то была уверена, что Майлз именно такие и посещает.

– Да, к ресторану. Что-то не так? – спросил он, прищурившись.

– Нет-нет, – быстро ответила я, нервно поправляя подол платья. И сразу же подумала о том, будет ли оно подходящим для того места, куда мы направляемся. – Все хорошо.

– Тогда пристегнитесь, Аризона. – Он кивнул на ремень безопасности.

Я сделала, как он сказал. Майлз завел машину и отъехал от тротуара. С каждым километром я нервничала все сильнее, поэтому решила отвлечься и поиграть с ним в двадцать вопросов.

– Как прошел ваш день?

– Спасибо, продуктивно как всегда. А ваш?

– И мой так же.

Мы замолчали. Я не знала, что спросить, а потому просто уставилась в лобовое стекло. Все вопросы, которые меня интересовали, были слишком личными. Я покопалась в голове, чтобы вытянуть оттуда хоть что-то, о чем можно было бы спросить. И произнесла первое, что пришло в голову.

– Какую музыку вы слушаете?

Майлз улыбнулся, посмотрел на меня и быстро перевел взгляд обратно на дорогу.

– Вы заметили тишину в машине? – Я пожала плечами, продолжая рассматривать мужчину. – Я не включил музыку, чтобы мы могли пообщаться. А вообще обычно я слушаю рок.

– Какой рок?

Он снова бросил на меня быстрый взгляд, приподняв одну бровь.

– Всякий. Старый, новый. А вы?

– Я предпочитаю что-то поспокойнее.

– Вы всегда слушали музыку поспокойнее? – спросил он.

– Ну, мне всегда нравилась поп-музыка. Сейчас к ней примешались другие стили. Если честно, я даже не знаю названий некоторых из них.

Мы одновременно усмехнулись.

– А ваша нелюбовь к року – это окончательный вердикт?

– Не знаю, что вам на это ответить, – немного подумав, произнесла я.

– Что ж, нам придется выяснить это экспериментальным путем. – От его слов сердце забилось немного быстрее. – А какую музыку слушает ваша дочь?

– Рок, – ответила я, смеясь.

– И вы это терпите? – удивленно спросил он.

– Некоторые песни мне даже нравятся.

– Какие, например?

– Не знаю их названий.

– Группы? – Я слегка развела руками и пожала плечами. Майлз покачал головой. – Да, нам предстоит обширная работа по прививанию любви к року.

– Похоже на то.

– Аризона, какую кухню предпочитаете?

У меня прямо срывалось с языка «домашнюю», но я остановила себя.

– Наверное, итальянскую.

– Пицца и паста?

– Да, наверное

– Что любите сильнее: морепродукты или мясо?

– По настроению. А вы?

– Мясо люблю больше. Но и от морепродуктов не отказываюсь.

Майлз свернул на широкую улицу и, проехав еще два квартала, остановился, как я и предполагала, у шикарного ресторана.

Я почувствовала, как вспотели ладони, и, пока мужчина выходил из машины и обходил ее, постаралась незаметно вытереть их о платье. Доставать салфетку из сумочки уже не было времени. Через несколько секунд моя дверь распахнулась, и Майлз протянул мне руку. Я отстегнула ремень безопасности и вышла из машины.

Майлз передал ключи подошедшему парковщику и мы вошли в ресторан. Шиком дышал каждый уголок в этом месте. Мраморный пол, хрустальные люстры, излучающие приглушённый свет, безупречная хостес и обилие живых цветов говорили сами за себя. Элегантно одетые люди входили в ресторан, покидали его и сидели за столиками. Я почувствовала себя неуместно в дешевом платье.

Под внимательными взглядами посетителей заведения и в сопровождении хостес мы прошли к одному из дальних столиков, который, как и все остальные, был отделен ширмами, что создавало некоторую интимность. Майлз помог мне присесть, а затем разместился напротив. Я обвела взглядом ресторан и заметила, что несколько посетителей еще пялились на меня. Я сразу вспомнила слова Сибил о том, что мне не место рядом с Майлзом. Как бы мне ни хотелось верить в обратное, я склонялась к мысли, что наше первое свидание будет и последним.

– Все в порядке? – спокойно спросил Майлз, глядя на меня.

– Да, все хорошо, – тихо ответила я. Мне не хотелось привлекать к себе внимание громкими разговорами.

– Вы притихли, Аризона. – Он слегка нахмурился, как будто пытаясь прочитать мои мысли.

– Нам, наверное, стоит сделать выбор, – произнесла я, кивая на меню. Майлз бросил на него рассеянный взгляд.

– Поговорите со мной, Аризона.

– Все правда хорошо, – ответила я с натянутой улыбкой, хотя и сама слышала фальшь в своем голосе. Я потянулась за меню, но большая ладонь Майлза накрыла мою, пригвоздив ее к шикарной папке в кожаном переплете.

– Не хорошо, и я хочу знать, в чем причина. Вам здесь не нравится? Вы хотите уйти?

– Нет, что вы? Здесь очень красиво и наверняка вкусно кормят, – поторопилась заверить его я.

– Тогда что вас тревожит?

Подумав несколько секунд, я подыскала более-менее достойную отговорку.

– Я просто давно не… была на свиданиях.

Казалось, мужчина расслабился. Он улыбнулся и слегка погладил мою руку.

– Просто будьте собой. Этого достаточно.

От его прикосновения по коже побежали мурашки. Несмотря на его внешний лоск, ладони мужчины были немного грубыми, как будто ему был не чужд физический труд. Почему-то на ум сразу пришел наш разговор с Пенелопой о том, что нам в доме нужен мужчина. Но я не могла себе позволить впустить именно этого мужчину. Он и правда был не моего поля ягодой.

Я аккуратно вытянула свою руку из-под его ладони и потянула меню на себя.

– Нам правда стоит сделать заказ, – мягко сказала я, улыбнувшись.

Мне было тяжело даже думать о том, что я откажусь от него. Но здравый рассудок подсказывал, что сегодняшний поход в ресторан не станет последней неловкой ситуацией в наших отношениях.

– Пожалуй, стоит. А еще я предлагаю перейти на «ты», – добавил он, раскрывая свое меню.

Я подняла на него взгляд, но Майлз делал вид, что серьезно увлечен выбором блюд. Я улыбнулась и раскрыла меню. Посмотрев на выбор и цены, я слегка сжала тонкую кожу папки. Блюда, которые я не знала. Суммы, которых я бы никогда не заплатила. Десерты, названия которых как будто сошли с кондитерских подиумов. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не сорваться и не убежать.

– Добрый вечер, мистер Уинстон, – поприветствовал его мужчина в костюме, держащий бутылку вина. – Мэм, – кивнул он мне.

– Здравствуйте, Ришар. Рад вас видеть.

– Взаимно, сэр. Для начала я принес вам это вино…

А потом они заговорили практически на иностранном языке. Сорт вина, год выпуска, выдержка, букет… У меня закружилась голова от обилия терминов, которыми они обменивались. В это время Ришар налил немного вина в бокал Майлза, тот его попробовал и кивнул. Тогда Ришар разлил напиток по нашим бокалам и, попрощавшись, ушел.

– За встречу, – произнес Майлз, поднимая свой бокал.

– Вы готовы сделать заказ? – спросил услужливый официант спустя пару минут.

– Аризона? – позвал Майлз.

– Я… не знаю, – шепотом сказала я и почувствовала, что краснею.

Официант стоял с абсолютно невозмутимым лицом. Я была уверена, что как только он вернется на кухню, то всем своим коллегам расскажет о дешевке, сидящей в зале, которая даже не знает, что ей заказать.

– Тогда мы будем… – И снова изо рта Майлза полились странные названия блюд на французский манер. – Ари, ты любишь шоколад? – внезапно спросил он.

– Да, – все так же тихо ответила я.

– Тогда на десерт мы будем шоколадный фондан.

– Хорошо, сэр. Мэм, – произнес официант и ушел.

Я протяжно выдохнула.

– Ари, расслабься. Давай поговорим о чем-нибудь, – предложил Майлз легким тоном.

Мне было сложно и расслабиться, и разговаривать на отвлеченные темы. Я даже боялась, что не смогу съесть ни кусочка тех блюд с утонченными названиями, потому что по ощущениям мой желудок был набит кирпичами.

Примерно с такими чувствами и прошел наш ужин. Несомненно, заказанные блюда, как и вино, были невероятно вкусными. Но я так и не смогла отвлечься от невеселых мыслей. Майлзу буквально приходилось вытягивать из меня слова.

Когда ужин подошел к концу, мы направились к выходу. И снова меня сопровождали недоумевающие взгляды гостей. Как только мы вышли на улицу, я вздохнула с облегчением и меня покинуло ощущение, словно два часа я провела, лежа на стекле микроскопа. Парковщик подогнал машину Майлза, который взял меня за руку и проводил к автомобилю.

Как только Майлз занял свое место и отъехал от ресторана, он снова заговорил.

– Я снова хочу увидеться.

Я бросила на него взгляд, но мужчина смотрел прямо перед собой.

– Не думаю, что это хорошая идея, – тихо ответила я.

– Почему? – Я промолчала, не зная, что ему ответить. – Тебе не понравился ресторан?

– Понравился, – пробубнила я.

– Он был недостаточно роскошным?

Его слова заставили меня резко повернуть голову и снова посмотреть на него.

– Что, прости?

– Ресторан, – повторил он. – Недостаточно роскошный?

– Достаточно, – сквозь ком в горле произнесла я.

– Тогда что? – резко спросил он.

– Майлз, дело не в тебе… – начала я, но он перебил.

– Эту фразу оставь подросткам, Аризона. Скажи толком, что случилось за эти пару часов?

– Ничего не случилось.

– Ари, я не люблю недомолвок. Говори прямо.

– Майлз, – со вздохом произнесла я. – Все правда было отлично. Я же сказала: дело не в тебе…

– Понял, – жестко ответил он и замолчал.

Всю оставшуюся дорогу до моего дома мы ехали в тишине. Мне хотелось, чтобы эта поездка поскорее закончилась, снять с себя платье, туфли, смыть макияж, завернуться в футболку Майлза и уснуть. Возможно, я даже пожалею себя и немного поплачу. Только бы не чувствовать его подавляющего присутствия и тяжести в груди, которую обычно с собой приносят разбитые мечты.

Как только мы припарковались у моего дома, Майлз заглушил мотор. Я отстегнула ремень и потянулась к дверной ручке, но Майлз меня остановил, взяв за запястье. Я повернулась к нему лицом, и мужчина посмотрел мне прямо в глаза.

– Я не хочу, чтобы наш вечер так заканчивался, – спокойно сказал он.

– Майлз…

– Ари, пожалуйста, подумай о следующей встрече. Не знаю, что тебя сегодня так огорчило, поэтому не могу это исправить. Но очень хочу. Дай нам шанс. – Я молчала, полностью упиваясь контактом наших рук и тем, как его палец рассеянно поглаживал мою кожу. – Обещай хотя бы подумать.

– Зачем я тебе? – вырвалось из меня прежде, чем я успела подумать.

– Ты мне нравишься, это же очевидно.

Я посмотрела на него. Во взгляде мужчины сквозила стальная решимость, смешанная с нежностью и присущим только ему непоколебимым спокойствием.

– Ари? – позвал он шепотом, поднимая вторую руку и проводя нежно большим пальцем по моей скуле. – Дай мне еще один шанс, хорошо?

– Я не знаю, – хрипло ответила я, прикрывая глаза от удовольствия.

Следующее, что я почувствовала – нежный поцелуй в уголок губ. Все мое тело сотрясла мелкая дрожь. Вряд ли Майлз заметил это, но для меня это было важно. Электричество, которое проскочило между нами, было тем чувством, которое я уже давно не испытывала. Малйз слегка задержался у моих губ, потом отстранился. Я чувствовала его дыхание на своей коже, потрясающий запах, исходящий от него, и тепло, которое дарило его тело.

– Просто подумай, ладно? – шепотом произнес он.

– Хорошо, – так же тихо ответила я. – Спокойной ночи, Майлз.

– Спокойной ночи, Аризона, – мягко сказал он и вышел из машины.

Обогнув капот, он подошел к моей двери и, открыв ее, протянул мне руку, которую я приняла. Майлз помог мне выйти и закрыл за мной дверь. Все еще держа за руку, он сказал:

– Хочу, чтобы ты знала: я буду рад, если ты решишь поделиться тем, что тебя сегодня смутило. Но если не станешь, я приму это. Надеюсь только на то, что ты все-таки решишь еще раз встретиться со мной.

Он слегка наклонился и поднял мою руку к губам. Нежно поцеловав ее, Майлз отпустил меня. Я шла к дому и чувствовала на себе его взгляд, но решила не поворачиваться. Как только я закрыла за собой входную дверь, услышала, как завелась его машина и он отъехал от тротуара.

– Мам, ты рано, – прозвучал окрик дочери из гостиной.

– Да, рано.

– Все хорошо? – спросила Пенелопа, когда я зашла в комнату.

– Да, конечно, – рассеянно ответила я. – Я пойду спать.

– Мам? – позвала она, когда я уже была на пути к своей комнате.

– Что?

– Еще ж рано, даже десяти нет.

– Я устала и хочу лечь.

– Мам, точно все хорошо? – обеспокоенно спросила дочь.

– Да, точно.

– Как твое свидание? – аккуратно спросила она.

– Тоже неплохо.

– Но он нам не подходит, да?

– Думаю, да, – ответила я и пошла в спальню. На этот раз Пенелопа меня не останавливала.