Глава 20

Макс позвонил Валерию в самый разгар рабочего дня. И назначил встречу у себя в офисе на шесть часов вечера. За полчаса до назначенного времени Валерий встретился с Вадимом, и они обговорили всё ещё раз. Ключевой фразой, сигналом к действию для группы захвата, Валерий предложил сделать слова "Договорились, значит, работаем!".

– Вадим, ты точно уверен в том, что этот красавЕц не имеет отношения к покушению на Леру?

– Абсолютно! Можешь мне поверить. На данный момент он сам не знает, кто это сделал. Он уже утром пообщался с нашей доблестной полицией в лице следователя Кузьмина. Ты, кстати, с ним знаком. Помнишь того громилу, когда вы всей большой компанией от Лизы выходили?

– Так он следователь?

– Ага. Прикинь, он ещё и Лерин одноклассник.

– Иди ты! – вырвалось у Валерия. – Подожди, он же знает, что Лера вчера со мной ужинать должна была. Но мне пока ещё он не звонил.

– Ну так ты не местный, пока он утром запрос сделал, пока этот запрос придёт. А Макс то свой, местный. Кстати, ты с этим следователем вчера в двадцать минут в больнице разошёлся.

Валерий только усмехнулся в ответ. Потом, помолчав, спросил:

– Вадим, а вы, знаете, кто стрелял в неё?

– Пытаемся разобраться, – последовал короткий ответ.

Лера была в коме три дня и не знала, что Макса и его друга Юрика, по совместительству мэра города, арестовали. И они уже начали давать показания.

Макс попался на уловку и, уже полностью уверенный в том, что Валерий с его стройкой – прямой путь к денежной реке, говорил открытым текстом, называя вещи своими именами. Уверенно рисовал схемы вывода денег через подставные фирмы, хвастался тем, что у него друг является мэром города, и поэтому у них всё схвачено, и уже есть несколько фирм-однодневок для этих целей. Смелости ему придавало так же и то, что у себя в офисе он чувствовал себя защищённым.

– Так, ладно, Макс, я тебя понял, – подводя итог беседе, произнёс Валерий и встал, – договорились, значит, работаем!

То, что произошло потом, было для Макса полной неожиданностью. Всё случилось как в кино про бандитов. Крепкие парни в бронежилетах врываются к нему в кабинет, и через секунду он сам лежит, как говорится, мордой в пол.

Утро следующего дня для Леры началось с визита врача, который остался доволен увиденным и разрешил посещение для всех желающих:

– Красавица, Вы побили все рекорды!

– Это как? – Лера смотрела на него, не понимая.

– Ну, к Вам там очередь из желающих! – рассмеялся доктор, – и весь сестринский пост уже в цветах для Вас, – он кивнул в сторону стеклянной стены.

Лера видела, что со вчерашнего утра там цветов значительно прибавилось, но и подумать не могла, что все они для неё.

– А это все мои, что ли? – она удивленно посмотрела на доктора.

– Ваши, Ваши! – заверил он ее и вышел.

– Лера, привет! – в палату вошла Танька.

"Вот же ж! Она же здесь работает!" – вспомнила Лера, увидев свою бывшую одноклассницу.

– Привет.

– Я тебе сейчас капельницу поменяю, – жизнерадостным голосом произнесла Танька.

Проделав все необходимые манипуляции, Танька подошла к кровати Леры и вдруг произнесла:

– Лер, ты это, извини, я тебе в прошлый раз соврала. Лёшка ко мне исключительно по работе приходил.

– Что? Тань, да проехали, как мой сын говорит! Так он про того мужчину спрашивал, да? – поняла Лера.

– Да. Он умер в мою смену.

– Умер? – Лера и сама не знала, почему её так удивило это известие. Может потому, что сама она уже себе придумала их первую встречу, когда он придёт в себя? Что обязательно выяснит у него откуда он её знает? И почему он точно знал, что Лера знает какого-то Степанова? Столько вопросов остались без ответа.

– Да, а ты почему про него спрашиваешь? Ты его знала? Подожди, так это он твоё имя, значит, всё время повторял, – протянула Танька и, увидев отстранённое выражение на лице Леры, сказала:

– Ладно, пойду я! Если чего надо, жми на кнопку вызова, – и Танька вышла.

– Лера!

– Мам!

Вовка с Ксенией ворвались в палату Леры одновременно, следом вошла Ольга Николаевна.

– Привет, – улыбнулась Лера, увидев такую компанию.

– Лера, подожди, – Ксения набирала кого-то в телефоне, прошёл сигнал вызова и на экране появилась Лиза – Лера, доброе утро!

Когда схлынула первая волна радости от встречи, Ольга Николаевна, наконец, объяснила:

– Вот, эта троица так рвалась к тебе, что пришлось их взять, – Ольга Николаевна улыбалась.

– А мы в дом переехали! – объявила Ксения.

– Лера, здесь такие красивые розы! Смотри! – раздался голос Лизы по видеозвонку, и девочка развернула телефон, показывая сад – видишь?

– Вижу, вижу! – заулыбалась Лера – ты мне скажи, как ты сама?

– Нога заживает, я лежу, Ксения с Вовой меня развлекают, – при упоминании Лериного сына Лиза смутилась.

– Ну здорово! А ты там одна сейчас, что ли?

– Нет, не одна. Папа сиделку нанял, ну и так тут ещё есть люди, – Лиза опять запнулась.

Лера вопросительно посмотрела на Ксению.

– Ну у нас ещё есть повар, горничные, водитель, садовник, – перечисляла та, ничуть не смутившись – дом же огромный. Папа искал, чтоб и бассейн был, и комната с тренажёрами. Лизе же надо будет ногу потом разрабатывать.

– Понятно, – хмыкнула Лера, а про себя подумала: "У богатых свои привычки!"

– Да что мы всё о нас да о нас! Как ты? Сильно болит?

– Да хорошо я, болит не сильно.

– Ага, не сильно! Это потому, что тебе обезболивающее вкалывают. Мультики смотришь? – подал голос Вовка.

– Ну, я то думала, что вы тут все реальные персонажи, а оказывается, вы мультики, – протянула Лера задумчиво, делая вид, что рассматривает их. Она полу сидела в кровати, точнее, изголовье кровати было так приподнято.

В палате на секунду повисла тишина, а потом раздался хохот. Смеялись все, даже Ольга Николаевна.

– Вот вижу, что выздоравливаешь, – отсмеявшись, сказала она.

– А у тебя какие новости, мам?

– Да у меня то какие новости? К Марине Аркадьевне сын приехал. Насовсем! Она сказала, что его к нам перевели. Он у неё в ФСБ, оказывается, работает или служит, не знаю, как правильно. Она нас уже познакомила. Приятный молодой человек.

– Да? Ну хорошо, теперь ей не будет так одиноко.

– А знаешь, главную то новость тебе не рассказала! Павел Павлович вдруг уехал.

– В смысле? Куда уехал? – не поняла Лера.

– А никто не знает, куда. Просто смотрим, там у него ремонт полным ходом. Ну, подумали, что он просто ремонт решил сделать. А потом смотрим, а там жильцы новые. Сказали, что по интернету квартиру купили.

– Очень странно, – Лера озадаченно смотрела на мать, – и даже управляющий ничего не знает?

– Да в том то и дело, что не знает. Да и Бог с ним! Уехал и уехал! Ты скажи, тебе, может, надо что-нибудь?

– Ой, да, мам, мне бы умыться и расчёску. Ты же знаешь мои волосы. Правда, не знаю, как я теперь справляться буду. Подстричься, что ли?

– Лера, ты что!! А давай я помогу. У меня и расчёска есть, – вызвалась Ксения.

– Правда? Ой, я была бы тебе очень благодарна!

У Ксении и у самой были длинные волосы, поэтому она справилась очень быстро и аккуратно. А с учётом того, что волосы у Леры были волнистыми – это было очень ценно, потому что девочка обошлась без выдирания. А с умыванием ей мама помогла, элементарно намочив один конец полотенца.

– Как же мало, оказывается, для счастья то надо! – Лера, довольная, откинулась на кровать и вдруг зевнула.

– Так, всё, молодёжь, закругляемся!

– Лера, выздоравливай! – Ксения поднесла телефон к своему лицу, развернув экран к Лере и получилось, что она и Лиза сказали это одновременно.

– Спасибо, девчонки! Идите обнимашки!

Лера уснула, едва только за ними закрылась дверь. Ей снился очень странный сон, в котором Валерий просто стоял и смотрел на неё. Сон был настолько реален, что она чувствовала запах его парфюма. Запах очень ему подходил, и самой Лере очень нравился, наверное, поэтому её мозг и сыграл с ней эту шутку.

Проснулась Лера к вечернему обходу врача.

– Ну что, красавица? Я смотрю, чувствуем мы себя хорошо, значит, можем переезжать из реанимации.

– Что, правда? – обрадовалась Лера.

И вечером её перевели в отдельную палату повышенной комфортности. Палата была платной. Об этом ей сообщила Танька, когда зашла попрощаться в связи с Лериным переездом из реанимации и пожелать скорейшего выздоровления.

– Тань, подожди, – окликнула её Лера – я поблагодарить тебя хотела за твою заботу и лёгкую руку. От твоих уколов у меня ничего не болит.

– Да не за что, – засмущалась вдруг та.

– Тань, скажи, а почему меня в платную палату переводят? Простые все заняты, что ли?

– Нет, конечно! Так муж же твой оплатил.

– Что? – Лера смотрела на Таньку удивлённо – муж?

– А он тебе не сказал разве сегодня?

– А ко мне сегодня ещё кто-то приходил? – Лере казалось, что уж и после первой то информации сильнее удивиться невозможно, а нет, оказывается, можно.

– Так почти сразу же. Они же в коридоре встретились. Врач со всеми сразу и поговорил, сказал, что тебя сегодня переведут из реанимации. Тогда твой муж и захотел эту палату для тебя, – Танька озадаченно на неё смотрела – Лер, я что-то не то сказала?

– Да понимаешь, в чём дело, Тань, просто я не замужем. У меня даже мужчины сейчас нет, ну ты понимаешь, – Лера запнулась, глядя на Таньку.

– Лер, может бывший твой муж?

– Тань, да не была я замужем никогда! – Лера начала злиться неизвестно на кого. Танька, заметив это, вдруг подошла и села рядом.

– Лер, ты сейчас не злись. Он придёт, сама у него и спросишь. А то чего доброго у тебя температура сейчас поднимется, и опять будешь мне попу для уколов подставлять.

Лера улыбнулась.

– Тань, да я не на тебя злюсь! Просто последняя неделя выдалась тяжёлой.

– Ну, это ещё мягко сказано! – поддакнула Танька, намекая на Лерино ранение.

– Да я даже не об этом сейчас. Хотя, это тоже, конечно. Но ,скорей, это уже была точка. Не знаю, правда, в чьих играх.

– Так, девочки, а ну марш из палаты! – в палате появилась санитарка.

– Лер, поехали, я тебя перевезу. Всё равно у меня смена кончилась, – предложила Танька.

Она привезла Леру на этаж, где была ее новая палата. Помогла перебраться на новую кровать. Даже помогла сходить, пардон, в туалет. Оказывается, одной рукой, вторая была малоподвижная из-за боли в плече, очень тяжело даже больничные штаны стягивать с пятой точки и обратно натягивать на неё же.

– Это ты ещё худенькая. У тебя там штанам и цепляться то не за что. А представь, каково мне! – пошутила Танька, намекая на свою изрядно выступающую пятую точку.

Лера улыбнулась. Оказалось, что, если б не Танька, то сходить в туалет превратилось бы в очень сложную задачу. А уж сил на то, чтобы сделать пять шагов до кровати, вообще почти не осталось.

Когда Лера откинулась на подушку и закрыла глаза, она поняла, что очень устала. Ей самой была не понятна эта её слабость. На помощь пришла Танька, объяснив:

– Лер, ты не пугайся, что тебе сейчас всё тяжело. Завтра уже легче будет. Просто ты же крови много потеряла, потом наркоз и операция долгая, потом ты лежала неподвижно три дня. У тебя сейчас перезагрузка в организме. Ты девушка спортивная всегда была, так что быстро восстановишься!

– Да? Это хорошо, а то что-то я и, правда, расклеилась. Тань, и спасибо тебе, что возишься тут со мной, вместо того, чтоб домой к семье идти.

– Лер, а нет у меня семьи. Одна я. Даже котейку завести не могу со своей работой. Не то что мужчину какого-нибудь завалящего, – усмехнулась Танька.

– Да у меня тоже, кроме мамы и сына, нет никого, – Лера помолчала – Тань, а можно тут у вас кофе разжиться? Составишь компанию?

Валерий знал, что Ксения с Вовкой и Ольгой Николаевной поедут к Лере в больницу. Дочь ещё утром попросила разрешения у отца взять машину с водителем. Тот удивлялся переменам в характере дочери. Она, после того что случилось сначала с Лизой, а потом с Лерой, стала другой. Более взрослой. Она же и поставила его перед фактом, что Лизе нравится Вовка. Именно так. Не выступала переговорщиком от имени Лизы, а именно довела до сведения отца. Точка.

Парень приезжал к ним каждый день. Валерий был и рад его визитам, и не рад одновременно. Выздоровление Лизы, благодаря этому, шло быстрее. Из ее комнаты постоянно были слышны голоса и смех. А вот то, что Вовка начнёт с августа усиленно тренироваться, а значит, времени на любовь у него не останется – это, кажется, понимал только Валерий. Он помнил себя в его годы, а потому знал, что сейчас у парня спортивная карьера будет на первом месте.

Столкнувшись в коридоре с Ольгой Николаевной, Валерий неожиданно для себя стушевался. На его счастье, подошёл врач и обрадовал всех тем, что Леру переводят в общую палату. С этим Валерий был категорически не согласен. Узнав, что есть и платные палаты, он сразу оплатил именно повышенной комфортности, не особо интересуясь ценой. Когда, наконец, все вопросы были решены и он зашёл в палату, Лера спала.

– Привет, – прошептал он. Хорошо, что на посту медсестёр никого не было и никто не видел, как он стоит тут. как пятнадцатилетний пацан, и не решается прикоснуться.

Валерий стоял и думал, ведь её то понять можно, она делала это потому, что угрожали ее сыну. А он? Он сам себя загнал в этот угол. Думал, что умнее всех. Ну, и как теперь признаться в том, что был слишком самоуверен, если не сказать – глуп? Признаться в этом себе и потом дочерям было не просто! А как в этом признаться женщине, которая вдруг оказалась всех дороже?

Лера похудела за эти дни, нос заострился, скулы стали более острыми. А вот губы, хоть и стали чуть бледнее, но не потеряли своей пухлости. И волосы! Они лежали сейчас на здоровом плече пушистой волной. Он порывисто наклонился и уткнулся в них носом. Они ещё держали запах её духов, уже совсем слабый и с примесью чего-то больничного. В кармане завибрировал телефон, Валерий резко выпрямился, дела требовали его присутствия, он быстро вышел из палаты. Лера так и не проснулась.