Глава 17

За окном все было неизменно. Так же колыхались деревья возле высокой изгороди, чуть поодаль под мелким дождем проезжали редкие кареты. Но никак не появлялся сам Марвин. Сегодня утром имелась огромная вероятность, что охотник прибудет к нам в гости, оживит мою горничную и вернет ей приподнятое настроение. Однако он задерживался.

Я нуждалась в Нире. Не впасть в уныние, когда вокруг столько недоброжелателей, являлось довольно сложной задачей. Единственное радовало — семнадцать шагов за пределы дома, сделанные накануне вечером. Два из них уже шли за изгородью.

— Кого-то ждешь? — тихий шепот прямо на ухо.

От испуга я вздрогнула и повернула голову к Дэймару. Рука неосознанно потянулась к груди, чтобы ее прикрыть, но пришлось сделать вид, будто понадобилось поправить ажурный край платья.

— Вы снова пристаете ко мне? — спросила я сдавленным голосом, ощущая ладонь на моей талии.

Лэнс не ответил, внимательно смотрел на меня и даже тепло улыбался. А я сглотнула, чувствуя себя в высшей степени неуютно. Требовалось оттолкнуть, сделать шаг в сторону, покинуть столовую, наплевав на завтрак, к которому я спустилась раньше времени.

Серые глаза перестали казаться холодными и каменными. Чем дольше я в них смотрела, тем больше хотелось никогда не разрывать этот зрительный контакт. Меня будто специально очаровывали. Захотелось развернуться к нему, прижаться, изучить лицо. О чем я думаю? Неужели снова воздействие камня?

Я прикоснулась к шее. Там больше не было оранжевого пятнышка, но, даже несмотря на это, в памяти оно осталось. Дэймар вдруг поднял руки и отступил, показывая, что в них ничего нет.

Однако взгляд серых глаз не давал покоя. Я застыла, боясь шелохнуться и разрушить этот момент. Загадочный, неуловимый, наполненный тайной. Казалось, Лэнс вот-вот шагнет обратно, обнимет, развернет к себе, чтобы в следующую секунду поцеловать. И стоило об этом подумать, как в памяти вспыхнула точно такая же ситуация, случившаяся в имении его сестры. Я даже частично ощутила вкус губ жениха, тепло от прикосновений к своей коже, услышала прерывистое дыхание и чувства, вызванные в тот момент действиями мужчины. Вот рту вмиг пересохло. Я облизала губы и поспешила занять свое место за столом, чтобы не показать жениху охватившего меня смятения.

— Побудешь у себя до обеда? — оказался Дэймар рядом и отодвинул стул.

Вопрос подействовал на меня сродни ушату холодной воды. Я улыбнулась, присела и взяла салфетку.

— Если хозяин дома того желает, то конечно.

Лэнс поджал губы и еле заметно вздохнул. Неужели он думал услышать что-то другое?

— Я предупредил, решать тебе.

— Прозвучал вопрос, никак не предупреждение.

Откуда появилась необходимость уколоть Лэнса при первой же возможности? Я ведь наказывала себе держаться по отношению к нему равнодушно.

— А нужно ли тебе услышать именно его? Айлин, я даже с важным разговором специально не беспокою тебя, хотя прошло несколько дней. Почему ты так часто бываешь на правой половине? Туда не дозволено заходить, однако ты единственная, кто нарушает этот запрет.

— Значит, мне не показалось — и за мной все-таки следят?

— Слуги постоянно видят, что делают их хозяева. Тебе ли не знать?

— Но не все слуги докладывают то, что увидели, — сжала я салфетку в руке.

— Айлин, я всего лишь хотел предупредить, что сегодня снова приедет твоя сестра с мужем. Ты уверена, что лучше таким образом об этом сообщать?

Я не смогла выдержать его взгляд, отвернулась, ощущая непомерную тяжесть в груди. Тут раздались торопливые шаги, мой стул резко развернулся, а Дэймар потянул меня вверх. Я опешила, поддалась этому напору и вдруг оказалась в объятьях жениха.

— Прости, не собирался говорить о них вслух.

Первые секунды растерянности сменились возмущением. Как он смеет прикасаться?! Я вознамерилась оттолкнуть, вырваться из кольца мужских рук, принялась бороться за свою свободу, но оказалась еще сильнее прижата к груди Лэнса.

— Расслабься и обними в ответ, — твердо проговорил жених, а потом продолжил мягче: — Попробуй, вдруг полегчает.

Дикость! Это ведь человек, обманом лишивший меня чести, который вознамерился разорвать нашу связь, собираясь соединить свою магию с Ирвис. Однако я послушалась совета и сделала, как Дэймар сказал. Сперва было неуютно обнимать мужчину. Но затем я даже прильнула. И вправду стало легче, будто мои горести превратились и в его, будто их груз уменьшился во стократ, будто обычное человеческое тепло проникало под кожу и согревало изнутри, наполняло тело твердостью, укрепляло внутренний стержень, залатало появившиеся там трещины.

Я являлась для него неподходящей невестой. Но он почему-то предлагал свою поддержку, невзирая на то, что ничего не получит взамен. По сути, мы с ним чужие люди, которые волей судьбы оказались на какой-то отрезок времени рядом.

— Моя помощь нужна? — спросила я, прижимаясь щекой к его плечу.

Дэймар погладил меня по волосам, прикоснулся к шее и вновь сцепил руки за моей спиной.

— Желательно, чтобы ты с ними не встречалась.

Я вдруг отстранилась, только сейчас осознавая, какую помощь предложила. Пришло время сказать колкость, напомнить, кем считаю Лэнса и как отношусь к нему. Но он словно уловил нить моих мыслей и опять прижал к себе, вмиг усмирив весь пыл. А как я к нему отношусь?

— Ответите на простой вопрос?

— Смотря какой.

— Они уже согласны?

Лэнс вздохнул и погладил меня по спине.

— Да, сразу же, едва приехали.

Я еще крепче обхватила Дэймара, желая унять горечь, появившуюся от нескольких слов. Зачем им было предавать, если потом с такой легкостью они готовы расстаться со своим браком? Неужели моя боль того стоила?

— Понимаю, что я тоже сомнительная личность, — начал Лэнс.

— Не надо, прошу.

Мне не хотелось думать сейчас о намерениях жениха. Пусть хоть пару секунд он побудет в моем воображении человеком, на которого можно положиться и которому можно довериться. Только сейчас, пока не станет немного легче.

— Я собирался сказать, что, найдись другая возможность…

— Неужели так сложно!

В парадную дверь раздался стук. Затем оттуда послышался голос Эваина. Я даже не успела высказать возмущение Дэймару, как вновь прижалась к нему. Уж лучше находиться в объятьях жениха, чем увидеть свою бывшую любовь.

Еще со вчерашнего дня мне не давал покоя один вопрос. И задать его не представлялось возможным, ведь мы с Лэнсом не настолько близки, чтобы заводить подобную тему.

— Почему вы меня поцеловали? — произнеся это вслух, я словно прозрела. В памяти ведь недавно вспыхнули воспоминания, и там жених был куда более напорист. А произошедшее накануне вечером можно назвать лишь обычным прикосновением губ. — Решили таким образом сменить тему, отвлечь и уйти от ответа?

Я отстранилась и заглянула в серый омут. Мужчина не спешил меня переубеждать, наоборот, будто собирался с мыслями, избегая прямого зрительного контакта.

— Мы вели разговор об обычной ране. Она чем-то особенна? Да, появилась непонятным образом, не разорвав рубашку, и так же исчезла. — Я ощутила, как его руки на моей пояснице слегка напряглись. — Это как-то связано с моей…

— Зачем твоя сестра носит на себе сережки-артефакт?

В тот же миг желание разговаривать с ним свелось на нет. Я толкнула Дэймара в грудь, а тот лишь пошатнулся, отпустив меня. Не знаю, что мной руководило, но за первым толчком последовал и второй, и третий. Он же стоял несокрушимой горой, не собираясь отступать.

Так толком и не выместив на нем злобу, я вскинула подбородок и поспешила покинуть столовую. Однако у входных дверей, словно из ниоткуда, возник Эваин и перегородил мне дорогу.

— Айлин, доброе утро. Ты сегодня присоединишься к нам? — взял несостоявшийся муж мою руку и припал к ней губами.

— Нет, — вмешался подошедший к нам Дэймар.

— А я все же надеюсь, что она хочет ответить положительно, — после этих слов меня почему-то потянуло сказать именно так, как он просил.

— Я поприсутствую в гостиной, — произнесла я добродушно, а у самой эти слова встали поперек горла.

Лэнс посмотрел на меня в недоумении. Пришлось сделать вид, будто так задумано и его мнение никого не интересовало. Жених неодобрительно покачал головой и вскоре учтиво поприветствовал гостей, поклонившись и Эваину, и Ирвис.

Немногим позже мы расположились в гостиной, куда слуги подали чай. Я сперва направилась к креслу, но встретившись взглядом с Дэймаром, выбрала место рядом с ним на диване. Все-таки очередная встреча с предателями заметно пошатнула мою стойкость. Казалось, сил высидеть здесь не хватит, я позорно сошлюсь на недомогание и убегу подбитым маленьким зверьком. И, опускаясь на мягкое сидение, в мыслях уже выстраивала план отхода, как вдруг жених положил между нами руку ладонью вверх, предлагая такую необходимую сейчас поддержку.

— Вы настолько близки? — спросил Эваин, указав взглядом на наши переплетенные пальцы, и поставил чашку на блюдце.

Я повернулась к Дэймару и отчего-то улыбнулась. Как и в прошлый раз, его присутствие помогало переносить встречу с несостоявшимся мужем. Появилось ощущение, что я не одна и за спиной стоит грозный охранник, готовый растерзать любых моих обидчиков.

— Это имеет значение? — посмотрела я на Крила, впервые не желая его даже мысленно называть своей любовью, хоть и бывшей.

— Да, учитывая то, чем мы сейчас будем заниматься.

— Эваин, — одернула его Ирвис, но тот явно не хотел сдаваться, однако вовремя подоспевший священник прервал весьма неприятный разговор.

Служитель храма поприветствовал всех, потер ладони и поторопил супружескую пару. Они сели на приготовленные стулья напротив друг друга и соединили руки, а Люмир начал проделывать манипуляции, точь-в-точь как при обряде связи. В гостиной обосновалась тишина.

— Что сейчас происходит? — зашептала я Дэймару.

— Разжижение магии. Мы превращаем искру обратно в каплю, одновременно вытягивая впитавшуюся в тело магическую оболочку.

— А разве он видит что-нибудь? — намекнула я на невозможность кому-либо, кроме самих супругов, заметить чужую искру.

— В данном случае помог сделанный мною просветлитель. Они неспроста сели возле окна.

— У нас будет точно так же? — посмотрела я Дэймару в глаза.

Он поджал губы, улыбнулся одними кончиками, однако ничего не ответил. В который раз мужчина недоговаривал. Неужели в нашей связи есть какая-то проблема?

Я скользнула взглядом по его плечу, где еще вчера видела кровь, и решила проверить одну догадку. Если вывих и кровоточащую рану имеет смысл заживлять, то маленькие порезы обычно остаются без внимания.

— Простите, мне необходимо ненадолго отлучиться.

В холле не нашлось ничего острого, поэтому пришлось идти в столовую, а затем в кухню. Немногочисленная прислуга настороженно на меня посмотрела, стоило произнести вслух свое пожелание. Получив нож, я усмехнулась и сделала маленький надрез на указательном пальце.

Дорога в гостиную заняла пару минут. Ожидалось, что Дэймар встретит меня у входа, однако он лишь мазнул по мне взглядом и сосредоточил все свое внимание на священнике и супружеской паре. И даже на левой руке, покоившейся у него на ноге, не обнаружилось никакой раны. Значит, я ошиблась.

Наверное, если бы служитель храма не запретил разговаривать, то Эваин определенно бы затеял со мной беседу. Я видела, как он проводил меня взглядом до дивана, следил за каждым движением и прислушивался прежде к нашему с женихом разговору. Стало неуютно от такого внимания. Снова понадобилась ладонь Дэймара, чтобы ощутить поддержку со стороны, однако боязно было разжимать кулак, ведь из раны хоть и немного, но текла кровь.

Я раскрыла ладонь и вздрогнула. Ничего нет!

— Не хотите мне кое-что пояснить? — повернулась я к Лэнсу.

— Не понимаю, о чем ты, — нахмурился мужчина и достал платок, который вложил в мою вымазанную левую руку.

Если бы здесь не находились предатели и священник, я обязательно спросила бы о том, куда исчезла моя рана. Она была! Но пришлось поджать губы и смиренно ждать окончания действа, наводящего лишь скуку. Зато едва служитель храма встал, как все оживились.

Дэймар вызвался проводить Люмира и наверняка поговорить о чем-то серьезном. Эваин же выгнул спину, разминая кости, что-то сказал Ирвис и вдруг направился ко мне. А я пожалела, что не пошла за Лэнсом. Уж лучше рядом с ним, чем с несостоявшимся мужем.

— Айлин, ты сегодня прекрасна как никогда, — сел на диван мужчина. — Нет, не уходи, поговори со мной.

Я сжала челюсти и подметила: сестра уже покинула комнату. Мы находились здесь только вдвоем.

— У меня для тебя есть подарок, — Эваин достал небольшую брошь и надел ее на платье ближе к плечу, похлопал пару раз по тому месту и с некой заботой поправил воротник. — Ты ведь понимаешь, что в произошедшем виноваты твоя сестра и отец.

— Да, — кивнула я пару раз и натянуто улыбнулась.

Внутри всколыхнулось отвратное чувство, но вскоре исчезло. Мне вдруг стало легко, горести словно исчезли, а находившийся напротив человек не виделся больше предателем.

— Вскоре все закончится, мы с тобой поженимся, и уже никто нам не помешает. Ты ведь согласна.

— Да, конечно, — ответила я, хотя он вроде бы и не спрашивал.

— Ты меня еще любишь.

Зеленые глаза настороженно смотрели в мои. Требовалось что-то ответить, но слова не шли, чем-то сдерживались. Я словно боролась сама с собой, но не знала, какую сторону необходимо занять.

— До сих пор тебя люблю. Разве могло быть иначе? — казалось, сейчас душа полностью распахнулась перед ним.

— Эваин, — окликнул его Дэймар.

— Вечно он… — пробубнил мой будущий муж и натянул улыбку.

— Карета уже ждет тебя и Ирвис, — быстро подошел к нам Лэнс.

— Я все надеюсь когда-нибудь получить приглашение на обед или ужин, — встал Эваин, чтобы оказаться на одном уровне с хозяином этого дома.

— Всенепременно будет. Но на данный момент у меня слишком много дел, никак не могу.

— Завтра ты ведь составишь нам компанию, — то ли спросил, то ли утвердительно сказал Эваин, обратившись ко мне.

— Обязательно, — улыбнулась я и тоже поднялась.

— Хорошего дня, Айлин.

— И тебе.

Дэймар повел гостя к выходу, а я ошеломленно села обратно на диван. Мысли путались. Разобраться же в собственных чувствах и эмоциях вообще не представлялось возможным. Там творилась полная суматоха.

Я пыталась нащупать обиду, раздражение, нежелание видеть Эваина, но они словно исчезли. Теперь, наоборот, ему хотелось улыбаться, отвечать взаимностью, делать так, как он того пожелает, ведь Эваин сказал, что не виноват в случившемся. Я закусила губу и даже хохотнула, окрыленная приятной мыслью. Наша с ним свадьба все-таки состоится.

— Айлин, — Дэймар в который раз появился невесть откуда, — встань.

— Если хотите поговорить, то сами присядьте, — вскинула я голову.

Он громко хмыкнул, наклонился, заставив меня откинуться на спинку, и вдруг вознамерился снять подарок моего будущего мужа. Я воспротивилась, не зная себя от возмущения. Правда, Лэнс все-таки сорвал брошь.

— Вот где место подаркам Крила, — кинул Дэймар вещицу на пол и наступил на нее, разламывая красивое украшение.

И я бы расстроилась, если бы в этот момент не ощутила, будто спали сдерживающие оковы. Вновь нахлынула злоба, отвращение к Эваину, неприязнь, в памяти вспыхнули слова несостоявшегося мужа в кабинете отца, которые точно подтверждали его причастность к произошедшему.

На языке крутились вопросы. Откуда Лэнс узнал и что это такое было? Однако стоило поднять голову, как жених поджал губы и поторопился покинуть помещение. Мне стало не по себе. Сложилось ощущение, будто я обидела Дэймара, сказала или сделала что-то предосудительное. Но каким образом и когда успела?

С полчаса я сидела одна в гостиной и старалась осмыслить произошедшее. Едва я начинала размышлять по поводу поступка несостоявшегося мужа, как мысли уносили меня к жениху, его выражению лица перед уходом и сказанным словам, к утреннему разговору, приятным объятьям и вчерашнему поцелую. А исчезнувшая рана? Разве ее можно оставить без внимания?

Истерзав себя догадками, я встала и со всей решительностью направилась на второй этаж, собираясь поставить точку хотя бы в одном вопросе. После непродолжительного стука в дверь из кабинета донеслось позволение войти. Я помедлила, собираясь духом. Не в моих правилах причинять себе боль, но иначе Дэймар не расскажет, поэтому пришлось полоснуть ладонь лезвием ножа, позаимствованным прежде в кухне, и быстро войти в комнату.

— Я к вам с разговором.

Лэнс сидел за столом и что-то писал. Он оторвался от своих дел и даже встал, как вдруг вздрогнул и посмотрел на свою правую руку, с которой вскоре скатилась капля крови и упала на деревянную поверхность.

— Айлин.

— Наар Дэймар, — выгнула я одну бровь, раскрывая сжатую в кулак ладонь.

— Знаю, можешь не показывать, — разозлился он, достал платок и направился ко мне, чтобы вытереть кровь и залечить зеленым камнем рану.

Я же наблюдала за ним и не могла поверить. Раскрылась тайна, которую Лэнс так усердно скрывал, уклоняясь и делая все возможное, лишь бы отвлечь от этой темы. От воздействия артефакта появилось пощипывание. Я дернула рукой, но не попыталась убрать ее подальше от мужчины. Вскоре жених расправился со всеми темно-бордовыми пятнами на ней.

— Пояснить не желаете?

— Нет.

— Что значит «нет»? — опешила я.

Дэймар с остервенением вытер уже свою ладонь и выкинул платок в урну. Его настроение оставляло желать лучшего, но это не давало жениху права и дальше не рассказывать о недавно обнаруженной странности.

— Хорошо, тогда скажу иначе. Будьте так добры, наар Дэймар, объясните, почему стоит мне пораниться, такое же увечье появляется и у вас.

— Ничего особенного, это скоро пройдет, — поджал он губы и сел в высокое кресло.

— Знаете, я не люблю боль. И вид крови неприятен. Но вы меня заставляете, — снова прижала я к ладони все тот же нож.

— Айлин, выбрось его, — вскочил мужчина с намерением отобрать холодное оружие, однако я завела руки за спину и вскинула брови.

— Жду объяснений. Не забудьте рассказать еще и про брошь, которую испортили. Все-таки подарок, — спешно добавила я, а затем пожалела, ведь не хотела вспоминать Эваина.

— Она зачарована. Разве ты не почувствовала разницы? У нее было такое же свечение, как у цветов, способных навязывать свою волю.

— Подобно вашему оранжевому камню?

— Айлин, — Дэймар сделал шаг в моем направлении, — я тебя ни к чему не принуждал.

— Тогда как объяснить ту ночь? Сама залезла к вам в постель? Скажите еще, что приставала. Да для этого хотя бы желание должно быть!

Лэнс склонил голову на бок и улыбнулся. А мне снова показалось, будто он видит меня без одежды, точь-в-точь как в том видении. Рука потянулась прикрыть грудь, но пришлось поправить свою прическу, чтобы не показаться глупой. Дэймар подался вперед, медленно, не отрывая взгляда от моих глаз, а затем склонился к уху и понизил голос до чарующего шепота:

— Могу заверить, что даже без моего камня все произошло бы подобным образом.

По шее пробежался будоражащий холодок. Я нервно сглотнула и боялась шелохнуться, не говоря уже о большем. В этот же миг мне захотелось махнуть рукой на все волнующие вопросы и быстрее спрятаться в своей комнате. Следовало понять собственную реакцию на, казалось бы, обычный шепот. Повторную реакцию! От голоса Эваина никогда не появлялось подобных ощущений.

— Видишь? — отстранился Лэнс.

— Нет, — со всей возможной холодностью ответила я. — Впрочем, это неважно. Вы перевели тему. Про брошь разговор можно считать завершенным, достаточно пояснений, а вот про раны — нет.

Дэймар цепко на меня посмотрел, словно оценивая. Он кивнул своим мыслям и жестом руки пригласил пройти вглубь кабинета явно для серьезного разговора. И стоило поравняться с ним, как на поясницу легла широкая ладонь, направляющая к одному из двух кресел возле круглого чайного стола.

— Уберите руку, — резко остановилась я.

Лэнс улыбнулся и первым опустился в кресло. А мне с трудом удавалось не показать эмоций, оставить губы в виде прямой линии, будто не захотелось в этот момент ответить ему тем же.

— Вы когда-нибудь прекратите ко мне прикасаться?

— А ты когда-нибудь перестанешь быть такой колючей?

Я чинно села и выпрямила спину. Раньше в его присутствии с легкостью удавалось оставаться неприступной и равнодушной ко всему, однако теперь наши отношения будто потеплели. Неужели трудности настолько сближают людей?

— Вернемся к теме, из-за которой я сюда пришла. Жду пояснений.

— Айлин, поверь, лучше об этом не знать. Так проще…

— Что проще? — вспыхнула я, но сразу же осадила себя: — Разойтись в разные стороны? Вы об этом? Поверьте, до момента, когда нам придется расстаться, ничего не изменится.

— Уже изменилось, — внимательно посмотрел мне в глаза Дэймар.

— Вы снова переводите тему, — замотала я головой, не желая вдаваться в подробности.

— Ладно, слушай. Ты никогда не задумывалась, почему до свадьбы нельзя заниматься… любовью? — наверное, он хотел назвать это действо другим словом.

— Можно без вопросов? Просто рассказывайте.

— Магическое поле после обряда связи начинает уплотняться, затем во время обряда единения превращается в плотную пленку, а с обрядом завершения проникает под кожу. Но так как она цельная, то остается на уровне кожи. У нас же с тобой этой целостности не было и в помине. В итоге толком неуплотненное поле проникло в кровь, связав нас не только на магическом, но и на физическом уровне.

— И почему вы не рассказали раньше? — не поняла я.

— А сейчас ты отправишься в свои покои, немного поразмыслишь и вернешься ко мне с претензиями, — вздохнул мужчина и откинулся на спинку кресла.

Я осмотрела его с ног до головы, останавливаясь на руках, больших и сильных, затем скользнула взглядом по полу, окну, потолку и вскоре вернулась обратно к глазам Лэнса.

— Что же меня могло возмутить? Глупо ведь не рассказывать о столь важном моменте, страшась моего недовольства.

Дэймар не ответил. Он продолжил спокойно сидеть и ждать.

— Конечно, вы заботились о себе…

— Заботился о себе? — ухмыльнулся мужчина, и в его взгляде появилось что-то странное.

— Ау! — я подпрыгнула и посмотрела на свой средний палец, который жутко начал печь.

— Тебе больнее, Айлин, — показал Лэнс, как впивается ногтем в тот же палец на своей руке. — Я на вывих или рану на плече вообще не обратил бы внимания.

— А передается только боль? — я насторожилась, ведь внезапно появившаяся мысль не могла быть правдой!

— Не только, — тепло улыбнулся жених и прокрутил на пальце черное кольцо.

Мне вконец стало неуютно. Я не знала, куда деть глаза от внезапной догадки, будто именно Дэймара будоражила наша близость, а мне передавались уже его отголоски ощущений.

— Наша связь опасна. Отчего же не разорвать ее первой, пока не случилась беда?

— Айлин, с ней сложнее справиться, чем с третьим уровнем, — поджал губы жених. — Вдруг священник не сумеет разъединить нити или Ирвис с Эваином откажутся? Что тогда?

— Вы настолько эгоист? Почему сперва подвергать риску их? Покончили бы сразу со мной. Зачем держать при себе, как какую-то подбитую зверюшку, за которой надо ухаживать? Я не понимаю! Вы ведь мне совершенно неинтересны. И отношение к вам не изменилось, да и никогда не изменится. Давайте разойдемся и забудем друг о друге навсегда. Объясните, почему не разобраться первым делом со мной?

Лэнс щелкнул языком, явно не желая отвечать.

— Да, вы правы, — вдруг перешел он на «вы», — это моя оплошность. Как раз собирался поторопить священника из-за исчезновения нескольких печатей у демона. Время поджимает.

Дэймар встал и вскоре приоткрыл дверь.

— Обещаю, что постараюсь как можно быстрее разобраться со всем и как можно меньше тяготить вас своим присутствием.

Я часто заморгала, сражаясь с неожиданно подступившими слезами. Но ведь те слова являлись правдой. Отчего же сложилось ощущение, будто сказанное было ужасной ошибкой? Я встала, подошла к мужчине и остановилась, не решаясь покинуть комнату. Лэнс не торопил, стоял каменным изваянием, заведя одну руку за спину, и ждал. А едва я оказалась в коридоре, как за мной закрылась дверь и в груди все сжалось в маленький плотный ком.