Глава 18

Я битый час наблюдала за деревянным конем, выписывавшим различные фигуры на полу. Он оказался довольно активным. Каждый раз, стоило его оживить, с воинственным настроем фигурка изучала каждый закоулок, запрыгивала на порог, падала, поднималась и скакала дальше. А фырканье и встряхивание ненастоящей гривой постоянно приводили в восторг.

И сейчас, смотря на подаренного Нирой коня, я все больше убеждалась, что хочу в имении бабушки разводить живых лошадей. Встреча с тем жеребцом не прошла бесследно. Я даже вчера вечером наведалась к нему, покормила, рассказала о своих переживаниях, предварительно проверив, чтобы никто не услышал. Будущее в моих глазах обретало краски. Однако едва наступило время завтрака, все они померкли.

Дэймар в столовой не появился. Он пропустил трапезу, чего за две с половиной недели ни разу не случалось. Я сидела на своем стуле и без конца смотрела на пустое место во главе стола, за все время так и не притронувшись к клубничному пирогу, который последнее время часто подавали по утрам.

— Айлин, ты здесь? — от голоса Эваина я вздрогнула.

Он вальяжной походкой вошел в столовую и небрежно опустился на стул Лэнса, словно хозяин мира сего. Почему я раньше не замечала его отвратительного поведения? Или же он постоянно играл роль? Вряд ли из-за сильной влюбленности человек не заметит столько отрицательных моментов у объекта своих воздыханий.

— Эваин, веди себя прилично. Ты не у себя дома.

— Воробушек, — резко подался он вперед и облокотился на стол, сцепив руки в замок и с улыбкой собираясь ответить на мой упрек, однако сразу же изменился в лице. — Где твоя брошь?

Я сглотнула и приложила ладонь к плечу, куда несостоявшийся жених приколол вчера подарок.

— Забыла ее у себя в комнате.

— Немедленно попроси свою горничную принести. Ты ведь не хочешь меня оскорбить, — его интонация в который раз не была вопросительной. Он вдруг почему-то нахмурился. — Или сходим за ней сами.

Моему возмущению не было предела. Этот наглый человек, помимо того что совершил подлость, еще вознамерился указывать. И не просто так, а с помощью артефакта! Как бы я не злилась на свою сестру, но такого мужа даже врагу не пожелаешь.

Эваин встал, приблизился ко мне и протянул раскрытую ладонь. Раньше я бы с удовольствием вложила в нее свою, чтобы прикоснуться к мужчине, почувствовать тепло, улыбнуться, дождаться поцелуя хотя бы в щеку.

— Айлин, не заставляй ждать. Ты ведь по-прежнему любишь и хочешь выйти за меня замуж, — на последних словах его голос понизился до шепота.

В груди зародилась борьба. Надо было вложить руку, но так не хотелось. Я замешкалась и все-таки согласилась на его помощь, в этот момент замечая краем глаза вошедшего в столовую Лэнса. Он замер у дверей.

— Дэймар, а я отправился тебя искать, но нашел Айлин в одиночестве, — повел Крил меня к жениху, положив мою руку на свой локоть.

Я ощущала себя безвольной куклой. Казалось, мной управляли, но и воспротивиться этому не находилось сил. И если вчера даже мысли не возникало о воздействии на меня магии Эваина, то сейчас она укоренялась в сознании все глубже и глубже. Требовалось выдернуть ладонь, отойти на приличное расстояние, особенно сейчас, под пристальным взором хозяина дома.

— Доброе утро, — сухо проговорил Лэнс. — В гостиной тебя уже ждут.

Сложилось ощущение, что между ними с самого начала зародились натянутые отношения. А что тому послужило причиной? Несостоявшийся жених широко улыбнулся и вознамерился пройти мимо Дэймара.

— Одного, — добавил он.

— Но Айлин хочет поприсутствовать. Неужели ты ей не позволишь? — похлопал меня по ладони Эваин.

— Я ей никто, чтобы запрещать. Вы ведь уделите мне минуту? — посмотрел на меня Лэнс.

— Да, конечно.

Его обращение на «вы» покоробило. Однако пришлось кивнуть Эваину и вскоре повернуться к жениху.

— Пройдемте, — указал он рукой вглубь комнаты и плотно прикрыл за собой дверь.

— Наар Дэймар, почему вы не завтракали? Не надо настолько ограничивать наше общение. Вы же сами понимаете: в доме мало слуг и заставлять их накрывать стол дважды — непозволительная роскошь.

Мужчина повернулся ко мне и выгнул бровь. Его словно удивило мое наблюдение и то, что необходимость приходить в столовую в строго отведенное время я растолковала не как его прихоть. А разве это трудно заметить? Минимум слуг, постоянная тишина, но имеющееся обслуживание, которое совершенно незаметно, будто тарелки и еда появлялись по одному лишь желанию.

Лэнс засунул руку в карман и достал оттуда брошь, в точности напоминавшую подарок Эваина.

— Я не успел до его прихода, — поджал губы Лэнс. — В ее камнях временная магия, блокирующая любое воздействие извне.

Предполагалось, он приблизится и сам прикрепит украшение. Но мужчина протянул мне его и вознамерился уйти, стоило принять брошь.

— Прошу прощения.

Дэймар замер, медленно повернул ко мне голову.

— Наверное, в моих словах вчера было что-то оскорбительное. Я не хотела никоим образом вас обидеть.

— Вы и не обидели, — грустно улыбнулся Лэнс, — всего лишь напомнили о том, о чем я начал забывать.

— Неправда. О разрыве связи вы не забывали ни на минуту. Только и делаете, что ею занимаетесь.

— Я имел в виду не ее.

Мужчина взъерошил волосы и снова потянулся к дверной ручке, но я подбежала и накрыла его руку своей, не позволяя уйти от разговора. Важного, как мне подсказывало сердце.

— Аннэ Айлин, — он аккуратно взял меня за запястье и убрал мою ладонь, — я сегодня же поговорю с нааром Люмиром и попрошу приходить к нам чаще. Утром он будет продолжать работать над магической связью вашей сестры и ее мужа, а в другие часы, если у него они найдутся, мы приступим уже к нашей. Простите, я в полной мере не осознавал, насколько вам тяжело здесь.

— Но почему? — растерялась я, потирая руку, к которой еще недавно прикасался Дэймар.

Меня больше ввели в замешательство не его слова, а действия. То был первый раз, когда я сама до него дотронулась намеренно.

— Знаю, вы не единожды твердили о желании уехать. Но я посмел предположить, что смогу хоть как-то помочь вам и скрасить времяпрепровождение в моем доме, загладить вину, изменить отношение к себе.

— Так вас именно это задело?

— Аннэ…

— Нет, погодите, я хочу разобраться. Вы часто уходите от ответа, а мне необходимы четкие объяснения. До многого додуматься я и сама могу, но выводы не всегда будут верны. Поэтому, прошу, поясните. Вы на меня в обиде из-за слов о том, что отношение к вам не изменилось, или из-за чего-то еще?

Дэймар прочистил горло и посмотрел на меня в упор.

— Запомните раз и навсегда. Обижаются только дураки. Остальные делают выводы. — Мужчина все-таки открыл дверь и даже сделал пару шагов. — А напомнили вы о моей истинной натуре. Я ведь эгоист. Отличная характеристика и очень глубокая. Как раз это стало предлогом для одной хорошей знакомой, чтобы уйти.

— О ком он? — тихо задала я вопрос в спину удаляющемуся Лэнсу.

Хоть можно было не идти в гостиную, я все равно туда отправилась. Эваин улыбнулся, Ирвис опустила голову. Дэймар уже стоял возле окна и смотрел вдаль.

Я поприветствовала присутствующих, не забыв выделить священника и села на диван, ожидая, что туда вскоре опустится и Лэнс, подаст руку, поддержит и разделит со мной тягость пребывания здесь. Вот только ничего подобного не произошло. Он держался поодаль от остальных, молчал, изредка подходил к Люмиру, чтобы расспросить об успехах.

По словам священнослужителя, связь сестры и Эваина очень слаба, с ней удастся покончить раньше ожидаемого. Однако он до сих пор не сумел перевести ее с третьего на второй, хотя прикладывал немало усилий.

Намного приятнее было бы сейчас посидеть на лужайке под теплыми лучами солнца и заняться шитьем или побыть в своей комнате в компании Ниры. Лучше с ней, скучающей и вечно поникшей, чем с предателями, испортившими мне жизнь. Я перевела взгляд на сестру и вдруг поняла: а ведь случившееся к лучшему. Если бы не подмена на свадьбе, мне пришлось бы день и ночь терпеть Эваина, находиться рядом с гнусным человеком и не иметь возможности что-либо изменить. Они сделали больно и на своем примере показали простую истину: никому не следует доверять. В этом мире можно полагаться только на себя.

Я улыбнулась. Захотелось поделиться с кем-нибудь своим умозаключением, чтобы за меня порадовались. Взгляд уперся в спину Дэймара. Нет, не с кем-нибудь…

— На сегодня все, — прервал застоявшуюся тишину священник.

Его, по обыкновению, вызвался проводить Лэнс, а я поторопилась за ними и сразу же направилась к лестнице, но Эваин нагнал даже там. Навязчивое поведение несостоявшегося мужа раздражало. Единственное радовало, что теперь не появилось замешательства, скованности, тяжести в груди, той же растерянности. Я выпрямила спину и чуть ли не со вздохом облегчения посмотрела на него. Болотный цвет глаз, слишком вытянутое лицо, шрам на ухе и ужасный бугорок на пальце — он предстал передо мной иным человеком.

— Вижу, ты вернула мой подарок, — погладил мое плечо мужчина. — Уговори Дэймара оставить нас на обед и ужин. Пусть будет более гостеприимным.

Я чуть не содрогнулась от отвращения. Следовало и дальше играть роль послушной овечки, делая вид, будто его слова имели силу. Ведь вчера, стоило украшению оказаться на платье, я начала со всем соглашаться.

— Да, конечно, — натянутая улыбка. — Извини, мне нездоровится, я хочу прилечь.

Эваин наклонился, явно намереваясь поцеловать, как это делал когда-то на прощание. А мне пришлось схватиться за живот и согнуться пополам. Благо, он поверил — и таким образом удалось избавиться от навязчивого мужчины, не желавшего оставить меня в покое. Но почему?

Залетев в комнату, я захлопнула за собой дверь и только тогда смогла спокойно вздохнуть. Казалось, не будь новой броши, он управлял бы мной до скончания времен, ломая мою волю своими приказами. Неужели Ирвис его уже не устраивает?

С губ сорвался нервный смешок, а взгляд зацепился за небрежно закинутый в угол сверток от сестры. Я даже Нире не разрешила к нему подходить. Его необходимо было сжечь еще в самом начале, чтобы не попадался на глаза и не напоминал, кто его передал и чьи руки к нему прикасались. Все-таки злость к Ирвис не прошла, сохранилась в полной мере.

Я выпустила искру и направила ее сразу же к спрятанному под подушкой деревянному коню. Он ожил, спрыгнул с кровати и принялся выписывать круги.

— А ты можешь ускакать далеко-далеко и привести сюда Марвина? — присела я на корточки, чтобы быть ближе к ожившей шахматной фигуре. — Тогда бы Нира поддержала меня, разбавила бы однообразные дни своими рассказами, поведала бы интересную информацию о Дэймаре, подслушав разговоры прислуги.

Последнее время Лэнс слишком часто занимал мои мысли. Но так ведь не должно быть! Хватит привязываться к нему, он ведь бросит… Нет, это я уеду, едва мы покончим со связью. Не стоит вообще обращать на него внимания, ведь вскоре он превратится в прошлое, далекое и неприятное.

Как оказалось, собственные же наказания выполнять сложно. На обеде я то и дело косилась на Лэнса, ловила каждое его движение, пару раз пыталась заговорить, но вовремя себя осаживала. Он такой же подлый, как и Эваин! Однако стоило об этом подумать, как в голову просачивалась уйма аргументов, опровергающих собственное утверждение. И даже убеждение самой себя не помогало. Жених намного лучше.

И это в очередной раз подтвердилось, едва начался ужин. Мужчина уверенным шагом подошел к своему месту и сел на стул, а после подался вперед и положил передо мной сшитую стопку бумаг.

— Досье на Эваина Крил-Крофта. Почитай на досуге.

Больше Дэймар ничего не сказал. Он даже не подал руку, едва я отложила салфетку в сторону, покончив с трапезой. И правильно! Ведь Лэнс снова получил бы отказ. Наверное…

Вот почему так всегда? Стоит подумать, что все хорошо, как появляется новая забота, отягощающая и не дающая покоя. Я сжала кулаки, забрала сшитую стопку бумаг и направилась к себе, чтобы в тишине и спокойствии почитать ее.

Я не надеялась найти там интересную информацию. Однако уже над первой страницей мне пришлось застыть подобно статуе. Настоящее имя Эваина — Хиан Шэрон-Мрил. Я сглотнула и упала на стул, не в силах устоять на ногах. Все-таки судьба смилостивилась надо мной.

Каково было бы узнать после обряда единения, что семья твоего мужа причастна к смерти бабушки?

Пару лет назад едва не состоялась свадьба между сорокалетним мужчиной и семидесятитрехлетней женщиной, которую отговаривал от опрометчивого поступка едва не каждый встречный. Я не видела того жениха, но отчетливо запомнила имя — Аврел Шэрон-Мрил. Его невозможно забыть. Ведь именно он, обозленный отказом, запер бабушку в кладовой ее городского дома и поджег тот. Говорят, дым от огня затмил солнце, а крики из пылающего здания были слышны на другом конце Тонвера.

Прошло не менее получаса, прежде чем я смогла перевернуть страницу и найти для себя много ужасающих моментов, подтверждающих эти воспоминания. Вдобавок здесь говорилось о магии Эваина. Как и предполагалось, теперь она направлена на навязывание человеку собственных суждений. У несостоявшегося мужа числилось приличное состояние. Однако он все равно стремился завладеть моим имением. Так же, как его отец. Здесь даже нашлось несолько строк о том, что бабушка завещала загородный дом своему жениху, однако на следующий же день вычеркнула его. Наверное, именно это послужило причиной ее смерти.

Я вдруг вспомнила про сверток от Ирвис и подбежала к нему. Казалось, сестра написала бесчисленные строки с извинениями и хотела так добиться прощения. Однако от нее в посылке не нашлось ровным счетом ничего. Здесь были бумаги, подтверждающие мои права на бабушкино имение, какое бы имя я не носила: ложное или настоящее. Еще папа прислал документ, уже подписанный мною, в котором говорилось, что только я имею право передавать дом в третьи руки на свое усмотрение с одной лишь пометкой: по собственной воле и без принуждения. Но самое главное, мне попалось письмо. Его почему-то стало страшно читать.

«Дорогая Айлин! Очень надеюсь на твое понимание. Выдать тебя за Ирвис и отправить с нааром Лэнсом в столицу в тот же день оказалось хорошей идеей. Мы выиграли для тебя столь необходимое время перед очередной встречей с Эваином. Как я и предположил еще при объявлении о вашей с сестрой подмене, он не отступится от своей цели. Он хочет получить поместье.

Будь осторожна, Крил теперь может внушать желаемое, не поддавайся этим чарам. В пакете есть кулон, блокирующий любое магическое воздействие. Носи его при себе и никогда не снимай.

С любовью, Винс Б.-Б»

Я отыскала упомянутый кулон в виде трех лепестков с камешками в центре и сжала в ладони. Приятно узнать, что обо мне позаботились в тот трудный момент. Жаль, отец не сказал об этом в лицо. Хотя его никто и не выслушал бы, если вспомнить мое состояние, когда отец пришел со стопкой бумаг, говорил, где поставить подпись, а я ничего не замечала и просто выполняла указания.

В том же свертке нашлось письмо от матери, после прочтения которого на глаза навернулись слезы. Я перечитывала его несколько раз и прижимала к груди. Как хорошо, когда родители любят, хотя бы словами стараются поддержать и напомнить, что они всегда придут на помощь, стоит только попросить.

Все-таки в этом мире я не одна.