Глава 10. Дэймар

Айлин ушла. А я еще долго смотрел на захлопнувшуюся дверь, не понимая реакции девушки на известие о приезде родной сестры. Бесспорно, ей и не должна была понравиться моя просьба. Она даже мне казалась дикостью. Тогда отчего сложилось ощущение, что Блэр напряглась больше всего именно после моих слов о прибытии Ирвис?

Я взъерошил волосы и направился к столу, намереваясь написать с десяток писем. Тринадцать дней отсутствия — немалый срок. Да и бумаг с отчетами накопилось немереное количество, не считая стопки с приглашениями от знакомых и друзей.

Благо, мое черное кольцо теперь было на месте. Я прокрутил его на пальце и взял перо, чтобы вывести пару строк. Вот только сосредоточиться никак не удавалось, мысли то и дело уносили меня к недавнему разговору с Блэр. Что же так сильно угнетало ее?

Кто-то настойчиво постучал в дверь. Вернулась Айлин?

— Войдите.

— Наар Дэймар, вы хотели меня видеть? — неторопливо вошел в кабинет дворецкий.

— Да, так и есть, — отложил я в сторону перо и сцепил руки в замок. — Будь добр, повтори вчерашние указания.

— Следить за аннэ и ее горничной, чтобы с ними ничего не произошло, — нехотя начал дворецкий. — Не пускать их на правую половину…

— Любыми возможными способами, — поправил я его.

— Накормить, приставить к ним Нильсона и Валайну, показать левую часть дома, если аннэ заскучает.

— Что из этого ты выполнил?

— Наар Дэймар, — вжал голову в плечи Гровер, — я следил.

— Хорошо. Тогда почему аннэ Блэр с ее горничной находились в библиотеке?

Дворецкий виновато повесил голову, приподнимая при этом плечи, словно хотел показаться ниже, чем являлся на самом деле. Он в полной мере осознавал свой проступок.

— Ты ведь знал, что я не мог остаться в доме и в случае чего никто не пришел бы им на помощь. Гровер, откуда такое халатное отношение к своим обязанностям? Хочешь вернуться обратно?

— Нет, — поторопился ответить дворецкий. — Больше этого не повторится. Обещаю.

— Какое предпочитаешь наказание?

— Не лишайте жалования. Я лучше отработаю в конюшне.

— Можешь идти, — кивнул я на его просьбу. — Еще одна подобная ошибка — и отправишься в Стэйнер-син.

— Как скажете, наар, — поспешил удалиться из кабинета дворецкий.

Эта угроза должна была его оживить. Гровер не любил домоправительницу второго имения, поэтому любыми доступными способами постарается выполнять поручения, ведь знает, что я слов на ветер не бросаю.

Я вновь покрутил кольцо на пальце и вознамерился написать необходимые письма. На этот раз мне удалось справиться с поставленной задачей, но провозиться с ними пришлось многим дольше, чем хотелось бы. И если бы не появившийся Гровер, я и вовсе пропустил бы ужин.

— Как там наши гостьи?

— Аннэ не отходит от своей горничной, а та постоянно спит. Я предлагал прогуляться, показать дом, как вы и говорили. И еще аннэ Блэр… — Гровер замедлился возле лестницы, но вскоре нагнал меня. — Наар Дэймар, а какое имя у вашей невесты?

— Обращайся к ней по фамилии, — отрицательно покачал я головой, сам толком не понимая, почему еще вчера не представил ее прислуге как Ирвис.

— Так вот, аннэ Блэр вчера попросила успокаивающую настойку, и я…

— Гровер! — резко повернулся я к нему, а затем поторопился в свою комнату, чтобы отыскать в закромах необходимое растение.

Я достал из кармана небольшой камень, чтобы передать ему свойства бигулума. От магического поля отделилась искра и зависла в воздухе. Двухцветная… Уж лучше не задумываться, на что мы с Айлин были обречены, если связь останется такой, однако разорвать ее… Я отогнал прочь неугодные мысли и воздействовал на растение, хотя должен был не на него. И стоило искре прикоснуться к зеленому листу, как цветок вмиг затвердел, наливаясь ощутимой тяжестью.

Ранее появлялись предположения, какой вид теперь приобретет моя магия на втором уровне, но подобного я не ожидал. Если мне не изменяла память, Айлин управляла шахматами. И в итоге сейчас в руках лежал все тот же цветок, с заметными прожилками, слегка заломленными лепестками и такой же расцветкой. Не изменились даже его свойства, хотя приобрели другой оттенок — магический.

Я повертел его в руке, взвесил, примеряясь, насколько удобно пользоваться подобным артефактом. Он оказался слишком громоздким и тяжелым. Вот тебе и улучшенные способности. Я перевел взгляд на лежавшие на полке камни, только сейчас подметив, что вокруг каждого из них появилось знакомое свечение, такое же, как у магических цветков. Неужели у меня есть возможность видеть, наделен ли предмет энергией? Я подошел к столу, выложил на него все содержимое карманов и поразился, с легкостью определяя, какие из камней поглотили в себя свойства растений, а какие — нет. Но самое поразительное, что яркость их свечения отличалась. Белый использовался для печати дверей, чтобы ни одна живая душа не могла подслушать разговор, зеленый — для исцеления. Раньше мне приходилось запоминать, когда какой был создан. Теперь же я видел, что один из них скоро потеряет свой магический запас.

Приглушенные шаги за дверью напомнили о первоначальной цели возвращения в свои покои. Я направился к хранилищу, но не нашел там бигулума. Правда, в руках осталось затвердевшее растение, которое вряд ли теперь пригодно для использования. Или стоит попробовать? Помедлив пару секунд, я все-таки выпустил искру и вскоре присвистнул, поражаясь полученному эффекту. Мало того, что вокруг камня появилось свечение, так и цветок не потерял магические свойства, как это обычно происходило с настоящими. Неужели мне больше не придется их постоянно выращивать?

Я встряхнул головой, напоминая себе, что эти способности временны, как и все артефакты, создаваемые мной. Не говоря уже о самой жизни, где ничего не было постоянным.

В коридоре Гровер снова принялся ходить туда-сюда. Я положил в ящик преображенное растение, подкинул в руке магический камень и вскоре добрался до комнаты Ниры.

Горничная спала, а Айлин сидела в кресле возле ее кровати и держала девушку за руку. Она бросила на меня короткий взгляд и вскоре сосредоточила все свое внимание на прислуге. Теперь между нами образовалась пропасть. Возможно, это к лучшему, ведь мне предстоит решить сложную задачу: разорвать связь Ирвис с ее мужем, чтобы наделить мою магию нужными свойствами. Как же низко я пал!

Осознавать свою подлость и продолжать делать задуманное было в крайней степени противно. Особенно после той ночи. Разве имелось хоть какое-то оправдание моему поступку? Все-таки честь для любой девушки важна, и именно поэтому я брал у императора разрешение на досрочное заключение брака — хотел обезопасить будущую жену. А теперь выяснилось, что все напрасно. В итоге я не только воспользовался Блэр, но и вознамерился бросить ее как использованную вещь, заменив на другую невесту, подходящую по магии. Проклятье!

— Держи, — протянул я Айлин серый камень. — Думаю, ты захочешь это сделать сама.

Девушка покосилась на меня и сразу отвернулась. На артефакт в моей руке она даже не взглянула.

— Его надо приложить к оголенной коже в области живота. У настойки, что дал Гровер, есть побочные эффекты. Если не вытянуть негативные элементы из организма, то Нира еще долго не придет в себя.

Айлин еле заметно поджала губы и, избегая прикосновений, аккуратно взяла камень. Ее скованность и нежелание разговаривать раздражали. Если по пути сюда поведение невесты воспринималось как само собой разумеющееся, то теперь подобная холодность вызывала негодование.

— Спустишься со мной в столовую? Время ужина. Или ждать тебя там парой минут позже?

— Я не голодна, — умению Айлин держаться невозмутимо в любой ситуации можно было позавидовать.

Мне пришлось сесть на корточки, чтобы оказаться с ней почти на одном уровне. Изящная кисть сразу же переместилась с подлокотника на колено, лишь бы находиться подальше от меня.

— Надеюсь, ты понимаешь, что тебе так или иначе придется проводить со мной время в столовой.

— А если не захочу? Неужто опять воспользуетесь артефактом? — прикоснулась она к шее, где уже почти исчезло оранжевое пятно, и сразу же опустила руку, словно побоялась, что я замечу.

— Нет, в этом нет необходимости. Айлин, — слегка понизил я голос, собираясь спросить, на самом ли деле она ничего не помнит из той ночи. Однако лучше лишний раз не возвращаться к болезненной для нее теме, поэтому на ум пришел другой вопрос: — Скажи, твоя сестра такая же несговорчивая?

Девушка вспыхнула, повернула ко мне голову. В голубых глазах плескалась буря, грозная, несокрушимая и неподвластная, готовая разорвать на части любого неприятеля. А на точеном лице не дрогнул ни один мускул. Даже пухлые губы не превратились в тонкую линию.

— Что вы, ни в коем разе. Надеюсь, в ней вы не разочаруетесь, — улыбнулась Блэр.

Пропасть между нами возросла до непреодолимых размеров. В воздухе уже витало напряжение. Наверное, так даже лучше. Ведь наступит время, и нам придется разойтись в разные стороны, чтобы больше никогда не встретиться. Совместное времяпрепровождение будет восприниматься как черная полоса жизни, о которой не следует вспоминать. Главное, чтоб не как светлая, ведь хуже ситуации не придумаешь.

Я встал, подал ей руку. Впредь лучше не затрагивать тему с сестрой Айлин. Придется ограничить их встречи, приглашать в гости по крайней необходимости, когда у меня будет готова та или иная магическая смесь. Раньше идея поселить здесь Ирвис с мужем казалась мне хорошей. Близняшки обычно ведь очень близки и дружны. А тут необходимо уговорить обеих, предложить что-то, от чего они не смогут отказаться, не говоря уже о мужчине, с которым тоже предстоит сложная беседа.

Надежда возлагалась на то, что у супругов не было высоких чувств и особой привязанности, а брак заключался по договоренности глав семей. Но тогда почему Винс отдал мне не ту дочь?

— Я буду стоять, пока ты не согласишься, — спустя пару минут упрямо сообщил я Айлин. — Если тебе неприятно мое общество, то советую сделать это как можно быстрее, ибо, чем больше тянешь время, тем дольше придется терпеть меня рядом.

— Я спущусь минутой позже. Одна.

— Не задерживайся, — убрал я руку за спину и учтиво поклонился.

Девушка выполнила обещание, не задержалась дольше оговоренного срока. Она с важным видом вошла в столовую и заняла отведенное ей место. Мне не впервой приходилось ужинать в тишине, но чтобы в такой напряженной — второй раз.

— Ты просила свести наше общение на нет. Увы, не выйдет.

Айлин нехотя зачерпнула ложкой суп, поднесла ее ко рту, еле заметно вздохнула и попробовала.

— Вижу, что стал окончательно неприятен, но и менять твое мнение о себе в сложившейся ситуации не имеет смысла. Возможно, со временем ты поймешь, чем продиктованы мои поступки, почему я проделал такой долгий путь в Тонвер, пошел против своих же желаний насчет брака, — я говорил и с каждым последующим словом понимал, что начал оправдываться. — А если не поймешь, то хотя бы забудешь все неприятные моменты, которые пережила по моей вине.

— Прошу прощения, вы что-то сказали?

— Нет, тебе послышалось, — усмехнулся я, наблюдая, как она отложила ложку, приложила салфетку к губам и встала из-за стола.

— Ваш повар изумительно готовит. Теперь я уж точно сыта. Позвольте подняться к себе?

— Да. Но помни: каждую трапезу здесь. Таковы правила в моем доме.

— А если… — начала Блэр возмущаться, но одернула себя, на долю секунды отведя взгляд и слегка поджав губы. — Всенепременно.

Раньше мне не встречались девушки, настолько контролирующие не только слова, но и выражение своего лица. Айлин внешне можно было сравнить с холодной статуей, однако внутри текла жизнь, бурлили эмоции, существовали стремления и желания. Я провел взглядом невесту до самого выхода. Идеальная осанка. Гордо поднятая голова.

Мне невольно захотелось улыбнуться, вспомнив, какой она может быть на самом деле. Но вместо этого я вздохнул, откинул салфетку и тоже направился к себе в комнату. Вот только стоило выйти из столовой, как взгляд наткнулся на Блэр, которая замерла возле парадных дверей, держась за ручку правой рукой. Она не толкнула ту, словно боялась выйти из дома. А я ждал, не смел потревожить ее, но и не вернулся обратно в столовую.

Долго искать причину нежелания Айлин находиться здесь не пришлось. Демон, заточенный в правой половине, отсутствие необходимого количества прислуги, из-за чего приходилось принимать пищу в строго отведенное время, да и мое присутствие рядом, являющееся самым веским поводом покинуть данное место. Наверное, на ее месте я тоже стремился бы уехать из дома Стэйнер. Вот только многое зависело не от нас, а от обстоятельств, в которые мы попали.

— Наар, — вышел из гостиной Гровер, привлекая к себе внимание и Айлин.

Она вздрогнула, заправила выбившуюся прядь за ухо и поторопилась подняться на второй этаж.

— Вам срочное послание от наара Лаврэна, — напомнил о своем присутствии дворецкий, отвлекая меня от девушки.

— Давно пришло?

— Еще в начале ужина. Но вы наказывали никогда не прерывать вас и дожидаться его окончания, — после недавней провинности мужчина явно сейчас пытался выставить себя в лучшем свете.

— Правильно, ступай.

Просьба явиться на вечернее собрание большого Совета не предвещала ничего хорошего. И я уже примерно догадывался, какой вопрос будет выдвинут на обсуждение.

— Сегодня утром на северной границе Клаоросса была замечена подозрительная активность, — сказал Лаврэн и обвел присутствующих взглядом. — Третья за прошедшие два месяца. Мы предполагали, что это незаконное проникновение в наш мир. Однако ничего не тронуто, словно никто не вышел сквозь пространственный разлом, но и не вошел. Наша задача: найти того, кто за этим стоит.

Ну, конечно! И как только они выйдут на его след, начнутся разбирательства, дело придадут огласке, а виновника накажут. Я устало поднял глаза к потолку, а затем снова взглянул на Лаврэна.

Под конец собрания голова уже откровенно болела. И всему виной накопившиеся за несколько дней дела вкупе с открывшейся по приезду проблемой, которую почти нереально решить. Но я буду не Лэнсом, если не попытаюсь.

До моей кареты оставалось с десяток шагов, когда мне на плечо легла мужская ладонь. Догадаться, чья она, не составило труда.

— Дэймар, — заговорчески начал Млиар, — как скоро со всем покончишь? Еще несколько подобных разломов между мирами, и они поймут, в чем дело.

— С каких пор тебя это беспокоит?

— Лэнс, прекращай, мы же вроде бы все обсудили. Меня не могут не волновать проблемы моего лучшего друга.

— Бывшего, ты хотел сказать, — поправил я его и вознамерился уйти, но снова встретил преграду.

— Да полно тебе! Прошло уже столько времени. Нельзя обижаться вечно.

Я усмехнулся, поражаясь наглости Млиара. Он всегда вел себя не лучшим образом, но лишь недавно мои глаза открылись. Как можно так обманываться в человеке?

— Чего ты хочешь? Говори прямо или проваливай.

— Слушай, если тебе нужна помощь, то обращайся. Обязательно помогу. Только попроси, — его нервозность казалась подозрительной.

— Конечно, так и сделаю.

— Но не через клятву, — поспешно добавил Млиар и расплылся в доброжелательной улыбке.

— Отчего же сам не воззовешь к ней? Обезопась себя, произнеси те слова, а потом ни о чем не беспокойся.

Глаза бывшего друга забегали. Он явно хотел сказать, что на данный момент не может, ведь пришел мой черед, но сдержался. А ставить его в известность о разрыве нашего договора на крови я не намеревался. Пусть боится, переживает, трясется от одной мысли о возмещении долга.

— Ладно, мне на самом деле пора, — покачал я головой и на этот раз почти смог обогнуть Млиара.

— Дорогой, сколько можно… — заметила меня вышедшая из только что подъехавшей кареты Мари. — Дэймар.

Я улыбнулся, взглянул на бывшего друга, который поспешил к своей жене. Сейчас как никогда захотелось снять все печати с демона и заключить с ним вторую сделку. Терять все равно больше нечего. Кому какая разница, что он натворит, получив свободу? Ведь, по сути, это должна быть не только моя проблема, не я один обязан разбираться с ним, пытаться изгнать его обратно в свой мир, предотвратив опасность, которую он представлял.

— Мари, зачем ты вышла? Я же попросил тебя по приезду ждать в карете.

Она медленно перевела на Млиара взгляд, потянулась к нему, чтобы положить обе ладони на его локоть.

— Прошу меня простить, но дела не ждут. Мари, рад был встрече. Надеюсь, ты не в обиде, что не уделю тебе даже минуты. И не потому, что спешу, просто нет желания. Млиар, спасибо за напоминание. Я непременно воззову к клятве при первой же возможности. Очередь же.

Я откланялся и поторопился покинуть их, чтобы скорее сесть в карету и справиться с бушующей в груди яростью.