Глава 41. Обучение

Сознание начинает плыть, но его остатки кричат об осторожности. Это шейх. Это хищник. Он привык покорять и соблазнять женщин. Напоминаю себе, как унизительно быть одной из жён. Делить мужчину с другими. И вообще… Я отчётливо осознаю: мне нравится Драгар, но он не мой истинный, иначе метка уже появилась бы. А это значит, всё пройдёт и когда-нибудь я встречу своего настоящего истинного. И что мне тогда делать? Оставаться звездой гарема? В том, что я стану звездой, ни мгновения не сомневаюсь. Но семья – это не театр. На сцене можно в одной постановке быть примой, а в другой – одной из многих. А в любви – только одной-единственной. Упираюсь обеими руками в стальные грудные мышцы. – Даже не думай, Драгар! – Я пытаюсь произнести это сердито и уверенно, но голос садится, а губы начинает покалывать. В области сердца разгорается пожар, который горячими волнами распространяется по телу. Невыносимое ощущение. – Ты считаешь, что рядом с тобой я способен думать? – хриплым шёпотом спрашивает шейх, не собираясь разжимать руки. Тёмные глаза поглощают меня. Вижу, как меняется зрачок, вытягиваясь по вертикали. Чувствую, как тает Рэйра. Да она почти мурлычет. Рэйра молчит, моя драконица себе на уме. Но в дальнем уголке моего сознания проносится её мысль: «Сильный дракон, нр-равится». И эта мысль расплавленным мёдом растекается внизу живота. – Не смей ко мне прикасаться, Драгар, – говорю я и чувствую, как неубедительно это звучит. – Погоди! – Взгляд шейха становится ещё более проникновенным. – Мы же сюда пришли с определённой целью. Так? – Вот именно, – киваю я, отводя глаза и ещё сильнее упираясь руками в грудь Драгара. – Я должен научить тебя делиться с наргом магией. Так? – Допустим. – Но это мой нарг. – Губы Драгара почти касаются моих. – Нарг, запечатлённый мной, и, для того чтобы он тебя принял, между нами должна появиться хотя бы ниточка связи. – Что ты … И вот дальше мне договорить не дают. Нет никакой наглой и дерзкой атаки. Чувствую легчайшее прикосновение к губам и понимаю, что этой нежности я противостоять не могу. Нет больше крепкой хватки рук. Я могу оттолкнуть его в любой момент и… почему-то не отталкиваю. Впервые я чувствую в нём не захватчика, а того, кто способен защитить. Обвиваю руками мощную мужскую шею и чувствую, как содрогается сильное тело, забираюсь пальцами в волосы на его затылке. А ведь я давно хотела это сделать. Почему я раньше себе этого не позволяла? Волосы такие, как я и предполагала: густые, шелковистые и одновременно жёсткие, как сам Драгар, который весь состоит из литых мышц. А я так устала от ощущения опасности, от постоянного напряжения, что мой внутренний лёд начинает дробиться на осколки и таять от близости горячего тела. Драгар крепко сжимает меня в объятиях и разрывает поцелуй. Второй раз он отстраняется первым. – Я надеялся, что ты меня сама остановишь, – хрипло говорит он, прижимаясь лбом к моему лбу. – Ну почему всегда всё должен контролировать я? И я прихожу в себя. Какой стыд. Второй раз… хотя в прошлый раз я, кажется, его укусила. Не считается. Но сейчас я в любом случае сама забыла обо всём. Ну и что? Я не собираюсь оправдываться. Оправдываться не собираюсь, но из объятий пора выбираться. Собираю в кулак остаток воли и решительно отталкиваю Драгара. На этот раз моих сил почти хватает. Почти… Я всё-таки остаюсь в кольце его рук, но расстояние увеличивается. – Достаточно для создания ниточки связи? – осипшим голосом спрашиваю я. – Хотел бы я сказать, что нет. Ищу в глазах шейха привычную усмешку и не нахожу. Его глаза серьёзны и печальны. Драгар разжимает руки, и я делаю шаг назад, стараясь справиться с дрожью в коленях. – Ты моя, Анна, неужели ты ещё не поняла? – говорит он и, предвосхищая мои возможные протесты, сухо добавляет: – Займёмся делом. Легко сказать. Всё оставшееся время я молчу, пытаясь успокоить и направить в нужное русло свою взбудораженную стихию. Не с первого раза, но у меня получается сформировать на руке магический шар, в льдистой прозрачности которого присутствуют золотисто-красные вкрапления, напоминающие цвет песчаных барханов на закате. Страха нет, во мне ещё бурлят другие эмоции, не оставляя места для сомнений. И я без колебаний захожу в клетку к гигантскому зверю, протягивая ему на ладони угощение. Нарг осторожно поднимается, наполовину высовываясь из песка, и, наклонив огромную голову, изучает подношение. А затем впитывает его в себя. – Закрой глаза и прислушайся, – подсказывает Драгар. Я повинуюсь. Передо мной бескрайняя пустыня. И я скольжу между барханами. Это моя среда, моя земля, здесь я чувствую себя свободным. И я буду рад показать свой мир девочке, чьи волосы цвета закатного солнца. – Анна? – окликает меня Драгар. – У тебя получилось. И на испытании получится. Верь мне. Драгар провожает меня по тайным коридорам в мои покои, ни разу не попытавшись прикоснуться ко мне. А я иду молча, чувствуя наполненность и одновременно приятное опустошение. Ледяная стихия притихла, и от неё исходит непривычное ощущение тепла, как от песка, нагретого солнцем. Её много, и она готова знакомиться со всеми наргами Ангильи. – Спасибо, Драгар, – тихо говорю я, прежде чем шагнуть в свои покои. Он молча кивает. И, только оставшись в одиночестве, я вспоминаю про отбор. Оказывается, за последние полчаса я ни разу не вспомнила об этом унизительном мероприятии. Да и сейчас я думаю не о самом отборе, а о других участницах. Наверняка Далия и другие коренные жительницы Амиратов прекрасно знают, как справиться с наргами, но остальные… Они ведь могут погибнуть. Смогу ли я себе потом это простить?