Глава 91

Было так тихо, что любой звук усиливался многократно.

После «смерти» я не ощутила ничего. Ни боли, ни страданий, одна лишь пустота. Вокруг меня разливался потусторонний свет, который согревал своей мягкостью. Точно перина.

Хорошо, уютно. Только чувство беспокойство никак не покидало меня. Где-то там, вдалеке, пряталась и клубилась беспощадная тьма. Она рвала сковывающие пути в надежде выбраться наружу. Жажда свободы пересилила здравый смысл и мучения, которые причиняли невидимые цепи.

Протянув руку, я замерла, когда кто-то крепко сжал мое запястье.

— Юна?

Я моргнула и поняла, что мы по-прежнему стоим посреди древнего зала. Каждый вдох и стук сердца доказывали одно: я жива, по-настоящему. Легкие работали исправно, собирая кислород, и ничто не говорило о преждевременной кончине. Лишь завывания и стоны многочисленных душ дали понять, что я не совсем в этом мире. Точнее, где-то на границе.

Повернув голову, я заметила среди тысяч безымянных лиц Розалинду, Кейлу и Руперта. Они тянули ко мне свои призрачные руки и чего-то ждали с упоением.

— Жертва… — хватка усилилась, и я перевела взгляд на леди МакГиннес.

За плотной стеной кричали близняшки, хохотал Алибарди и стояла Морриган. Инстинкты взвыли, и пальцы дрогнули от пробежавших по коже искр. Девочки находились в опасности, а я ничем не помогала. И чем больше смотрела, тем сильнее они расплывались в неясное пятно. Словно исчезали, пока меня медленно утягивало куда-то за грань реальности.

Я услышала стон. На моих глазах полупрозрачный незнакомец изогнулся и растворился рядом с нами, превратившись в облако.

Магия, она исчезала. Источник умирал, души в нем отдали свои силы на борьбу с тьмой. Под моими пальцами гладкий мрамор стал горячим, а внутри каменного гроба расползались ожившие цветы.

Замок молил о помощи, но я с трудом осознавала происходящее.

— Я не понимаю, — прошептала глухо, встретившись с темным взглядом леди МакГиннес. Неожиданно она улыбнулась. Так мягко и по-доброму. Ее хмурое лицо мгновенно преобразилось, резкие черты разгладились.

Юна МакГиннес показалась мне красивой. Наверное, будь у нее шанс, она бы разбила немало мужских сердец на светских раутах. Проницательный взгляд из-под пушистых, изогнутых ресниц добавлял шарма к яркой внешности. Но между этой женщиной и успехом пролегла стена отчуждения, которая строилась на боли, слезах, неприятии общества и личной трагедии.

— Добровольная жертва от тебя, — проговорила Юна.

— Но я же…

— Когда первый снег скроет земли Арканта, твое сердце остановится на миг. Уйдут последние сомнения из разума. Тогда источник примет добровольную жертву от хозяина замка и баланс восстановится, — прохрипела Юна.

Вдоль позвоночника пробежали мурашки от понимания смысла сказанных слов. Я сглотнула и дернула руку, но леди МакГиннес покачала головой.

— Это настоящее пророчество банши, — проговорила она. — Добровольная жертва, принесенная тобой, станет новым сердцем для источника.

Всхлипнув, я закусила до боли губу. Первые соленые капли разбились о бортик мраморного гроба. Сладкий, удушливый аромат ударил в нос, когда яркие соцветия выбрались наружу. Я ощутила головокружение и тошноту, но я продолжала напитывать растения магией. Будто знала, что поступаю правильно.

Добровольная жертва от меня. Настоящая, живая душа в обмен на то, чтобы замок восстановился.

— Разве так можно? — я не верила и не допускала даже мысли.

Почему? Зачем? Как?

Позволить леди МакГиннес умереть во благо? Нет, ни за что! Юна сильнее меня, она бы защитила девочек. И хозяйка Арканта из нее в тысячи раз лучше молодой дурочки, которая не заметила ни предателя под носом, ни зло притаившееся в стенах.

Она бы не допустила смерти Кейлы.

— Когда я тебя увидела, то страшно разозлилась, — выдохнула Юна. — Ты напомнила мне дочь. Мою Розу. Такая же беспечная, воздушная и светлоглазая. Она тоже хотела жить, Амалия. И любить. Однако судьба распорядилась иначе. Ее боль и страдания мучают меня так долго, что смерть — единственное, о чем я мечтаю последние годы.

Мои пальцы сжали розовое соцветие, и острые шипы впились в кожу. Нежные лепестки в мгновение ока превратились в смятую массу, рассыпавшуюся под моими ногами. Но растения тянулись ко мне, обвивали запястья и цеплялись за шелк платья.

— Нет, — выдохнула я обессиленно, понимая, что от моего решения ничего не изменится. — За стеной Алибарди. Он убьет девочек, Морриган…

— И ты ему помешаешь, верно? — усмехнулась Юна. — Это была не твоя борьба, Амалия. Я предупреждала.

На языке вертелось столько вопросов, но я промолчала. По тонким губам леди Макгиннес пробежала легкая улыбка.

— Ты видела его, верно?

Я сразу поняла, о ком идет речь. Алибарди всегда нависал над нами незримой тенью. Чуда не случилось. Другого выхода я не видела, потому согласилась на жертву. Иначе замок никогда не избавится от тьмы, которая пряталась в стенах Арканта.

— Пусть источник отпустит Алибарди. Прикажи, — зазвучал в голове мягкий голос Юны. — Я ошиблась, думая, что победила.

— Если Франко вырвется, мы окажемся в опасности, — предупредила я.

— Источник больше не будет защищать его, Амалия, — ответила Юна. — Замок не позволит. А без этого Алибарди так же смертен.

Несколько долгих минут мы смотрели друг на друга. Сказать по правде, я не так смогла подобрать правильные слова для прощания. Наши отношения были далеки от идеальных. Да и о какой близости идет речь, когда все недолгое знакомство прошло в ссоре?

Однако страх и горечь толкнули вперед. Протянув руку, я сжала пальцы Юны.

— Прости меня, — прошептала сквозь бегущие слезы. — Пожалуйста, прости.

«Добровольна ли жертва твоя, дитя мое?».

На этот раз я не колебалась и дала утвердительный ответ. Растения зашелестели, а тьма ринулась ко мне. Теперь ее не держали цепи, она получила желаемое.

«Помни, ты здесь хозяйка», — прошелестел голос Юны в голове, и я распахнула глаза, слыша отчаянные крики близняшек.

— Отпусти мою сестру! Мали! Бабушка!

Зал остался прежним, но повсюду разливался яркий свет. Я с трудом отступила от мраморного гроба и ощутила легкое сопротивление воздуха, когда преодолела границу между нашими мирами. Юна кивнула мне, затем что-то проговорила. Только я уже не услышала, поскольку нас разделяла магическая стена.

— О, сеньора МакГиннес, — ахнула Кейла. До меня только сейчас дошло, что свет не от магии. Он от призраков, которые зависли по всей комнате.

— Ну ничего себе, — раздался ехидный голос Алибарди. Я перевела на него взгляд, и непроизвольно сжала кулаки.

Одной рукой Франко держал за ворот платья зареванную Джинни, другой свой дрыглов цилиндр. В голове промелькнуло воспоминание о Драго, после чего злость усилилась троекратно. Особенно когда Маргарет бросилась вперед, но ее грубо отшвырнули в сторону.

— Такого исхода я, признаться, не ожидал, — протянул Алибарди.

Ярость выплеснулась в агрессию, и под ногами расползлись цветы. Множество растений, которые заполонили собой все. Франко поднял голову и взглянул на темнеющий потолок, пытаясь уловить движение.

Как там говорил Зидан? Вышвырнуть призрака?

— Не двигайтесь, леди МакГиннес, — сухо промолвил Алибарди и дернул Джиневру на себя. — Или я сверну ей шейку. Когда все закончится, мы отпустим вас с миром.

— Убери от нее руки! — сквозь слезы прокричала Маргарет. На хрупкие плечи легли ладони Морриган и не дали сойти с места.

Я моргнула, заметив у одной из колонн у входа странную тень. Она двигалась необычайно быстро, но ни замок, ни источник к ней агрессии не проявляли. Мои растения только подбирались к Алибарди, однако без мысленного приказа ничего не делали. А вот существо во мраке их не интересовало.

Даффи? Или кто-то другой?

— Я даже рад, что так вышло, — пробормотал Алибарди и втянул с шумом воздух, наслаждаясь новообретенной свободой. Внезапно Франко толкнул вскрикнувшую Джинни, уронил цилиндр и развел руки в стороны.

— Наконец-то, — скорее прочитала по губам, чем реально услышала.

Искры магии вновь пощекотали кожу. Карман, где лежали ожерелье, оттянуло. Украшение нагрелось под воздействием чужой энергии. Моей. Она выплескивалась через край, пока я медленно отступала от мраморного гроба. Все дальше. Глядя на то, как Юна изгибается от боли и безмолвно кричит в пустоту.

По приезде сюда у меня был дом. Пусть неидеальный, немного потрепанный. Появилась семья, муж, дети, друзья и цели в жизни. Но Алибарди разрушил привычный уклад. Стараться не пришлось, мы сами его впустили.

Гнев сменился бешенством, которое я не ощущала даже в день ссоры с Эйлой. Внезапный прилив сил переключил внимание с хохочущего от радости Франко на цилиндр в воде. Маленький хвостик появился и сразу исчез. Видимо, дракончик нашел выход из измерения.

— Девочки! — крикнула я, мысленно скрестив пальцы. Пожалуйста, пусть они поймут. — Жаба.

Удивленный Алибарди прервался. Почти сразу он почуял неладное и резко обернулся, взглянув на свой цилиндр.

— Ах ты паршивая шкура, — зашипел на пискнувшего Драго.

Дракончик заметался и отвлек на себя внимание Франко. Он протянул руку, меж пальцев заклубилась тьма. В этот момент близняшки не сговариваясь, оттолкнули охнувшую Морриган и немного неумело сформировали печати. Знакомая зеленая вспышка ослепила всех, кто находился в зале.

Вода забурлила, и над головой послышалось жужжание.

— Мали! — взвизгнула Джинни. И сама испугалась того, что натворила.

Мертвые мухи, многочисленные бабочки, полуразложившиеся земноводные облепили костюм Алибарди и ринувшись к вскрикнувшей Морриган. Они и ко мне прилипли, но я старалась игнорировать подступившую тошноту при виде парочки дохлых лягушек.

— Ах ты тварь, — послышалось злое рычание отовсюду.

Липкий пот неприятно холодил кожу, однако я не поддалась эмоциям. Наоборот, усилила напор и своды потолка над нами дрогнули до каменной крошки, осыпавшейся на пол.

— Пошел вон из моего дома, — процедила я и цепкие водоросли обхватили лодыжки Алибарди.

Стебель розы ударил Франко по лицу, но в последний момент тот ушел от прямой атаки. Двигался циркач быстро. За ним тянулся черный туман, который с легкостью уничтожал мои растения.

От смерти очередного бутона мне стало физически больно, поскольку магия Алибарди действовала как яд. Пальцы дрожали, тело слабело, и кружилась голова. Такого я раньше не видела и понимала природу его способностей, чтобы придумать контратаку. В какой-то момент существо в красном сюртуке полностью растворилось во мраке, оставив лишь жуткую улыбку.

— Ты и правда думала, что убьешь меня цветочками? — хохотнул Франко, и я вскрикнула. Кончик темной дымки коснулся моей руки. На месте удара моментально образовалась корочка, как от ожога.

— Леди Амалия, не приближайтесь к нему! — услышала я знакомый голос и отступила от клубящегося у ног тумана, который окружил меня.

— Неужели благородный дроу пожаловал, чтобы спасти дорогую хозяйку? — захихикал Алибарди.

Прозвучал первый выстрел. Задохнувшись от нехватки воздуха, я напустила растения на Франко и разогнала дымную стену.

У колонн действительно стоял Даффи. Он целился в Морриган, а за его спиной прятались Маргарет и Джинни. Когда я поняла, что дроу подталкивает близняшек к выходу, появилась легкость. Теперь атаки Франко отражались проще, поскольку я знала: девочки в безопасности. Пусть не до конца.

— Морриган, убей остальных, — рявкнул Алибарди.

Дурманящий аромат сладких персиков наполнил помещение. Я потеряла концентрацию, и очередная плеть рассекла подол платья, чуть не ужалив в ногу. Морриган взмахнула рукой, а затем сжала пальцы. Будто кого-то поймала. Возможно, она проделала еще какие-то манипуляции, я не заметила. Зато взгляд выловил Даффи, застывшего истуканом перед феей.

Ни крики девочек, ни их попытки сдвинуть дроу не помогали.

— Очнись! — заорала я, отбиваясь от плетей.

— Он не слышит, — протянул Алибарди. — Морриган просто высосет из него жизненную энергию.

Туман подобрался ближе, и я всхлипнула от собственной слабости. Чем больше я отражала атаки, тем сильнее ударял в ответ Франко. Очертания его фигуры вновь показались передо мной. Сначала гадкая улыбка, а следом тело в красном сюртуке. Протянув руку, Алибарди дотронулся до моих волос.

Кто-то дернул прядь на затылке, от прикосновения острых коготков к коже стало щекотно.

— Вам следовало умереть еще в источнике, — мои губы обожгли жёсткие слова.

— Иу-ма, — пискнул Драго.

— Не смей меня трогать, — выдохнула я, оказавшись совсем близко к Франко.

Удивление в темном взгляде сменилось паникой, когда торс и ноги обхватили стебли роз. Они потащили кричащего циркача к мраморному гробу. А я почувствовала, как дракончик устало сполз по руке в мою раскрытую ладонь, отдав всю свою энергию. У него даже чешуя поблекла, и глаза потухли.

— Он будет в порядке. Драконы быстро восстанавливаются, — услышала я мягкий голос и посмотрела на призрачную Розалинду.

Очередной выстрел выбил несколько камешков из древней колонны. Запах пороха, затхлой воды, цветов и гниения перемешался со сладким ароматом. Именно из-за него я не сразу уловила пудровые нотки. Перепутать их с чем-то другим было нельзя. Как и не заметить фиолетовые вспышки, которые смешались с темными всполохами.

— Даниэль…

Сил на радости не осталось. Розалинда кивнула и легким движением подтолкнула меня к выходу.

— Беги, скоро здесь все развалится.

Я распахнула глаза шире и уставилась на толпу призраков за ее спиной. Кейла приветливо помахала мне, после чего спряталась за суровым мужчиной. Так похожим на Гилберта, и одновременно совершенно другим.

— А… — взгляд метнулся Алибарди, который пока безуспешно боролся с цветами.

— Мы удержим его, — сухо и коротко произнес Руперт. — Уходи сейчас же. Карман скоро захлопнется.

Рядом рухнул крупный осколок. Он расплескал воду, а следом посыпалась часть мозаики. Повернувшись туда, где находилась Юна, я коротко вздохнула.

— Надо попрощаться, — неожиданно хлюпнула я носом.

— Глупости, — улыбнулась солнечно Розалинда. — Мы совсем не прощаемся, Амалия. Просто больше не принадлежим к миру живых.

Она права. Слова здесь излишне, любые фразы казались глупыми. Я сунула полусонного Драго в карман и сорвалась с места. Передо мной расступился черный туман, гонимый призраками.

— Не-е-ет! Не уйдешь! — услышала сзади. В последнюю секунду водоросли, подчиняясь моему приказу, крепко схватили сумасшедшего циркача и не позволили пойти за мной следом.

Яркая вспышка ослепила, когда мимо пронеслась фиолетовая сфера.

— Дрыгл побери, леди МакГиннес! — рявкнул Даниэль. Он одновременно отражал атаки магии Алибарди и Морриган.

Никогда не видела инкубов в боевой трансформации. Герцог или то, существо, которым он являлся, вытянул когтистую лапу. На алой коже четко проступили вены, гоняющие кровь с магией по телу Даниэля.

Я успела только мельком разглядеть обрывки светлых волос на лысом черепе и рога, когда взбешенный демон прорычал:

— Уведи их отсюда!

— Леди МакГиннес, уходим, — услышала я Даффи и наконец отмерла.

Маргарет и Джинни хотели к бабушке, но дроу тянул их к выходу, подальше от боя и разваливающегося зала.

— Амалия! — я вздрогнула, когда Даниэль рявкнул.

— Мали, там бабушка! Мы не можем ее оставить! — крикнула Маргарет.

Послышался грохот, одна из колонн накренилась и рухнула на пол. Следом за ней посыпались остальные. Там, где проходила граница между мирами живых и мертвых, я заметила сгорбившуюся фигуру Юны за потоком света.

— Амалия!

Стерев слезы, я бросилась к Даффи и схватила дроу за руку. В последнюю секунду обернулась, услышав истошный крик Морриган. Огромная, крылатая тень бросилась к фее наперерез и сбила с ног одним ударом.

— Скорее, леди МакГиннес, — поторопил меня Даффи.

Девочек мы увели силой: Дарау просто подхватил их на руки и бросился к выходу. Времени объяснять не осталось, ведь карман продолжал разрушаться. Все, что я видела — чернота. Иногда из нее ярким пятном выплывали факелы, благодаря которым мы успешно преодолели разрушающийся коридор. Собственное дыхание билось в ушах, и перед глазами заплясали цветные круги.

Я даже не поняла, как мы оказались в злосчастном коридоре замка. За нашими спинами схлопывался тайный проход. Странная картина родственника Терлака исчезла вместе черневшим провалом в тот момент, когда крылатое чудовище вынесло на своих руках Морриган.

Ничего не осталось. Совсем. Никаких доказательств бойни, что произошла в стенах Арканта.

— Помоги мне, — услышала хриплый голос.

Кожистые крылья трепыхнулись, когда рогатый инкуб зашипел от боли. Пугающие черты монстра постепенно менялись. Даниэля будто выворачивало наизнанку. Он упал на одно колени перед лежащей Морриган, силях не кричать, пока испуганные близняшки прижимались к нам с Даффи.

Исчезли когти, что оставили три глубокие борозды на плитах. Красота герцога вернулась, спрятав уродливую и опасную сущность демона за привычной маской. Только теперь я рассмотрела голый торс с запекшейся раной на груди. Выглядела она отвратительно. Такое чувство, что Даниэль сам доставал пулю и судя по мрачному взору, мои предположения оказались верны.

— Я думала ты погиб, — выдохнула негромко и прижала к себе дрожащих девочек. Фиалковый взор скользнул от безмятежного лица Морриган ко мне.

— Она промахнулась, — короткая усмешка пробежала по губам Даниэля, а голос потерял пугающую хрипотцу. — Я же ей говорил, что для убийства демона нужно уничтожить его сердце.

Случайно Морриган выстрелила чуть выше или действовала на уровне подсознания? Ответа на вопрос никто из присутствующих не получил. Едва фея очнулась, она почти сразу бросилась на меня. Только реакция герцога спасла нас от очередной атаки.

— Какого дрыгла, Алибарди же мертв, — охнул ошарашенный дроу.

— Треклятые пикси, помогите мне, — прорычал Даниэль, крепко сжав в объятиях взбесившуюся мисс Делейни. — Морриган, очнись!

Она выгибалась, раздирала ногтями кожу на руках герцога Фламеля в попытке освободиться. Раньше печать работала по желанию Франко, однако сейчас он не управлял мисс Делейни. Скорее на уровне инстинктов в Морриган билось желание уничтожить врагов, на которых указал хозяин.

— Дрыгловы жабы, — Джинни вцепилась в сестру. — Тетя фея опять сошла с ума.

Я вздрогнула и ощутила движение в кармане. Звякнуло выпавшее из пасти Драго ожерелье, когда дракончик неуклюже выбрался наружу. Он кубарем прокатился рядом по полу, недовольно чихнул и выпустил струйку дыма.

— Драго! — ахнула Маргарет.

— Это же бабушкино колье, — удивилась Джинни.

Моргнув, я наклонилась и подняла ожерелье Розалинды. Холодный блеск топаза успокаивал, а от прикосновения к гладкой поверхности камня по телу разлилось неожиданное спокойствие.

— Амалия! — услышала я крик Даниэля.

Если оно так долго держало разум Розалинды в состоянии нормально, то и Морриган могло помочь. Верно? Решительно сжав в руке украшение, я шагнула к дергающейся фее и коротко приказала:

— Держите ее крепче.

В темных зрачках Даниэля мелькнул страх вперемежку, но спорить он не решился. Зажал руки Морриган, пока Даффи удерживал ноги. Застегнуть маленький замочек у меня получилось только с третьего раза, поскольку фея постоянно вертела головой и кусалась. А затем неожиданно выгнулась, когда камень в ложбинке груди вспыхнул.

И через несколько секунд ее взгляд прояснился.

— Что?

Я устало села на пол. Ни правила этикета, ни грязь меня сейчас не волновало. Облегчение сдвинуло тяжелую гору с плеч после пережитого. Рядом пристроился Драго. Он ткнулся носом в мою ладонь и дружелюбно шевельнул хвостом. Я не воспротивилась, когда ящер, цепляясь коготками за ткань, забрался мне на колени. Протянула руку дрожащим близняшкам и позвала их:

— Идите сюда.

Девочки нырнули в мои объятия. Сегодня слишком много случилось. Достаточно, чтобы впредь не отталкивать друг друга.

— Бабушка умерла, да? — услышала тихий вопрос Маргарет сквозь всхлип.

— Что случилось? — Морриган повертела головой.

Осознание приходило к ней постепенно. Прекрасные черты искажались по мере того, как память подбрасывала воспоминаний. Я крепче прижала к себе девочек и закрыла глаза.

— Боги.

— Тише, Морриган, все хорошо, — уговаривал фею Даниэль.

Ничего хорошего не будет, мы знали это. Даже чудом избежав наказания, себя мисс Делейни точно не простит. Страдания в ее голосе и боль в словах откликнулись в моем сердце.

— Я почти убила тебя… Боги, та девушка… фея.

Даффи опустил голову, и Морриган взвыла. Горько, почти истерично. Она цеплялась пальцами за Даниэля, будто искала в нем опору.

А где-то за окнами вместе с нами плакали небеса над Аркантом, отстукивая мрачную мелодию по стеклам.