Глава 14

К нам моментально подбегает светловолосая девушка лет тридцати. Прижимает к себе девочку, с которой ребята играли несколько минут назад и которую, кажется, не поделили.

— Ты вообще кто такой, чтобы со мной так разговаривать? — бурчит мужчина.

Бывший бросает взгляд на детей, переводит на меня. Плотно поджимает губы. Еле сдерживается, чтобы при детях не врезать ему. Зная, каким он был в прошлом, я даже не сомневаюсь, о чем он размышляет в своей голове.

— Они дети, — цедит он сквозь зубы. — Какого черта к ним лезешь и с ребенком так смеешь обращаться? С моим ребенком, твою мать!

— А твой пусть руки не распускает, — все еще наезжает невоспитанный мужик. Боже, какой же грубый и тупой человек. При детях такую сцену устраивать...

— Минуточку, молодой человек, — подключается мать девочки. — Я внимательно следила за детьми. И собственными глазами видела, как ваш сын накинулся на того малыша, — кивает на Арса. — Кстати, малыш очень даже умный. Не ответил агрессивно, а наоборот, сказал, чтобы тот отстал. Но ваш сыночек, видимо, пошел в отца, раз не понимает слов. Неудивительно, конечно. С таким папашей ребенок нормального поведения вряд ли получился бы. Но все еще не поздно его хорошо воспитать. Все было отлично, пока вы не появились. Бедный мальчик, — смотрит на сына того мужика. — Вы его в садик отправьте. Воспитатели его научат дисциплине и тому, что хорошо, а что плохо. Что можно, а что нельзя.

— А ты кто такая, чтобы меня учить?!

Не успевает договорить, как буквально из ниоткуда появляется парень. И я его узнаю в ту же минуту. Сережа. Брат Ромы. В черном деловом костюме. И сразу вспоминаю слова бывшего о том, что есть заведение, которое принадлежит дяде Нелли. Черт! Неужели Сергей действительно взялся за ум?

— Доброго времени суток, — говорит, после того как откашливается. — Не нужно тут устраивать скандалы, тем более при детях. Вы вообще не накидывайтесь на людей. Не имеете на это никакого права. Камеры наблюдения все сняли. Если бы родители этого мальчика не появились, — указывает на Волчонка, который крепко сжимает руку своего отца. — Вы бы его ударили? Вы же понимаете, что это уголовное дело? В моем заведении такое недопустимо. На выход, пока я не вызвал службу безопасности.

Наши глаза с бывшим цепляются. Всего на секунду. А потом он переводит взгляд на мужика. Тот матерится сквозь зубы и при этом не сводит с меня глаз.

— За ребенком присмотри, — говорит, сделав шаг ко мне. — Арс, я сейчас вернусь, окей?

Сын лишь кивает. Я опускаюсь перед ним на корточки, глажу хрупкую спину. Слежу за тем, как фигуры мужчин от нас отдаляются. И, судя по выражению лица отца Волчонка, он без сомнений преподаст урок тому невоспитанному подонку.

— Я ему ничего не сделал. Честно, — надувает губы сыночек. — Сам пришел и начал Лилию обижать. А потом меня бить.

— Я все видела, малыш. И не смей плакать. Ты же у нас мужчина, — отвечает вместо меня мать девочки. — Я все видела, — нежно улыбается она. — Лиль, скажешь спасибо своему другу?

— Спасибо, — растягивает губы малышка. — Он плохой мальчик! — указывает пальчиком в сторону двери, куда вышли отец с сыном.

Мы общаемся минут десять. После девушка с дочерью уходят, я же остаюсь наедине с сыном. Мы идем к нашему столику и ждем «лучшего друга» Арсения. Сын ежеминутно оглядывается в поисках своего отца, но он отсутствует около получаса.

— Соскучились? — спрашивает, присаживаясь рядом с сыном. Прижимает его к себе и целует в макушку. — Ты чего грустишь?

— Я в парк хочу. Мне нравится гулять, — капризничиает ребенок. — Когда мы уйдем?

— Давай ты что-нибудь покушаешь, и я отвезу вас домой, договорились? А вечером наверняка вы с мамой выйдете на прогулку. Мне на работу еще надо смотаться.

— А когда твоя работа закончится?

— Не знаю, — вздыхает бывший, пожав плечами. — Мне иногда кажется, что она никогда не закончится.

Арсений опускает взгляд на свою тарелку. Даже носом шмыгает. Не понимаю, что с ним происходит, почему его настроение так резко меняется.

— Арс?! Что случилось, дорогой? — я сижу напротив сына. Протягиваю руку и дотрагиваюсь до его подбородка, поднимаю, чтобы смотрел на меня.

— Ты говорила, что папа уехал в командировку, что его работа закончится и он вернется. А если и у него работа не закончится? Он никогда не придет?

Боже. В этот момент меня будто по голове чем-то тяжелым бьют, и перед глазами мгновенно темнеет. Да, я говорила, что папа уехал работать. И что обязательно вернется. Но я никогда не думала, что он сделает такие выводы, услышав ответ на свой вопрос от бывшего. Который и является его родным отцом.

Я вижу, как мужчина сглатывает. Его кадык дергается, рука, которой он обнимает Волчонка за плечо, автоматом сжимается в кулак.

— Малыш, ну откуда такие мысли? — шепчу хрипло, не своим голосом. — Конечно же, он вернется.

— Ну, ма-а-ам...

— Арсений, — зовет его отец. — Ты мне лучше скажи, твоя мама когда-нибудь врала тебе? — сын отрицательно качает головой. — Ну в таком случае это означает лишь одно: она и сейчас не врет. Верно?

Я не понимаю, откуда этот человек научился ладить с детьми. Но он настолько профессионально успокаивает, убеждает Волчонка, что я начинаю восхищаться его способностью.

Бывший отвлекает Арсения, и малыш больше не затрагивает тему своего отца. Зато Волчонок берет обещание... Зовет своего «лучшего друга» к нам в гости. Этим вечером!

Несмотря на то, что Арс хочет, чтобы нас подвез бывший, я отказываюсь. Мы приехали на моей машине.

Домой приезжаем ближе к пяти, потому что я решаю заехать в торговый центр и купить сыну новую одежду. Время словно летит. Уже в семь раздается дверной звонок, и я, честно говоря, радуюсь, как маленькая влюбленная девочка. Бегу открывать. Но, к сожалению, на пороге квартиры меня ждет не тот, кого я ожидала увидеть. Меня ждет сюрприз по имени Богдан.

Но и это меня не пугает. Скорее пугает мысль... Что будет, когда и бывший объявится?

— Не рада меня видеть? Совсем? — расстроенно говорит бывший жених, сжимая в руках букет алых роз. — Я хотел поговорить и извиниться.

А я хочу, чтобы он исчез. Пусть Богдан парень неплохой, но очень эмоциональный и вспыльчивый, какой я была несколько лет назад. Мне совсем не нравится его подход к нашим отношениям, которых, можно сказать, никогда не было. Я совершила ошибку, дав ему шанс. Еще тогда, на сцене, надо было его отвергнуть. Но, черт, я бы не смогла его опозорить при всех.

Я слышу за спиной шаги. Арсений останавливается рядом с широкой улыбкой на лице. Но как только видит у двери Богдана, эта улыбка слетает, и появляется нечто, смахивающее на раздражение и неприязнь.

— Привет, мелочь, — Богдан опускается на корточки и протягивает ладонь сыну. Тот нехотя, но пожимает ее. — Ты не против, если я поговорю с твоей матерью?

Арс пожимает плечами, бежит в свою комнату. Зовет Зойку и говорит, чтобы она подошло к нему. Есть какое-то дело. Господи, что он опять задумал?

Мужчина поджимает губы, поднимается обратно. Он сильно расстроился, хоть и пытается не подавать виду. Протягивает мне цветы, которые я принимаю, честно говоря, без желания. Не хочу давать ему повод думать, что у нас когда-то что-то может сложиться.

— Богдан, прости, — я осекаюсь, не зная, как продолжить свою речь. — Мне скоро сына в ванную надо... И спать уложить, — я что-то невнятное лепечу.

На самом деле все мысли забиты отцом Арсения. Если он сейчас придет, то тут случится настоящий скандал. И устроит его не лучший друг моего сына, а как раз-таки Богдан.

— Дай мне десять минут, — просит он.

Киваю через пару секунд. Зойка появляется вовремя. И я вручаю ей цветы. Она сама знает, что с ними надо делать. Не люблю я алые. Давно не люблю.

Приглашаю мужчину в кухню. Он не любитель таких скромных мест. Привык к роскоши и комфорту. К кухне, которая больше всей этой квартиры. Но что есть, то есть. Сам напросился, я его не звала.

С каждой секундой я понимаю, что зря затеяла идею попробовать хоть что-то начать с ним. Он мне не пара. Наши характеры совсем разные. Я — тихая и скромная, не любящая лишнюю шумиху. Он же, наоборот, обожает видеть себя, свое лицо везде, где только возможно.

Да, я изменилась. Я была такой же, каким сейчас является Богдан. Изменилась на сто восемьдесят градусов. Ну и, честно говоря, мне свое данное состояние больше нравится.

— Прости, Лиз. Сильно наехал на тебя. Просто мне сложно смириться, что тебе плевать на меня, — говорит он, задерживая на мне пристальный взгляд. — Ты хотя бы скажи, есть ли в твоей жизни кто-то, раз ты так отстраненно ведешь себя? Не подпускаешь к себе. Ни ты, ни твой Волчонок. Я пытаюсь наладить с ним отношения, но без твоей помощи, как видишь, получается хреново.

— Не нужно иметь две головы, чтобы знать, как нужно обращаться с детьми, Богдан. Ты даже не пытаешься с ним ладить. Да и никогда не старался для этого. Пару натянутых улыбок или же приветствий мало для того, чтобы завладеть вниманием малыша.

— Я просто никак с детьми, Лиз. Даже если ребенок — мой родственник. Может, пояснишь, что мне делать?

— Богдан, — вздыхаю, присаживаясь напротив. — Я тебе сто раз рассказывала. Не буду очередной раз идти по кругу. Давай наконец поставим точку в этом разговоре. И будем чисто деловые отношения вести. Это самый разумный вариант, который ты должен принять. Нам не быть вместе, потому что я этого не хочу. Потому что у нас никак не получилось и не получится. Кольцо я тебе вернула. Через сына перешагивать не стану, естественно. Он тебя не хочет видеть. Я, как мужчину, с которым хочу связать свое будущее, тоже. Да и, думаю, друзьями, как прежде, теперь тоже не станем. Нас связывает работа. Больше ничего.

— То есть тебе реально плевать на меня только из-за того, что ребенок меня не хочет видеть? И так будет продолжаться всю твою жизнь? Вдруг ему никто не будет по душе?

Я нервно усмехаюсь его словам, потираю переносицу пальцами. В висках стучит от напряжения и от злости. Этот человек стал чересчур настойчивым и надоедливым. Или же мне так кажется, после того как в нашу жизнь снова ворвался отец моего сына? Мужчина, которого я безумно любила и, наверное, люблю до сих пор, раз его близость и взгляд действуют на меня странным образом.

— Пока что у меня нет планов иметь отношения с каким-либо мужчиной. Кем бы тот ни был, Богдан. Пожалуйста, не нужно говорить одно и то же. Я устала обсуждать эту тему. Вокруг тебя постоянно много девушек. Уверена, ты быстро найдешь мне замену.

Я и не думаю, что Богдан сейчас один и якобы верен мне. Ждет моего «да» с нетерпением и не общается, не встречается ни с одной женщиной? Чушь какая... Пусть и временная, но девушка в его жизни безусловно есть.

— А я не хочу другую, Лиз, — хмурится он. — Только тебя.

— Ты смахиваешь на школьника, который поспорил с друзьями и идет напролом, лишь бы выиграть тот самый спор. Неужели твоя цель — сделать меня своей? Но зачем? Действительно поспорил с кем-то, Богдан? Вроде бы взрослый человек. Должен понимать. Но действительно ведешь себя как ребенок. Меня это утомляет. Выводит из себя.

— Лиз, ты шутишь? — смеется мужчина, обнажая ряд белоснежных зубов. — Я действительно похож на... — договорить не успевает, потому что раздается звон дверного звонка. — Ты кого-то ждешь? — спрашивает, прищуриваясь.

Я как-то неосознанно закатываю глаза. Не понимаю, что со мной творится. Я просто устала...

Иду к двери и открываю дверь. Отец Арсения стоит передо мной. В одной руке коробочка шоколада. Во второй — большая синяя машина.

Ну вот... Так надо стараться, чтобы завоевать сердце малыша. Бывший в очередной раз удивляет меня.

— А это кто такой? — раздается за спиной.

— Он... — говорю я, но не успеваю продолжить.

— Он мой папа! — доносится звонкий голос сына.