Глава 30

Посмотрев на наручные часы, я перевожу взгляд на начальника. Подписываю некоторые документы и, попрощавшись с ним и мысленно пообещав сюда никогда не возвращаться, покидаю кабинет.

Сегодня как-то случайно встретила Машу. Однако она скользнула по мне равнодушным взглядом, обернулась и ушла, будто вовсе мы не знакомы. Я же пожала плечами. Замечательно. Первого предателя — Богдана — не стало в моей жизни пару недель назад. А сейчас точно так же испаряется и второй предатель — Маша. Ведь я ее своей подругой считала. Она, оказывается, знала, какой безбашенный ее брат, но все равно при каждой возможности сводила нас.

Звоню Зойке. Она предупреждает, что приезжал Бессмертный и Арсений настоял, чтобы они с отцом отправились в парк.

— Было бы странно, если бы я сказала Кириллу, мол, подожди, я спрошу Лизу, разрешает ли она. Ведь Бессмертный — родной папа Волчонка. Ты же понимаешь, о чем я?

Широко улыбаюсь на слова подруги. Она права, конечно. Но все больше веселее становится, когда представляю перед глазами следующую картину: Кирилл будет наблюдать, как его сын подкатывает к девчонкам. Боже... Я уверена, будь у нас дочь, Бессмертный не позволил бы ни одному мальчишке подходить к ней.

— Эй! Ты меня слышишь? — доносится голос Зои.

— Угу, — выхожу из здания и направляюсь в сторону парковки. — Задумалась я. Домой приеду, а потом пойду и понаблюдаю, чем двое мужчин без меня занимаются. Надеюсь, ничего лишнего не увижу, — на моем лице появляется широкая улыбка. — А потом вещи еще собирать. Завтра в это время будем в родном доме, Зойка.

— Насчет вещей не парься. Я собрала почти все. И твои, и Арса. А насчет родного дома... Почему-то мне не верится во все это. Даже представить нас в Америке не могу. Тем более с отцом Волчонка.

— Прекрати, Зой, — недовольно ворчу я. — Давай не будем думать о плохом? Все будет круто. Кстати, насчет Кирилла... Ему на руку ехать с нами. Сам признался, что лет пять не отдыхал. Повесил все дела на Серегу и сваливает с нами.

Позволяю себе смеяться. Такой счастливой я себя действительно давно не чувствовала. Не знаю, что меня радует больше. То ли, что Бессмертный выбрал нас и как минимум месяц проведет с нами. То ли, что жизнь потихоньку налаживается. Слава богу, пока проблем не наблюдается. Никто не лезет к нам, никто не рушит то, что мы пытаемся построить заново.

Я резко замолкаю, и улыбка слетает с моего лица сразу, как только у своего автомобиля вижу Машу. Она смотрит мне прямо в глаза.

— Ладно, Зой. Я выезжаю, — говорю еле слышно.

— Окей. Будь осторожна! — отвечает подруга, перед тем как вырубить звонок.

Хочу просто пройти мимо и сесть за руль. Но Маша, кажется, решила иначе.

— Можем поговорить?

— Нет, Мария. Говорить нам не о чем. Желания нет точно так же, как и времени, — еле сдерживаю себя, чтобы не кричать. Как вспоминаю ее последние слова в мой адрес в тот день, когда ее же брат организовал похищение Арсения, так злость берет верх.

— Лиз, я жалею о своих словах. О том, что пошла против тебя, зная своего брата, — говорит она сдавленным голосом, но на меня это ни капли не действует.

Даже умоляющий взгляд не заставляет меня смягчиться. Потому что на кону был четырехлетний мальчик. Я могла бы его потерять из-за какого-то там психа. Я, конечно, понимаю, что сама тоже в чем-то ошиблась. Однако... Ну откуда я могла знать, что Богдан псих? Ведь вел он себя вполне уравновешенно. Никаких косяков не замечала вплоть до того, как он узнал, что в моей жизни есть другой мужчина.

— Ну молодец. Что я могу сказать? — громко хмыкаю, а следом вздергиваю подбородок. — Знаешь, Маш... Друзья так не поступают. А ты ведь прекрасно понимала, на что идешь. Твой брат... Когда-то он лечился, когда-то был совсем другим. Вы так профессионально все скрыли, что у меня даже слов нет высказаться. Никогда не могла бы подумать о Богдане, что он был наркоманом. Но, походу, человек не меняется. И избавиться от плохих привычек не так уж легко. Он стал таким же, каким был несколько лет назад. В чем-то и твоя вина есть. Он твой родной брат! Ты прекрасно могла догадаться, до чего доведет его напирание. Вместо того чтобы убедить его в том, что я ему не пара, ты тоже давила на него. Травила! Какие у тебя были мотивы, Маш? Неужели хотела избавиться от родного брата, чтобы все состояние родителей самой получить? Эта мысль мне несколько дней покоя не дает! Сижу и думаю... Господи, упаси... Никогда такую сестру или же брата не захотела бы. Которые травили бы меня из-за денег.

Судя по тому, как глаза Марии разбегаются, я попала в точку. Вот же сучка! Насколько нужно быть низким человеком, чтобы копать яму родному брату?

Хотя... Я ведь не должна удивляться, верно? Ведь вокруг меня таких «родных» всегда было много. Родители, например. Но именно то, что Маша в прямом смысле этого слова подставила Богдана, не задумываясь о том, как сильно она вредит его здоровью, меня уничтожает. Ведь Богдан всегда защищал свою сестру и в обиду никому не давал. Заботился о ней!

— Ты такая неблагодарная сучка... Боже, да я даже разговаривать с тобой не хочу. Не говорю уж о том, как ты мне сейчас противна. Если Богдан сейчас за решеткой, то на восемьдесят процентов это твоя вина. Я последний человек, кто должен его защищать в данный момент. Но я умом понимаю, что ты — намного страшнее его. Ты — бессовестная дрянь, которая предаст родную мать ради себя. Как же я не увидела твое истинное лицо? Ты, оказывается, столько времени носила маску доброй хорошей девочки, а я этого не замечала. Проваливай, Маша, к черту.

Она что-то там говорит, но я ее даже не слышу. Сажусь в машину и завожу двигатель. Тварь! Как же мне сейчас хочется врезать ей пару пощечин, привести в чувство. Как до нее достучаться, что никакие деньги не стоят того, чтобы лишиться родных и близких? Если бы когда-то мои родители выбрали меня, то сейчас я имела бы счастливую семью. Отца за спиной и мать, которая поддержала бы меня в любой ситуации и была бы рядом.

Я настолько злая, что сама не понимаю, как доезжаю до дома. Некоторое время просто сижу в машине, не в силах покинуть салон. Черт! Богдан мне столько всего наговорил, столько всего сделал, но почему-то мне сейчас дико его жаль.

Поднимаюсь в квартиру по лестнице, решаю немного остыть. Даже душ принимаю и, пока натягиваю на себя джинсы с футболкой, коротко рассказываю Зое о разговоре с Машей.

— Никогда не могла бы подумать, что Маша такая... — искренне удивляется подруга. — Мы с тобой совсем не умеем различать людей. Маски стали очень естественными.

— Я до сих пор в шоке. Ты бы видела ее лицо, когда я высказалась. Ведь я с тобой еще вчера поделилась мыслями.

— И оказалась права, — продолжает Зоя.

— Ага, — собираю волосы в высокий хвост. — Зой, ты у Кирилла спроси точное местонахождение. Но не говори, что я приду. Хочу за ними тайно понаблюдать.

Подруга хитро ухмыляется, печатая сообщение.

— Приятного отдыха, — чмокает меня в щеку.

— И тебе, дорогая! Если думаешь, что будешь сидеть дома одна, то ты ошибаешься. Со мной идешь, и точка!

— Ой, Лиз, нет, я воздержусь. Не хочу быть четвертой лишней.

— Сейчас получишь от меня, — шутливо бью локтем ей в живот. — Не зли меня, и без того вся на нервах.

Зойка не протестует. Через минут двадцать мы уже сидим на лавочке и наблюдаем, как Кирилл учит Арсения кататься на велосипеде. Получается у Волчонка очень даже неплохо.

Никогда не думала, что Бессмертный станет таким заботливым отцом. Вон как он улыбается сыну. Как треплет его по голове, обнимает и целует в макушку.

Арсений так умело катается, что я на секунду замираю и смотрю, как он самостоятельно, не нуждаясь в поддержке папы, едет вперед. Мое внимание привлекает мальчишка на самокате, который с бешеной скоростью направляется в сторону сына.

— Боже, — простонав, резко встаю с места.

Кирилл в последний момент успевает, подхватывает Арсения подмышки и делает шаг назад. Велосипед летит в сторону. А паренек даже не оборачивается, продолжает свой путь.

Я буквально бегу в сторону своих мужчин. Опускаюсь на корточки перед сыном.

— Ты как, малыш? Испугался? — мне не хватает воздуха. Дышу тяжело.

— Нет, — отрицательно мотает головой.

Кирилл очень даже испугался, судя по тому, каким он стал бледным. Не говорю уж о себе.

— Все в порядке, — говорит Кир, сжимая мое плечо рукой. Смотрит в ту сторону, куда поехал мальчишка. — Думаю, на этом все. Пора ехать домой. Ну или же посидим в уютном местечке, поужинаем. Что скажете?

— Я только за, — киваю, вспоминая, что ела в последний раз круассан рано утром.

Домой возвращаемся ближе к десяти. Зойка отправляется в свою комнату под предлогом, что соберет оставшиеся вещи.

— А мы в ванную, — говорю Арсу.

— Хорошо, — радостно кивает сын, снимая с себя футболку.

— Спокойной ночи, Лиз. Завтра встретимся. В четыре заеду за вами, — улыбается Кирилл.

— Хорошо. Спокойной ночи, — вздыхаю я, расстроенная тем, что он не задержится здесь.

Арсений засыпает быстро. Я же долго лежу рядом, глажу его по голове и задумываюсь над тем, чего я хочу в этой жизни. Вроде бы все хорошо. Стресса нет, ни о чем не парюсь. Но страх внутри меня все же есть. Именно то чувство, которое я испытывала несколько лет назад, пожирает меня изнутри.

Потерять то, что у меня сейчас есть.

Потерять Бессмертного, лишиться спокойной жизни.

Буду ли я злиться на него вечно? Ведь прощу его рано или поздно. Так почему бы это не сделать сейчас?