Глава 6

— Да, Оль, — отвечаю на звонок невесты, примеряя новое платье. Нужно спешить, иначе опоздаю. В таком случае Демид меня не простит.

— Как ты там? Не подъезжаешь еще?

— Да я уже! — нагло вру, распуская волосы. Черт! Не хочу выглядеть сильно привлекающей внимание и притягивать к себе взгляды. Но я как бы свидетельница на свадьбе. Нужно же быть красивой. — Буду через часик.

— Часик? Лиз, гости уже приехали! — восклицает подруга. — Демид сказал, что пригласил всех своих коллег. Пусть он не любитель твоего бывшего и вообще терпеть его не может, но, походу, тот тоже будет присутствовать. Решила тебя предупредить.

— Черт! — вырывается у меня. — Ладно, Оль. Неважно. Завтра ночью я уезжаю. Не хочу лишний раз нервничать и переживать. Нужно пережить этот день.

Да, я уезжаю. И да, не хочу переживать. Но мое сердце уже скачет, сжимается, колотится. Бывший... Какое же все-таки противное слово. Бывший...

А ведь все могло бы быть иначе. Ведь у меня были мечты, которые разбились вдребезги. Я так сильно обожглась, что ни одного мужчину к себе подпускать не хочу.

Но если он, призрак из моего прошлого, будет там, то свою роль, роль невесты чужого мужчины я должна играть достойно. Чтобы раз и навсегда понял и не шел за мной по пятам.

Достаю из шкафчика кольцо. Я его сняла два дня назад, но отдать Богдану еще не успела. Все эти дни я провожу на работе, а потом еду к Демиду. Помогаю, поддерживаю как могу.

Спустя полчаса я действительно покидаю квартиру, сажусь в автомобиль. С Богданом у нас немного тугие отношения. Не можем нормально пообщаться, поговорить. А надо бы сесть как два взрослых человека и обсудить будущее, разложить все карты. Нам не быть вместе. Не могу я справиться со своими чувствами, не имею права играть с его жизнью, обещая, что когда-то смогу полюбить его. Не смогу, нет. Потому что все эти годы пусть у меня было разбитое сердце, но заполненное. Бывший все еще там. Вцепился так, что не оторвать и не откинуть в сторону.

Огромный двор заполнен гостями. Паркую автомобиль достаточно далеко от дома, потому что места нет. Демид не шутил, когда говорил, что друзей у него много и многие из них придут даже без приглашения.

— Прелесть ты моя, — опускаюсь на корточки, заметив Юльку, одетую в белоснежное платье. — Какая же ты у меня красотка.

Обнимаю ее, целую в макушку. А у самой снова сердце щемит. Арсений очень хотел присутствовать здесь, на свадьбе своего дяди Демида — единственного мужчины, к которому он меня не ревнует. Да только теперь я рада, что не согласилась. Бывший не должен догадаться, иначе начнет копать. Это небезопасно.

— Ты тоже замечательно выглядишь, — проводит маленькой ладошкой по моим идеально уложенным волосам. — Как моя мама. Пойдем к ней?

Я лишь киваю, сжимая ее ладонь. Мы поднимаемся в комнату невесты. Она сидит у зеркала и любуется собой. Поцеловав мать, Юлька уходит.

— Королева, — смеюсь я, останавливаясь позади подруги. — Я начинаю жалеть, что не воспользовалась шансом и сама не выскочила замуж за Демида.

— Еще не поздно, — тихо смеется она. — Поверь, если ему нашептать в ухо, что принимаешь его когда-то сделанное предложение, он оставит меня тут. Возьмет тебя и сбежит.

Конечно же, она шутит.

— Я всегда восхищалась тобой, — честно признаюсь, обнимая подругу за шею. Мы смотрим друг другу в глаза в отражении зеркала. — Никакой ревности, скандалов. Думала, ты первым делом уберешь меня с пути Демида.

— С чего бы? Я же не ребенок, Лиза. Мне под сорок вообще-то, — хохочет она.

— Тридцать три, — подправляю ее.

— Да разница-то в чем? — нервно дергает плечами. — Демид в любом случае не оставил бы тебя. Лиза, вы с Волчонком очень дороги ему. И, поверь, Демид уважает тебя настолько сильно... За то, что ты верна своим чувствам. Будь на твоем месте другая, нашла бы утеху, чтобы забыть прошлое. А ты не такая. Как верная жена, сидишь и ждешь неверного мужа, — хмыкает она.

— Не жду, — легонько поцеловав невесту в щеку, я отхожу в сторону. — Не жду, Оль. Уеду завтра и снова забуду этот город и все с ним связанное.

— Это будет сложно. Теперь вдвойне, — предупреждает меня. — Может, действительно стоит сесть и поговорить? Если твой брат утверждает, что ты многого о прошлом не знаешь...

Я рассказала подруге о нашем с братом разговоре. Который не дает мне покоя, хоть я упорно стараюсь не придавать значения. Они, оказывается, друзья. До сих пор.

— Нет, Оль. Не начинай.

Я подхожу к окну и на глаза сразу же попадается черный Ламборгини. Бывший стоит рядом со своей тачкой и разговаривает по телефону. Черный костюм сидит на нем идеально, выглядит шикарно. Наверное, девушки слюни пускать будут. Красивый, богатый, самоуверенный. Мечта любой женщины.

Я спускаюсь вниз к гостям. Время буквально летит. Огромный сад превратился в шикарный ресторан. Почти каждый стол занят.

— Привет, солнышко, — горячая ладонь ложится на мою талию, прижимает к себе. Губы Богдана касаются щеки.

— Здравствуй, — отвечаю ему, слегка улыбаясь. Где бы ни был бывший, я уверена, что он нас видит, следит за каждым моим жестом. — Потрясающе выглядишь.

— А ты светишься как солнце. Впрочем, как всегда, — обнажает ряд белоснежных зубов.

Я же ловлю себя на мысли, что снова разглядываю его лицо. Красивый, и даже очень. Ничуть не хуже моего бывшего. Но почему я ничего... Абсолютно ничего к нему не чувствую?

— Спасибо, — мои глаза разбегаются. Потому что чувствую на себе прожигающий насквозь взгляд. И да, едва я замечаю бывшего, как мое измученное сердце перестает биться. Я отворачиваюсь, нервно сглатывая.

— Лиз, — зовет меня Богдан. — Почему ты не сказала, что твой дикарь тоже здесь?

Дикарь?! Он так называет моего сына. Но его тут нет. И быть не может! Что за ерунда?

Но почему-то я оглядываюсь, хоть и уверена, что это чушь. Богдан обознался. Однако едва я встречаюсь взглядом с бывшим, как меня начинает потряхивать от эмоций. Колени подгибаются. И я потихоньку умираю.

Потому что мой Волчонок стоит рядом с ним. Тянет своего отца за руку и что-то объясняет. А потом поворачивается в мою сторону и замечает меня. Широко улыбается.

— Ма-а-а-ма! — кричит он. — Мама!

Сын подбегает ко мне. Я же не могу не заметить то удивление, замешательство и... Боль в зеленых глазах бывшего.

Мне безумно хочется сбежать отсюда. Оставить все позади, забрать сына и сбежать. Арс подбегает ко мне и крепко обнимает за шею, как только я опускаюсь перед ним на корточки. Чувствую взгляды посторонних людей со всех сторон, но больше всего меня убивает бывший. Он встает на ноги и не сводит с нас глаз. Задумчивый. Явно прокручивает в голове то, чего я боялась много лет.

— Как ты тут оказался, малыш? — спрашиваю, целуя сына в шею и вздыхаю исходящий от него сладковатый запах. Любимый мой, родной. Единственный мужчина, без которого я жизнь свою не представляю.

— С Зойкой приехала. Дядя Демид, он...

— Ясно, — мягко перебиваю сына и снова целую. — Достанется и твоему дяде Демиду, и Зойке. Где она?

— Пока тебе звонила, чтобы ты встретила нас, я прибежал сюда и про тебя спрашивал. Вон у того мужика.

Сын тычет пальцем в бывшего. Мне становится не по себе, потому что он смотрит мне прямо в глаза. Лицо снова безэмоциональное, и я не могу понять, что он испытывает в данный момент. Интересно, он обрадовался бы, узнав, что Арс его сын? Или же как родной отец начал бы мне угрожать? Может, отнимет Арсения?

От последней мысли меня бросает в дрожь. Облизываю пересохшие от нервов губы, перевожу взгляд на сына.

— А со мной не поздароваешься? — подает голос Богдан.

Я оборачиваюсь к нему лицом и цепляюсь в него убийственным взглядом. Он знает свою вину, сразу же опускает взгляд, виновато качая головой.

— Прости, я...

— Уже третий раз, Богдан. Я тебя предупреждала. И это была последняя капля, — тихо проговариваю на одном дыхании, чтобы он не начал опять оправдываться. — Он мой сын. Ты вроде бы хотел построить с ним хорошие отношения. Но, увы, они невозможны. Если ты считаешь его... — язык не поворачивается повторять. — Он только с тобой себя так ведет, потому что не любит. А знаешь, почему не любит? Потому что ты не умеешь с детьми обращаться. А с Арсением тем более.

Я беру сына за руку и, стараясь не обращать ни на кого внимания, иду в сторону входа. Захожу в дом, тяну малыша за собой в небольшую комнату на нижнем этаже.

— Мам, ты разозлилась? — хмурится Арс, потирая затылок. Он так всегда делает, когда нервничает.

— Нет, конечно. Я счастлива тебя видеть, — говорю без капли лжи.

Пусть сюрприз не из лучших, но по сыну я очень скучала. Черт! И почему из десятков людей Арсений подошел именно к своему отцу? Почему, Господи? Или это какой-то знак? Я ничего не понимаю.

— Блин, я вас еле нашла, — доносится в спину Зойкин голос. Оборачиваюсь, не могу сдержать улыбку, когда вижу ее с распущенными длинными волосами черного цвета.

Помню, когда мы впервые встретились и она рассказала о своем парне, который так подло поступил с ней, подруга обещала больше не распускать пряди. Я тогда мысленно посмеялась над ней. Потому что таких волос у меня не было никогда, но и со мной мой бывший поступил точно так же, как ее с ней. И я не понимала, при чем тут волосы. Но, узнав все в деталях, поняла. Мы чувствовали себя никому не нужными. Делились своими проблемами, горем. Она стала мне сестрой, подругой, помощницей. Арсения мы растили вдвоем. Поэтому она тоже называет его сыном. Каждый раз, разговаривая с ней, я мысленно молю Бога и благодарю за то, что я когда-то встретила ее в аэропорту. Это была чистая случайность. Наверное, лучший подарок судьбы, после того как я потеряла всех родных и близких в этом городе.

— Ты великолепна, — кончиками пальцев дотрагиваюсь до мягких волос. — Я горжусь тобой.

— Решила, что пора оставить прошлое в прошлом и начать все с чистого листа. Ты, конечно, сильнее меня, что сделала это давно — сразу после рождения сына. Но я только сейчас взяла себя в руки, — несмело улыбается она. — И я, между прочим, дико соскучилась.

Подруга обнимает меня, целует в щеку. Прижимаюсь в ответ.

Только сейчас замечаю, что Арс вышел из комнаты, стоит у двери, где стоит еще и Богдан. Они о чем-то разговаривают. Отстраняясь от Зойки, я делаю пару шагов вперед, пытаюсь расслышать слова.

— Значит, ты снова будешь принимать все в штыки? — Богдан опускается на корточки и внимательно смотрит на Арсения, который, упершись руками в бока, оглядывается по сторонам.

Этот характер достался ему от отца. Помнится, бывший точно так же реагировал на людей, которых не любил и не скрывал этого факта — просто не смотрел на них, считал недостойными его внимания. Сейчас Арс поступает точно так же. Вон, даже на прислугу пялится, но в сторону Богдана голову не поворачивает.

— Мама тебя не любит! — вдруг говорит он, бросая на мужчину ненавидящий взгляд. — А я никогда не любил! Не хочу тебя с мамой видеть. Не хочу!

Господи... Мне сейчас разреветься хочется. Потому что сейчас я вижу в сыне прошлую Лизу — ревнивую и безбашенную. Которая готова была всех порвать из-за любимого.

— Я же тебе обещал сделать твою маму счастливой. Или ты этого не хочешь?

— С тобой — нет, — упрямо топает ногой Арс. — Мы завтра уедем! А ты не беги за нами! Мама тебя не любит!

Интересно, откуда у ребенка такие выводы? Ему всего-то три с половиной, а рассуждает как взрослый человек. Или чувствует, что я к Богдану ничего не испытываю?

— С чего ты решил, что она меня не любит? А я вот планирую с ней...

— Богдан, — перебиваю я его, уже догадываясь, что он скажет сыну. Думает, тем самым лучше сделает? Нет, Арс еще больше его возненавидит. Плюс и на меня обидится. — Потом поговорим, окей?

Богдан поднимается на ноги. Задержав на мне задумчивый взгляд, кивает.

— Я буду ждать, — вертит в руке телефон, тем самым дает понять, что ждать он будет звонка. Да только я вряд ли сегодня выйду на связь.

Богдан уходит, а Демид идет в нашу сторону. В своем сером костюме он выглядит потрясающе. Даже бороды теперь нет, только легкая щетина. Сейчас единственное, чего я хочу, так это влепить ему хлесткую пощечину. За то, что подставил меня. За то, что даже не соизволил со мной обсудить тему, касающуюся моего сына. С какой стати он решает за меня?

— Вот только не начинай, — рявкает он сразу, поднимая руку вверх. — Я поступил так, как посчитал правильным. Ты не можешь себе жизнь угробить. И не имеешь право угробить его, — кивает на Арсения. Зойка снимает с него футболку, надевает другую. Вспотел, наверное. — Замуж не хочешь за Богдана? Окей. Все еще любишь того сопляка, — ведет подбородком в сторону двери. — Тоже окей. Я тебе сто раз говорил, что он имеет право знать... Что у него пацан родился. Пусть и не достоин, сукин сын. Он свое наказание уже получил. Нажрался, принцесса. Поверь моим словам. А теперь дай ему шанс... Ладно, не ему, а сыну своему шанс дай отца своего узнать. Среди стольких людей малой именно к нему подбежал. Думаешь, совпадение? Ни хрена. Кровь у них одинаковая, Лиза.

— Мам? — Арс тянет меня за руку, смотрит в недоумении, а потом переводит взгляд на Демида. — Дядь Дем, а мой папа тут, что ли?