Глава 27

Ну, какая же все-таки сволочь! Наверняка он соврал насчет отсутствия комнат! А уж о том, что слишком болен – и подавно! Это прекрасно видно по его ухмыляющемуся лицу. Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! - Вина? – как ни в чем не бывало спрашивает меня супруг, приподнимая бокал. Я решительно подхожу к нему, демонстративно и требовательно протягивая руку. Если меня и правда ожидает ночка рядом с этим Драконом, единственное, что мне остается – это действительно напиться. Мистер Эйнсворт улыбается, глядя на то, как я чуть ли не залпом осушаю свой бокал. - Еще? – смеясь, спрашивает он, когда я указываю ему на пустую чашу. – Не ожидал от вас такой прыти, миссис Эйнсворт! - А что? – вызывающе интересуюсь я между глотками. – Вам что-то не нравится? Уж коли он не собирается вести себя как джентльмен, то и я тоже не обязана быть леди. Пусть наслаждается! Однако, на удивление Дракон как будто вовсе не разочарован. - Пока мне все нравится, миссис Эйнсворт, - отвечает тот, подливая алкоголь и себе. – Приятно видеть, что в вас есть что-то помимо правил и притворной аристократской гордости. - Почему же притворной? Дракон ставит свою чашу на место и смотрит на меня внимательным взглядом. - Потому что в действительности она ничего не стоит… - Только такой как вы может говорить подобное! - Какой, такой, как я? – спрашивает мистер Эйнсворт, внезапно делая ко мне шаг. От неожиданности я замолкаю, но ему похоже все-таки хочется услышать ответ, и потому он с нажимом повторяет, приближаясь ко мне словно хищник на охоте. - Какой – такой, миссис Эйнсворт? - Наглый… - Вы хотели сказать – безродный? - Раздражающий… - Человек из другого круга? С каждой фразой он все ближе и неотвратимей. - Самодовольный… - Простолюдин? - Вы все перевираете! – вскидываю руками, чуть не расплескав остатки вина. - Я не перевираю, я вижу это в ваших глазах. - Что вы видите в моих глазах? Мужчина делает последний шаг, оказываясь от меня на практически несуществующем расстоянии. Так близко, что я чувствую тепло его тела, его запах и даже настрой. - За что вы невзлюбили меня с первого взгляда, - спрашивает он, склонившись к моему лицу. – А миссис Эйнсворт?! Признайтесь честно, за то, что я Дракон, или за то, что я когда-то был беден? Его глаза гипнотизируют, а возможно это вино уже действует на меня так, что реальность начинает искажаться. Но концентрироваться становится все труднее. Я сглатываю. - За то, что вы самоуверенный тип, считающий, что… - О, прекратите! – обрывает он меня, практически вырывая из моих рук бокал, а затем резко вливает в себя то, что было в нем, и небрежно отбрасывает его в сторону. – Будь я дворянином, вы бы не смотрели на меня с такой надменностью! Вы бы простили мне любое качество моего характера. И наверняка тут же бы заинтересовались мною, забыв про своего Флоуорта! - Это неправда! - Правда. Правда! Посмотрели бы вы на меня, будь я самым милым человеком на свете? Нет. Вам все равно, каков я на самом деле, ведь главное, кто я по рождению. А по рождению я тот, кто вам никогда не подойдет… - Это не так! - Тогда поцелуйте меня, - вдруг звучит в гнетущей тишине. - Что? – удивленно переспрашиваю я. - Поцелуйте меня, - повторяет он. – Докажите, что способны вынести подобное от простолюдина. - Я вовсе ничего не обязана вам доказывать! - Ну тогда я докажу кое-что вам. - Что вы мне докажете? - Что вы маленькая глупая девчонка, - почти что шепчет он низким хриплым голосом. – Которая ничего не знает об этой жизни… Его сильные руки обхватывают меня так быстро, что я едва успеваю понять, что именно произошло. Внезапная близость отдается в теле чем-то неизведанным, поднимая чувство, подобно которому я еще не испытывала. Однако, я не уверена, что мне нравится это ощущение. - Что… что вы делаете? – едва способна выговорить я. - Ничего такого, что в нашем случае было бы неприличным… - отвечает тот слишком уж многозначно. А затем его ладонь ложится на мой подбородок, слегка поднимая его к себе, а большой палец перемещается на мои губы, словно тестируя их мягкость. Я хочу возмутиться, оттолкнуть его и что-то прокричать, но завороженно гляжу в темные помутневшие глаза, не способная вымолвить ни слова. Непристойность этой ситуации очевидна, однако жар, помимо воли разливающийся по телу, заглушает голос разума, рождая внутри настойчивое ощущение, которого я боюсь. Это странно, непривычно и немного сводит с ума. Все дело в вине. Это очевидно. Только так можно объяснить, почему я позволяю этому Дракону касаться себя. И почему – о боже, это невозможно! – почему я словно бы жду, что он исполнит эту свою угрозу? Мистер Эйнсворт наклоняется еще ниже, заставляя меня послушно прикрыть веки, ожидая поцелуя. Секунду ничего не происходит, и томящее предвкушение начинает практически разъедать меня изнутри. Неужели он так и остановится в сантиметре от моего лица? Неужели я все поняла совершенно не так? Но вот, наконец, я чувствую прикосновение его губ. Только это вовсе не то, на что я рассчитывала, и, не способная сдержаться, я издаю разочарованный стон. Мистер Эйнсворт довольно ухмыляется мне в щеку. Конечно! Ему нравится эта реакция. Нравится, что я покорна и смиренна, и еще больше нравится то, что я действительно хочу этого! Внезапное осознание происходящего заставляет меня тут же возмущенно отстраниться, но супруг словно чувствует этот импульс, не позволяя даже шевельнуться. Его рука властно хватает мою шею, придвигая к себе еще ближе. И пока я не успела окончательно прийти в себя, все-таки накрывает мои губы своими…