Глава 8

Генерал армии Эрик Гильберт

— Вы сошли с ума?! — Я был в ярости, расхаживая перед тюремной камерой, куда поместил подруг-заговорщиц. — Вы понимаете, чем это может обернуться для вас?! Чем грозит всей империи?!

Девушки, бросив на меня испуганные взгляды, поспешно отвернулись. Мне было недостаточно видеть их стыдливый румянец, все мое существо жаждало немедленной расплаты над этими интриганками.

Я почти не сомневался, кто был инициатором этой безумной затеи — конечно, Ингрид. Только она могла договориться с подругой о подобном. На войне такая выходка стоила бы виновницам жизни!

— Эрик, — голос сестры дрогнул, но она все же осмелилась и посмотрела мне в глаза. — Ты не понимаешь, это не просто игра, я...

— Не желаю ничего слышать. Посидите-ка лучше здесь остаток ночи и молитесь всем богам, чтобы к утру у меня поднялось настроение и я не решил вас казнить, как изменщиц.

Я отдал короткие распоряжения стражникам, которые должны были дежурить у решетки. Приготовился уже покинуть душный коридор, как вновь услышал голос Ингрид:

— Эрик! — выкрикнула она. — Выпусти нас! Мы не сделали ничего плохого.

Выпустить? Пусть скажет спасибо, что она моя сестра, и я не велел ее выпороть для начала на площади, а потом не принялся допрашивать со всей страстью к делу. Пытки пока никто не отменял.

А ведь стоило бы узнать, кто был пособником в побеге, кроме леди Кателл, и имена всех, кто был причастен к делу. Но ночь в камере, уверен, развяжет им языки к утру и они запоют как птицы.

— Не зли меня, сестренка. Только так я могу быть уверен, что ты никуда не сбежишь. А пока мне предстоит трудный разговор с Норбертом, — я бросил быстрый взгляд на леди Кателл и проговорил, глядя прямо в глаза: — Нужно же как-то ему объяснить, почему его свадьба теперь под большим вопросом и почему даже не женившись есть шанс стать вдовцом.

Лицо Лилибет побледнело, и на миг мое сердце сжалось от желания защитить ее от всех бед и укрыть своим крылом, но пришлось напомнить себе, что она была соучастницей в побеге Ингрид и не заслуживала ни толики доверия.

Я развернулся, оставив караулить двух стражников, которые всегда были готовы выполнить любой мой приказ, и направился к выходу. Позади доносился голос сестры, но ни слова не было слышно от Лилибет.

Широким шагом я быстро поднялся по лестнице и оказался во дворце. Сейчас стоило решить, что делать дальше. Казнить — не казню, но стоило обязательно наказать девушек. Причем таким образом, чтобы раз и навсегда отбить желание к бегству и подобным выходкам.

Лишенная материнской ласки и заботы, Ингрид совершенно отбилась от рук и купалась в восторгах двора, позабыв об ответственности за каждый шаг. Все, что мы делали, имело свои последствия, с которыми и стоило познакомить сестру.

Я вошёл в свой кабинет и налил себе «Яд дракона». Сделав глоток, опустился в кресло, чтобы всё обдумать. Золотистая жидкость обожгла горло и согрела изнутри, но никак не успокоила натянутые нервы.

Мои мысли кружились вокруг светловолосой красавицы с бездонными глазами, которая, как оказалось, все же смогла меня обвести вокруг пальца, ссылаясь на потерю памяти. Как я мог поверить в эту историю?

Покачав головой, я налил себе ещё один бокал и стал наблюдать за камином. Поленья потрескивали, и угли под ними сияли, словно самоцветы.

Кто бы мог подумать, что когда я вернусь из спальни леди Кателл, то найду под дверью записку, в которой аккуратным убористым почерком будет написано, чтобы я свои поиски продолжил в спальне пропавшей. Сначала скомкал послание, но потом вдруг решил проверить донос и отправился в комнату Ингрид. Прошло совсем немного времени и я услышал голоса. Они были совсем тихими, но заставили меня задержаться.

Не прошло и пары минут, как появились девушки. Поначалу хотелось сразу выдать себя, но азарт заставил затаиться и прислушаться к их словам. Они обсуждали побег, но голос Ингрид я узнал бы из тысячи. Скрываться больше не имело смысла.

Все остальное время сестра пыталась просить, умолять и требовать, но так и не раскрыла имени своего ухажера. Впрочем, утро нас рассудит. Две девицы в одной камере не выдержат столько времени. Засыпать не стоило, чтобы по первому же сообщению явиться в темницу, чтобы взять у них признательные показания.

Всех казню, кто причастен к побегу Ингрид. И тех, кто даже знал или догадывался о ее местоположении, но молчал. И синеглазую бестию, которая никак не шла из моей головы.

Но стоило немного отдохнуть. Почти двое суток без сна давали о себе знать.

Что же касалось Норберта, то бедолагу ждали не самые радостные новости, как и лорда Кателла, но с ними стоило разобраться уже по утру.

Медленно я поднялся с кресла и направился в смежную комнату. Свечи не горели, а в спальне было тихо. Поселилась надежда на спокойный сон хотя бы на пару часов.

Махнул рукой и камин вспыхнул синим пламенем. Таким же, как…

Стоило выкинуть из головы предательницу, которая могла так беззастенчиво лгать глядя в глаза. Стоило, но шорох в постели отвлек от мыслей о ней. Пламя в камине вспыхнуло с новой силой и озарило спальню.

Я устало покачал головой, когда увидел вновь леди Сель.

Бесстыжая девица снова оказалась в моей постели в чем мать родила.

— Я надеялась, что вы не позволите мне замерзнуть в вашей кровати, — совершенно невинно проговорила она, лукаво улыбаясь.

А мне в очередной раз за прошедшие сутки захотелось убивать. Или все же воспользоваться девицей и снять напряжение, раз ей так надо?

— Объясни мне, тебя хоть на неделю одного оставить можно? — прогремел голос императора, стремительно влетающего в кабинет ранним утром.

Он был не просто зол, отец был в гневе.

— Ваше императорское величество, — приветствовал я его по форме, поднявшись и расправив плечи. — Так скоро завершилась поездка?

— Не заговаривай мне зубы. Ты хоть понимаешь, каким дураком я себя почувствовал, когда ночью получил сообщение от Кателла, что его дочь опозорена и заточена в темницу. А потом он добил меня, сообщив, что не одна, а с подругой — Ингрид Рианн. Пришлось впервые за последний век расправить крылья, чтобы быстро вернуться ко двору. Нет, бесспорно, что ты сдержал слово и нашел пропавшую сестру, но у всего есть границы!

Границы были у империи, и я защищал их долгие годы. Да, жизнь в походах, под палящим солнцем и в ледяных ночах, сбила спесь и светский лоск. Но она закалила характер, научила выживать и находить решения даже в самых сложных ситуациях.

— Ваше…

Император перебил, сверля меня взглядом:

— За трое суток ты умудрился потерять сестру, уничтожить репутацию леди, сорвать ее свадьбу…

— Я выполнял свой долг перед империей, — это не было оправданием, лишь констатацией факта.

— Эрик! — прикрикнул отец. — Как ты мог допустить это?! У тебя из-под носа похитили сестру…

— А потом оказалось, что она сама себя похитила, — продолжил я его мысль.

Он сверкнул вновь гневным взглядом, но продолжил:

— Ты опорочил девушку…

— А ведь даже не успел раздеться, — “искренне” изумился я.

Император прищурился, его глаза сверкнули холодным блеском, как две льдинки. Он сложил руки на груди и посмотрел на меня с легкой усмешкой, словно издеваясь.

— Какой из тебя правитель, Эрик, ты даже с одним дворцом и стайкой барышень справиться не можешь. Все, с меня довольно. Немедленно вытаскивай их из темницы. Ингрид отправлю в монастырь, Кателл в отчий дом, подальше от двора, а тебя разжалую, пока не научишься выдержке.

Я кипел от злости. Она волнами накатывала на меня, но постаравшись перебороть себя. Выглянул за дверь и отдал приказ освободить пленниц из темницы, затем перевел взгляд на отца.

Император всегда был горяч и скор на расправу, но это не мешало ему быть прекрасным правителем. Он ко всем был внимателен и старался помочь, выслушать и поспособствовать справедливому решению вопроса. Правда, ко мне он был всегда строг и никогда не прощал ошибок. Для него не было никаких цветов, кроме черного и белого. Так и со мной он всегда стремился добиться совершенного результата. Самый быстрый в небе, самый сильный в борьбе… Ему всегда было мало моих успехов, он хотел большего.

Когда-то я еще хотел доказать ему, что чего-то стою, но в конечном итоге стало понятно, это невозможно.

— Я генерал имперской армии, — выдержка покинула меня. — Ты не можешь заслуженного героя империи разжаловать.

Отец покачал головой, но зло прищурился. Он не терпел, чтобы с ним спорили.

— Тогда я отправлю тебя на покой. Все, решено! Сегодня же отправляйся в замок на севере. Там тихо, спокойно и нет никакой угрозы, что кого-то похитят у тебя из-под носа.

Если и было что-то ужасное для вояки, так это уединенная жизнь в отдаленных землях, в которых дуют беспрестанно ветра и больше нет ничего путного.

В дверь осторожно постучали и на пороге появились Ирма и Лилибет. Обе были бледны. Глубокие тени залегли под их глазами. Значит, не только мне ночь далась тяжело. Что ж, будет уроком на будущее, чтобы думали прежде, чем совершить очередную глупость.

— Возьмешь сестру с собой на северный остров, — приказал отец. — А вторую сдать отцу на руки и чтобы через час духу не было во дворце.

Это не подлежало обсуждению. В целом, я был не против подобного исхода, все же лучше, чем в монастырь ссылать.

— А как же, Лили? — глаза Ингрид расширились от ужаса и она тут же бросилась отцу в ноги. — Неужели мы расстанемся?

Ее губы задрожали, а по щекам потекли слезы.

Терпеть не мог женских истерик, а тут вот-вот грозило именно этим и закончиться дело.

Я глянул на юную фрейлину. Она замерла и, казалось, перестала дышать в ожидании приговора.

— Мы могли бы забрать юную фрейлину, — зачем-то предложил я, повинуясь минутной слабости.

— Забрать на остров? — тут настал черед отца удивляться. — Что ж, возможно это не такая уж и плохая идея.Ингрид может пригодиться помощь и поддержка подруги, которая разделит с ней тяготы пребывания в столь уединенном месте.

Его голос стал немного мягче, но нотки стали все еще были слышны.

— Я готов нести ответственность за девушек, — понимал, что совершаю ошибку, но инстинкт словно говорил сам за меня.

— Ну, раз готов, то я не возражаю. Это научит тебя отвечать не только за солдат, но и за мирных жителей. У вас час на сборы.

С этими словами отец вышел из кабинета, не удостоив девушек даже взглядом.