41. Ярость Дракона

Бруно не теряет ни секунды. Он грубо хватает безвольную, ледяную руку Летиции и с силой прижимает ее прямо к моему животу.

Прикосновение ее мертвенно-холодной кожи заставляет меня содрогнуться, но это ничто по сравнению с тем, что происходит дальше.

Я словно снова проваливаюсь в ту страшную ночь из прошлого, когда впервые узнала о его предательстве.

Воздух в подземелье стремительно сгущается, становится густым как кисель.

Внутри меня всё сжимается.

Я чувствую как мой теплый, родной серебристый свет утекает сквозь холодные пальцы Летиции.

Сама Летиция, которая еще секунду назад находилась при смерти, вдруг дергается. Ее спина выгибается дугой. Рука, прижатая к моему телу, начинают светиться мутным, грязно-желтым светом.

— Да… да! — стонет Летиция. Ее голос хриплый, но в нем звучит экстаз. Она запрокидывает голову, втягивая в себя мою суть.

Но я чувствую как вместе с магией из меня утекает и жизнь. Перед глазами плывут черные круги, боль разрывает тело на части, и самое ужасное, что моя метка истинной реагирует на эту боль.

Она вспыхивает нестерпимым, обжигающим жаром. Даже сильнее, чем когда я прятала ее под Вуалью.

Я извиваюсь в цепях, задыхаясь от боли и отчаяния. Из моего горла вырывается сдавленный хрип.

«Нет… я не сдамся! — бьется в угасающем сознании отчаянная мысль. — Я не сдохну на этом камне на радость Бруно!»

Мой мозг отказывается сдаваться. Я должна взять себя в руки. Должна найти выход.

Сжав челюсти, я заставляю свой разум работать и для начала лихорадочно осматриваю огромный зал.

Мой взгляд скользит поверх головы Бруно, цепляясь за колонны, за линии на полу, за расположение черных свечей.

Знания артефакторики, которые я успела получить в академии, мгновенно приходят на помощь. Я читаю геометрию высеченных в камне линий, опознаю некоторые знакомые руны.

«Поглощение…» — перевожу я первую вязь.

«Блокировка…» — читаю я символы на несущих колоннах.

«Драконья суть…» — вспыхивает в мозгу перевод центрального глифа.

И когда смысл этих разрозненных рун складывается воедино, меня прошибает ужас.

Это место — гигантский Подавитель Магии, который настроен на… Высшего Дракона!

Боги… я всего лишь наживка! Их настоящая цель — Сальватор!

Именно поэтому неизвестный маг в маске так легко отдал меня Бруно и позволил ему провести обряд. Они хотят, чтобы Дракон пришел за мной!

И в этот самый момент происходит то, от чего содрогается земля.

Огромные окованные железом стальные двери подземелья с оглушительным грохотом разлетаются на мелкие осколки. В образовавшемся проеме клубится черный дым. И в центре этого дыма стоит он.

Дракон-Завоеватель.

У меня перехватывает дыхание.

Сальватор находится в состоянии полуоборота. На его острых скулах и мощной шее проступает угольно-черная драконья чешуя. Его пальцы превратились в смертоносные, изогнутые когти. А глаза… глаза полыхают чистым, расплавленным золотом.

От Сальватора исходит такая концентрированная аура первородной ярости, что у меня спирает дыхание.

Бруно давится собственным заклинанием. Он в ужасе отшатывается от меня, его трясет так, что он едва держится на ногах.

Бруно путает слова, заикается — обряд оказывается под угрозой срыва от одного вида разъяренного противника.

А меня выворачивает наизнанку от противоречий.

Мое сердце заходится в сумасшедшем ритме: я безумно рада его видеть! Он пришел за мной!

Но следом меня накрывает ледяная волна паники. Ведь его появление означает, что он угодил в ловушку. А даже если мы выберемся, после того как он узнал всю правду обо мне — он либо подчинит меня силой, заперев в золотой клетке, либо лично казнит как сделал это с отцом!

Но в тот момент я понимаю, что мне плевать! Я не хочу, чтобы он умер из-за меня!

Превозмогая боль в груди, я кричу так громко, как только могу:

— Кейран, уходи! Это ловушка!!!

Мой отчаянный крик тонет в оглушительном гуле, но уже слишком поздно.

— Наконец-то! — торжествующий смех темного мага бьет по ушам.

Человек в серебряной маске резким, безжалостным движением ломает кристалл набалдашника своей трости.

Осколки со звоном сыплются на камни.

В ту же секунду весь огромный зал содрогается. Невидимая, но физически осязаемая ударная волна проносится по подземелью.

Древние руны, высеченные на полу и колоннах, вспыхивают жутким, мертвенно-синим светом. Воздух сжимается так резко, что у меня закладывает уши, а в легких не остается кислорода.

Чудовищная сила Подавителя Магии обрушивается прямо на Сальватора.

Непобедимый Завоеватель издает глухой, сдавленный рык и падает на одно колено, придавленный к полу невидимым грузом. Камень под его сапогом трескается.

Я физически чувствую как сила мага запечатывает его первородную драконью мощь.

Черная чешуя на скулах Сальватора втягивается под кожу, когти исчезают. Пламя в его глазах гаснет.

Меня накрывает волна такой обжигающей паники и боли за него, что на глаза наворачиваются слезы. Сальватор хрипит, его мышцы бугрятся от нечеловеческого напряжения, он пытается подняться, упрямо глядя на меня… но не может.

«Нет… нет, боги, только не это!» — бьется в моей голове.

Я понимаю, что если я прямо сейчас ничего не сделаю, этот маг убьет нас обоих, а Бруно — жалкий, бесхребетный, трусливый мерзавец — выйдет сухим из воды и получит всё!

Осознание этой чудовищной несправедливости затапливает мое сознание. Мой страх сгорает дотла.

Остается только ярость и холодный, расчетливый разум учащейся этой академии.

Я изгибаюсь на алтаре, чувствуя, как моя магия всё еще утекает в Летицию, но мой мозг работает на запредельной скорости.

Антимагические браслеты блокируют выброс моей силы наружу. Гаситель Кукловода настроен на подавление чистой энергии Высшего Дракона.

Но моя-то магия другая!

Несмотря на драконью искру, моя суть ближе к человеческой! Этот древний капкан просто не рассчитан на мою частоту!

Я не могу сломать Подавитель — я прикована, и у меня нет на это сил. Но мне и не нужно его ломать.

Я с силой выкручиваю правую руку в кандалах. Металл впивается в кожу. Я с остервенением тру ладонь об острый, зазубренный край железного браслета, пока кровь не попадает на пальцы. Сразу после этого, я изворачиваюсь, дотягиваюсь окровавленными пальцами до массивной колонны прямо за моей головой, где светится синим светом цепь рун.

Я заставляю себя вспомнить каждое занятие. Своей кровью поверх светящихся рун я судорожно вывожу руну «Перенаправления и Слияния».

Я лишь самую малость видоизменяю контур. Теперь он хоть и блокирует магию Древнего Дракона, но позволяет выкачивать чужую силу. Ту, которую игнорирует Подавитель.

Мою искру.

А, учитывая нашу связь, сделать это легко.

Благодаря моей метке истинной.

Как только я опускаю руку, золотой герб на моем плече вспыхивает так, словно это маленькое солнце.

Я выворачиваю наизнанку свою душу, раскрываясь перед Сальватором, и мысленно кричу ему через нашу незримую связь:

«ВОЗЬМИ МОЮ СИЛУ! ВОЗЬМИ ВСЁ!»

И происходит чудо.

Сальватор, придавленный к полу, внезапно распахивает глаза.

Моя магия резко меняет русло.

Она перестает течь в Летицию и прямо через метку устремляется к Сальватору.

Моя чистая серебряная искра смешивается с его разрушительным пламенем, создавая невиданный союз двух сил.

— Что?! Нет! — Летиция обмякает на алтаре, сияние на ее руках гаснет.

Бруно, поняв, что поток силы оборвался, в панике бросается к ней, а затем поворачивается ко мне. Его лицо искажено животным ужасом и яростью.

— Что ты наделала, дрянь?! — визжит он. — Отдай свою магию!

Но я лишь торжествующе улыбаюсь, глядя ему за спину. Потому что там, в центре мертвенно-синего круга, Сальватор медленно поднимается с колен.

Подавитель Магии не выдерживает. Руны на начинают бешено мигать, камень под ногами Дракона плавится.

Сальватор выпрямляется во весь свой гигантский рост. Он запрокидывает голову, и из его груди вырывается оглушительный рев, от которого обрушивается часть потолка.

За его широкой спиной, с треском разрывая камзол, на волю вырывается два огромных драконьих крыла, окруженных моими серебряными искрами.

Дракон обрел свою форму.