Глава 33. Схватка демонов

— Вот всегда хотелось придушить этого засранца, — буркнул Йорик, мотнул головой. — И, видать, не зря! Дэс, поделишься? Позволишь надрать царственный зад?

— Нет, прости, друг, он мой! — процедил я, разрешив крови вскипеть.

Никогда не думал, что убью брата. Но сегодня судьба сама велела мне пролить его кровь.

Глухое рычание вырвалось из груди. Сила огнем побежала по жилам, голову заломило болью, словно ее сжал огромными ладонями злющий великан, грозя раздавить, как переспелый арбуз. Кожа на лице затрещала от натяжения, того и гляди, лопнет — как и одежда, которая тут же разошлась по швам. Оставшиеся лохмотья сделали меня похожим на оборвыша, знаю.

Но Фаэртар выглядел в точности так же. Его тело пульсировало изнутри демонической мощью, увеличиваясь на глазах. Из висков уже вылезли, закрутившись в черные спирали, острые на кончиках рога. Торс налился стальными мышцами, руки сверкнули длинными когтями. Из глотки вырвался утробный рык, от которого отшатнувшиеся к стенам драконы задрожали, как листва на ветру.

Мы бросились друг на друга, с силой оттолкнувшись звериными лапами от каменных плит пола, теперь покрытых глубокими бороздами от наших когтей. С глухим шлепком столкнувшись, отскочили в стороны, прошивая вскипевший от мощи двух демонов воздух свистом от рассекающих его когтей.

Град ударов обрушился на мое тело, но и братцу скучать не пришлось. Скукоживаясь под ответкой, он не выдержал и прыжком метнулся ко мне, заставив плиты пола разлететься в разные стороны, будто это были картонные квадратики. Я встретил его с распростертыми объятиями. Весьма когтистыми объятиями.

Опоясанный болью от глубоких ран, взрезавших его плоть, Фаэртар взревел, как бык на бойне. В другое время я бы отступил, жалея родную кровь. Но не в тот миг, когда мои лапы полосовали предателя! Того самого, из-за которого моя девочка томится сейчас в плену драконов! Того, кто поспособствовал ее мучениям! Этот мерзавец не был достоин снисхождения!

Отскочив от меня, он попытался выиграть время на восстановление, суетливо шныряя между валявшейся повсюду покореженной мебелью.

— Не уйдешь! — прорычал я, бросившись за ним и отшвыривая в стороны обломки столов, стулья и прочий хлам. — Стой, сучонок! — выругался вслед этому трусу, прытко удирающему от заслуженной расправы.

— А ты догони! — бросил он, оглянувшись через плечо, и запрыгнул на мебельную полуразрушенную башню.

Тварь хитрозадая! Я увернулся от какой-то вазы весом в трех демонов, которая полетела в меня с самого верха. Так, значит? Детство в хвостатом заду заиграло? Ну, сейчас кто-то на своей шкуре поймет прописную истину: чем выше забрался, тем больнее падать! И это уже будет совсем по-взрослому!

— А теперь что скажешь? — я сжал ножку стола, стоявшего в основании этой пирамиды, на которой выплясывал брат.

— Дэс! — он изменился в лице.

— Струхнул, недоносок? — расхохотавшись, рванул стол на себя и отпрыгнул в сторону от зашатавшейся башни.

— Гааа-ааад! — проорал демон, пересчитав копчиком все составляющие своего помоста и шлепнувшись на пол.

Я посмотрел на него. Казалось, Фаэртар сейчас расплачется. На мгновение я замер — вместо того, чтобы шагнуть к нему и прикончить. Вспомнил не к месту, что в детстве было также — он падал на пол, мордашка начинала кривиться, и моя решимость накостылять мелкому подлому ублюдку таяла, как утренний туман. Все-таки младший брат.

— Ты придурок, Дэстан, — оскалился предатель.

Он сжал кулон, висящий на груди и, шепча какие-то слова, начал подниматься. В мое лицо дохнуло магией Темных — беспощадной, забирающей все, что пожелает, и более всего ненавидящей свою противоположность — саму жизнь.

Но хуже всего было осознание того, что сосудом, вместилищем для этой гнусной мощи стал Фаэртар. Его глаза налились чернотой. Она расползлась по лицу, будто под кожей проедали себе дорогу черви, исказила в ухмылку узкие, тоже черные губы.

Глядя в его лицо, я понял, что он прав, назвав меня придурком. Ведь тот, кого я пожалел, меня жалеть не собирался.

Распахнув рот, он выдохнул черное облако, которое начало стремительно расти. А потом…

Зал сотряс мощный удар. Гул пронесся по стенам, покрывая их зигзагами трещин, волной поднял пол, вспучивая каменные плиты так, будто под ними ползло огромное чудовище, которое вот-вот вырвется наружу, чтобы сожрать нас.

За первой последовала вторая ударная волна, поронявшая всех, будто игрушечных солдатиков. А потом третья, которая смерчем смела остатки мебели, впечатав их в стены.

— Красота, — умиленно улыбнулся Фаэртар. — Готовы к финалу?

Он свел ладони вместе, помедлил, наслаждаясь выражением на наших лицах, и хлопнул.

Ярчайшая вспышка стерла все — и мысли, и чувства, и слух.

А затем все вокруг почернело.

Иви

— Что это? — почувствовав, как замок содрогнулся, будто вся эта махина подпрыгнула, я покосилась на Дженни, которая сидела у окна и вышивала золотой нитью мой свадебный наряд.

После разговора с двумя негодяями, Сазентаном и Сурнхэмом, которые поставили мне ультиматум, нас с подругой переселили в подобающие покои. Ранее в них обитала Дарина, и я немало позлорадствовала, увидев, как вытянулось лицо нахалки в тот момент, когда любовник «порадовал» ее новостью о переселении в другое крыло, продуваемое всеми ветрами.

— Что такое? — повторила я, ступнями чувствуя дрожь пола.

— Не знаю, — Дженни отложила шитье, встала и выглянула в окно. — Ох, ты ж, матушки-непонятушки! — выдохнула она через секунду, схватившись за грудь.

— Что там? — я подошла к ней, и сама ахнула, увидев это.

От дальней башни шло мутное красноватое свечение, будто за витражным окном бесновался закат, чудом пойманный в ловушку. Странное, будто пульсирующее с перебоями, мертвенное, словно чужеродное окружающему миру, оно выливалось наружу и таяло в воздухе, еще холодном и сыром после недавно прошедшего дождя.

— Что в том крыле? — нахмурилась, попытавшись вспомнить.

— Да ничего же ж, — подруга пожала плечами. — Старье одно. Весь зал доверху хламом забит.

Второй удар заставил замок закачаться.

— Что такое происходит?! — хором выпалили мы с ней, переглянувшись.

Через мгновение изнутри дальней башни, разломав окна, что-то с диким шумом вылетело наружу. Осколки сыпанули во все стороны. Рычащий ком заметался в воздухе, приковав наше внимание.

А когда он распался, я поняла, что это два демона — Дэстан и Фаэртар!

На второго я и не смотрела, все мое внимание было приковано к мужу. Так соскучилась, что не в состоянии была отвести взгляд от моего мощного красавца, пожирая глазами литые, играющие под атласной кожей мускулы, черты лица, искаженные ипостасью силы — более грубые, резкие и жестокие, но все равно красивые.

За спиной у него бились черные кожистые крылья, своим размахом перекрывающие весь внутренний двор замка, и легко удерживающие их обладателя в вышине. Туго натянутые, они позволяли ему ловко маневрировать, избегая столкновения с ревущим в голос братом, который то и дело бросался в атаку — бездумно, истерично рассекая воздух когтистыми лапами, пытаясь достать противника.

Снова и снова получая от него затрещины, он запрокидывал голову, увенчанную рогами, чтобы отправить в небеса очередной раздосадованный вопль. С губ моего любимого не сходила торжествующая усмешка. О будто игрался с Фаэртаром, беся брата еще сильнее. Выведенный из себя, тот хлестко бил по своим же ногам гибким прутом хвоста, рассекая кожу.

Таковой имелся и у Дэстана. Длинный и черный, на конце увенчанный сияющим шипом, хвост моего демона красиво извивался, скользя в воздухе. До того момента, пока не метнулся вперед, будто стрела, выпущенная из туго натянутого лука. Достав Фарэртара, он оплел его шею, заставив того вращать выкатившимися глазами.

Что-то сорвалось с груди мерзавца и упало в грязь, унося с собой мертвенно-алое сияние, обволакивающее брата моего мужа. А затем острый шип хвоста лег на сонную артерию, и демон замер, боясь пошевелиться.

Но в тот же момент я почувствовала, как к моему горлу тоже прижалось что-то острое.

Лезвие вдавилось в кожу, причиняя боль — в том же самом месте, над артерией, не играючи, а серьезно намекая: лучше стоять, не шелохнувшись и послушно выполнять, что велено. Иначе будут последствия, которые мне совсем не понравятся.

— Эй, демон! — крикнул стоявший за моей спиной Сазентан. — Отвлекись на минуточку. Глянь-ка, кто тут у нас! Специально для тебя приготовленный подарочек! Сладенький, аж слюнки текут!

Дэстан уставился на нас, широко раздувая ноздри. Глаза налились тьмой. Крылья били по воздуху, наполняя все вокруг шумом. Свободная лапа сжалась в кулак, и от острых когтей, впившихся в ладонь, вниз закапала густая кровь. Ее терпкий запах долетал до меня, взвинчивая и без того нервное состояние, заставляя хватать воздух ртом.

— Узнаешь девчюлю, рогатое отродье? — продолжал куражиться мой фальшивый папаша. — Женушка твоя это прежняя, коли не разглядел. Невестушка лорда Сурнхэма теперича, скоро свадебка, а потом и ночка брачная, когда эта каракатица плешивая на нее вскарабкается и…

— Иви! — утробно прорычал мой любимый и рванулся к нам.

Фаэртар в его второй руке повис безвольной тряпкой, судорожно хрипя и ошалело вращая глазами.

— Охолонись, демон! — крикнул Сазентан. — А не то вместо свадебки у нас похороны случатся. Ножичек-то увидал? У самого горлышка ее. Тонюсенькое оно, как травиночка! Чик-чик, и скошу ведь деваху, ни один лекарь не поправит такого дела. Не достанется тогда твоя голубка никому, окромя червей могильных! Услыхал меня?

Глухое рычание вырвалось из-за стиснутых зубов Дэстана. Он замер, взмахивая крыльями. Во взгляде разлилась такая боль, что и мое сердце заплакало вслед горючей тоской. Как жаль теперь, что столько времени потратила на ерунду, на обиды и ультиматумы. Если бы только можно было отмотать все назад, я бы и думать не стала об этом проклятом гареме! Но ничего уже не исправишь, ничего не вернешь. Думать надо тогда, когда делаешь, а не когда все так, как сейчас — хуже некуда.

— Хороший мальчик, — дракон довольно расхохотался. — А теперича братца-то отпусти, нам он нужен еще. Магию Темных ведь он пробудил. Понял уже, поди, копытный? А с ней мы всю империю себе подчиним, трон заберем, казну и все могущество наше будет!

Мой любимый мотнул головой, недовольно рыкнул и отшвырнул Фаэртара. Тот смачно шлепнулся в грязь, где ему, собственно, и было место, а потом, цапнув что-то из лужи, начал подниматься и отряхиваться, бормоча проклятия себе под нос.

— Мы еще встретимся, братишка! — крикнул он, задрав голову и посмотрев вверх, на Дэстана. — Уже скоро! Недолго тебе осталось, за все ответишь!

Тот не удостоил его ни словом, ни даже взглядом. Все внимание мужа было приковано ко мне. Так, он что, смотрит на мою грудь? Нахмурилась и осторожно тоже глянула туда. А, теперь понятно — из-за корсажа выбилась цепочка, на которой я хранила то кольцо с зеленым камнем, что супруг дал мне в день, когда мы «как бы поженились».

Быстро убрала его обратно, пока никто не увидел. Ведь отнимут, чтобы ничего не связывало будущую леди Сурнхэм с ее обожаемым демоном. А оно мне дорого, это колечко. Хоть маленькую частичку, осколок того, что свидетельствовало об утерянном счастье, но все же хочу оставить при себе. Пусть согревает мое сердце, покрывающееся коркой льда — от кровавых слез, которыми оно сочится.

Глаза Дэстана утонули в моих. Губы тронула улыбка. Он понял. Словно в мыслях побывал, осознала с теплом, взорвавшимся на сердце. Я принадлежу ему — с того самого первого поцелуя у озера. Я навсегда жена демона!

Вздрогнула, почувствовав, как запылали ладони. С тех пор как прошла через тот проклятый портал вместе с Дженни, порой замечала, что кожа полыхала, будто руки над костром держала. Уже начала привыкать к необычному ощущению. Но сейчас было по-другому — кожа просто горела, словно ее лизало самое настоящее пламя.

Глянула на дрожащие пальцы и едва сдержала крик, увидев выступившие на подушечках капли. Это же даже не кровь. Это… это огонь?!

— Ты мне тут на будущую леди Сурнхэм не зыркай, копытное! — опомнился Сазентан, еще сильнее вдавив лезвие в мою шею. — Давай-ка зад свой хвостатый приземляй, неча муху тут изображать, которая говнеца переела, — велел он. — Представление окончено, будет тебе. Потешил зверюгу своего и довольно. И обратно в людской облик перекидывайся, хватит чернь пугать.

Дэстан послушно сложил крылья и упруго спрыгнул с небес на землю. Демонические черты постепенно разгладились, уступив место привычным человеческим. Тело приняло людской облик. Он стоял посреди внутреннего двора почти обнаженный, тяжело дыша и не сводя с меня глаз, полных обожания.

Как же я соскучилась по нему, моему единственному, неповторимому, самому страстному и нежному! Взгляд ласкал его, скользя по широким плечам, литому торсу, узким бедрам и снова возвращаясь к лицу с губами, которые так жадно впивались в мой рот!

Но что дальше? Сердце обняла тоска вкупе с острыми шипами ужаса, проткнувшими его насквозь. Что они с ним сделают?!

— Увести, — велел дракон.

К моему любимому подбежали дворовые слуги. Набросили на него сеть, огрели чем-то тяжелым по голове и, когда он рухнул, поволокли прочь.

Я с трудом заставила себя втянуть носом воздух, глядя ему вслед через слезы, искажавшие все в уродливые кляксы. Сорвавшись с ресниц, влага закапала на пол — вместе с частицами огня, которые срывались с моих ладоней. Сжав кулаки, я быстро затерла их следы мыском туфли. Нельзя, чтобы Сазентан узнал эту тайну, нельзя!

— Учти, если с Дэстаном что-то случится, — прорычала я, развернувшись к дракону, который отступил на шаг назад, — свадьбы не будет! Никого трона вам тогда и издали не увидать! Сама себе вены перегрызу, но уйду вслед за мужем — моим настоящим мужем!

— Не бухти, отродье, — поморщившись, мерзавец все-таки отошел подальше, с опаской на меня глядя и вытирая лезвие ножа белоснежным платком.

Вымарав его в крови, лорд отбросил ненужную тряпку в сторону и поспешил прочь.

— Дженни! — когда дверь захлопнулась, я кинулась к подруге, которая кулем лежала в углу.

Неужели убили?!

Нет, сердечко бьется, слава Богине! Облегченно выдохнула и, приведя ее в чувство, помогла лечь на постель.

— Иви, у тебя шея вся в крови! — ахнула та, порываясь встать.

— Лежи, тебя по голове ударили чем-то, — велела я и коснулась своей груди.

На пальцах осталась краснота. Не страшно, заживет. Куда важнее, что теперь будет с моим любимым?..