Глава 32. Предатель

Долго думать я не стал. Мы потратили следующий день на подготовку, а как только зашло солнце, отправились на дело. Проникнуть в нужный лаз удалось без проблем. На то, чтобы раскопать рыхлую почву, конечно, ушло время, но и с этим мы справились. И под конец ночи, наконец-то, злые, грязные и уставшие вывалились в тот самый зал в заброшенной части замка, о котором говорил шпион.

Вот только он не упоминал, что в нем нас будет ждать добрая сотня драконов, вооруженных до зубов. Вернее, очень, очень злая сотня!

Я идиот, пришлось признать, чувствуя, как кровь огненной рекой несется по венам, пробуждая ипостась демона. Повелся на слова чешуйчатого, который попросту заманил меня в ловушку, предатель!

И ладно, если бы меня одного. Так ведь я еще и друзей подвел.

— Простите, мужики, — шепнул своим, а потом бросился в бой.

Я принял на себя пятерых. Одному мощным ударом кулака проломил грудную клетку, заставив упасть замертво. Глотка другого захрустела в моей ладони, как лист бумаги. Третий получил в лицо и, прокрутившись юлой, рухнул на пол с раздробленной челюстью.

Оставшиеся два осторожничали, примериваясь, ощупывая меня цепкими взглядами в поисках слабого места.

— Жить хотите? — рыкнул я и расхохотался.

С таким настроем в бой не идут. Тут ты или бросаешься в самую гущу, невзирая на то, как силен и опасен твой противник и не оглядываясь назад — так, будто там, за спиной, лишь край бездны, или проигрываешь еще до начала схватки.

Я пришел за Иви. Назад мне нельзя. Или спасу ее, или умру, пытаясь. Вот и весь мой выбор.

— Разомнемся, ребята! — бросил Йорик, встав рядом и хрустнув шеей так, что драконы, застывшие напротив нас, побледнели.

— Самое время после того, как в три погибели согнувшись ползли по этому проклятому тоннелю, — Китан занял место по левую руку и играючи перекинул вынутый из ножен клинок из одной ладони в другую. — Кто первый, ящерицы? Выпотрошу вмиг! А кишки на люстре развешу гирляндами, красота будет!

Остальные одобрительно расхохотались. Переглянувшись, мы набросились на драконов. Тело, и в самом деле, с удовольствием приняло схватку. Это было привычно, просто и понятно — хорошо, когда все зависит от тебя, а не от переплетений хитроумных интриг.

Постепенно мы разбились на небольшие группы и рассредоточились по залу, который был под завязку заполнен всяким старьем. Наверное, не одно поколение Сазентанов приносило сюда рухлядь из разряда «выкинуть жалко, а пользы уже никакой». Вот и копился тут никому не нужный хлам, вырастая башнями до самого потолка с массивной громадиной люстрой, увешанной паутиной, будто шалью.

Горы из растрескавшихся столов, колченогих стульев и прочего хлама покосились и, потревоженные нами, одна за другой начали с грохотом валиться на пол. Ну чего добру пропадать? Я хмыкнул, подхватил остатки дамского туалетного столика и огрел им ящера, который назойливо пер на меня, не понимая намеков в виде ударов по печени, колену и прямого попадания ногой в корпус. Сам напросился, ретивый геккон!

Зашатавшись, тот все же устоял, помотал головой и снова замахал кулаками. Ладно, упорство я уважаю, если к нему не прилагается пустоголовый баран, конечно. Ну, коли так тебя не проймешь, попробуем вот эдак!

Я сжал ножку стола, который в свои лучшие годы, вероятно, имел честь красоваться в гостиной гада Сазентана, когда тот потчевал гостей изысканными яствами. Ого, явно потяжелее будет.

— Ты чего это, — дракон выпучил глаза. — Ты это, не надо!

— Еще как надо! — прорычал я, напрягся и метнул им в чешуйчатого нахала.

— Я не… — договорить тот не сумел, сбитый с ног и расплющенный тяжелой мебелиной.

— Отдыхай, — велел, подойдя к нему.

— Мерзавец! — выплюнул он, барахтаясь, чтобы встать.

Вот ни дать ни взять таракан под башмаком!

— Будешь лежать спокойно? — спросил я.

— Еще чего! — нахально заявил он.

— А так? — ухмыльнувшись, я сжал ножку канделябра. — Познакомить твой зад с ним?

— Н-не надо, — дракон тут же замер.

Кажется, он пытается втянуть голову и поломанные конечности под стол, используя его, как панцирь.

— Ну, теперь согласен отдыхать?

— Согласен, согласен! — торопливо донеслось от черепашки.

За этого можно не беспокоиться и не добивать. Тем и плохи наемники — они бьются за деньги, а не за идею. Потому что превыше всего ценят свою шкуру и когда начинает припекать, попросту сбегают зализывать раны.

— Умница, наслаждайся увольнительной, — я перекинул грозное, как оказалось, оружие в другую руку и набросился на следующего противника.

Не знаю, сколько времени прошло, пока мы громили башни из старой мебели, а заодно и драконов. Но когда они начали отступать к дверям, те широко распахнулись, и внутрь хлынуло подкрепление. Мы закружили в вечном танце, обмениваясь короткими жалящими ударами. И, наверное, это могло бы продолжаться очень долго. Но драконы неожиданно остановились.

— Чего это они? — хмыкнул Йорик, глядя на отступающего противника.

— Сам хотел бы знать, — пробормотал, хмурясь.

С удовольствием списал бы паузу на восхищение нашей отвагой. Чешуйчатые деморализованы и готовы дать деру, чтобы спастись. Но в подобное верится с трудом. Мы на их территории. Соотношение один демон на примерно два десятка драконов, убегать нам некуда, кроме как обратно в тоннель и канализацию, как крысам. Так что…

Хорошо, когда враг предсказуем. Ты знаешь, чего от него ждать и можешь подготовить симметричный ответ. А вот если он ведет себя так, что твои мысли сворачиваются в загогулину, пытаясь постичь таинственную логику, то у тебя настоящие проблемы!

Но оказалось, что я даже не представлял весь масштаб беды, в которую мы угодили, притопав в ловушку своими же ножками — под моим чутким руководством.

— Приветствую тебя, старший принц, наследник Трона и надежда всей империи! — в зал вошел…

— Фаэртар! — ахнул я. — Каким боком ты тут?

— Догадайся, братик, — он рассмеялся. — Ты же всегда был сообразительным. Но слишком наивным и доверчивым!

Да уж. Если сумел проглядеть предателя в ближнем окружении, то грош мне цена. Стиснул зубы, мотнув головой. Ведь все очевидно. Как на ладони лежало. Но разум не мог даже допустить того, что родной брат окажется тем, кто воткнет кинжал тебе в спину. А зря. Он же смог. Для рыжего мерзавца это труда не составило. Может, даже доставило ему удовольствие.

— Что ты задумал? — спросил я, лихорадочно соображая, как выпутаться из ловушки, в которую и сам угодил, и людей своих привел. — Зачем тебе сговор с драконами?

— Ну а как бы я еще получил трон, братец, сам подумай? — Фаэртар скривился, паясничая.

Всегда ненавидел эту его манеру, кулаки сами начинали чесаться! Вот и сейчас захотелось врезать по его гримасничающей морде — с размаху и чем-нибудь потяжелее. Да хоть тем же канделябром, на худой конец! Чтобы зубы во все стороны веером полетели из пасти мелкого гаденыша, которого когда-то считал братом!

— Трон захотел? А заслужить эту честь не пробовал? — буркнул я. — Стать достойным правопреемства?

— Не такой наивный, в отличие от тебя, — отмахнулся он.

— Ты и так сейчас единственным претендентом на престол остался, чего еще надо? — недоуменно пожал плечами.

— Я нетерпеливый, тебе ли не знать, — рыжий вздохнул. — Даже если ты — с моей помощью, как же иначе — уже вышел из гонки, это же все равно означает, что мне надо ждать, пока окочурится наш общий папочка, будь он неладен!

— Слова выбирай, когда говоришь о Повелителе! — грохнул я. — Который, ко всему прочему, еще и твой родитель!

— Не учи, не в том положении сейчас, чтобы меня одергивать! — глаза просияли злобой. — Я долго терпел и тебя, и отца с его постоянным недовольством, и придирки матери! Довольно, теперь только я сам себе хозяин! И все ваши советы можете засунуть себе…

— Что ты несешь, хамье?! — рыкнул я — так громко, что последняя башня из мебели рухнула, заставив этого оборзевшего нахала отпрыгнуть.

Ярость обуяла меня, тело словно оплели огненные плети — еще немного и потеряю контроль над собой!

— Ты не понял? — Фаэртар заливисто расхохотался. — Все, братишка, нашему батюшке недолго осталось протирать трон своей задницей. Он как раз выступил с войском к руинам столицы Темных, через несколько дней будет битва. И догадайся, кто погибнет в этой бойне?

— Ты не посмеешь! — потрясенно выдохнул я.

— Еще как посмею, — прошипел предатель. — Уже посмел, и с удовольствием! Так же, как разобрался с твоей наглой женушкой.

— О чем ты? — я напрягся, из последних сил сдерживаясь, чтобы не броситься на этого негодяя.

— А откуда, по-твоему, взялся портал в вашем доме? Это я подложил нужный заговоренный камень. В тот вечер, когда твоя благоверная распродавала направо и налево твой гарем! — Его глаза заискрились от удовольствия, как у питона, проглотившего мышку и чувствующего, как она идет по пищеводу, мощные мышцы которого стискивают свою добычу, дробя ей кости.

Именно той мышью я себя и почувствовал. В голове зашумело, словно там не умещалось все только что услышанное. Меня замутило от осознания того, как сильно меня ненавидел брат, раз был готов пойти на такое. Ненавидел всем сердцем и душой люто, как злейшего врага, ради смерти которого готов пойти абсолютно на все.

— У нас уговор с драконами, Дэстан, — Фаэртар облизнул пересохшие губы, явно наслаждаясь моим ошеломлением. — Они получают свою драгоценную девчонку, а я…

— Ну, договаривай, — вскинул глаза, вглядываясь в его рожу. — Что ты получаешь взамен?

— Тебя, дорогой братец, — выдохнул негодяй. — Чтобы своими руками вогнать кинжал в твое сердце!