Глава 35. Удовольствие

Я вошла в огромный зал, который по-прежнему отзывался гулким эхом на любое покашливание, удесятеряя его в несколько раз и заставляя присутствующих быть тихими, как мышки. На лицах расфуфыренных гостей явственно читалось все то же, про «Такая красота и сморчку проклятому Сурнхэму?» Мне пришлось сдержаться, чтобы не рявкнуть «Всем молчать!». Уж слишком громко они думали, оглохнуть можно!

Участники церемонии уже собрались перед каменной плитой на возвышении. В ее центре виднелась вмятина — след от лапы первого дракона. По легенде, именно на нее он наступил, шагнув в наш мир из Ока между мирами.

Все самые важные договоры — в том числе, и брачные, разумеется, подписывались здесь. Сейчас на этой плите лежал свиток шириной в мой рост. На нем были тщательно, буковка к буковке, выведены все условия, на которых заключался семейный союз.

Все в точности так же, как в тот день, когда меня едва не выдали замуж на Сурнхэма-младшего, наглого гнома, как прозвал его мой супруг. Настоящий и единственный супруг, несмотря на весь тот фарс, что сейчас будет разыгран здесь.

А вот и жених. Восседает на носилках, которые держат четверо драконов, тоже разряженный. Надеялся, что дорогие ткани и каменья прикроют его уродство? Зря. Если коровью лепеху укутать атласом, шелком да бархатом и обложить со всех сторон драгоценностями, она вонять не перестанет, все равно будет мила мухам, которые на дерьмецо тут же слетятся.

Я подошла к старику. Он прищелкнул вставной челюстью и победоносно оглядел собравшихся. Растянул свои покрытые бородавками узкие губы и просиял новыми зубами. Я с трудом сдержала тошноту, ведь Дженни рассказывала мне, как всю дворню не так давно согнали в дом и лучшие зубы у них вырвали, чтобы эту вставную «красоту» жениху соорудить.

И что, он меня покусать собрался в первую брачную ночь, будь она трижды проклята? Усмехнулась. Не поможет это тебе, дряхлая акула, и не мечтай. Новые причиндалы ты себе не приделаешь, а со старыми тебе уж полвека как бесполезно к женскому полу подкатывать. Но если попытаешься, на радушный прием не рассчитывай, так получишь, что я тут же вдовой стану.

— Красивая невестушка, — прошептал дракон, тряся безволосой головой, обтянутой морщинистой кожей в коричневых старческих пятнах.

Мерзкий какой, сил нет!

— Вкусняшечка моя! — он причмокнул губами, с которых текли слюни — в точности так, как делал его покойный сынуля, чтоб его черви грызли за все места.

Это было так мерзко, что ком тошноты быстрым мячиком прыгнул из желудка в мой рот.

— Поцалуй женишка-то, — подслеповато щурясь, как крот, днем высунувший нос из норы, потребовал Сурнхэм, потыкав себе в щеку.

«Отвали, сморчок!» Именно это мне хотелось рявкнуть в его наглую рожу, на которой гуляла пошлая ухмылка. Едва сдержалась. Богиня, можно мне проснуться? Пусть это окажется лишь ночным кошмаром, пожалуйста!

Но кошмар был моей реальностью. И он продолжился. К нам подошел жрец, совершающий обряд. Тряся щеками, свисающими до воротника праздничного, богато расшитого каменьями одеяния, служитель улыбался так, будто ему взамен этой церемонии обещали вечную молодость и каждый день новых распутниц в постель.

Хотя какие ему распутницы, он хвостик от своего пуза-арбуза долгие годы уж не видал. Дженни была права, растолстел так, что праздничное одеяние почти лопалось по швам, при каждом шаге натягиваясь многообещающе. Как бы ни разошлось с натуги, а то ведь меня в том обвинят, непременно.

Где же мой демон, который ворвется в зал и рявкнет во всю мощь «Свадьбы не будет!»? Так крикнет, чтобы эхо как бешеное металось под сводами потолка, перепуганное насмерть! Чтобы все ужаснулись и сжались в дрожащий комочек! А потом любимый непременно подхватил бы меня на руки, как пушинку, и потащил в спальню — жениться. В этот раз невеста уж точно не стала бы тянуть время, сама на жениха набросилась и до утра прилежно исполняла супружеский долг, самозабвенно постанывая в руках своего единственного!

Я плотно сжала губы и сделала глубокий вдох, чтобы не дать пролиться слезам. Ведь мне было прекрасно известно, что Дэстан в лапах Сазентана. Наверное, его держат в темнице, самой темной и холодной из всех, что имеются под этим замком. Могу, лишь уповая на милость судьбы, надеяться, что он жив. Это сейчас самое главное. И еще с истовой верой молиться Богине, чтобы его не казнили после бракосочетания.

Которое как раз начиналось.

* * *

Сазентан встал у плиты с брачным свитком и, почти не читая, засвидетельствовал его подлинность кровавым отпечатком, провозгласив громко, что «Условия верны». То же самое сделал Сурнхэм, которого на носилках поднесли к ней. Жаль, не помер в процессе, я ведь где-то в глубине души на это надеялась. Но нет, из вредности, видимо, решил пожить еще немного, чтобы мои нервы вымотать.

Его отнесли от плиты, и все уставились на меня.

Да, теперь очередь невесты поучаствовать в этом фарсе. Я подошла ближе. Вблизи плита казалась еще внушительнее. Но думалось не об этом. Стойкое ощущение, что мне удалось перепрыгнуть во времени. Посмотрела на двери, ожидая, что они вот-вот распахнутся, впустив внутрь Дэстана с его людьми. Богиня, помоги, умоляю! Пусть мой демон ворвется в зал и все закончится! Я затаила дыхание.

Но чуда не произошло. Чудеса — для сказок. Нам приходится жить в реальности.

Перевела взгляд, который заволокло слезами, на желтоватую бумагу. Изящно выведенными строчками она напоминала вышивку. Как и в тот раз. Да и все пункты, по сути, те же.

Взгляд выхватил из сплошного текста несколько фраз: «…род Сазентан обещает…» «семья Сурнхэм выплачивает отступные в размере…» Этот негодяй второй раз отлично нажился, продав младшую дочь! Какая ирония, не отец, а сбыл меня снова и опять роду проклятых Сурнхэмов. Черное чувство юмора у моей судьбы. Чернее не бывает.

Далее следовали пункты о необходимой военной поддержке, коли такая потребуется, обмене и торговле, а также прочие условности, вступающие в силу после объединения родов браком. Он вновь всем сулил сплошные выгоды и преимущества. Кроме меня. Я опять была овцой на заклание, которая должна всем пожертвовать во имя всеобщего счастья — став супругой страшенного вонючего старика.

Интересно, а был ли хоть раз в истории драконов случай, чтобы молодой красавчик женился на древней, как само время, бабуленции? Да еще и чтобы с блеском исполнил супружеский долг, заявившись в ее спальню при всем параде вечером, а покинув ее чуть живым, с первыми лучами зари, оставив новобрачную довольно прищелкивать вставной челюстью?

— На этот раз без ошибок! — ехидно прошипел мне на ухо Сазентан. — Подписывай давай, дурная баба!

— Клянитесь честью рода и памятью предков, что Дэстан останется жив! — вперила в него взгляд. — Иначе учтите, стану Императрицей, велю вас казнить, тут же!

— Ты… — он захлопал ртом, как помирающая рыба.

— Клянитесь, сказала! — прорычала так, что жрец, дремавший в сторонке, вздрогнул и затряс подбородками.

— Да клянусь, клянусь, дьявольское отродье! — процедил дракон. — Подписывай!

— Условия верны, — сказала я и, проколов кончиком ритуального кинжала палец, оставила на документе свой кровавый отпечаток.

Кольцо Дэстана, лежащее за корсажем, запылало, и будто огненная печать легла на мое сердце — то самое, которое было разбито и обливалось кровью.

Я с трудом удержалась, чтобы не схватить снова ритуальный кинжал и не воткнуть его сначала в Сазентана, который лучился от удовольствия, а потом в гада, что отныне мог называться моим мужем. Мерзавцы, переглядываются довольно!

Зря радуетесь, вы за все заплатите, клянусь!

* * *

Встав у камина, я смотрела на огонь, такой же своенравный, как и мой демон. Темнота вокруг обнимала меня, позволяя представлять, как он встал сзади, прижался горячей грудью к моей спине. Обхватил руками талию, огладил изгиб бедер, потянул вверх полупрозрачную ночную рубашку. На шее расцвели огненными укусами его поцелуи. И…

В дверь кто-то заскребся. Тьфу, да вашу мать, даже минуты не дадут помечтать! Я распахнула ее и уставилась на драконов, держащих носилки.

— Исполнять супружеский долг явились? — съязвила я, сложив руки на груди.

— Л-леди Сурнхэм, — они потупились, покраснев. — Мы мужа вашего принесли.

Полог на носилках отдернулся, оттуда выглянул Сурнхэм и бодро провозгласил:

— Прибыл для исполнения супружеского долгу, дорогушечка!

Какой оптимизм! Ну-ну, поглядим.

— Заносите, — велела я и посторонилась, пропуская новобрачного и думая о том, что будет, если сейчас подставить подножку первому носильщику.

Неплохое вышло бы зрелище, как раз для моих израненных нервов. С удовольствием бы посмотрела на то, как носилки опрокинутся, муж вывалится оттуда, будто какаха, и шмякнется об пол. Может, убьется. А что, вдовой мне еще быть не приходилось. Вдовствующая леди Сурнхэм — изумительно звучит, правда ведь?

— Благодарствуем, леди, — мальчики осторожно сгрузили моего супруга на кровать, уложили поверх одеяла и поправили на тщедушном теле белую ночную рубаху, из-под которой торчали тощие ноги.

— Можете быть свободны, — проводила их до двери, закрыла ее и подошла к брачному ложу.

— Иди ко мне, ягодка спелая! — муж протянул ко мне дрожащие руки.

Нитка слюны соскользнула с трясущихся губ на впалую грудь. Меня едва не вырвало.

— Ты же прекрасно понимаешь, что спать с тобой я не буду, — со вздохом сказала, сев на постель. — Предлагаю мировую: ты пробудешь тут час, после тебя унесут, а я скажу, что все было.

— Исчо чего удумала, оторва! — вдруг злобно прошипел Сурнхэм и цапнул меня за руку. — Консумировать союз надобно, и я то сделаю, как и положено.

— И не мечтай, дезертир кладбища! — рявкнула я, соскочив с кровати.

— Паарнииии! — зычно гаркнул дракон — на удивление громко для такого доходяжного старца, в котором непонятно, как душа-то держалась — на одном нечестном слове, вероятно.

В комнату вошли его носильщики.

— Что это значит? — с опаской осведомилась я, подбираясь поближе к кочерге.

— Не то вовсе, что ты, развратная, придумала! — заерзал муж. — Хватай ее, ребята! Давай, как велел я, навались! Делайте, что сговорено, а не то все семьи ваши на псарню отправлю, собаками охотничьими затравлю, так и знайте! Неча тут ее жалеть, ишь, чего удумали, ироды! Мужняя жена она!

— И не пытайтесь, — предупредила я парней, которые двинулись на меня. — Пожалеете, учтите!

— Простите, леди Сурнхэм, — повинился покрасневший гигант, наступая на меня. — Клятву вы дали ему у алтаря. И мы тоже.

Клятву дала, верно, потому что жизнь Дэстана, Дженни и Марианны на кону стояли. Но более ничего ему не дам, пусть в другом месте ласки ищет, тут ему только по лбу достанется!

— Вот вы с ним и спите! — я схватила кочергу.

— Леди! — взвизгнул второй, получив ею по корпусу.

— Дьяволица! Ведь правду говорили! — вскричал третий.

— Все вместе, навались! — скандировал новобрачный, подпрыгивая на постели — так, что даже челюсть новая вылетела из слюнявого рта.

У меня не было шансов устоять против четырех недобрых молодцев. Отобрав у леди Сурнхэм кочергу, они уложили меня на постель и, невзирая на крики, проклятия и сопротивление, привязали руки и ноги к столбикам кровати.

— Невеста готова исполнить свой долг, — не поднимая глаз, доложил один из них чрезвычайно довольному таким исходом господину.

— Проваливайте! — раздраженно заторопил он. — Новобрачных наедине оставить надобно — для наслаждения!

— Простите, леди, — сконфуженно шепнул парень и зашагал к выходу.

Остальные потянулись за ним. Дверь захлопнулась. В моем сердце взвился ужас.

— Ща, сладкая, дорогушечка, все будет! — мерзавец подполз ко мне и начал задирать ночнушку.

— Не смей! — прорычала я, извиваясь всем телом, чтобы сбросить путы.

— Угомонися! — Сурнхэм погрозил мне сухоньким кулачком. — Уж не впервой тебе, чего беснуешься, окаянная? Не девственна ведь, нечего ерепениться!

Он заполз на меня, и ладони снова запылали огнем. Я бросила взгляд на них и увидела, как пламя стекает по коже на запястья. Пара секунд и веревки прожгло насквозь. Ну, посмотрим, как ты теперь запоешь, геккон престарелый!

— Что, забыл, как это делается? — спросила я, глянув в лицо Сурнхэма, который копошился у себя внизу, пытаясь, видимо, разбудить своего чудом не отсохшего еще червяка. — Давай помогу, драгоценный мой супруг! Только ты уж не взыщи, я пожестче люблю!

С силой толкнув его в грудь, я вернула рубашку на место и села на постели. Тщедушное тело мужа отлетело в сторону и шлепнулось на пол, как тряпичная кукла. Не теряя времени, я прожгла веревки на лодыжках огнем с рук, и поднялась с постели. Подошла к дракону и встала над ним.

— Дьяяя-воооо-лиии-цааа! — тонко заныл он, в страхе глядя на огонь, который капал на пол с кончиков моих пальцев.

— Именно, дорогой! — прошипела я. — Самая настоящая дьяволица, как раз под стать моему любимому демону! А ты запомни: посмеешь еще хотя бы подумать провернуть такое, сердце твое выну из груди и сожру, пока еще бьется! Даже не приближайся к моей опочивальне! Понял?!

Швырнула в его рожу остатки веревки. Капли пламени упали на лицо Сурнхэма, и он завизжал, как недорезанная свинья.

— Верещи погромче, — усмехнулась я, — чтобы все слышали, как тебе непередаваемо хорошо в первую брачную ночь!

— Дьяволица! — выпалил он снова и захрипел, схватившись за грудь.

— Решил меня вдовой сделать? Давно пора!

Я нахмурилась, глядя на то, как у него закатились глаза. Он что, и в самом деле окочуриться решил?

Муж задрожал всем телом, будто в припадке падучей, и шлепнулся на пол — бездыханно, жалобно пукнув напоследок.

Присела на корточки около него и, пересилив отвращение, волной тошноты метнувшееся в горло, прикоснулась к сонной артерии на морщинистой сухой шее. Не бьется. Пощупала пульс. То же самое. Да неужели? Леди Сурнхэм теперь вдова? Спасибо, Богиня, за столь щедрый дар!

Я встала и, помимо воли, расхохоталась, оценив шутку судьбы. Подлец Сурнхэм все-таки сумел доставить новобрачной удовольствие в брачную ночь. Тем единственным способом, который имелся у вонючего сморчка — умерев. Да, судьба умеет пошутить, от души!

Посмотрела на труп, который, казалось, усыхал на глазах.

Вот и закончилась брачная ночь.

Первая, она же последняя брачная ночь.

Благодарю тебя, Богиня!..

* * *

— Ты что натворила, мерзавка? — прорычал Сазентан, ворвавшись в спальню и уставившись на моего дохлого супруга.

— Стала вдовой, — развела руками с притворным сожалением и довольной улыбкой. — Думаю, он так жаждал исполнить супружеский долг, что… Сердечко не выдержало.

— Ты его убила, ведьма! — вскричал Сазентан.

— Еще громче орите, чтобы уж точно все услышали, — велела я. — Тогда меня прямо этой ночью сожгут во дворе, ведьмам же подобный конец уготован? А вам в таком случае не удастся трон даже понюхать! Так что не забывайте об этом и сбавьте тон!

— Умная, сучка! — он снизил громкость, потирая синяк на скуле — хм, интересно, откуда успел взяться? — Ладно уж, что случилось, то случилось. Тогда у нас только один вариант. Сейчас же выдвигаемся в путь.

— В какой путь?

— Не твоего ума дело! — процедил дракон и позвал своих людей.

Тело моего вовремя окочурившегося мужа водрузили обратно на носилки. Слуги получили по мешочку золотых монет — за молчание.

— Запомните: лорд спит. Ясно? — вбивал в их головы Сазентан. — Велено не будить, пока не доберемся до места. А выступать приказал немедленно! Передайте воеводам. Все, бегом, выполнять!

Он обернулся и посмотрел на меня.

— Собирай вещи!

— А Дэстан? — для меня был важен только мой любимый.

— И демон этот проклятущий, и мать твоя, все поедут с нами. Живо собирайся!

Сазентан умчался. А я облегченно выдохнула. Теперь нам с Дэстаном надо выбраться из плена этого гада. Путешествие? Пусть, куда бы он нас ни тащил. В дороге провернуть побег будет куда удобнее.

Лишь бы огонь меня послушался в нужный момент! Мы с ним пока что на «вы», надо бы потренироваться, привыкнуть. Но времени на это катастрофически не хватало. И я боялась, что в процессе поиска общего языка со своенравной магической стихией подпалю замок Сазентана, как моя матушка в свое время. И о моем даре все узнают. А такого я допустить не могла, ведь магия полукровок, проснувшаяся во мне — единственное, что поможет нам спастись.

— Иви! — в комнату вбежала растрепанная Дженни.

На ее скуле виднелась глубокая ссадина, которая наливалась многообещающим синяком.

— Что с тобой стряслось? — ахнула я.

— Да Сазентан пытался… — она покраснела, — ну, ты понимаешь. Раньше-то я ведь все время с тобой была, он не решался наглеть. А тут осталась одна, вот он и воспользовался шансом. Подкараулил, в покои затащил, ну и… Сказал, раз у госпожи брачная ночь, то негоже служанке отставать.

— Он тебя… — я не смогла это произнести и нервно сглотнула.

— Не успел, к счастью — благодаря тебе, — она с признательностью посмотрела на меня. — Прибежали слуги, сказали, что у вас с мужем, э-э, проблемы.

— Ага, глобальные! Случилось суровое недопонимание, в результате которого он умер, — я не смогла сдержать улыбку. — Так что перед тобой вдова леди Сурнхэм!

— Ох, счастье-то какое! — подруга облегченно выдохнула. — Молодец твой муженек оказался, помер, чтобы не обременять собой молодую супружницу! — хихикнула озорно. — Кстати, ты знаешь, сколько всего за ним наследуешь? Ты теперь самая богатая женщина в драконьей империи!

— Это меня как раз нисколько не интересует.

— А как же, ведь других-то родственников у него и не было. Род весь сурнхэмовский измельчал и почти что на нет сошел. За всю жизнь лорд только одного сыночка заделать смог — того, который едва на тебе не женился. Хотя старался изо всех сил, говорят, ни одной юбки не пропускал.

— Я точно приношу беду всему этому семейству.

— Так им и надо! — Дженни закивала. — Теперь вся их армия тебе подчиняться должна.

Они женщин ни во что не ставят, поэтому вряд ли. Скорее уж за Сазентаном пойдут, а не за мной.

— Меня не это волнует. Больно? — я осторожно потрогала ее щеку.

— Да не страшно, — отмахнулась подруга. — Ему, мерзавцу этому похотливому, тоже в ответ нехило прилетело. У меня ж рука-то тяжелая!

— А, так вот откуда у него синячина! — я рассмеялась. — Умница моя! Давай обработаем ссадину и будем собирать вещи.

— Куда-то едем? — Дженни присела на стул у очага.

— Точно не знаю. Сазентан что-то задумал, — взяв чистое полотно, я смочила его в воде и начала протирать ранку. — Так что надо быть настороже.

— И когда уже сгинет этот подонок! — вздохнула она, морщась. — Каждый день Богине молюсь, чтобы воздала ему по заслугам!

— Потерпи немного, — сказала я, улыбнувшись, ведь прозвучало двусмысленно. — Будет и на его голову возмездие.

— Побыстрее бы.

— Уже скоро, — закончив, я помазала ссадину мазью. — Чувствую, что скоро. Тогда отдохнем и залечим все раны.

— Ох, быстрее бы уж, — Дженни со вздохом поднялась. — Спасибо, Иви. Ну, надо собираться.

Да, я кивнула, надо собираться. Собрать нервы, силу воли, а также все прочее в кулак. И дать этим кулаком врагам прямо в рожу, со всей силы!