Глава 39. Тяжесть короны

— Я отрекаюсь от Трона и присягаю вам на верность, Ивия де Варгар, — глухой голос заставил отстраниться от Дэстана.

Зареванными глазами вгляделась в свекра, Дамиана Тайгара, опустившегося на одно колено и склонившего голову. Личная стража последовала примеру бывшего Императора. А следом за ними преклонили колено, принося клятву верности, воины — и демоны, и драконы.

Последним, просияв улыбкой, присягнул мой любимый. Лишь тогда я поняла, что жизнь никогда уже не будет прежней. Меньше всего мечтала о троне. Власть — это бремя, ответственность и адский труд. Но иного способа, кроме как принять ее, у меня нет. Лишь став королевой империи, я смогу использовать шанс, предоставленный красноокой Бездной.

Выйдет ли? Научатся ли народы ладить между собой? Ценить, уважать любовь и жизнь, беречь их? Непростая задача, и это еще мягко говоря. Но если не получится, то красноокая Бездна проснется вновь и вернется — чтобы каждому воздать по заслугам. И тогда мы все отправимся скитаться во тьме вместе с Темными.

— Я ухожу, сын, — сказал отец моему демону, поднявшись.

— Почему? — он нахмурился, тоже встав на ноги.

— Я нужен любимой женщине, — взглядом указал на Лунару, которая баюкала тело Фаэртара. — Моя вина, что все так сложилось. Не должен был позволять эту гонку между вами. Ошибался, полагая, что она сделает из вас сильных мужчин. Надо было закрепить за тобой право престолонаследия, сразу же.

Запоздалое понимание, но оно пришло к старшему Тайгару.

— У Лунары не было выбора, она боялась за жизнь Фэра, подталкивала его бороться, искать способы стать моим любимцем, — продолжил демон. — Теперь мы оба наказаны за свои ошибки тем, страшнее чего нет на свете — смертью ребенка. Прошу за всё прощения, сын.

— Я понимаю, отец, — Дэстан обнял его.

— Береги истинную Императрицу, — старший Тайгар указал на меня. — Ты ее слуга. Если она, конечно, позволит. Простите за все, леди де Варгар.

Отвесив поклон, он отошел к любимой, подхватил на руки тело сына, и они зашагали прочь. Искренне хотелось верить, что взаимное чувство поможет им залечить раны друг друга и продолжить жить.

— Я не виноват, не виноват… — громкое бормотание привлекло мое внимание. — Окрутила, ведьма! Да, все она, Дарина, виновата! Запудрила мне мозг, заманила в храм Темных! Говорила, жертвы принесем, нам Силу дадут, помогут завоевать Трон! Я ни при чем, — Сазентан вылез из какой-то щели, в которую забился, как таракан. — Скажи, Дженни, ты ж все видала, правда? — он метнулся к моей подруге. — Подтверди, чары это все были, колдовство проклятущее!

— Похоть это была да жажда неуемная власти и богатств! — припечатала она, вытирая меч, которым только что орудовала не хуже бывалого воина.

— Врешь, все вреееееешь, пиявка! — взвился дракон и кинулся на нее с кулаками. — Да я ж тебя сейчас…

— Пошел ты! — она оттолкнула его так, что нахал шмякнулся вверх тормашками, и пригрозила, — Накостыляю, коли подползешь ко мне, понял?!

— Ивия, милашечка, да ведь ни при чем я был! — зачастил Сазентан, когда я подошла к ним. — Все врут, враги кругом! Мы ведь только жертвы хотели в храме Темных принести, и все! Кто ж знал, что они такое затеяли, ироды! Я ни в чем не повинен!

— Не насильничали, значит? — тихо спросила я. — Не врали, не подкупали, крестьян своих не разоряли — до того, как появилась Дарина, лорд Сазентан?

— Так ведь дело молодое, — заюлил, глазки забегали. — Искушение-то завсегда рядом, то одно, то другое, всего ж хочется. Я вот что тебе скажу, — он поднялся. — Союзники тебе теперь будут нужны, как Императрице, а я ведь могу поспособствовать!

— Совсем совести лишился! — ахнула Дженни. — Или это с перепугу он оборзел, не понять сразу-то!

— Ивия, душечка, — Сазентан попытался поймать мою руку.

— А ну, брысь, сказала! — рявкнула подруга и замахнулась мечом. — Негоже надоедать Императрице! Кыш, чешуйчатое отродье!

— Пожалеете! — отбежав подальше, он пригрозил кулаком. — Я вот людей верных соберу и…

— Брысь! — Дженни запустила в него мечом.

Тот немного не долетел, воткнулся в пол перед отпрыгнувшим драконом. По плитам пошла трещина. А через несколько секунд один из идолов вдруг повалился набок, увлекая за собой остальные. Крайний черной тенью накрыл Сазентана, а потом и вовсе всей огромной массой рухнул на него, замершего с разинутым ртом.

— В лепешечку! — констатировал Кай.

— Ага, в коровью мину, — рассмеявшись, Сандор взлохматил вихры своего сынишки.

— Папка, а боевая нам попалась бабенка, — отрок кивнул на Дженни. — Она что надо, ты это, шевелись, а то ведь уведут! Смотри, как на нее вояки-то поглядывают!

— Думаешь? — оборотень смущенно улыбнулся своей зазнобе.

— А то! — фыркнул паренек. — Надо брать, батя! Хвост в зубы и бегом к ней!

— И даже не думай, что я в обморок от счастья упаду! — фыркнула моя подруга, побледнев. — И вообще, еще подумаю, стоит ли с таким нерешительным мужиком связываться. Столько времени мне мозг пудрил, страшно сказать! Жизнь-то коротка, раз — и нету тебя, как этого дракона! — кивнула на поверженных идолов. — Так что коли намерен такой нерешительной рохлей оставаться, я другого поищу!

— Какая женщина, полный оборот! — восхищенно выдохнул Сандор и зашагал к ней.

— Ты… ты чего? — она попятилась, но ее тут же сграбастали в сильные объятия и так, рыча, поцеловали, что наша возмущенная тут же обмякла и послушно прижалась к возлюбленному, обвив руками его шею.

— Через месяц женимся! — властно обронил Сандор, оторвавшись от губ разомлевшей Дженни.

— Через два, — все-таки заартачилась она. — Платье ведь и…

— Я сказал — через месяц! — рыкнул наш настоящий мужчина. — Все успеем! И вообще, — он понизил голос, — дольше я просто не выдержу!

— Ладно, через месяц, — торопливо закивала Дженни и снова потянулась к его губам.

— Ну, наконец-то, — Кай широко улыбнулся. — Думал, никогда уж их к алтарю не допинаю!

— Я же тебе обещала, что помогу, — шепнула шустрому отроку и подмигнула.

— Спасибо, леди, — он просиял улыбкой. — А вы сами-то теперь как, снова замуж за Дэстана выйдете? — пытливо посмотрел на нас.

Вот ведь Купидон хвостатый!

— Устами младенца, — пробормотал мой демон. — Хороший вопрос, малец. Мы подумаем, ладно?

— Ясно, у взрослых всегда все сложно. Любите вы мудрить на пустом месте, — он махнул на нас рукой и помчался к родителям — Сандору и второй маме.

— Иви, тебе не стоит беспокоиться на этот счет, — тихо, но твердо сказал Дэстан. — Я прекрасно понимаю, что теперь, когда твой статус так сильно изменился, брак между нами невозможен. Ни одна сила при дворе не примет такое замужество. Тебе нужно будет определить союзников и выбрать подходящего принца-консорта, чтобы не мешал тебе править единолично, но обеспечил поддержку дворян.

— Ты отличный политик, — едкие слова сорвались с губ помимо воли.

— Я сказал как есть.

Да, как есть. Правда, она всегда такая. Колючая, как еж в ладошках. Корона тяжела. Неужели первое, от чего я обязана отказаться — это мое счастье? Наше с Дэстаном счастье? Ведь как ни горько осознавать, в том шатком положении, в каком находится новая Императрица, ей менее всего нужно всеобщее недовольство и раздоры среди дворян. А брак с тем, кому навсегда отдано ее сердце, именно к этому и приведет, мой любимый прав.

Я проглотила горький комок слез и заставила себя улыбнуться.

— Спасибо за мудрый совет, Дэстан. Мне очень нужна твоя помощь.

— Я твой слуга навсегда, — выдохнул он.

Глаза просияли нежностью. И такой пылкой любовью, что я с трудом смогла взять себя в руки и не обнять его на виду у всех.

— Идем, нам еще к свадьбе готовиться, — прошептала я и лишь потом поняла, как двусмысленно это прозвучало. — К их свадьбе, — неловко добавила, указав на таких счастливых Дженни, Сандора и Кая, что даже стало завидно — к моему стыду.

— Да, я понял, — Дэстан тоже помрачнел. — К их свадьбе.

Через месяц

— Все точно будет хорошо? — в сотый раз переспросила Дженни, сжав мою руку.

Великолепное подвенечное платье из белоснежного шелка, покрытого золотой вышивкой, выгодно оттеняло ее красоту. Странно, что я раньше не замечала, как подруга прекрасна. Простые платья, скрывающие фигуру, убранные под чепчик золотые косы прятали настоящую Дженни. Или это любовь была виновата в том, что сейчас этот бриллиант засиял в полную силу? Ведь женщина прекраснее всего, когда любит и любима.

— Слово Императрицы, все пройдет идеально, — пообещала я, восхищаясь сиянием синих глаз. — Это твой день, моя хорошая. Ты заслужила праздник. Забудь обо всем и просто наслаждайся!

— Ух и свезло ж моему папке, — в окне появилась лохматая голова Кая. — Дженни, ты зашибись, какая красивая!

— Вот видишь? — я рассмеялась. — Стой, ты как тут очутился? — запоздало осознала, что мы сейчас находимся на третьем этаже моего дворца.

— Так по дереву ж, чего сложного, — он отмахнулся, продолжая глазеть на невесту.

А мы с ней, переглянувшись, метнулись к окну и общими усилиями затащили сорванца в комнату.

— Выпорю! — пообещала Дженни, держась за корсаж, в котором ходуном ходили полукружия грудей. — Упасть ведь мог, разбиться!

— Я отлично ползаю! — обиделся парень.

— Ты волк, а не обезьяна! И цыц мне тут, поговори еще!

— Все, включила мачеху, — пробурчал он.

— Вот я возьмусь за твое воспитание, — пригрозила Дженни и, взяв расческу, принялась за его вихры. — Сделаю из тебя приличного волка! Еще и женю потом, как вырастешь, на порядочной девушке!

— Ай, больно же! — взвился мальчуган. — И я не хочу жениться. Мне рано еще, погулять надо.

— Весь в отца, к алтарю не загонишь, — пробурчала невеста и отошла на шаг, любуясь тщательно расчесанной головой.

— На яйцо теперь похож, — фыркнул Кай. — Прилизанная башка как у герцогов этих. Кошмар!

— Иди костюм надевай, — велела Дженни.

Увидев, что пострел вразвалочку направился к окну, мы с подругой крикнули одновременно:

— Через дверь!

— Так неинтересно, — он развернулся и потопал в нужном направлении. — Пойду батьке пожалуюсь. Заодно поржу — он в этом костюме уже час мается, ждет, когда ритуал начнется.

— И что из него вырастет? — невеста вздохнула, глядя сорванцу вслед.

— Прекрасный старший брат для целого выводка волчат, который ты подаришь Сандору, — ответила я, усадив подругу на стул и начав закреплять фату на красиво уложенных волосах.

— Тоже верно, — она самодовольно улыбнулась и поправила пышное декольте. — Как увидит моих подруженек, так прямо у алтаря одного и заделаем! — покраснела, хихикнув.

— Развратница! — я рассмеялась следом, но вынуждена была признать, что слова Дженни били в точку.

На правах Старшей дамы Императрицы она теперь могла носить модные наряды и соблазнять жениха весьма откровенными вырезами и сверху, и снизу. Бедный волк захлебывался слюной и скрежетал клыками. Зато подготовка к свадьбе прошла без сучка и задоринки. Ведь никто не решился опоздать с поставками, понимая, что иначе будет порван на лоскутки изнывающим от любви и страсти оборотнем.

— А ты-то что надумала? — синие глаза зажглись интересом. — Весь двор судачит, гадают, кого же наша Императрица выберет в мужья?

Да уж, такое ощущение, что кроме политических «танцев» всех более всего волнует, кто станет тем счастливчиком, которого я поведу под венец. Сопровождается это все, разумеется, глубокомысленными доводами о том, что империи нужны наследники. Упрочить династию — моя первейшая задача, видимо. Не управление страной, которое я пока только постигаю с азов, а рождение принца. Так что от женской доли даже Императрица не в состоянии убежать.

— Я созывала Высший Совет, сама знаешь, они категорично заявили, что Дэстана, как сына бывшего Императора, моим мужем не примут, — вздохнула печально. — Все перепробовала, они уперлись и все, не свернуть. Подавай им, видите ли, безопасного принца-консорта, который во власть гарантированно не полезет, но поможет настрогать наследников. Кандидатур мне выложили два листа — отличных кровей демоны и драконы из захудалых кланов. Безопаснее не придумаешь.

— Вот гады! — Дженни сжала кулачки. — Плюнь на них и тайно выйди за Дэстана, ничего они не сделают!

— Если бы. Если ослушаюсь, будет гражданская война, — сердце тоскливо заныло. — Чешуйчатые против рогатых. Все по новой. Кланы готовы хоть завтра опять начать грызться — их главы в Совете и сидят. А тогда сама знаешь, что будет: красноокая Бездна вернется, все сгинем. Она дала мне лишь один шанс. Если упущу его, на моей совести будет столько смертей, что и представить страшно.

— Плохой расклад, — невеста нахмурилась. — Ненавижу политику! Нам надо что-то придумать! А пламя полукровок так пока и не вернулось, Иви?

Я покачала головой. Еще одна моя боль. С того дня, когда все едва не рухнуло в храме Темных, моя магия не просыпалась. Может, я вылила ее всю тогда, чтобы спасти мир от красноокой армии и выжечь остатки Темных? Вернется ли огонь, капающий с моих пальцев? Он бы так пригодился мне сейчас! От одного его упоминания все начинали благоговейно дрожать — и члены Высшего Совета, и жрецы, и вельможи. Ведь это было чудо, доказывающее, что я не просто по факту рождения занимаю трон. Мое правление — проявление воли богов.

Но сегодня не время горевать. Императрица выдает замуж свою единственную подругу. Этот день принадлежит Дженни. Поэтому вопреки всему на моем лице будет играть улыбка!

— Давай сначала тебя замуж выдадим, а уж потом мной займемся, хорошо? — расправив складки ее свадебного наряда, я залюбовалась своей красавицей. — Идем, твой оборотень извелся от ожидания!

* * *

Торжество удалось. Величественный храм, в котором должна вскоре будет состояться моя коронация, услышал брачные клятвы Дженни и Сандора. Свадьба пела и гуляла до глубокой ночи. Устав отбиваться от приставучих герцогов и прочих мужчин, жаждущих оказать мне посильную помощь при правлении, я решила отправиться спать. В одиночестве!

Путь лежал через сад, укутанный сумерками и трелями ночных птиц. Но не спали не только они, как оказалось. Сильные руки схватили меня и затащили под арку из переплетенных цветущих лоз.

— Да как вы… — начала я и осеклась, увидев пылающие мольбой глаза Дэстана. — Ты?

— Прости, не удержался, — хрипло выдохнул, прижав меня к себе. — Иви, не могу, не отпускаешь, думаю только о тебе, с ума схожу! — руки стекли с моей спины чуть ниже. — Знаю, что не должен, не имею права, но… Не представляю, как жить вдали от тебя!

Ответить ему не смогла, просто притянула к себе, чтобы слиться в жарком поцелуе. Застонала в его рот, когда сплелись языки — как раньше. По жилам снова заструился огонь. Все это время пламя полукровок не проявлялось. Можно было думать, что это все из-за отсутствия экстренных ситуаций, когда он должен был вернуться для моей защиты. Но я-то знала правду.

— Где Императрица? — совсем рядом, в метре от нас кто-то протопал. — Где она?

Да тут, недалеко, в кустах развратничает! Мы с Дэстаном замерли.

— Позволишь прийти к тебе, любимая? — выдохнул он, когда все стихло. — Хоть на один час, умоляю!

— Позволю, — прошептала, бесстыдно глядя в его глаза. — Но как?

— Ты забыла, что я вырос в этом дворце, — усмехнулся он, гладя меня по щеке. — Наизусть его знаю, так что найду способ!

Правильно замотивированный мужчина способен творить чудеса, это уж точно!

— Тогда буду ждать тебя, — я улыбнулась, выскользнула из его рук и съехидничала напоследок, — поторопись, а то найду морковку!

— И думать не смей! — прорычал мне вдогонку, провожая жадным взглядом.

Рассмеявшись, я поспешила к дворцу.

* * *

Скрипнув, шкаф отъехал в сторону, явив моего демона. Долго любоваться его пылающим взором Императрице не дали. Стоная сквозь рык, Дэстан набросился на меня. Мигом оставив без одежды, повалил на кровать, наполнил собой и увлек в тот вечный танец, что исполняют влюбленные, позабыв про весь мир вокруг.

Этот демон яростно овладевал и моим телом, и душой, ярко, нестерпимо, почти окуная в огонь, даруя блаженство. Как же прожила столько времени без этого? Теперь не понять. Ведь это же чистая магия!

Рваное дыхание, мокрая кожа, прилипшие ко лбу пряди, саднящие губы. Упругие мощные толчки мужской плоти во мне, побуждающие отдаться любимому полностью, без остатка. Ускоряющийся ритм, крики, аромат безумного желания.

Дрожь, волной пробегающая по телу, от макушки до кончиков пальцев, запрокинутая голова с разметавшимися по подушке волосами. Протяжный стон — под вспышку, уносящую весь мир прочь. Счастье…

* * *

— Что будет дальше? — прошептал Дэстан, когда мы, насытившись друг другом, легли в обнимку на порванных простынях.

— Чего бы ты хотел? — погладила его по щеке.

— Все равно, — выдохнул, лаская мое лицо своим взглядом. — Лишь бы быть твоим. Рядом. Мне не нужна власть. Если позволишь хоть иногда быть с тобой — это уже больше, чем могу мечтать, Иви.

— Через неделю коронация, и я должна буду назвать имя будущего супруга, — напомнила ему.

— Знаю, такое условие тебе поставил Высший Совет, — он кивнул и покрыл поцелуями мои пальчики. — До этих пор позволишь любить тебя, — демон сверкнул глазами и хрипло выдохнул, — моя непослушная послушница?

— Позволю, — блаженно улыбнулась, когда он прижал меня к постели — властно, страстно и так нежно. — Люби меня, Дэстан! Люби!

Дэстан

Этот день настал. Сегодня вечером коронация моей Иви. И после она перестанет быть моей. Выберет принца — консорта, пойдет под венец и вскоре родит наследника. Не от меня. Это рвет сердце в клочья. Ощущение, что небо опускается все ниже, чтобы раздавить. На все готов, чтобы изменить ситуацию. Но как?!

Если бы все зависело только от нас, я бы любого вызвал на бой, разорвал голыми руками этих претендентов в мужья для моей любимой! Но на кону жизнь всего нашего мира. Красноокая бездна дала нам только один шанс. Если упустим его, пойдя на поводу у эгоистичных желаний, сгинут все, и мы с Иви в том числе.

Все то время, что прошло после схватки в храме Темных, я потратил на переговоры с членами Высшего Совета. Хотел заручиться поддержкой глав кланов, чтобы они дали нам с любимой разрешение на брак. Но ничего не вышло. Все планы рухнули.

Во многом был виноват Фаэртар. После того как стало известно о его сговоре с Темными, который едва не привел к концу света, позором оказался покрыт весь наш род. Теперь фамилия Тайгар равна проклятию. Поэтому против меня ополчились не только драконьи кланы, но и свои, демоны, стеной встали на пути к нашему с Иви счастью.

Наполненный болью по макушку, я посмотрел на воздушный белый дом на берегу моря. Загородная резиденция моего отца, бывшего Императора. Он нашел в себе силы отречься от трона, который занимал незаконно — так как нашлась истинная Императрица, коронованная во чреве матери. Я был искренне восхищен и поражен его поступком. Не каждый мужчина, столько лет проведя у власти, способен от нее отказаться. Для этого нужна мудрость, воля и смирение перед Высшими силами. Только настоящий мужчина может так поступить, не пойдя на поводу у гордыни и тщеславия. Лишь истинный правитель поставит благо народа превыше собственного.

После ухода Дариан Тайгар посвящал все свое время Лунаре, сломленной гибелью Фаэртара. От первой красавицы империи осталась лишь тень. Бывшая императрица проводила дни, сидя в кресле, глядя на морскую гладь, тоскуя по любимому первенцу и проклиная себя за все, что сделала. Я старался не тревожить их, оплакивающих своего ребенка. Навещал лишь несколько раз. Визиты были краткими — было очевидно, что я там лишний. Но сегодня мне как никогда требовался совет отца. Поэтому, скрепя сердце, решился потревожить уединение четы Тайгар.

Меня встретило пение флейты. Музыка вилась по пышному вечноцветущему саду, усеянному нежно-розовыми лепестками, и улетала к беспечно голубому небу. Безмятежное, но остававшееся глухим к мольбам, оно равнодушно взирало с вышины на наши терзания.

— Лара, — я улыбнулся девочке — дочери Фаэртара.

— Дэстан! — взвизгнула она и, отложив инструмент, бросилась мне на шею.

— Как ты выросла, совсем невестой стала, — я покружил девчушку и поставил на ноги. — Скоро замуж выдадим!

— Еще чего! — милое личико скривилось. — Никогда ни за кого не выйду, ни за что! Мальчишки гадкие, фуууу!

— Поговорим через несколько лет, — усмехнулся я, отметив про себя, что ее взгляд был один в один как у отца, моего покойного брата.

Видимо, поэтому старший Тайгар и просил разрешения переселить в этот загородный дом детей Фаэртара — чтобы они стали бальзамом на сердце Лунары.

А вот и она. Я посмотрел на хрупкую женщину, которая вышла в сад.

— Приветствую тебя, леди Тайгар, — поклонился ей. — Прошу прощения, что потревожил. Если позволишь, хотел переговорить с отцом.

— И я приветствую тебя, Дэстан, — она улыбнулась, но глаза остались такими же потухшими. — Ты всегда желанный гость в нашем доме. Проходи, пожалуйста, Дариан разбирает бумаги в кабинете. Желаешь чаю?

— Да, спасибо.

— Прикажу накрыть на веранде, — она погладила по голове Лару, которая обняла ее. — Поможешь мне, малышка?

— Конечно, бабушка!

— Умница моя, — на мгновение мне показалось, что заледеневшая от боли зелень глаз бывшей императрицы потеплела.

Лунара крепко обняла дочь Фаэртара, а я прошел в кабинет, нашел отца, и мы вместе вышли на веранду, где нас уже ждало угощение.

— Беспокоишься из-за церемонии коронации? — спросил отец, глядя на рябь, которой ощетинивались волны.

— Я люблю Иви, — вырвалось в ответ.

— Понимаю, — он кивнул и протяжно выдохнул. — Но судьба империи важнее личного счастья — и твоего, и ее. Сам знаешь, что стоит на кону.

Мы помолчали.

— Не думай, что я слишком жесток к тебе, сын, — наконец, тихо сказал отец. — Поверь, я сделал, что мог. Использовал все связи, что еще остались. Их не так много, — в голосе засквозила горечь, — теперь наш род проклят, Тайгаров избегают, как прокаженных. После предательства Фэра. Но я все же сохранил несколько верных друзей.

Его глаза обратились на мое лицо.

— Дипломатическим путем эту проблему не решить, Дэстан.

— И что мне делать?

— Смирись. Императрица выйдет замуж за безопасного жениха, который всех устроит. Им нужна марионетка, способная наплодить наследников. И все, более от него ничего не требуется.

— Я не могу без Иви! — стиснул подлокотники так, что они жалобно хрустнули.

— Наберись терпения, сынок, — его тон стал мягче. — Возможно, со временем, после рождения пары принцев, ситуация изменится. Истерика, что сейчас терзает вельмож, пройдет. Все уляжется, и тогда вы с Ивией сможете подумать о личном счастье.

Я прикрыл глаза веками. Сердце разрывалось от боли. Сколько нам придется ждать? Три года, пять, десять? Или гораздо больше? Может, до того момента, когда она сможет оставить трон на подросшего сына? То есть, около двух десятков лет? И все это время мы должны быть в разлуке? А я обязан буду стиснуть зубы и терпеть, зная, что любимая женщина засыпает в объятиях другого мужчины? Уж лучше было сдохнуть тогда в храме Темных, чем такая му՜ка!

— Не теряй надежду, Дэстан, — ладонь отца легла на мое плечо. — Ивия очень умна и находчива. Возможно, ей удастся что-то придумать, чтобы переломить ситуацию в свою пользу.

— Совет пригрозил ей гражданской войной в случае неповиновения.

— Может, она найдет способ заставить их передумать, — он улыбнулся.

— Полагаешь? — прошептал я.

— Женщины умеют удивлять, — кивнул отец. — Особенно любимые.

Ивия

Храм благоухал цветами. Наверное, отныне я всегда, вспоминая свою коронацию, буду ощущать этот нежный аромат.

— Все будет хорошо, — пообещала Дженни, расправив шлейф, который тянулся за мной метров на пять, не меньше.

— Если все получится, — пробормотала я.

— О чем ты? — она нахмурилась.

— Увидишь, — сделав шаг, встала на ковровую дорожку, глубоко вдохнула и улыбнулась. — А теперь вперед!

Путь был долгим — и к Трону, который принадлежал мне по праву, и к алтарю, где я преклонила колени.

Долгая молитва огнем вошла в мое сердце. Как и клятва, которую я дала Богине и народу. Церемония подходила к концу. Когда корона легла на мою голову, я поднялась с колен и обернулась ко всем, кто присутствовал на коронации.

— Небольшое отступление от правил, — сказала, стараясь, чтобы голос не дрожал, и протянула руку, найдя глазами того, на кого готова смотреть до скончания своих дней. — Подойди ко мне, Дэстан.

Помедлив, он сделал шаг вперед. Замер, а потом быстро подошел, сжал мою ладонь и прошептал:

— Что ты делаешь, Иви?

— Твоя послушница всегда будет непослушной, — усмехнулась я.

— Уважаемая Императрица, нам нельзя нарушать… — начал жрец, но мой палец прижался к губам, и служитель культа замолчал.

— Я готова служить демонам и драконам, — сказала, глядя на гущу народа, которая притихла. — Вы требовали от меня мужа, чтобы наш союз смог создать наследников рода, что будет править долгие века. Так и будет.

— Но не демона! — вскрики понеслись с разных сторон.

— А чем драконы лучше? — воспротивились другие.

— Решать не вам! — повысила голос я.

— А кому же, кому?! — возмутились они.

— Огню полукровки, дарованным мне небесами! — отрезала, подняв руку, которая сжимала ладонь Дэстана.

По венам заструился огонь — тот самый, по которому я тосковала. Единственное, что заставит всех, даже несговорчивый Совет, принять любую волю своей Императрицы — без каких бы то ни было возражений. Ведь с высшими силами не спорят!

Все протесты стихли. Зал дружно ахнул, увидев пламенную корону над моей головой. А потом такую же над головой Дэстана. И еще одну — маленькую — напротив моего чрева.

Чрева, в котором росла наша кроха, зачатая в одну из тех ночей, когда Дэстан тайком прокрадывался в спальню и любил до самого утра. Малышка тоже была коронована в этот день. Именно она, мудрая крошка, указала мне выход из той непростой ситуации, в которой мы все очутились. И дала мне силы вернуть огонь полукровки — чтобы вопреки всем требованиям и угрозам принять правильное решение.

Дитя, соединившее нас с Дэстаном, в одно целое и навсегда, теперь помогло мне выбрать себе супруга — единственного, кого я люблю!

И, в конце-то концов, это же все на благо государства, верно?