Глава 9

— Я прошла? — проговорила, не веря своим глазам. — Прошла? — повторила снова и обернулась, чтобы посмотреть на Тима, который с улыбкой глядел на меня и кивал.

— В списках твое имя! — подтвердил он.

— А-а-а-а! — завопила я и подпрыгнула на месте, после чего прокрутилась вокруг своей оси и ринулась на Тима, одарив его поцелуем в щеку. — Я прошла! И-иии!

— Мы прошли! — напомнил он и поймал меня за руку, предупреждая очередной прыжок. На нас косились и, кажется, из всех участников, только я одна проявляла столько радости и эмоций, когда увидела свое имя в вывешенном списке. Нет, ребята тоже радовались, но более сдержанно, что ли. Кто-то правда, рассмеялся, а кто-то издал негодующий рев — реакции были разными, в зависимости от итога.

Миссис Гослинг вывесила лист со списком тех, кто прошел, несколько минут назад. Так что, после ознакомления с результатами первого тура, половина участников забрала свои документы и покинула здание компании. Вторая же, в число которой входили мы с Тимом, разбредалась, получив информацию из этого же списка, изложенную в самом низу, под именами прошедших во второй тур. Информация была короткой и гласила: «Второй тур состоится через два дня. Прошедших просим прийти в девять часов утра и при себе иметь удобные вещи, не сковывающие движений!»

— Какая таинственность, — проговорила я, а Тим кивнул в сторону лифта, возле которого уже выстроилась очередь из тех, кто спешил покинуть здание SBN.

— Пойдем, отметим где-нибудь! — предложил мне парень, пока мы направлялись к лифту и занимали место, чтобы спуститься вниз.

— Почему бы и нет! — согласилась я, чувствуя, как сердце бешено бьется в груди, радуясь так сильно, что хотелось прыгать и бегать, да еще, наверное, кричать на весь мир о своей первой победе, пусть и маленькой, но такой важной для меня.

— Заодно, подумаем над тем, что предстоит нам пройти во втором туре, — загадочно проговорил Тимоти и я кивнула, соглашаясь и с этими его словами.

Очередь продвигалась достаточно быстро. Забившись, едва ли не до отказа, лифт убегал вниз, чтобы снова подняться за очередной партией участников. Меня же продолжала переполнять нахлынувшая энергия. Странное чувство самоудовлетворенности искало выход и пока не находило. Я думала о Шоне и о том, чтобы сказал он, если бы узнал о моей победе? Может быть, не поверил мне, или произнес в свойственной парню манере: «И что с того, Мисси? Я погляжу, как ты справишься дальше!»

«Справлюсь!» — уверенно подумала я, окрыленная первой удачей.

«Неужели, им понравился мой вокал? — скакали мысли. — Неужели, Шон лгал, когда говорил мне, что я посредственность и пою неважно?»

И ведь, действительно, если пораскинуть мозгами, выходило, что я не так уж бездарна, как говорил мне мой бывший любимый.

А очередь тем временем продвигалась и, хотя мы и стояли в самом ее хвосте, вскоре оказалось, что перед нами осталось всего несколько человек и мы вполне все вмещаемся в поднимавшуюся кабинку. Вот уже и открылись двери, приглашая нас войти внутрь. Я даже ногу оторвала от пола и подняла, чтобы шагнуть вперед, когда в спину ударило:

— Эй, Миссури!

Голос принадлежал мистеру Берри, и я быстро обернулась, встав ровно, как солдат.

Мужчина вышел из аудитории, где еще некоторое время назад проходило прослушивание, и теперь шел в направлении лифта, явно собираясь спуститься с нами.

— Поздравляю! — сообщил он, оказавшись рядом.

Нам придержали двери и втроём мы протиснулись в заполненный лифт.

— Ты отлично выступила! — продолжил Берри, когда лифт мягко заскользил вниз. — Признаюсь, не ожидал.

Тимоти как-то странно посмотрел на меня и даже приподнял брови, словно спрашивая: «Ты что, близко знакома с этим мужиком?» — но я лишь глупо улыбнулась в ответ. К моему облегчению, поздравив меня, Берри разговор не продолжил, но, спустя несколько секунд, когда лифт остановился, к нему на телефон поступил звонок и мужчина быстро достал мобильный из кармана своего пиджака.

Двери лифта распахнулись, и мы стали выходить, один за одним. Берри зачем-то махнул мне рукой, словно прощаясь и, приложив телефон к уху, произнес:

— Да? — а секунду спустя я услышала. — А…это вы, мистер Тенч. Да. Она прошла. А почему вы интересуетесь?

И вот, честное слово, мне на долю секунды показалось, что звонивший, интересовался у мистера Берри мной, именно мной, Миссури Ленг. Но стоило мне отвести взгляд от фигуры менеджера, как наваждение словно рукой сняло и я даже усмехнулась нелепости своих мыслей. Чего только не померещится на радостях от удачно пройденного первого тура!

Признаюсь, я никак не могла поверить в свою удачу и, как оказалось, в талант, который спал так долго. Не то, чтобы совсем спал, нет. Я пела и пела всегда, но не профессионально, как это делал Шон. Нет. Я пела для себя и чаще всего, когда он не слышал. И вот теперь пригодилось.

— Мисси, ты идешь? — оглянулся на меня Тимоти и только тут я поняла, что стою, уставившись задумчиво в пустоту перед собой.

— А? — проговорила и встряхнула головой.

— Мы же идем отмечать? — насупился парень. — Планы не изменились?

— С чего ты взял? — я снова улыбнулась, старательно прогоняя образ противного Шона Хьюза из своей мысли, решив, что сегодня в них для него нет места. Совсем, совсем!

— Просто ты как-то изменилась, — сказал Тим, на что я лучезарно улыбнулась.

— Вовсе нет! — отозвалась весело. — Тебе показалось и мы, — я выдержала паузу, после чего прокричала, подпрыгнув вверх, будто футбольный мяч, — мы идем отмечать!

* * *

Сидя в салоне минивэна, Шон Хьюз сжимал в руках папку с текстами, написанными от руки, и флешку, на которой была записана самая первая версия его новой песни. Пришлось изрядно попотеть и постараться, чтобы получилось то, чего он хотел и добивался. Только все равно, песня Шона не устраивала. Ей не хватало чего-то неуловимого, особенного, что всегда присутствовало в его текстах и музыке. Но не в этот раз. Потому Шон мрачнел с каждой минутой и каждой сотней метров, приближавших его к зданию компании.

Но директор не хотел ждать. Едва узнав от Тори о том, что Шон, наконец-то, завершил работу над новым синглом, он лично позвонил ему и велел приехать и показать новый материал.

'Мне стоит еще поработать над ним, — подумал парень, глядя в окно на проплывавшие мимо дома и стеклянные витрины, на толпу горожан, потоками идущих по тротуарам. Как далеки все они сейчас были от Шона и как он был рад этому. Рад, что отличается от всех них, что не такой, что имеет дар.

Шон не помнил, но в голове его прочно засели чьи-то слова, будто талантливые люди поцелованы Богом. Наверное, и его тоже он поцеловал, иначе, как объяснить даже самому себе то, что пишешь такие прекрасные песни? Но размышления музыканта были прерваны.

Водитель нажал на тормоза, авто дернулось и застыло, а парень хмуро спросил:

— Что такое?

— Пробка, — ответил тот. — Час пик, мистер Хьюз.

— Черт! — выругался Шон. Он поднял руку и посмотрел на наручные часы, понимая, что если простоит здесь, то неизбежно опоздает. А до здания, где располагалась компания, было еще достаточно далеко и пешком никак не добраться. Правда, было еще метро, только Шон, после того как приобрел определенную популярность, опасался ездить в подземке, где его могли узнать поклонники. Не то, чтобы он был против фанатов. Нет. Он любил их, потому что наличие фанатов говорило о популярности и окупаемости певца. Но именно сейчас парню не хотелось улыбаться и общаться с пискливыми девицами, а также позволять трогать себя, что несомненно произошло бы, спустись он в метро.

— Мы опоздаем! — произнес Шон вслух, на что водитель только пожал плечами.

— Простите, мистер Хьюз, — отозвался он. — Но я никак не могу объехать эту пробку. Придется ждать.

«А мне придется звонить Тори и выслушивать ее нравоучения о том, что она меня предупреждала о том, что поездки в час пик весьма гиблое дело», — подумал парень и все же понимал, что позвонить надо, поскольку сегодня его ждала не только одна Тори, но и сам директор. А вот с ним шутки были плохи.

Немного поразмыслив и понимая, что авто надолго застряло в потоке застывших машин, Шон достал мобильный и набрал номер своего менеджера.

Тори подняла трубку на второй гудок и взволнованно спросила:

— Где ты? Я надеюсь, ты уже подъезжаешь?

Шон бросил взгляд в окно и посмотрел на соседнее авто, в котором сидел темнокожий мужчина со скучающим видом, явно настроенный ждать достаточно долго. Наверное, он не спешил, в отличие от Шона и парень хмыкнул от досады.

— Я застрял в пробке, — произнес он.

— И как далеко от Мидтауна (3)? — уточнила Тори.

— Далековато! — поспешно ответил парень. — Мы еще не выехали из Бруклина (4).

— Черт! — выругалась девушка и тут же произнесла: — Придется добираться на метро.

— Что? — опешил Шон и даже сменил позу из расслабленной и вальяжной, на более напряженную.

Что это она ему предлагает? Она в своем уме? Чтобы он и спускался в метро?

— Ты думаешь, что говоришь, Тори? — возмутился он. — А если меня там узнают?

— Ну и замечательно! — ответила она. — Подпишешь пару фоток, зато доберешься к нам без опозданий.

На памяти Шона, Тори впервые разговаривала с ним подобным образом и что-то подсказало парню, что его, возможно, вовсе не так уж и ценят, как он предполагал.

— Если опоздаешь, шеф с меня три шкуры спустит, — продолжила девушка и добавила многозначительно, — и с тебя за компанию. Ему, знаешь ли, не терпится послушать твою новую песню, так не подведи ни себя, ни меня, Шон! Появись вовремя. Ты еще не настолько имеешь вес в компании, чтобы директор считался с твоим мнением. Нужно быть более пластичным…

— Я понял, — парень не дал закончить Тори ее монолог. — Поеду на метро.

Она несколько мгновений просто молчала и Шон представил себе, как на красивом лице менеджера расплывается счастливая улыбка.

— Я жду тебя, — проговорила она, прежде чем нажала отбой.

— Еще бы! — проговорил парень уже в замолчавший телефон, после чего отправил его в карман куртки и, прихватив папку и флешку, потянулся к ручке на двери.

— Я на метро! — бросил обернувшемуся водителю и захлопнул дверцу.

* * *

Очередной перерыв на работе, и я собрала девочек, чтобы, наконец, сообщить им то, что должна была сделать несколькими днями раньше, и вот теперь, как мне показалось, это время пришло.

Мы заняли столик в углу, из числа тех, которые начальник выделил для сотрудников и, поставив подносы с обедом, уселись на мягкие стулья. Глаза Мери горели в нетерпении, а Джо была наигранно спокойна и, тем не менее, я видела, что обе девушки ждут моего рассказа. Любопытство сияло в глазах обеих, и я даже могла себе представить, что они уже успели навоображать до того, как я сама открыла рот и начала свой рассказ. Умолчав о Шоне и причине, побудившей меня пойти на прослушивание в SBN, я подробно поведала подругам о своих поползновениях в мир шоу-бизнеса и с каждым моим словом девчонки менялись в лице. Наш кофе поостыл, а гамбургеры стали холодными, когда я, закончив свой рассказ вчерашней посиделкой с Тимом в кафе, посмотрела на обеих в ожидании.

— И что он тебе сказал? — вдруг проговорила Мери.

— Что? — удивилась я.

— Тим! — произнесла девушка имя моего нового знакомого. — Ты сказала, что у него есть догадка о том, что будет на втором отборочном туре!

Я нерешительно улыбнулась.

— То есть, — сказала я, — вы не злитесь на меня? За то, что моя тайна действительно не оказалась симпатичным парнем!

Джо потянулась к своей кружке и, сделав глоток, с умным видом заявила:

— Парень в этой истории все же наблюдается. Ты встретила его вчера.

Я вцепилась в бургер, но услышав слова подруги, не удержалась от смеха.

— Кто? — спросила я. — Тимоти?

— Разве он не парень? — резонно заметила Джоанна.

— Парень, — согласилась я, только вот воспринимать его иначе, чем человека, который движется со мной на одной волне, я не могла.

— Меня больше волнует мысль о том, что Мисси видела Рея Дэвиса! — закатила глаза Мери и даже сложила руки, словно собралась молиться. Затем посмотрела на меня.

— Пообещай, что если снова встретишь его, то возьмешь для меня автограф! — вдруг стальным голосом проговорила подруга.

— Нет, нет и еще раз нет! — помрачнела я просто представив себе эту картину.

Мери надула губы.

— Чего ты такая? — спросила она. — Неужели не можешь сделать подруге приятное? Как надо подменить, так сразу Мери. А как Мери попросила сделать ей маленькое одолжение…

Я подняла руки, призывая подругу к молчанию.

— Мистер Дэвис крайне занятой человек, — сказала я, — и мне кажется, он меня немного недолюбливает.

— С чего бы это? — удивилась Мери, а Джо молчаливо поглощая еду, смотрела на нас обеих, не вмешиваясь в разговор.

— Не знаю! — ответила, а в памяти возникла картинка, в которой я держу в руках зонт. Тот самый зонт, что принадлежит мистеру Дэвису и который я до сих пор ему не вернула. А ведь надо вернуть. Обещала же!

«Завтра пойду и отдам, или оставлю на ресепшене» — сказала себе. Уже давно пора было это сделать, но подготовка к прослушиванию и переезд на квартиру к подруге, правда, на время, пока не найду собственное жилье — все это выбило меня из колеи. К тому же, сказалось волнение. Я так переживала, что провалюсь, что не могла думать больше ни о чем, кроме как о первом туре, надеясь и мечтая о том, что у меня все получится. А вот теперь, когда первые волнения улеглись, стоило вернуть чужое. Нет, я не сомневалась, что мистер Дэвис совсем не обеднеет, если этот зонт останется у меня, но я не могла иначе. Встречаться с ним лично совсем не хотелось и потому план о том, чтобы вернуть зонт через ресепшен казался мне просто гениальным.

Пока я размышляла над простой стратегией возврата чужого имущества, Мери, под смачное чавканье Джо, продолжала мечтательно говорить:

— Ну, ты же возьмешь для меня этот автограф, Мисси! Ну, что тебе стоит, если имеешь доступ в SBN! Пообещай мне, что порадуешь подругу!

Я посмотрела на ее лицо, в глаза, полные ожидания и неожиданно кивнула. Все же, отказать человеку, который приютил тебя, было не так легко, да и признаться, об автографе я собиралась просить совсем не мистера Дэвиса, а его ассистента или помощника.

«Мистер Тенч!» — подсказала услужливо память.

Вот-вот. Подойду к нему и попрошу взять автограф для меня у Рея. Менеджер казался приятным и хорошим человеком, так что он вряд ли откажет мне, а если и откажет — переживу.

— Я постараюсь, но не обещаю, — произнесла я и Мери просияла.

— Вот это по-дружески! — воскликнул она весело и, чуть прищурив глаза, добавила: — Я очень надеюсь на это подарочек, Мисси!

Закивав, продолжила прерванную трапезу, радуясь тому, что так находчиво все распланировала. Остывший кофе почти не расстроил, и я сделала хороший такой глоток, когда Джоанна, молчавшая до сих пор, произнесла:

— Мне вот тоже раньше нравился этот Рей, а вот теперь вкус изменился, — она посмотрела на нас с Мери и добавила, — слышали о новом певце? Шон Хьюз.

Поперхнувшись кофе, удивленно посмотрела на подругу.

— Что? — спросила я.

— Не что, а кто! — она улыбнулась. — Обязательно поищи в Нете. Он отлично поет, а какая внешность!

Мери тут же вступила в разговор.

— А я видела, — заявила она и со свойственное ей прямотой добавила: — Песни нормальные, но он сам ничего особенного! И я предпочитаю уже состоявшихся мужчин, а этому Шону еще придется попотеть, чтобы встать на ноги. Знаешь ли, слишком часто появляются такие вот звездочки однодневки. Слишком смазливый.

— Ага! — кивнула Джо. — Ты всех оцениваешь по размеру кошелька и по тем возможностям, которые примеряешь на себя. А мне кажется, этот парень еще проявит себя! У него талант! Песни-то какие пишет…

И понеслась. До конца перерыва девчонки спорили. Незлобно так спорили, но азартно. Правда я этого азарта совсем не разделяла. Я сидела, пила холодный кофе и доедала остывший бургер с сыром, уже ставшим похожим по консистенции на резину, а сама смотрела на подруг и думала над тем, что они очень удивились бы, узнав, что я когда-то жила с этим идеальным, в глазах Джо, парнем. И еще больше удивились бы, если бы поняли, что он не так уж и идеален, а попросту и честно говоря, является еще тем негодяем.

Девочки продолжали свои веселые дебаты, когда голос хозяина прогремел на все кафе:

— А кто работать будет?

Замолчав, мы переглянулись и, одарив друг дружку улыбками, дружно встали из-за стола.

* * *

После метро Шон чувствовал себя так, будто его смяли под прессом и выбросили. Пока ехал, старательно пряча глаза, чтобы никто не узнал. Пару раз ему даже наступили на ноги в давке, когда толпа выходила на станции. Затем несколько раз толкнули, причем один раз — локтем и в бок, достаточно болезненно. Шон хмурился и скрипел зубами от злости, раздраженный тем фактом, что оказался в подземке, а когда, наконец, вырвался на свободу, поднявшись наверх, то заторопился к зданию компании, бранясь про себя и обещая твердо и уверенно, больше не ездить на метро.

«Лучше бы я остался в машине, — думал он. — Лучше бы опоздал, чем вот так» — но задел еще и тот факт, что никто, ну ни одна единая душа, его не узнала. Конечно, лицо-то он прятал и старался не выделяться, а вот в душе стало неприятно и обидно, ведь подсознательно он хотел, чтобы его узнали, что ни говори.

Так что, с настроением, равным нулю, Шон Хьюз вошел в здание и, миновав ресепшен, оказался на проходной, где показал свою карточку охраннику и, только после этого, смог пройти дальше, к лифту, возле одного из которых выстроилась очередь, в то время как возле второго столпились ремонтники с инструментами.

Определенно, в жизни Шона сегодня была полоса препятствий. Очередь в лифт доконала парня и с Тори, ожидавшей его в приемной перед кабинетом директора, он встретился мрачный и злой.

Девушке хватило одного взгляда на звезду, чтобы понять, что-то не так.

— Что произошло? — спросила она мягко.

Шон прошел вперед и уронил себя на диван, после чего, вытянув вперед длинные ноги, мрачно пояснил.

— А где директор?

Тори вздохнула.

— Застрял в пробке, — ответила она.

— Что? — Шон сел прямо и уставился на своего менеджера. — Что ты только что сказала?

— Шонни, — она сделала виноватое лицо. — Я не виновата! Так получилось…

— Ты заставила меня ехать сюда на этом долбаном метро, в то время, как директор торчит где-то на пересечении улиц и еще черт знает когда приедет? Я не ошибся?

Девушка вздохнула.

— Я не знала, — ответила она.

Парень встал и прошелся по приемной, сложив руки на груди и оставив папку с текстами и флешкой лежать на диване. Тори осторожно присела и взяла папку в руки спросив:

— Можно?

— Конечно! — огрызнулся Шон, но тут же опомнился и буркнул: — Прости. Сорвался. Просто день выдался неудачным.

— А как же песня? Все получилось так, как ты хотел? — спросила она, на что получила ответ:

— Если хочешь, возьми флешку и послушай на компе. Я сделал предварительную запись под гитару, но предупреждаю — там без обработки, чистый голос.

Тори передернула плечами и встав, направилась к своему компьютеру. Достав из папки флеш-накопитель, вставила его в разъем и открыла содержимое через «Total Commander(5)». Бегло пробежалась по содержимому папки, пока не отыскала взглядом нужный файл, после чего включила песню и чуть отодвинулась назад от монитора, покосившись на Шона, стоявшего у окна. Парень спокойно смотрел куда-то вдаль, но Тори чувствовала его ярость и какую-то, почти детскую, обиду, а мгновение спустя заиграла музыка. Перебор аккордов завладел вниманием девушки, и она откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди.

'Поцелуй, интрига… Ты со мной наедине, такое наслаждение.

Этой ночью я хочу быть с тобой.

Шампанское, икра… Луна и звезды…

Лишь взгляд и я уверен, что хочу быть только с тобой!

Девочка моя, я знал, когда ты вошла в комнату, что мне нечего больше сказать.

У меня перехватило дыхание.

Столько любви и страсти в воздухе я ощущал,

Когда смотрел в твои глаза.

Скажи мне теперь, чувствовал ли я то, что чувствовал.

Ведь мое сердце не перестанет пылать, и это чувство не исчезнет.

Лишь только ты можешь быть моей единственной любовью навсегда.

Просто скажи, что ты останешься и мы будем танцевать ночь напролет' (6 — «Dance the Night Away» Lionel Richie)

Голос Шона лился чистым потоком родника и Тори ощущала, как внутри у нее зарождается это чувство восхищения перед молодым и таким талантливым музыкантом. Слушая песню и глядя на парня, который застыл возле окна с равнодушной миной на лице, Тори думала о том, что несмотря на свой капризный характер, он действительно весьма талантлив. У мистера Хьюза было все для того, чтобы добиться настоящей славы. Внешность, голос, позволявший исполнять собственные песни, и дар истинного музыканта и вокалиста.

«Я смотрю на того, кто когда-нибудь станет в числе первых на звезд небосклоне!» — подумалось вдруг ей и девушка, не дождавшись завершения песни, встала с кресла, шагнув к молодому мужчине. Несколько шагов и она за его спиной. Обхватила руками за талию, прижавшись всем телом, но не ощутила ответа. Шон продолжал стоять, не шелохнувшись, и казался задумчивым. Ему удалось взять себя в руки и усмирить гнев, чему девушка была только рада. А еще, она подумала о том, что мечтала бы всегда быть рядом с ним, разделить будущее. Только разве позволит?

Они продолжали стоять. Шон смотрел в окно, а Тори обнимала его уже не надеясь на ответное объятие. Когда требовательно зазвонил телефон, девушка с неохотой опустила руки, отпуская парня, и достала мобильный, сняв трубку.

— Да? — спросила она и, услышав голос на другом конце связи, улыбнулась, кивнув. — Спасибо, Эрик! — после чего нажала отбой и произнесла, обращаясь к Шону.

— Директор приехал и уже поднимается к нам.

Парень обернулся. В его глазах мелькнуло непонятное Тори выражение, но почти сразу Шон выдавил улыбку и произнес:

— Вот и хорошо. Мы ждали не так долго!

— Главное, что опоздал не ты! — заметила резонно менеджер.

— Но ты не сказала мне, как тебе песня? — вдруг спросил он и Тори улыбнулась, понимая, что ее слова и мнение определенно порадуют эго молодого мужчины.

* * *

В свой выходной, на следующий день после моего признания девочкам, я, прихватив зонт мистера Дэвиса, поспешила в метро.

Осень дышала прохладой, и город постепенно погружался в туманы, которые тянулись с океана. Влажность ощущалась в самом воздухе, а небо, такое высокое, каким бывает только осенью, не радовало темными тучами, тяжело плывущими над городом и грозившими пролиться дождем. Поэтому я порадовалась, когда нырнула по ступеням в подземку, где было намного теплее и уж точно ливень не мог застать врасплох.

Зонт в моей руке напоминал мне о том дне, когда я стояла под зданием SBN, в ожидании мистера Берри. А еще он напомнил о мужчине, который дал мне его, заставив снова усомниться в том, что, возможно, мистер Дэвис не так плох, как казалось нам с Шоном. Впрочем, у Шона по этому поводу был свой заскок. А я…получалось, я попросту прониклась своим гением и начала смотреть на мир его глазами. Я всегда старалась для Шона. Мне казалось, что так и должно быть у настоящих пар. Полное единение, один взгляд на жизнь и окружающий мир. А он…

В метро была масса народа. Я бросила жетон и влилась в сплошной поток горожан. Затем долго ехала в вагоне, стоя у окна и глядя, как мелькают перед глазами яркие фонари станций и черный зев тоннелей. После пересадки, наконец, прибыла на нужную станцию, а когда поднялась наверх, то заметила на асфальте первые серые капли.

Дождь. Стоило этого ожидать. Так что, думаю, зонт мистеру Дэвису может и пригодиться!

Здание компании поднималось к серому небу, будто касаясь тяжелых, набухших туч. Я запрокинула голову и посмотрела на вершину небоскреба, а затем заторопилась вперед, опасаясь, что ливень снова поймает меня на этом же месте и жалея, что не взяла с собойсобственный зонт. Этот же, черный, мужской, с красивой ручкой из дерева и какими-то буквами, вырезанными на ней, я была настроена оставить на ресепшене, не собираясь использовать снова.

Меня пропустили без проблем, а у стойки стояла уже знакомая мне Меган, так что я сразу же направилась к ней, широко и радостно улыбаясь.

— Хорошего дня! — сказала, облокотившись на стойку и глядя веселыми глазами на мисс Фримен.

Она подняла на меня взгляд и сразу же узнала.

— О! — проговорила, забавно округлив рот. — Мисс Лэнг! — и тут же добавила, мягко улыбаясь: — Вы пришли к мистеру Берри?

— Не совсем, — ответила я и подняла зонт. — У меня к вам будет просьба, мисс Фримен.

Девушка перевела взгляд на зонт, затем снова на меня.

— Что за просьба?

Я протянула ей имущество мистера Дэвиса.

— Не могли бы вы передать это мистеру Рею Дэвису. Он был так любезен, что недавно одолжил мне свой зонт и я хотела бы вернуть…

Договорить мне не дали. Мисс Фримен очаровательно улыбнулась и произнесла:

— Мисс Лэнг, вы можете сами вернуть зонт мистеру Дэвису. Он как раз сейчас находится в здании. Девятый этаж, студия записи. Идите, вас пропустят, — и раньше, чем я успела что-либо возразить, девушка вскинула руку, привлекая внимание охранника на пропускном пункте, и крикнула: — Мистер Доджес, пропустите девушку, она из наших.

Охранник услышал и проникся. Кивнул, а я открыла было рот, чтобы возразить, но тут же захлопнула его услышав слова мисс Фримен:

— Думаю, мистер Дэвис будет рад если вы сами отдадите ему зонт. Он ведь давал его именно вам!

— Но я бы не хотела его беспокоить! — возразила, а руки опустила, понимая, что в принципе, Меган права. — Спасибо! — поблагодарила и поплелась к ступенькам.

Мимо охранника прошла, подарив мистеру Доджесу улыбку. Мне кивнули в ответ и открыли проход, после чего я стала подниматься по лестнице, а после повернула к лифту. На девятый этаж поднялась быстро. Вышла и огляделась, заметив, что в мою сторону направляется кто-то из сотрудников компании. Шагнула ему навстречу, намереваясь спросить, где находится студия, а потом увидела, как открылась одна из дверей, чуть дальше по коридору, и оттуда вышел уже знакомый мне мистер Тенч собственной персоной. Не удержавшись, позвала:

— Мистер Тенч!

Он повернулся на звук моего голоса, и широкая улыбка тронула губы мужчины.

— А, — протянул Тенч, — мисс Лэнг!

Я поспешила к нему, мечтая о том, что вот сейчас избавлюсь от зонта и смогу избежать встречи с Реем. Кажется, я даже подпрыгнула, пока неслась вперед, ощущая, как рюкзак шлепает меня по спине. А когда остановилась, улыбнулась и взглянула на Тенча.

— Само небо послало мне вас, мистер Тенч! — выпалила и протянула зонт.

Мужчина опустил взгляд и уставился на предмет в моей руке, после чего произнес:

— Понятно.

— Вы не могли бы передать зонт мистеру Дэвису? — спросила, надеясь, что он мне не откажет. Но менеджер меня удивил. Он поднял голову и произнес:

— Кстати, поздравляю тебя с первой удачей!

— А как вы узнали? — удивилась я. Не ожидала, что мистер Тенч будет интересоваться моими успехами.

— Я позвонил Берри, — последовал ответ.

— Спасибо за поздравление и участие, — сказала я и снова улыбнулась, на этот раз еще шире. — А зонт передадите?

Тенч пожал плечами.

— Пойдем со мной, — и даже протянув руку, положил мне ее на плечо. — Сама отдашь. Рей сейчас в студии, заодно и посмотришь, как здесь все происходит.

Я было хотела отказаться. Встречаться с мистером Дэвисом мне совсем не хотелось, но вот побывать на студии звукозаписи…

— А меня пропустят? — уточнила неуверенно.

— Со мной — да! — улыбнулся в ответ Тенч.

— Тогда буду очень рада! — ответила и почти не солгала. — Только вы, кажется, куда-то собирались идти?

Менеджер как-то странно посмотрел на меня и произнес:

— Ничего важного. Пойдем, — и убрал руку с моего плеча, поманив за собой к двери, на которой горела зеленая панель и было написано: «Посторонним вход запрещен».

Мы вошли в двери и Тенч плотно прикрыл их за нами, я же огляделась, понимая, что оказалась в каком-то подобие приемной. Небольшой низкий столик и два ряда стульев у стен, а за столом мужчина в джинсовой рубашке и стильной кепке, надвинутой на лоб. Завидев нас, он было привстал и на меня посмотрел с некоторым непониманием, но Тенч только покачал головой и парень вернулся на свое место, продолжив работать в компьютере. Мы же двинулись дальше.

Следующее помещение оказалось комнатой звукорежиссера. Я застыла на пороге, рассматривая аппаратуру и упитанного мужчину, сидевшего в кресле. Но больше всего меня заинтересовал тот, кто стоял там, за толстым стеклом и, кажется, готовился записать очередной, как мне показалось, дубль песни. Это был мистер Дэвис.

Бочком продвинулась вперед, стараясь оставаться незамеченной, но мистер Тенч вышел вперед и режиссер, восседавший за пультом, оглянулся, заметив и меня своим цепким взглядом, через стекла очков.

— Тенч, — произнес он низким голосом, — это еще кто? — и кивнул на меня.

— Она со мной! — пояснил менеджер.

— Рею не понравится, что на записи присутствуют посторонние, — заметил режиссер, а я вся сжалась от его тона, такого сурового и непреклонного.

— Они знакомы! — отмахнулся с улыбкой Тенч. — Мисси, кстати, как раз пришла к Рею, вот заодно и посмотрит, как он работает. Ей пригодится.

Я сглотнула и отошла к стене, стараясь не привлекать к себе внимания. Режиссер смерил меня пронзительным взглядом и вздохнув, сказал:

— Как знаешь! Если что, я был против!

— Хорошо! — кивнул Тенч, а мне показалась немного подозрительной его доброта ко мне, едва знакомой, по сути, девушке. Только спорить и предлагать покинуть студию я не спешила, потому что мне действительно было очень любопытно, как вживую поет наша знаменитость. Поэтому я откинулась спиной на стену и, глядя на Рея, приготовилась слушать.

Меня не заметили. Когда мистер Дэвис стал уточнять какие-то мелочи у режиссера, он едва покосился на своего менеджера, а уж меня, стоявшую в стороне, не увидел, потому что не рассчитывал на гостей.

— Начнем? — после короткого разговора, проговорил Рей. Его голос раздавался в динамики, которые стояли по углам комнаты. Там, где находился сам Дэвис, было изолированное помещение и специальный микрофон для записи. Рей поправил лист с текстом на пюпитре и махнул рукой звукооператору. Тенч повернулся ко мне и улыбнулся.

— Тебе понравится! — проговорил он, а я едва заметно кивнула, не совсем уверенная в том, что после голоса Шона смогу должным образом оценить другого вокалиста. Мне казалось, что лучше, чем Шон не может петь никто на свете…ну, или почти никто. А затем я услышала первые ноты зазвучавшей мелодии и посмотрела на мистера Дэвиса, который опустил глаза на текст и поправил наушники каким-то привычным жестом. Проигрыш мне понравился, и я приготовилась слушать песню, понимая, что мне в действительности повезло присутствовать при записи такой звезды. Конечно, я понимала, что такое работа звукорежиссера, поскольку Шон часто редактировал голос. Где надо подтягивал ноты программно, а где было нужно и опускал. Все же я была не так уж безграмотна на этот счет, но едва услышав голос мистера Дэвиса, признаюсь, удивилась, поскольку совсем не ожидала, что у него настолько потрясающий тембр. Редкий по звучанию и просто идеальный для слуха, а что было самым важным и, наверное, главным для тех, кто работал с ним, тот факт, что в вокале мужчины не было «лажи». Его голос, поставленный и ровный, звучал так, будто я слушала уже обработанную версию, а не чистый голос, льющийся из динамиков. Голос, от которого по коже пробежали мурашки, и при звуке которого я ощутила странное волнение от слов и даже от одного вида Рея. Мужчина пел так, словно никого не было рядом и создавалось впечатление, словно он находится наедине с собой и это его мысли, выплеснувшиеся от невыносимого чувства любви:

'Я хочу кое-что сказать тебе, и это, несомненно, у меня в мыслях.

Все, о чем я прошу — останься рядом навсегда, до скончания веков.

Любимая, я знаю, где любовь распускается, и мои чувства, мое сердце переполнено.

Ты так изящна и так искренна. Я хочу проводить свое время, проводить время с тобой, детка.

Я испытываю самую сильную любовь, с каждым вздохом и каждым биением моего сердца.

Ты знаешь, у тебя есть я, с моими глубочайшими эмоциями, чувствами,

Потому что ты постоянно даришь мне свою прекрасную любовь' (7. — Использован перевод текста песни «The Best Of Love» (Michael Bolton).

Когда песня закончилась, я поймала себя на том, что стою и, кажется, даже не дышу и при этом продолжаю смотреть на мужчину, который находится там за стеклом. В последний миг, на последней ноте мелодии, он увидел меня и застыл, вцепившись пальцами в наушники. Несколько секунд, уже тишины, мы смотрели друг на друга, и я чувствовала странное тепло от этого взгляда и необычное, несвойственное мне волнение, а затем в тишине прозвучал голос и незримая нить, соединившая меня и мистера Дэвиса, оглушительно лопнула в моем сознании.

— А она здесь что делает? — прозвучало в динамиках. Нет, Рей не показался недовольным, просто спросил, но я вдруг поймала себя на мысли, что лишняя здесь, в этом мире, еще чужом мне.

— Она пришла к тебе, — наклонившись к микрофону звукорежиссера, сообщил «звезде» Тенч, в то время, как Рей, снял с себя наушники и, повесив их, направился к выходу из комнаты.

— Ко мне? — спросил он чуть удивленно, переступив порог комнаты звукозаписи. Его взгляд скользнул в мою сторону, и я невольно выставила перед собой руки, сжимавшие зонт.

— Вот! — выпалила. — Возвращаю!

Взгляд мистера Дэвиса опустился на зонт, затем снова вернулся на мое лицо, после чего мужчина повернулся к человеку за пультом и тот, предугадав вопрос Рея, покосился на него и, вскинув руку, оттопырил большой палец.

— Люблю работать с тобой, Рей! — сказал звукорежиссер. — Только ты радуешь меня! Не каждый сможет спеть так, чтобы самая первая попытка прошла на ура.

— Спасибо, Метт, — ответил мистер Дэвис, а сам посмотрел на меня, и от этого взгляда я почему-то ощутила смущение. Нет, смотрел он так же, как и всегда, просто я чувствовала себя сейчас иначе. Стоя с протянутой рукой, в которой был зажат зонт, я размышляла о том, что ошибалась по поводу Рея. Он действительно умел петь и, насколько я смогла убедиться в этом сама и услышать собственными, так сказать, ушами, его голос не был приукрашен искусственно, как мне твердил Шон.

Мистер Дэвис чуть прищурил глаза, а после потянулся за зонтом. Его пальцы едва коснулись моей руки, когда мужчина забирал свое имущество. Прикосновение получилось неожиданно теплым и…приятным?

— Спасибо за зонт! — произнесла я. — Простите, что вернула его так поздно. И… -замялась в нерешительности, прежде чем собралась с духом и проговорила, — вы действительно, здорово поете!

— Я рад, что тебе понравилось, — ответил мужчина, только вот в его голосе этой самой радости я не услышала. Дэвис нашел взглядом Тенча и указал ему на дверь, после чего, попрощавшись с группой звукозаписи, направился к выходу.

— Ты идешь, Мисси? — окликнул меня менеджер и я даже вздрогнула, поймав себя на странности: я продолжала стоять и смотреть, как уходит Рей, сжимая в руке свой зонт. Оглянулась и увидела, что звукорежиссер, которого мистер Дэвис назвал Меттом, смотрит на меня с немым вопросом, явно ожидая, когда я последую за Тенчем.

— До свидания! — бросила смущенно и припустила догонять звезду и его помощника. Удалось мне это сделать уже у лифта. Я едва не налетела на широкую спину Рея, но успела остановиться за секунду до столкновения. Впрочем, он едва посмотрел на меня, но, когда лифт открылся, отошел в сторону, пропуская вперед.

— И как тебе понравилось в студии? — поинтересовался мистер Тенч, когда мы оказались в лифте.

— Было очень интересно! — ответила, стараясь не смотреть на Рея Дэвиса. Он же встал лицом к выходу и, зажав в одной руке зонт, вторую засунув в карман своих брюк, стал спокойно ждать, когда лифт опустится на нужный нам этаж.

— А как прошло прослушивание? — продолжил разговор менеджер. — Чем ты порадовала жюри? — глаза его весело поблескивали и было заметно, что мужчина находится в прекрасном расположении духа.

— Я пела, — ответила тихо.

— Судя по тому, что ты прошла во второй тур, пела ты хорошо! — заметил мой собеседник.

— Надеюсь!

— Я почему-то в этом не сомневаюсь!

— А что ты исполняла?

Я даже удивилась, когда поняла, что вопрос задал не менеджер, а мистер Дэвис. Он продолжал смотреть куда-то перед собой, но явно ждал ответа.

— «Любить снова», — ответила и зачем-то продекламировала первые две строки куплета так, как обычно читают стихи.

— Хорошая вещь, — Рей соизволил повернуть голову и посмотреть на меня. — Надеюсь, ты ее исполняла не так, как сейчас тут, передо мной?

Это он пошутил? Я даже нахмурила брови, не совсем понимая подоплеки фразы. Рей несколько секунд смотрел мне в глаза, а затем покачал головой.

— Забудь, — произнес мужчина и отвернулся, а спустя секунду лифт остановился и дверцы разошлись в стороны, выпуская нас на нижний этаж.

Дэвис вышел первым, я за ним следом, а мистеру Тенчу досталась роль замыкающего наше шествие. Я же неожиданно поняла, что со стороны, при взгляде на нас троих, приближающихся к лестнице, может создаться впечатление, что мы каким-то образом связаны. Слишком уж близко я шла к мистеру Дэвису. Конечно, это могло быть только мое воображение. Сейчас, после того как я услышала пение Рея, признаюсь, испытывала стыд и неловкость из-за того, что раньше думала о нем плохо, как о вокалисте. Решив обогнать мистера Дэвиса, ускорилась, так что на первую ступеньку, ведущую вниз, мы ступили почти одновременно и тут произошел маленький казус, словно сам Бог решил наказать меня. Я поскользнулась. Просто и почти на ровном месте. Так спешила спуститься первой, что была неосторожна. Каким-то чудесным образом, моя нога заскользила вперед и я, взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, да не тут-то было!

«Дура!» — успела подумать, пока летела вниз. Ну, зачем, спрашивается, спешила, а? И даже не успела зажмуриться, приготовившись приложиться о каменные ступени, да еще и, скорее всего, продефилировать вниз на пятой, в лучшем случае, точке, когда поняла, что уже не падаю. Точнее, я упала, но прямо на руки мистера Дэвиса, оказавшегося настолько же проворным, как я — неловкой. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, испуганно вцепилась в плечи мужчины и позволила подхватить себя на руки, почти сразу же уставившись в темные удивленные глаза Рея.

Кажется, он и сам не ожидал от себя подобной прыти, но итог был таков: мы стояли на лестнице. Точнее, стоял только мистер Дэвис, а я благополучно расположилась на его руках, в то время как несчастный зонт скользил шумно по ступеням вниз, где его уже выскочил ловить охранник.

— Ой! — только и смогла произнести, глядя в лицо Рею.

— Ой! — повторил он, будто дразня меня. Его взгляд скользнул по моему лицу, устремившись от глаз и прямиком к приоткрытым в удивлении губам, а затем также плавно вернулся назад.

— Ты очень неловкая, Миссури Лэнг! — произнес мужчина, а я, опомнившись, отпустила его плечи, понимая, что до сих пор сжимала их, будто опасалась, что меня уронят следом за зонтом.

Наверное, мне стоило что-то ответить или поблагодарить за спасение, но я отчего-то выпалила то, что не собиралась:

— А можно мне получить ваш автограф? — и почему я так не вовремя вспомнила о просьбе Мери?

Лицо мужчины выражало самое искреннее удивление. Он помедлил несколько секунд, прежде чем опустил меня на ступеньку рядом с собой. Определенно, мой вопрос застал его врасплох.

— Напомни мне, — проговорил он, не замечая того, как на нас двоих смотрит его менеджер мистер Тенч. — Мне казалось, ты меня недолюбливаешь и тут вдруг просишь автограф?

Я поправила одежду и кивнула, выдавив улыбку.

— Так это не мне! — ответила неохотно. — Подруге.

— Подруге! — повторил он и, отвернувшись, начал быстро спускаться. Мистер Тенч подошел ко мне иЮ глядя вослед своему подопечному произнес: — Даст он твоей подруге автограф.

Мы стали спускаться вниз. Рей уже прошел мимо пропускного пункта, где охранник вернул ему упавший зонт. Догнали мы Дэвиса только у выхода. Я успела помахать на прощание мисс Фримен и вышла в двери, да так и застыла, глядя как ливень, разразившийся над городом, обильно поливает стоянку и дома. Торопливые прохожие спешили укрыться от низвергающейся воды, а те, кому посчастливилось иметь при себе зонт, скакали через лужи, спеша в метро или на автобусные остановки.

— Рей! — окликнул Дэвиса Тенч. — Может, подкинем мисс Лэнг домой? Погода совсем нелетная! — в его голосе звучало искреннее внимание, и я с благодарностью посмотрела на менеджера. Только вот ехать вместе со звездой, как-то не хотелось. И не потому, что между нами будто кошка пробежала, вовсе нет. Я чувствовала себя в его присутствии скованно и неловко. Казалось, все мои недостатки проявляются рядом с ним. Вот и сегодня наделала массу глупостей: пришла на запись песни, когда меня не ждали, потом умудрилась упасть рядом с ним! А вдруг подумает, что я сделала это нарочно? Да еще и автограф попросила!

«Он точно решит, что я фанатка! — подумалось мне. — Подумает, что до сих пор просто притворялась!» — и я посмотрела на Тенча, сказав:

— Не стоит беспокоиться! Я прекрасно доберусь домой сама! Вон тут метро совсем близко!

— Но мы на машине. А ливень такой, что за минуту промокнешь до нитки! — мягко проговорил Тенч и перевел взгляд на Дэвиса, который, обернувшись к нам, смотрел на него с явным укором. Но когда я уже было метнулась к станции метро, вдруг произнес:

— Отвезем, — и уже глядя на меня, — стойте здесь, я подгоню машину, — и раскрыв зонт, поспешил к своему внедорожнику, пока мы с менеджером ожидали под козырьком у входа. Я смотрела ему вслед и думала о том, что для звезды он ведет себя слишком…

«Слишком по-человечески!» — и даже удивилась подобным мыслям. Неожиданно на память пришел Шон и наши отношения с ним. Шон, с которым я прожила бок о бок два года, да и раньше была знакома достаточно близко, чтобы считать его другом! Так вот этот Шон никогда даже зонта над моей головой бы не открыл! Только сейчас до меня начинало доходить, какой дурой я была, сколько отдавала, ничего не получая взамен! Шон был из тех, кто только берет. Ему казалось, да и, наверное, сейчас тоже кажется, что мир крутится только вокруг него одного, что он — центр вселенной и мироздания! Мистер Дэвис оказался иным, при том, что он уже добился высокого уровня в своей профессии. Востребованный актер, талантливый, как я уже успела убедиться собственными глазами и ушами, певец, к тому же, модель… было отчего задрать нос, но он меня удивил.

Когда авто подъехало к нам, Тенч первым бросился к двери и открыл ее передо мной, позволив забраться в теплый кожаный салон. Затем, захлопнув дверь, он сел рядом с Реем и пристегиваясь ремнем безопасности, произнес:

— Ну и погодка!

Я же покосилась на мокрый зонт, лежавший рядом со мной на сиденье, и промолчала.

— Где ты живешь? — выезжая со стоянки, поинтересовался мистер Дэвис.

Я назвала адрес Мери и мужчина, коротко кивнув, вывел машину на дорогу, после чего мы влились в поток других авто.

— Знаете, — не удержалась я после минуты молчания, — всегда думала, что у звезд вашей величины есть свой водитель! — и зачем только брякнула? Рей бросил взгляд в зеркало дальнего вида и посмотрел на меня, но без раздражения.

— Я люблю сам водить свою машину, — ответил он.

Впереди замелькал оранжевый огонек светофора и все машины, как по мановению волшебной палочки, остановились. От нечего делать принялась смотреть в окно. Справа от нас стояло такси. Чернокожий мужчина, высунув локоть из окна, терпеливо ждал, когда загорится нужный свет, а я повернула голову и посмотрела направо, да так и застыла.

— Вот черт! — произнесла секунду спустя и стала сползать вниз по сиденью, мечтая раствориться в воздухе и надеясь, что тот, кто сейчас смотрел в окно дорогого минивэна, меня не заметил. Не могло же мне вот так не везти по жизни, чтобы именно машина восходящей звезды эстрады, Шона Хьюза, остановилась рядом с авто Рида Дэвиса!

— Черт, черт, черт! — забормотала я и распласталась на сиденье, почти прилегла на спину.

Мистер Тенч первым заметил мои поползновения, а хозяин машины просто скосил глаза в зеркало, и я увидела, как они распахнулись в удивлении.

— Тошнит, что ли? — спросил, волнуясь, менеджер. — Так мы же стоим!

Я покачала головой.

— Что не так? — Рей повернулся и посмотрел на меня.

— Устала! — отозвалась я тихо. — Захотела вот прилечь. Тут так удобно!

Его брови приподнялись вверх, а несколько секунд спустя положение спас светофор, оповестивший яркой вспышкой о том, что дорога свободна и мы можем ехать дальше. Нам посигналило авто, стоявшее сразу за внедорожником мистера Дэвиса и Рей, отвернувшись, положил руки на руль. Только после того, как мы проехали метров пятсот, я рискнула сесть прямо и сразу же бросив взгляд в окно, убедилась, что минивэн Шона исчез. По-видимому, свернул на параллельную улицу.

— Что это было, мисс Лэнг? — спросил Дэвис на короткое мгновение оторвав взгляд от дороги и едущей впереди машины, чтобы посмотреть в зеркало заднего вида на угрюмую меня.

— Извините, — отозвалась неловко, почти мечтая о том, чтобы поскорее выбраться из внедорожника и остаться наедине со своими мыслями, а не здесь, где мистеру Дэвису, оказывается, есть до меня дело.

— Ты кого-то увидела в машине рядом, пока стояли на светофоре? — вдруг спросил Рей и я удивленно захлопала ресницами. Вот же наблюдательный, гад!

— С чего вы решили?

— Показалось, — он снова уставился на дорогу, а Тенч молчаливо усмехался, глядя в свое окно.

«И все-таки, это был Шон! — поняла я. — Не могла я ошибиться. Это он. Только вот машина новая. Раньше его возили в тачке попроще!» — а на душе неприятный осадок от неожиданной встречи. Я не хотела видеть его сейчас. Не теперь, когда остаюсь никем. Нет. Нашу встречу я планировала совсем иначе. Я уже буду звездой, а он… Он увидит меня, такую распрекрасную, под руку с красавчиком бой-френдом на дорожке славы…

Рей внимательно следил за дорогой, а Тенч достал свой планшет и, судя по всему, занялся проверкой расписания звезды. Дождь продолжал идти и даже не думал стихать, и я развлекалась тем, что следила, как стекают дождевые капли, сбившись в ручейки по стеклу, стараясь при этом не думать о Шоне. Правда, получалось плохо. Но вот впереди показался знакомый район и Рей снова обратил на меня внимание, покосившись в зеркало.

— Где твой дом? — спросил он.

— Там, за поворотом! — отозвалась я и он кивнул, а я неожиданно вспомнила про автограф и, отчаянно и глупо краснея, произнесла: — А как насчет автографа для подруги?

Показалось, или мистер Дэвис как-то обреченно вздохнул, а Тенч, дай ему бог здоровья, вдруг извлек из своего портфеля фото Рея и помахал им перед моим лицом.

— У меня даже есть на чем оставить подпись! — порадовал он меня, а я подумала о том, что Мери придет в дичайший восторг, когда увидит этот подарочек.

Припарковавшись, Дэвис заглушил двигатель и повернулся ко мне.

— Приехали! — сказал как-то немного недовольно.

— Спасибо, что подвезли, — я растянула губы в широкой и, надеюсь, самой искренней улыбке.

— Фото! — напомнил менеджер и, положив карточку на крышку планшета, протянул их «звезде» вместе с ручкой.

— Черт бы побрал твою предусмотрительность, — сказал он, но оставил свой витиеватый росчерк сбоку на карточке, после чего протянул ее мне, глядя в глаза.

— Спасибо! — снова произнесла я и сцапала фото, спрятав его в нагрудном кармане куртки, сразу же объяснив: — Дождь же!

— Когда второй тур прослушивания? — спросил у меня Тенч, прежде чем я открыла дверь авто.

Я назвала день и даже время, хотя сильно сомневалась, что мужчины действительно интересуются моей жизнью. Подвезли, и на том спасибо, ведь не обязаны были!

— До свидания, мистер Дэвис, мистер Тенч! — я скользнула по лицам обоих, отметив, что Рей отвернулся первым, а вот его менеджер еще и помахал мне, когда захлопывала дверь, выскочив под дождь. После чего мы расстались. Я бросилась бегом к дому, а внедорожник вернулся на дорогу и вскоре исчез за поворотом. Я открыла дверь и скользнула в подъезд, радуясь тому, что оказалась под крышей и думая о том, как скоро порадую Мери фоткой и автографом ее кумира.