Глава 27

– Я решил расстаться с Соней.

– Что? – переспрашиваю я.

– Да, ничего не получится…

– Но почему, Эрик? Вы вместе так долго и… долго, в общем, вы вместе. Зачем тебе это? Это я виновата, тогда… может… не стоит этого делать… нам не стоит продолжать, – на одном дыхании говорю я и отстраняюсь от него.

– Нет, ты не виновата. Просто сейчас я смотрю на эти отношения с другой стороны. Я старался быть тем, кем не являюсь. И Соня… она была моей тормозной жидкостью. Я не хочу больше так жить. Тем более больше не для кого, – он грустно улыбается, а я глубоко вздыхаю.

– Сиди тут, я сейчас вернусь, – быстро говорит он и встает, направляясь к дому.

Я до сих пор перевариваю сказанные им слова. С одной стороны, я отчего-то рада такому повороту. А с другой, все становится еще более запутанным, чем раньше. Ведь еще утром все было просто: я – любовница, он – мое тайное наваждение. А сейчас? Сейчас он свободен… свободен от обязательств, от прошлого, и может быть… может… не будет. Я не смогу быть той, которая будет ему соответствовать. Единственный плюс – Мел будет в восторге.

– У меня для тебя кое-что есть, – Эрик плюхается на песок рядом со мной, переводя дыхание, видно, от бега.

– Что?

– Вот, – он раскрывает ладони, и в них лежит небольшая коробочка.

– Эрик…

– Помолчи, Хлои. Просто закрой рот и посмотри, – он берет мою руку и вкладывает в нее футляр.

Мне никогда не делали подарки мужчины. Никогда не смотрели на меня с таким возбуждением и ожиданием. Я никогда не испытывала таких эмоций при получении подарка. Никогда. Ни с кем. И не имею права разочаровать его.

Я развязываю белую ленту на коробочке и открываю ее. Мое сердце трепещет, пока пальцы аккуратно растягивают мешочек с названием ювелирного дома «Тиффани» и на ладонь выпадает ключ, переливающийся в свете луны бриллиантами.

– Эта подвеска твоя. Она излучает и олицетворяет независимость, уверенность и энергию. А для меня это и есть ты. Сохрани ее как воспоминание о наших отношениях, – тихо поясняет Эрик, я поднимаю голову.

В голове звучит слово: «наших».

– Не нужно было…

– Нужно. Я этого хочу, повернись, и я застегну, – он берет из моей руки подвеску, и я послушно выполняю его просьбу.

Я помогаю ему, поднимая волосы, пока он копошится с застежкой и довольно вздыхает, проводя пальцами по цепочке, задевая кожу, немедленно реагирующую на это ласковое прикосновение.

– Нравится? – интересуется он.

– Очень. Спасибо, но у меня нет ничего взамен, – отвечаю я, прикасаясь к холодному металлу на груди.

– Есть. Ты дала мне больше, чем можешь себе представить, – Эрик обнимает меня за плечи и целует в висок.

– Останешься у меня? – спрашивая, я кладу голову на его плечо.

– Конечно.

– Может быть, пойдем? Я очень устала… много всего случилось, и во мне нет сил, – слабо улыбаюсь я, и Эрик кивает, поднимаясь с песка, подает мне руку.

Не спеша, словно так будет всегда, мы двигаемся к моей спальне и входим в нее. Пока я прячу коробочку в тумбочку рядом с постелью, Эрик закрывает двери и оставляет тяжелые шторы открытыми.

Он раздевается, а я забираюсь в постель, ожидая его. Молча и тихо. Тайно и ярко. Вот она, наша связь, которую я не хочу разрывать.

– О чем думаешь? – шепчет Эрик, поворачиваясь ко мне лицом и ложась на бок, так же, как и я.

– Ни о чем. Просто смотрю на тебя, – я придвигаюсь ближе к нему, так что мы едва не соприкасаемся носами.

– Я хочу поцеловать тебя, но…

– Так поцелуй, прости меня и поцелуй. Все хорошо, просто забудем. Ты и я. Как всегда, есть только ты и я, – перебиваю я и провожу ладонью по его щеке, двигаясь к волосам, чтобы запутаться в них и ощутить их мягкость.

– Такая сладкая, самая лучшая, – шепчет он, осторожно прикасаясь ко мне губами.

Мягкие, практически невесомые поцелуи, и я придвигаюсь ближе к нему. Что-то новое и прекрасное происходит сейчас, я утопаю в его ласках, слишком долго не чувствовала… никогда и никто ко мне не относился так, как он.

Провожу языком по его нижней губе и слегка прикусываю ее. В ответ он улыбается и проводит кончиками пальцев по моему плечу, лаская каждый миллиметр позвоночника под шелковой тканью, и хватается за ягодицу, сжимая ее в руке.

Поцелуи из нежных и неспешных превращаются в глубокие, страстные и бешеные. Не хватает дыхания, и я пью его, а он мое.

– Ближе, – шепчу я.

– Насколько ближе, малыш? – дразнит он меня, подхватывая длинную ночную сорочку, и пальцами поднимает ее, оголяя ноги.

– Еще ближе, – прошу я, закидывая ногу на его бедро, ощущаю на животе его эрекцию.

– Ты не против, я сниму это с тебя?

Я сама помогаю ему раздеть меня и падаю в его объятия, снова впиваясь в губы. Моя рука гуляет по его спине, а другую я просовываю под его шею, чтобы обнять крепче, сделать себе приятнее… глубже.

– Черт, Хлои, не могу больше, – он опускает одной рукой свои боксеры, а другой развязывает тесемку на моих трусиках.

– Так возьми меня… пожалуйста, Эрик, – я нахожусь уже в том самом напряженном и влажном состоянии, когда нет никаких мыслей, только он и его член, которым он водит по моей промежности, лаская каждое нервное окончание.

Приглушенные стоны я вливаю в его губы, закрывая глаза, и откидываю голову. Он тут же находит возбужденный сосок и проводит по нему языком. Головка его члена скользит по клитору, посылая каждый раз приятную дрожь по телу, требуя большего.

– Давай… трахни меня…

– Нет, хочу медленно.

– К черту, Эрик! – восклицаю я, когда он быстро входит в меня и тут же выходит, продолжая массировать каждое нервное окончание рядом с моим входом.

Я хватаюсь за его шею и не могу сдержаться, беззастенчиво начиная стонать в его губы, слыша его тяжелое дыхание. Он снова вводит только головку и немедленно выходит из меня, издавая глухой стон, и цепляется зубами за мою нижнюю губу.

Не могу больше. Жарко от бесконечного возбуждения. От его тягучего поцелуя, от его действий. Внутри меня все сжимается в поиске его члена, которого просто не хватает.

– Эрик… пожалуйста… Эрик, – я теряю свои мольбы в его губах.

Он приставляет ко мне свой член и хватается за ягодицу, с силой насаживая на себя. Прекрасно. Он подхватывает меня под колено, а другой рукой крепко удерживает за попу, делая резкие и быстрые фрикции во мне, заполняя до основания и освобождая.

Я целую его как обезумевшая, а внутри меня, кроме сильнейшего накала, расцветает новое, легкое и красивое… Зубы едва не стучат. Мои всхлипы. Его движения становятся медленнее, и я закрываю глаза, наслаждаясь этим чувством.

– Хлои, моя Хлои, – шепчет он, проводя губами по моей шее, немного кусая кожу, и я подаюсь ему навстречу, чтобы посмотреть в глаза, которые спрятаны в темноте, но я знаю… чувствую, что ему хорошо.

– Эрик, – вырывается стон с моих губ, и он заглушает его поцелуями, снова наращивая темп.

Сойти с ума и ощутить новый мир. Сильнейший ток проходит через мое тело, и я крепче сжимаю его шею, пропуская между пальцами его волосы, и прижимаюсь к нему губами.

Без поцелуев. Только его хриплое дыхание, слова… какое-то бормотание – и мощнейший взрыв внутри меня. Тело выгибается дугой, и я теряюсь в собственных движениях… лишь бы продлить наслаждение.

– Малыш, – судорожный стон Эрика заполняет меня.

Он дрожит, сильнее сжимая пальцами мою ягодицу, а я ласкаю его изнутри сильнейшими импульсами и мышечными сокращениями.

– Мне так хорошо с тобой, – шепчу я, даря ему легкий поцелуй.

Он улыбается, дыша часто и хрипло.

– Не уходи, малыш… не уходи, – его быстрые поцелуи скользят то по моей щеке, то по носу, и он обнимает меня до хруста костей.

Но мне плевать. Я счастлива быть с ним вот так. Он во мне, и мы едины. Я закрываю глаза, целуя его шею, слизывая с влажных покровов нектар, который существует сейчас только для меня.

– Я с тобой, – отвечаю я.

Лежать в тишине, слыша биение сердца… одного на двоих. Согреваться в его руках, хотя пот скатывается по виску.

Я не знаю, что будет дальше. Боюсь этого, но иду к огню, чтобы подпалить крылья своей свободы. Только из-за него. Из-за моего тайного незнакомца, который стал чем-то большим. Нет, это не любовь… она меня не интересует. Он всего лишь идеальный. Идеальный мужчина, дарящий мне полный спектр эмоций, заставляя жить в ярких красках.

Просто мой. Ненадолго. Но мой. Для меня. Со мной. Ближе… пожалуйста, стань ко мне ближе…

– Хлои, – зовет меня Эрик, и я поднимаю к нему голову.

– Да?

– Скажи, какие у тебя планы на будущее? – спрашивает он, поглаживая мое бедро, до сих пор лежащее на его талии.

– Мы с Мел поступили в университет…

– Нет, я не об этом. Что ты хочешь от жизни? – перебивает он меня.

– Сложно сейчас ответить, когда ты до сих пор во мне, – я издаю смешок, и он тоже улыбается. – Я хотела быть независимой. Закончу его, а дальше планирую открыть свое дело. Отец даст первоначальный капитал, как и Нилу с его баром. Открою где-нибудь в Европе или в Америке… пока не знаю… хочу заниматься тем, что мне нравится.

– И быть одной?

– Наверное, да. Все эти чувства… любовь и тому подобная чепуха не для меня. Я стараюсь адекватно смотреть на жизнь. И я, увы, ни разу не видела крепких союзов по любви, – я хмурюсь от его вопроса и немного подаюсь назад, его член освобождает меня, но руки Эрика не позволяют отодвинуться от него… от этого сжимающегося сердца и чего-то еще. Но я не знаю, что это такое.

– Мои родители любили друг друга, – тихо произносит он.

– А мои нет. У них была неконтролируемая страсть, после которой рождаются дети, – хмыкаю я.

– Они не были женаты?

– Нет. Никогда. Мама забеременела Нилом, а отец отказался жениться, улетел куда-то. Она не говорит, да и вообще мы не говорим об отце. И они не виделись, он только присылал деньги.

– А ты? Как тогда ты получилась? – удивляется он.

– Нил сильно простудился, болезнь перетекла в воспаление легких. Мама сильно испугалась и написала отцу, чтобы он хоть что-то сделал. Он прилетел, вызвал хороших врачей, брата перевезли в клинику в Нью-Йорк. Нил выздоровел, а через девять месяцев появилась я. Вот так. Каждая их встреча оканчивается ребенком, поэтому они больше не видятся, как и мы не знаем его.

– А ты не хочешь детей?

– Мне всего двадцать. И… нет. Дети не для меня, я из разряда чайлдфри. Дети – это обязательства, а я их не люблю. И я не создана для материнства, вообще… нет, точно нет. Я смотрю на этих слюнявых карапузов, и ничего не екает, – пожимаю я плечами.

– Понятно, – бормочет он и отстраняется от меня, переворачиваясь на спину.

– А ты? Планируешь новую семью, детей? – интересуюсь я.

– Не знаю, – он поджимает губы и хмурится.

– Ты же хотел ее с Соней. Я думаю, вы отлично друг другу подходите, – мой голос равнодушный, но внутри стальные тиски сжимают легкие, заставляя меня дышать глубже.

– Не понимаю, – шепчет он, поворачиваясь ко мне.

– Что?

– Ты сейчас лежишь со мной в постели. Мы только что переспали. И так спокойно обсуждаешь мою бывшую невесту, явно подталкивая меня к ней. Зачем? Неужели тебя это ни капельки не трогает?

– Я же говорила, Эрик. Я смотрю на всю ситуацию в целом. А она такова, что ты зачем-то решил разойтись с ней, хотя причин для этого нет. Между нами страсть, ее я признаю и наслаждаюсь. Но я не имею прав на тебя, как и ты на меня. Мы… ты рассчитываешь на продолжение?

– Нет, я знаю, что ты молода, а я уже достаточно повидал. Только вот неприятно, знаешь ли, слышать это.

– Я честна. И я хочу быть с тобой тут и сейчас, так давай не говорить на эти темы, просто будем рядом. Пожалуйста, не усложняй все. Мне страшно думать о будущем, как и любому другому человеку. Но ты… мне так хорошо с тобой, так тепло, так не разрушай этого сейчас. Если же ты устал… или это для тебя стало обременительно, то ты скажи, я пойму тебя. Всегда пойму и приму твои слова, – нежно произношу я, придвигаясь к нему и практически забираясь на него, чтобы быть защищенной сейчас, когда я обнажена не только телом, но и душой.

– Хлои, нет, я не устал, – шепчет он, гладя меня по волосам. – Только вот я в силу своего возраста понимаю, что все это добром не закончится. Я постараюсь сделать все так, чтобы тебя это не коснулось. И да, ты права, будем наслаждаться настоящим и ничего не планировать.

Он целует меня в макушку, и я вздыхаю, смотря на океан через распахнутые двери.

– И я верю в судьбу, малыш. Ты пришла в мою жизнь именно тогда, когда я нуждался в хорошем ударе. Ну, или же в ледяном душе.

– Сам напросился, – хихикаю я, приподнимаясь с него.

– Я так хотел тебя тогда. В ресторане. Да и потом, каждый час… минуту думал о тебе. И сейчас вот ты рядом, а я не разрешаю себе поверить в это. Мне хочется подарить тебе все, что у меня есть, как и Мел. Спасибо, малыш, что ты согласилась, не бросила меня тогда.

– Какой ты сентиментальный, – улыбаюсь я.

– Старость. Ты тоже будешь такой, – смеется он.

– Скажи, только честно, почему ты так переживаешь о своих годах?

– Я не переживаю. Я знаю, что теперь должен защищать двух людей. Тебя и свою дочь. А это ответственность, но мне она нравится, так что позволь мне… ненадолго заботиться о тебе так, как я считаю нужным.

– Да еще и романтик, – я опускаю голову, чтобы он не увидел, как его слова отразились алым всплеском эмоций во мне, и трусь носом о его грудь.

– Какой хочешь. Чтобы ты улыбалась, я готов быть хоть клоуном.

– Вот завтра и начнешь, а сейчас я в душ, – я быстро чмокаю его в щеку и подскакиваю на постели, теряя на ходу трусики.

Я не хочу анализировать. Только оставить эту ночь вот так. Нежную. Прекрасную. С ним. Он нравится мне, нравится незнакомо и остро. Никакого будущего, только невообразимое настоящее.

Выйдя из душа, я возвращаюсь в спальню, где мы меняемся. Я ложусь в постель, а Эрик идет в ванную комнату, сверкая оголенным задом.

– Доброй ночи, малыш, – шепчет он, когда я уже задремала, обнимая меня сзади за талию.

– Доброй, – бормоча, я кладу руки на его и довольно вздыхаю.

***

– Хлои! Открывай! – громкий стук в дверь, и я распахиваю глаза, быстро моргая. – Хлои! Зачем заперлась? – кричит возмущенно Мел, тарабаня по двери, и я подскакиваю на постели.

Шум в ушах. А сердце бьется как заводное, когда я сглатываю от страха, смотря на мужчину, потирающего лицо.

– Черт, – панически шепчу я, встречаясь с сонными глазами Эрика.