Глава 22

Я приняла условия этой жизни, но продолжала требовать определенной свободы. Правда не сразу. Даже про документы я заговорила спустя неделю. И то, когда сидеть одной в четырех стенах становилось невыносимо. Сериалы уже осточертели. А от звука швейной машинки начала болеть голова.

Андрей поддался на уговоры. И уже спустя две недели я смогла выходить из дома. По магазинам. Не более. Но сначала мы сходили и сделали фотографии на документы. Он обещал в течении пары недель сделать…

Но раз теперь мне можно выходить, то в субботу я решила пойти в тот клуб, про который говорила Ира. Доехала на метро и обнаружила очень милый, домашний райончик. С пятиэтажками, парком и многочисленными детскими площадками. Это все мне напоминало Германию, когда я сбегала и пряталась вот в таких микрорайонах. Нашла я клуб быстро, он такой здесь был один. В отдельном, двухэтажном стеклянном здании. На первом этаже магазины, а на втором студия танца «Импульс». Внутри, мне понравилось. Студия была оформлена в розовых и белых тонах. Очень мило.

Вежливые девушки записали меня на групповую тренировку по пилону для начинающих, а так же подарили одну бесплатную индивидуальную тренировку, чтобы я быстрее влилась в процесс танцев. Выбрала я пилон, потому что ничего другого не знала.

Почему — то мысль научиться красиво двигаться вызвала мурашки по спине, крутила живот.

Хотелось поразить Андрея.

Хотелось влюбить его в себя настолько, чтобы он про жену вообще не вспоминал.

Даже может быть ушел от нее.

От этой мысли внутри все переворачивалось.

Мечты, мечты, но какие же сладкие. Получить Андрея в свое полное распоряжение…

Первое занятие было невероятно сложным. На следующее утро я была уверена, что вообще не смогу оторвать тело от кровати.

А когда пришел Андрей и увидел мое состояние, то категорически запретил заниматься танцами — про то, какие конкретно это танцы, я умолчала.

Так что я стала заниматься в те дни, когда он должен был прийти, чтобы на следующий день с чистой совестью отлеживаться и отдыхать.

Спустя пару недель тренировок тело попривыкло, но я не учла синяки на ногах, которые заметил Андрей.

Пришлось ему рассказать, что именно я делаю, а потом назвать студию, где занимаюсь.

А еще выдержать неравный бой с его запретом на подобные тренировки. Но оказывается его легко уговорить, если пообещать быть во всем остальном максимально послушной. Особенно если это касалось постели.

Спустя еще пару недель я все-таки встречаю Ирину. Ее тренировки перенесли на утро, и мы смогли увидеться.

Поговорили, посмеялись.

Только на этот раз ни на какие авантюры я не соглашалась, а на вопросы про Андрея решила не отвечать.

«Все нормально» — единственный мой комментарий по этому поводу.

Но Иринка не унывала.

Более того, рассказала о себе. Что с мужчиной познакомилась, что он уже жить ей вместе предлагает и замуж готов взять.

Она в таком восторге, что кажется загорится от счастья. А я впервые в жизни сталкиваюсь с таким понятием, как зависть.

Потому что знаю, что у меня такого точно никогда не будет. И от этого очень больно…

Мы с Ириной обмениваемся телефонами. Оказывается, она была у меня в черном списке. И показала, как оттуда достать абонент.

— Я правда не знаю, как так вышло, — мне так неудобно…

— Да забей. Понятно же, что твой любовник тебя бережет. Ну или себя, — она выразительно поднимает брови, а я наоборот хмурюсь. Да все я знаю, только обсуждать не хочу. Даже с собой. — Прости, прости, тема закрытая. Лучше будем обсуждать меня.

Она смеется, и мы вместе выходим из кафе, в котором болтали. Я еще долго брожу по улицам одна. Помня наказы Андрея, я натягиваю капюшон и прячу всегда волосы.

Мне даже самой комфортно, что на меня никто не обращает внимания и я могу спокойно пройтись. Гуляю я много, почти весь день просто брожу по ближайшему к школе парку и рассматриваю людей.

И вот в один из дней я встречаю человека из своего прошлого.

Это для меня настолько неожиданно, как и для нее.

Мы долго стоим и смотрим друг на друга, не веря своим глазам.

Еще бы. Когда последний раз мы виделись, она была женой сутенера Берлинского онлайн борделя, а я сбежавшей проституткой.

Аврора.

Даже тогда это имя казалось мне сказочным. Она спасла меня, приютила, а я за это раскрыла ей глаза на ее мужа, который не гнушался выкладывать их секс в сеть и получать с этого деньги…

Если она смогла от него вырваться, то я могу поверить в чудо.

— Алина… Не верится даже, — она подходит ближе, словно осторожничает, а я просто бросаюсь к ней в объятия. Она старше меня. Мудрее. Она что — то родное в этом чужом мире.

— Аврора! Господи, не верю своему счастью! Какая ты красивая! — ее черное пальто отлично смотрится.

— Ты тоже потрясающе выглядишь. Поправилась хоть…

— Ты считаешь, что я толстая? — только этого не хватало.

— Нет, что ты! Насмешила. Когда мы виделись, ты была похожа на скелета, а теперь на настоящую девушку! Женщину даже. Только капюшон сними…

— Нельзя, — убираю я от себя ее тонкую руку. Она хмурится. Оглядывается по сторонам и все прекрасно понимает.

— Ты опять скрываешься.

— Это уже как образ жизни, — пожимаю плечами и тут же меня бросает в жар. Щеки наливаются краской.

Однажды я ей сказала, что ничто не заставит меня продавать тело за деньги или помощь, а что теперь…

— Алин, ну что ты плачешь? Чтобы не случилось в твоей жизни я не буду тебя осуждать.

— Правда? — не могу не плакать. Это невероятно. Теперь у меня не только Андрей. Теперь у меня есть занятия танцами. Ира. Аврора. Можно даже сказать — целая жизнь!

— А где Мишка? — вспоминаю я сынишку Авроры. — С няней?

Она смеется. А потом как вываливает на меня свою историю. Рассказывает, как после моего ухода решила развестись с мужем. Как он поставил ей ультиматум. Как она сбежала в Россию. Как потом ей за это прилетело и сына забрали за аморальное поведение матери.

Бывший муж скинул видео органам опеки и попечительства.

— Ну какой же он гандон! — не выдерживаю. — Скотина! Как таких земля носит?

— Не волнуйся. Совсем скоро я получу докторскую степень и смогу наконец получить своего мальчика назад. Надеюсь…

— Я помню его совсем маленьким. Он только родился. Кстати, когда заберешь, я могу подрабатывать няней.

— Я буду только рада, — обнимает она меня и начинает допытываться насчет того, как я сама оказалась в России. Почему меня ищут. Вопросы сыпались и сыпались, а я не смогла ответить ни на один. И еще непонятно, когда смогу.

— Давай не все сразу, — пытаюсь свернуть диалог. — Лучше обменяемся телефонами, чтобы больше не теряться.

— Это самой собой, но все же. Алина…

— Нет, не сейчас, — отрезаю я и записав номер, убегаю. Совсем скоро Андрей придет, нужно успеть все сделать.

Его любимые голубцы. Потом салат с орешками. Сделать морс, соки он не пьет. А еще переодеться.

Как только Андрей открывает двери квартиры, счастью нет предела. Я тут же стремлюсь упасть к нему в объятия. Хочу его всегда. Безумно. И когда он рядом — плевать, что там у других и кто живет вместе или жениться, Мне главное, чтобы Андрей был рядом.

От него пахнет осенью и свежим кремом ля бритья. А еще моим любимым ореховым одеколоном и мужчиной. Самым лучшим. Моим.

Он тоже скучал. Это чувствуется по бугру между ног, по тяжелому дыханию.

— Соскучился? — целую лицо, куда могу дотянуться, а он меня в себя вжимает, за задницу от пола отрывает.

— Пиздец как. Накормишь меня?

— Там на кухне голубцы. Еще печенье есть… Салат.

— Нет, нет, Малыш. У тебя есть кое-что гораздо слаще. После той фотографии я хочу тебя вылизать.

Ах, да. Я успела сходить на депиляцию, так как внизу все давно было не эстетично. Андрея это особо не волновало, но мне самой хотелось быть для него идеальной.

Теперь мои складочки гладкие как шелк. Мне и самой понравилось их трогать. Я не удержалась и отравила фотографию Андрею. Без лица. Он оценил. Вернее, устроил мне взбучку, как нашкодившему ребенку.

— Ты же ругался. Сказал больше так не делать.

— Это не значит, что мне не понравилось, — скидывает он ботинки. Несет меня в комнату, где возле широкой кровати, на столике стоят вино и фрукты.

Андрей бросает меня на кровать, я чуть отпружиниваю, но не теряюсь и сразу снимаю с себя шелковый халат.

— Сними трусики, малыш, хочу посмотреть на тебя, — хрипит Андрей, а сам пальто снимает и на вешалку вешает. Педант мой любимый.

Подчиняюсь и снимаю с себя белье, оставляя только лифчик и чулки. Он любит чулки и пояс.

— Ноги шире. Хочу рассмотреть тебя как следует.