Глава 5.

— ДАНА —

* * *

Проснулась я в ярости.

Это вообще моё обычное состояние по утрам, но сегодня был особый случай.

Представьте, вы просыпаетесь в пыльной комнате под душным одеялом, от которого несло так, будто его последний раз стирали ещё до рождения генерала.

Рядом, на соседнем диване, вернее, на том, что от него осталось, спал Виктор и негромко храпел. Но его храп отдавался в моей голове громом.

Я швырнула в него подушкой, и он всхрапнул громче, перевернулся на другой бок и продолжил.

— Вот же, – прошипела я и села, свесив ноги с дивана.

Спать нам пришлось в одной комнате, потому что цепь не позволяла нам разойтись далеко.

Около тридцати шагов и ни шагом больше, а поскольку спальня генерала оказалась в таком состоянии, что туда было страшно заходить, мы устроились в главном зале. Два дивана, составленные буквой «Г», кресла, столы, и камин.

Романтика, блин.

Омлет проснулся раньше всех. Он сидел на каминном портале, рядом с шаром доставки, и что-то сосредоточенно лапой там нажимал.

— Ты что делаешь? – спросила кота.

— Завтрак заказываю, – ответил он, не оборачиваясь. – Я интуитивно разобрался, как это работает. Проще, чем в ваших человеческих приложениях.

— Ты научился пользоваться магическим шаром?

— Дана, я говорящий кот в другом мире. Шар, меню и доставка, всё элементарно. Кстати, я взял тебе омлет с беконом и сыром.

— Омлет, ты заказал мне омлет?

— А что? Иронично. И не благодари.

Я потянулась, чувствуя, как хрустят все кости после ночи на пыльном диване, и поплелась к камину.

Виктор наконец соизволил проснуться, он сел, уставился в пространство мутным взглядом и издал звук, похожий на «ы-ы-у-у-у».

— Доброе утро, – произнесла я мрачно.

— Угу, утро, – выдавил он. – Кофе бы.

— Будет, – ответил Омлет. – Я всё всем заказал. И кофе, и чай, и какао, и ещё какую-то местную бурду под названием «эликсир бодрости», так, ка всякий случай.

Через десять минут в дверь постучал Громобой-3.

Мы получили три коробки с едой. Омлет заказал себе фирменный завтрак от фирмы – кусочки лосося в сливочном соусе, а нам с Виктором что попроще. Мой кот в прошлой жизни был аристократом?

Я выпила кофе, съела омлет, потом круассаны и почувствовала, как ярость понемногу отступает, уступая место боевому настроению.

— Значит, так, – заявила я, допивая свой кофе. – Вопрос на повестке дня. Если у вас тут есть магическая доставка еды, которая работает через портальную сеть, то, логично предположить, есть и магическая уборка.

Виктор оторвался от кружки.

— Что?

— Магическая уборка. Служба, которая приходит и магией наводит порядок. У вас же тут всё магическое, неужели нет способа просто взмахнуть палочкой, и чтобы исчез весь этот бардак?

Омлет аж подпрыгнул.

— Точно! Дана, ты – гений! Быстренько вызовем местный клининг, они магией своей всё тут приберут, и мы начнём жить в комфорте, а не на помойке! Генерал, есть тут такая служба? Говори быстро!

Виктор поставил кружку на журнальный стол и вздохнул.

— Не получится.

— Почему? – хором спросили мы с котом.

— Никто не сможет магией убрать мой дом. На нём стоит тройная защита от любого магического вмешательства извне и внутри. Кроме моего собственного.

— А как же это? – возмутилась я и подняла руку, потрясла цепью.

— Это другой вид магии. Она была нацелена не на дом, а на меня. Защита пропустила ритуал, потому что он воздействовал на мою душу, а не на стены. Бытовая магия сюда не пройдёт, и профессиональные уборщики-маги тоже не пройдут. И никто не пройдёт, только если я лично сниму защиту.

— Ну так сними! – рявкнула я.

— Не могу.

— Почему-у-у? – протянула я.

— Потому что в данном состоянии души и тела защита решит, что я под воздействием и лишь усилится. Магия не так проста, как кажется. Важен настрой, потоки должны быть чистыми…

В комнате повисла тишина.

— Ты это слышала? – спросил Омлет. – Твой клиент, Даночка, не просто депрессивный, а депрессивный идиот!

Генерал многозначительно и весьма гневно уставился на моего кота. Я сразу взяла котика на руки и проговорила:

— Омлетик, давай без оскорблений.

— С каких пор, правда стала называться оскорблением? – не унимался кот.

Я решила сменить тему.

— Ладно, есть хорошие новости, у нас есть я. Плохие новости – я буду убирать эту помойку вручную.

— Ты «везучая», – отметил Омлет. – Но всё-таки есть плюсы. Мешки утилизаторы, например. Может, ещё какие-то магические гаджеты для уборки найдутся? Мя-а-ур.

Я задумалась, Омлет прав. Допила кофе, отпустила кота и встала.

— Значит, так, раз магия нам не поможет, будем работать по старинке руками и мозгами. Генерал, чего сидишь? Вставай. Мы идём разбирать твой гардероб.

— Зачем? – не понял он.

— Затем, что одежда – это базовая категория. С неё всегда начинают. Одежда быстрее всего накапливает эмоциональный мусор. Ты годами не выбрасывал старые вещи, и они висят в шкафу, как скелеты, в переносном смысле. Надеюсь, в прямом там никого нет.

* * *

Гардеробная Виктора находилась в западном крыле и представляла собой отдельную комнату размером с мою бывшую квартиру.

Почти. Моя квартира была меньше.

Когда я открыла дверь, у меня перехватило дыхание. Не подумайте, не от восхищения, а от ужаса.

Вещи висели на вешалках, лежали на полках, громоздились на стульях, свисали с дверцы шкафа, и они были в основном чёрного цвета.

— Сколько здесь пар штанов? – спросила я, входя внутрь.

— Не считал, – ответил Виктор.

— А придётся.

Я начала перебирать вешалки.

Чёрные кожаные штаны, ещё одни, ещё, и ещё. А ещё одни с карманами на заду. И ещё море таких штанов.

Омлет запрыгнул на комод и уставился на это богатство.

— Ты что, амбассадор кожаных штанов? – спросил он генерала.

— Что? – не понял его Виктор и нахмурился.

— Амбассадор, значит, лицо бренда. Ты рекламируешь кожаные штаны? У тебя их тридцать пар! Это же филиал кожевенной лавки!

— Тридцать четыре, – поправила я, закончив подсчёт. – Тридцать четыре пары чёрных кожаных штанов. Виктор, зачем тебе столько?

— Они удобные.

— Они все одинаковые!

— Нет. Вот эти для верховой езды, а эти – для строевых смотров. Другие для неформальных встреч. Эти для...

— …депрессивного самобичевания, – закончил Омлет.

— Омлет, умолкни, – цыкнула на кота.

— Молчу, молчу.

Я продолжила осмотр. За кожаными штанами последовали рубашки, к счастью, белых было больше. Потом пошли плащи. Далее – кители, мундиры, ремни, сапоги.

А потом я добралась до дальнего угла шкафа и нашла в чехле парадный мундир.

Достала и восхищённо вздохнула.

Мундир был великолепен. Чёрный, расшитый серебряными нитями, с орденами и медалями и генеральскими эполетами.

И он был запихан в чехол и дальний угол шкафа столь небрежно, будто его туда зашвырнули в приступе ярости!

— Это твой парадный мундир? – спросила Виктора.

Виктор скривился и медленно кивнул.

— Почему он в дальнем углу?

— Я его ненавижу.

— Почему?

— В нём я познакомился со Стеллой.

Ага, вот оно. Я аккуратно положила мундир на стул, его мы разберём позже и полезла дальше. И кое-что нашла.

На самой верхней полке лежала стопка женской одежды.

Шёлковые блузки, откровенные платья для соблазнения и такое же бельё. Такое покупают не для себя, а для того, чтобы его снимали.

Омлет заглянул через мой локоть и присвистнул.

— Ого! Это, что, шёлковый пеньюар и трусы? Или я ничего не понимаю в мужской моде? Генерал, зачем тебе пеньюар?

— Омлет! Это женское… – прошипела я коту.

Виктор увидел, что я нашла и побелел. Он смотрел на бельё и молчал. Глаза у него стали стеклянными.

— Она забыла, – тихо проговорил он и погрустнел.

Я сложила бельё и всю женскую одежду в центр комнаты, прямо на пол. Получилась небольшая кучка.

— Что ты делаешь? – спросил Виктор.

— То, что надо.

Я вышла из гардеробной. Генерал поплёлся за мной, цепь не оставляла выбора. Омлет спрыгнул с комода и потрусил следом.

— Куда мы? – спросил он.

— На кухню.

— Зачем?

— За кастрюлей и поварёшкой.

Меня никто не понял, но вопросов ни кот, ни генерал больше не задавали.

Я чудом нашла необходимое. Но вообще пришлось поковыряться.

Мы вернулись в гардеробную. Я поставила кастрюлю перед кучей вещей Стеллы, взяла поварёшку и повернулась к генералу.

— Сейчас будет очень громко. Это техника называется «энергетическая чистка звуком». Звук разрушает эмоциональные привязки, буквально выбивает из вещей чужую энергию. А заодно из вашей головы. Вы готовы?

— К чему?

— К исцелению, Карл!

Я подняла поварёшку и со всей дури врезала по кастрюле.

Звук получился такой, что у меня у самой заложило уши. Омлет взвился в воздух и приземлился на комод, шипя и матерясь.

— Ты с ума сошла?! – заорал он.

Я врезала ещё раз, и ещё. БАМ! БАМ! БАМ!

— Это дух Стеллы! – закричала я дурниной, продолжая колотить по кастрюле. – Это она сидит у тебя в голове! Её шмотки, запах и энергия! Мы выбиваем её дух! Выбиваем! ВЫ-БИ-ВА-ЕМ!

Виктор стоял, прижавшись спиной к стене, и смотрел на меня с таким выражением, будто решал, вызывать ли санитаров или сразу палача.

А я продолжала.

БАМ! БАМ! БАМ!

— Представь, что каждый удар – это гвоздь в крышку твоих отношений! Всё! Они умерли, их больше нет! Есть только ты, я, кот и тридцать четыре пары кожаных штанов!

БАМ!

— Кстати, о штанах, – вставил Омлет с комода. – Мы их тоже сожжём?

— Нет! – рявкнул Виктор.

Я остановилась. Рука гудела, в ушах звенело, а кастрюля, кажется, слегка помялась.

— Всё, – выдохнула я, отдышавшись. – Теперь у тебя с бывшей будет ассоциация грохота и вообще чего-то неприятного. Когда ты вспомнишь её улыбку, ты вспомнишь этот грохот. Она теперь навсегда связана в твоей голове с кастрюлей и поварёшкой.

Виктор смотрел на меня в ужасе.

— Теперь надо сжечь этот разврат, – деловито добавил Омлет, спрыгивая с комода. – Я серьёзно.

— Ты прав, – согласилась я. – Это прошлое, Виктор. Его больше нет. Есть лишь настоящее. А чтобы в настоящем не было и духа бывшей, мы спалим её вещи.

Виктор вздохнул и покачал головой.

— У неё такая красивая улыбка, – проговорил он.

— Аллё! – заорал Омлет. – Ты вообще слушал, что тебе тут полчаса вдалбливали?! Она тебя предала и обокрала! Какая улыбка?! Ты помнишь её улыбку, а она в это время тратила твои деньги на своего казначея!

Виктор вздохнул, опустился прямо на пол и уронил лицо в ладони. Плечи у него задрожали.

Я присела перед ним на корточки и заговорила тихо и спокойно:

— Нужно это сделать. Это не просто и больно, но мы будем двигаться маленькими шажками. Сначала сожжём её вещи. Потом – её следы в доме. А далее – её следы в твоей памяти и сердце. И ты начнёшь исцеляться. Это работает. Проверено.

Он убрал руки от лица и внимательно посмотрел на меня.

— Хорошо, – согласился он вдруг. – Действуй.

— Ура!!! – заорал Омлет. – Я поищу бензин!

И он умчался в коридор.

* * *

Это тот самый котофей с обложки книги