Глава 19

Брючный костюм теперь глубокого синего цвета, и его идеальный пошив буквально кричит о расточительности хозяйки. Агата из тех горделивых породистых лошадок, стоны которых за закрытыми дверьми звучат слаще всего. Неприступная, высокомерная. И еще интересное лицо, не банальная штамповка наподобие той, которой обвешаны здесь стены, все эти обложки бестиражных изданий, в ней что-то привлекает и завлекает.

– Стас, кажется? – она шагает нам навстречу и кивком отсылает администратора прочь, за которой через секунду следует и вторая женщина.

– Да, – Стас сникает на глазах, забыв резкие ноты в голосе.

– У меня предложение. Ты поедешь со мной, а баскетболист закончит здесь в одиночку.

– Зачем? – тихо интересуется Стас.

– Хочу поговорить, – Агата ослепительно улыбается.

– Марку это не понравится.

– А я не шестерка, чтобы ублажать его.

Она переводит взгляд на меня, прочертив ровную прямую от моих стоп до макушки.

– Ты туп? – вдруг спрашивает она, остановившись на моих глазах.

– Не замечал.

– Гей?

Я качаю головой. С каждой секундой я понимаю брата всё лучше, особенно сейчас, когда она с вызовом смотрит прямо в глаза.

– Значит справишься. Посчитаешь деньги, отберешь красоток. У тебя даже лучше получится, выглядишь искушеннее.

– Так и есть, – я улыбаюсь ей ее же улыбкой, насмехающейся и нагловатой.

– Андрей, кажется?

Это застает врасплох. Я с трудом скрываю удивление и замешательство, хотя ни черта, она всё читает на моем лице и ухмыляется. Да, она уже буквально залезла под кожу, отчего приходит злость, с которой я не знаю, что делать. Я не могу отвернуться или отступить, приходится стоять перед ней и терпеть тошнотворное внимание оценщика.

– Я и фамилию могу припомнить, – продолжает девушка, – и десяток фотографий… Босс не показывал тебе?

– Не показывал.

– Странно, он настойчиво просил их достать. Знаешь, очень красочные фотографии.

– Верю.

– Красочные от слова красный, – она явно намекает на кровавые фотки с места преступления, с того самого, где из-за меня убили четверых. – У каждого свое портфолио.

Она умеет травить одной интонацией и развеселыми намеками только что назвала меня шлюхой.

– К чему мы идем? – я стараюсь сохранить спокойный тон.

– Все-таки вы похожи, – девушка на мгновение прикрывает глаза, довольно улыбнувшись, – пусть не внешне, но гонор общий. Правда, ребятам вроде тебя он не положен. Это стоит запомнить, а еще лучше закрепить, малыш.

Она специально дразнит меня, пробует на излом, чтобы посмотреть на новую зверушку. Я все понимаю, только это нисколько не помогает. Эмоции разом обостряются, будто мне в лицо дышат огнем.

– Опустись, – приказывает Агата, и я вдруг угадываю напор властных интонаций.

– Что?

– Опустись на колени.

Агата касается моего плеча и давит, но я стою на месте.

– Мы будем торговаться? – спрашивает девушка. – Не стоит, милый, я знаю твой ценник. И каждую позу, в которую могу тебя поставить.

Снова. Специально.

– Привык брать, да? – она приближается и выдыхает мне в лицо. – Я тоже. Не упрямься, и я не буду затягивать на твоей шее красный галстук.

Черт. Нет.

Ту девушку, которая погибла из-за меня, задушили.

Агата говорит еще что-то и почва из-под ног уплывает внезапно и молниеносно. Она нащупала мою болевую точку, и теперь мои руки сжимают ее острые плечи. Я с силой сжимаю и угрожающе надвигаюсь, так что усилия ее каблуков теряют всякий смысл. Я могу сломать ее, она не из хрупких и трепетных и, скорее всего, знает несколько приемов, но я намного сильнее от природы и ведь тоже обучен.

– Север! – Стас кричит.

Но я вижу только ее, миловидное лицо, с которого не думает исчезать противная ухмылка.

– И? – со смешком интересуется Агата. – Продолжай, я жду.

Надо отступать. Надо отступать.

– Значит видел фотографии? – она не умолкает, словно чувствует, что я вот-вот сорвусь с крючка, выдохну и возьму себя в руки. – Я прихвачу в следующий раз, хочу твой автограф…

Я отталкиваю ее от себя. Со зверской силой, которая вырывается неконтролируемой бурей, я сдерживал ее так долго, не допуская и мысли, запрятал поглубже даже воспоминания, но она мастерски пробивает ход наружу. Пара оскорблений, пара напоминаний, правильный тон и ее пол… И я не сдерживаюсь.

Агата поднимается на ноги самостоятельно, поправляет костюм и, вытянув руки перед собой, придирчиво оглядывает себя. Удивительная невозмутимость.

– Стасик, прокатимся в следующий раз, – говорит Агата, – а сейчас передай хозяину, что его дворняжка отбилась от рук.

– Хорошо, – Стас поспешно кивает.

– И не беспокойте девушек этого благопристойного места ближайший месяц.

– Как? – глупо и беспомощно выдыхает Стас. – Это большие деньги…

– Да, но я знаю других желающих их заплатить. Вы пока разберитесь со своими шлюхами.

И она вновь смотрит на меня. Приближается, как ни в чем не бывало, и одаривает учительским взглядом, качнув головой, словно я неправильно решил уравнение у доски.

– Ноги раздвигают не только женщины, милый, – Агата подмигивает мне и смотрит с нехорошим обещанием, мне на грани слуховой галлюцинации мерещатся слова, что мне еще стоять на коленях, если она захочет.

Я заставляю себя не думать об этом, во всяком случае пока она рядом. Агата с легкостью переиграла меня, она опасна и стоит клеймом выжечь напоминалку в мозгу.

– Поздравляю, – кивает Стас. – Теперь ты познакомишься с взбешенным Марком.