ГЛАВА 14. Головоломка, или загадочное прошлое.

Я торопливо огляделась: лес. Кругом непроходимый лес. Надо уносить ноги, но куда? Единственная дорога ведет в город, а там меня наверняка ждут! Но ведь кругом чаща?! А выжить в чаще, как сказал бы Блугерд, такой принцесске, как я, действительно нереально. И я бросилась, нервно раздвигая руками ветви деревьев, в сторону предположительно тропинки, решительно собираясь идти, просто идти… в ожидании ночи. А там магия проснется, и я смогу за себя постоять! Ну, или просто перенестись в безопасное место. Но лучше быть рядом с городом, там, где люди, где природа не такая хищная как в чащобах леса, а то можно и ночи-то не дождаться — сожрут!

Оружие я засунула за пояс штанов и припустила сквозь заросли с немыслимо огромной скоростью. Сначала огромной, бешеной скоростью… потом медленнее и еще медленнее. Появилось время для обдумывания происходящего. Блугерд, что происходит?! Почему только сейчас, нет, я, конечно, не против, в плане, что сейчас, а не ранее, так много людей ведут на меня охоту?!

Я старательно протиснулась между двумя тесно сросшимися деревьями (как будто не было пути проще) и торопливо покинула «место действия». Страх потихоньку отступал, а адреналин постепенно улетучивался из крови. Наконец, я могла мыслить адекватно, а не под напором странных, неизвестно когда выработанных инстинктов. Я шла довольно поспешно, преодолевая путь через бурелом, и инстинктивно оборачивалась, боясь преследования. Но прошел час, потом еще один, и я, кажется, совершенно успокоилась и старательно обдумывала ситуацию, а главное путь к отступлению.

Очевидно, что меня нашли. Но вот кто и зачем? Осталось неизвестным. Итого, в моем распоряжении целых три… «мужчины мечты», и все, в той или иной степени, хотят меня прибить. Придется признать очевидное — Линар оказался шустрее остальных! Только от этого не легче… скорее, больнее, тем более, что свои чувства к нему я вспомнила с необычайной четкостью и точностью. Скорее… я помнила о них всегда! Может, поэтому меня с первого взгляда захлестнула волна необычной для меня расположенности к человеку…

С чувствами к Линару мы определились, а вот что Жером и новоявленный дружок? Жером… с ним все ясно. Ему нужно тоже, что и всем: деньги, власть, сила. И это… я прислушалась к своему сердцу, кажется, тоже не изменилось. Последний «красавчик» для меня оказался полнейшей загадкой. Я не помнила его от слова совсем, в душе и сердце ничего не екало. Но мне показалось, что он хотел мне помочь, может быть, когда-то мы были заодно… Только в чем?

Вопросы, сплошные вопросы. А, между прочим, мне как-то надо выбираться отсюда. И вот как — предстояло решить именно сейчас, когда неожиданно лес поредел, а прямо перед носом вырос недавний шлагбаум, позади которого виднелся город. Сама не заметив как, я пришла в тоже место, откуда начала свой путь. И оставаться тут было опасно, а идти в лес было страшно, ведь и там меня могли искать…

Но и в город идти не казалось безопасным. Только вот прождав в лесу два часа, я так замерзла и оголодала, а главное издергалась от страха, что меня скоро найдут, что решила рискнуть. Просто попробовать пробраться к многолюдным остановкам общественного транспорта.

Здесь все было по-другому. Частных, начиненных магией «колымаг» не было, а были массивные, крытые телеги, запряженные лошадьми. И я, аккуратно пробираясь по узкой улочке города, отправилась именно туда, надеясь, что враг ограничен в средствах, точнее, в людях! И прочесать, пусть и небольшой, но все-таки густонаселенный, городок так быстро им не удастся. Опять же, я начеку, а без магии мы все букашки!

«С магией — мы люди, без дара — букашки», — эта мысль больно царапнула сознание. Стало тоскливо и опять страшно. Но я решительно прогнала страх и бесстрашно скрылась за одним скромным домиком, стоявшим практически вплотную к лесу. Потом проскользнула к соседнему домишке, скрываясь в тени деревьев. И старательно повертела головой, прячась в зарослях закоулка и осматриваясь. Здесь никого не было. Впереди маячили домики, расположенные тут и там без какой-либо симметрии. А между ними торчали заросли неухоженных кустов — этакий неправильный кустистый коридор. И я бросилась вперед, боясь поверить в собственную удачу. Домиков становилось все больше и больше, а сил оставалось все меньше. Но цель была достигнута — я оказалась в месте, где много людей. И я остановилась, прячась в тени очередного дома.

С этого места открывался отличный вид аккурат на площадь, по которой сновали как наемные, так и общественные экипажи.

На улице все было как обычно: шумно, люди, спешащие по своим делам, лошади, неприятный запах навоза и звонкое поскрипывание рессор «колымаг». Но для меня все точно разломилось пополам, была я и был мир, странный, непонятный и почти нереальный. Мир, который был для меня чужим… Он стал для меня чужим…

— Надо что-то делать… — сцепив зубы, пробормотала я в сердцах и, чтобы не дать неприятным мыслям захватить сознание, стала высматривать подходящий экипаж — с табличкой соседнего с нашим города и, желательно, с наличием сидячего места. И только сейчас на глаза мне попалась обычная бельевая веревка. Такая, на которой сушилось белье. И я, резко сворачивая в другой переулок, бросилась к ней, собираясь украсть… да, надеюсь в первый раз, украсть.

Добежала я быстро, резко протягивая руку к бледно-серой мальчиковой рубахе, и таким же застиранным штанам. И тут началось: в висках застучало, в глазах зарябило, я мгновенно покрылась потом, а рука замерла где-то на полпути… Я повернула голову: ничего необычного, узкий переулок, всего-то с десяток домишек… Точно в трансе я отдернула руку и сделала пару шагов. Вон туда, потом двором, через дыру в наглухо склоченном заборе и вышла незамеченной на соседнюю улицу…

Этот путь был явно мне знаком. И дом, что громадиной вырос передо мной. Страшный, массивный, с железными ставнями и полуразрушенным фасадом. Острые пики забора, широкая подъездная дорожка из бледно-желтого камня брусчатки… я знала здесь все! Ну, конечно, в этом доме когда-то заседал совет магов! И отец часто бывал здесь со мной. Я даже помню свою комнату на втором этаже с выцветшими, но баснословно дорогими магическими шторами на окнах… Раньше это здание было иным. Красивым. Светлым. Внушающим не только страх и ужас, внушающим скорее уважение.

Я аккуратно перелезла сквозь прутья забора, прошла по мощеной дорожке и тихо скользнула в провал двери. Внутри здание было полностью разрушено, остались лишь голые стены да истлевшие от времени письмена на них, выгравированные на магических табличках тут и там, возвышающиеся над головой, как лозунги, призывающие молодых магов к действию. А еще лестница на второй этаж. И я пошла к ней, осторожно прислушиваясь к эху собственных шагов. Когда-то это было место магической славы. Символом вечности магии и ее «слуг», правящих народом по чести и справедливости. А теперь вокруг только хлам… много хлама…

Я аккуратно поднялась в свою комнату, преодолев длинный, испещренный трещинами, коридор. И тихо вошла внутрь. Комната казалась огромной, пустой и до боли знакомой. А еще эти шторы… магические бледные шторы… шуршали на ветру… Я подошла к ним близко-близко. Слезы потекли ручьями по лицу и я резко размазала их. Сейчас не время и не место, надо взять себя в руки! И попробовать что-нибудь вспомнить!

Немного успокоившись, еще раз внимательно осмотрела комнату. Я была уверена, что найду здесь что-нибудь важное, необходимое, что-то, что поможет мне вспомнить… Но «ничего» не находилось. Горы хлама, куски истлевших обоев и голые кирпичные стены. В очередной раз осматриваясь, я заметила кусочек текста — маленький обрывок надписи. И решительно бросилась к нему, нагибаясь и преодолевая брезгливость. Разгребла руками кучу хлама, пытаясь вызволить кусочек из «плена». В моих руках был лозунг, нарисованный ярко-оранжевым маркером на магической бумаге. Текст был не полным, но и то, что мне удалось прочесть, пугало.

— Смерть магам, избавимся от рабства раз и… — гласила надпись. Я судорожно прочитала текст, проговаривая каждое слово.

— Этого не может быть, просто не может быть! Кто-то давно решил уничтожить магов…

Я перевернула бумагу и ойкнула от неожиданности. На другой стороне тоже был текст. Обычные чернила и короткое слово «горячо».

Перед глазами все поплыло. Стало страшно, а этот цвет — ярко-оранжевый — жег глаза. И совершенно некстати вспомнился отрывок из современной книги истории:

«… дворец был уничтожен отдачей заклинания. Вместе с ним полностью уничтожено здание Совета.»

— А что если дело не в Оливии, не во мне?! Что, если мое заклятье не причем, и кто-то другой уничтожил магию и магов. Что если… все это спланированная акция?! А я оказалась лишь пешкой в чужой игре?

Оранжевый! Оранжевый — цвет революции… и на мне в этот злосчастный день был странный оранжевый браслет, браслет не подходящий к платью, браслет, не имеющий и толики магии, браслет, как знак, как символ чего-то… теперь я точно знаю чего… чего-то страшного.

Я аккуратно поднялась с пола и решительно пошла вниз. Надо выбираться и поскорее. Сердце нестерпимо горело, обжигая нутро неприятными предчувствиями. Слово «горячо» пугало своим смыслом.

— Уходить, надо уходить, — шептала я старательно выговаривая слова.

Быстро спустившись вниз, я преодолела расстояние до домиков города и все-таки украла чужую одежду, оставляя взамен небольшую горку монет.

Проворно натянула мальчиковую рубашку поверх своей туники и сменила штаны. Волосы я спрятала под кепку, которую прихватила здесь же. И в таком виде, надеясь на то, что совершенно неузнаваема, бросилась в самую гущу народа — к рыночным рядам, расположившимся по краю площади.

Я старательно ходила вдоль торговых лавок и пыталась следить за обстановкой. Пара крытых повозок в нужном мне направлении отъехали от площади, отправляясь в путь. А я медлила, не решаясь, купить билет и отправиться домой. Я боялась и нервничала. Шум, гам и большое количество людей, каждый из которых мог оказаться врагом, не способствовали успокоению.

В очередной раз, огибая площадь, я остановилась, отрывая взгляд от прилавков. Почувствовала чужой взгляд и… замерла.

Все исчезло.

И хмурый неласковый город. И площадь. Орущая толпа и множество лиц. Ничего не осталось. Все провалилось в небытие, растворилось и стало неважным… Потому что я увидела того, кто стоял среди обычных людей, в этой толпе, в самом центре базарной площади. Стоял молча, спрятав лицо в провале неприметного серого плаща. Стоял и смотрел на меня. И от этого взгляда — темного, настойчивого и знакомого до боли, все внутри сжималось. И сердце остановилось, а потом пустилось в галоп, грозясь разорвать грудную клетку, а воздух… воздух просто исчез.

— Этого просто не может быть, — выдохнула в тишину. Но мне не показалось. Как я не пыталась прийти в себя, безостановочно моргая, мужчина никуда не исчез. Более того, он как будто почувствовал мою неуверенность… Поднял ладонь и снял капюшон, позволяя увидеть его лицо.

Я побледнела. Все те же темные волосы без единого седого волоса. Идеально ровный нос, худое волевое лицо и шрам, разделивший правую щеку на две неровные части.

Отец…

Произнесла про себя. Это слово обожгло все нутро пониманием, когда я увидела красную кепку, маячившую рядом с отцом. Стало нестерпимо больно. Тело затряслось, как в лихорадке, а рот открылся в немом крике…

Я стояла, смотрела, зажимая рот руками, чтобы не завыть, а рядом с отцом то и дело появлялись новые лица. Пареньки вырастали, как из-под земли! Такие рослые, мускулистые, в одинаковых серых плащах с капюшоном и красных, притягивающих внимание кепках.

Отец улыбался, хотя его взгляд оставался злым и жестоким. А потом достал руку из полов плаща и поманил меня пальцем. Ехидство, бешенство и жажда крови читались на его лице. Его люди пытались меня убить, там в разрушенном дворце. Но… зачем? Это же папа?!

Голова лихорадочно работала, пока тело оставалось на месте.

Ему нужен камень из тайника, это очевидно… только почему он сам его не забрал?! Или камень был приманкой для меня? Только какой смысл? Захоти он меня поймать, я итак ничего не смогу сделать! Против магии и силы! Да и против родного отца!

Я сделала шаг назад.

— Мальчик, купи груши! Свежие груши! — раздалось позади. Торговка не унималась, не смотря на мою явную оторопь, и старательно пихала свой товар к самому моему носу. Ее голос зычный и бодрый, отрезвил, заставляя наконец отмереть и действовать.

Я дернулась и бросилась назад к узкому перекрестку, ближайшему ко мне. Успела завернуть за угол и… была подхвачена и водружена на горячую спину взмыленного коня.

— Заметь, снова вовремя. И снова тебя спасаю, — раздался позади терпкий, как бокал бренди, голос. Голос, который невозможно не узнать.

— Линар?! — взвизгнула я то ли от радости, то ли от неожиданности.

— Не дергайся. За нами погоня, — спокойно, совершенно без эмоций, произнес колдун. И лошадь рванула с места, все дальше удаляясь от рыночной площади. И только стук копыт и звук сильных порывов ветра я слышала на протяжении ближайшего получаса… пока мы хаотично петляли по узким переулкам города, резко притормаживая и меняя направление.

И вот, наконец, сумасшедшая гонка закончилась. Не смотря на то, что мы двигались хаотично и вроде бы в одну сторону, сейчас мне казалось, что скачем мы назад к центру площади. И я было уже хотела возмутиться, но не успела, замерев с открытым наполовину ртом, осознавая… что да! Мы все-таки выбрались из города и да — целыми и невредимыми скачем дальше по узкой проселочной дороге в центре леса. Такого красиво, такого неожиданно родного!

Деревья мягко золотились, а воздух был по-летнему теплым, но это не мешало хмурым тучкам быстро расползаться по небу. Сегодня погода выдалась особенно изменчивой. Яркое, палящее солнце в мгновение ока сменилось тучами на небе, промозглым ветром, и надвигающимся дождем, который, «наплевав» на бедную невезучую барышню, поспешил излиться прямо на наши головы сплошным потоком ледяной воды.

Холщовая рубашка в одно мгновение намокла, заставляя меня морщиться от сырости и трястись от нестерпимого холода. Только вот прижаться спиной к Линару и хоть как-то облегчить свое положение не позволяла совесть… и гордость. Только Линар почувствовал мои эмоции и аккуратно придвинул мое тело к себе.

— Тихо, тихо, — сказал он на мое сопротивление и укутал в свой плащ, прижимая к груди. Я затихла. Зачем спорить сейчас? Да и тело под сырой рубахой нестерпимо мерзло, поэтому спрятаться на груди у любимого мужчины в тепле и покое было в радость. Я прижалась к Линару, вдохнула терпкий аромат его тела и затихла, отгоняя мысли о его странном поступке. Зачем? Я все равно не могла понять его… Да и думать лучше на сытый желудок, в тепле и покое.

И я откинула голову и сделала то, что мне до безумия хотелось — закрыла глаза, чувствуя, как меня обволакивает тепло мужского тела. Греться об Линара было странно и мучительно больно. Но я постаралась отрешиться от всего и немного отдохнуть. Насыщенный предательствами день… но он скоро закончится и придет новый… в котором я обязательно найду ответы на свои вопросы.